Шеварднадзе, Эдуард Амвросиевич

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Э. Шеварднадзе»)
Перейти к: навигация, поиск
Эдуард Амвросиевич Шеварднадзе
груз. ედუარდ ამბროსის ძე შევარდნაძე<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;"></td></tr>
2-й Президент Грузии
26 ноября 1995 года — 22 ноября 2003 года
Предшественник: должность восстановлена (19911992: Звиад Константинович Гамсахурдия)
Преемник: Нино Анзоровна Бурджанадзе (и.о.)
Михаил Николозович Саакашвили
Глава Грузии
6 ноября 1992 года[1] — 26 ноября 1995 года
Предшественник: должность учреждена; ( он сам как Председатель Государственного Совета Грузии)
Преемник: Должность упразднена; он сам как Президент Грузии
Председатель Парламента Грузии
4 ноября 1992 года — 25 ноября 1995 года
Предшественник: Должность учреждена
Преемник: Зураб Виссарионович Жвания
Председатель Государственного Совета Грузии
10 марта — 4 ноября 1992 года
Предшественник: Должность учреждена
Преемник: Должность упразднена
Министр внешних сношений СССР
19 ноября — 26 декабря 1991 года
Глава правительства: Иван Степанович Силаев
Предшественник: Должность учреждена;
Борис Дмитриевич Панкин как Министр иностранных дел СССР
Преемник: Должность упразднена
Министр иностранных дел СССР
2 июля 1985 года — 20 декабря 1990 года
Глава правительства: Николай Иванович Рыжков
Предшественник: Андрей Андреевич Громыко
Преемник: Александр Александрович Бессмертных
Член Политбюро ЦК КПСС
1 июля 1985 года — 13 июля 1990 года
(Кандидат с 27 ноября 1978 года)
Первый секретарь ЦК КП Грузинской ССР
29 сентября 1972 года — 6 июля 1985 года
Предшественник: Василий Павлович Мжаванадзе
Преемник: Джумбер Ильич Патиашвили
Министр охраны общественного порядка Грузинской ССР / Министр внутренних дел Грузинской ССР
21 мая 1965 года — август 1972 года
Предшественник: Отар Александрович Кавтарадзе
Преемник: Константин Еремеевич Кетиладзе
 
Вероисповедание: православие, грузинская церковь
Рождение: 25 января 1928(1928-01-25)
с. Мамати, Гурийский уезд, край Гурия, Грузинская ССР, ЗСФСР, СССР
Смерть: 7 июля 2014(2014-07-07) (86 лет)
Тбилиси, Грузия
Отец: Амвросий Георгиевич Шеварднадзе
Супруга: Нанули Ражденовна Шеварднадзе (урожденная Цагарейшвили) (1929—2004)
Дети: сын: Паата
дочь: Манана
Партия: КПСС (19481991)
Образование: Кутаисский педагогический институт имени А. Цулукидзе
 
Военная служба
Годы службы: 19641972
Принадлежность: СССР СССР
Род войск: МВД
Звание:

<imagemap>: неверное или отсутствующее изображение

Командовал: Министерство охраны общественного порядка Грузинской ССР (1965—68),
Министерство внутренних дел Грузинской ССР (1968—72)
 
Награды:

<imagemap>: неверное или отсутствующее изображение

Эдуа́рд Амвро́сиевич Шевардна́дзе (груз. ედუარდ ამბროსის ძე შევარდნაძე, Эдуа́рд Амбро́сис дзе Шевардна́дзе; 25 января 1928 года, с. Мамати, Грузинская ССР, СССР — 7 июля 2014 года, Тбилиси[2]) — советский и грузинский политический и государственный деятель. 1-й секретарь комсомола Грузии (1957—1961), министр внутренних дел Грузинской ССР (1965—1972), первый секретарь ЦК КП Грузии (1972—1985), Министр иностранных дел СССР (1985—1990), Министр внешних сношений СССР (ноябрь — декабрь 1991). Герой Социалистического Труда (1981). Член Политбюро ЦК КПСС (1985—1990), ближайший соратник М. С. Горбачёва. Президент Грузии (1995—2003).

Шеварднадзе вернулся в Грузию после свержения режима Звиада Гамсахурдии и занял пост Председателя Госсовета, а затем Председателя парламента. Однако он столкнулся с серьёзными экономическими проблемами, ростом влияния мафии и военными действиями в Абхазии. Став президентом Грузии, не смог добиться возвращения Абхазии и Южной Осетии и решения политико-экономических проблем страны. Осенью 2003 вынужден подать в отставку в ходе «Революции роз».





Биография

Родился 25 января 1928 года в селе Мамати Ланчхутского района (Гурия) Грузинской ССР в семье педагога. Его старший брат Акакий погиб в 1941 году во время обороны Брестской крепости, и в настоящее время похоронен в мемориале на площади Церемониалов в цитадели мемориального комплекса «Брестская крепость-герой»[3]. Трудовую деятельность он начал в 1946 году инструктором, а затем заведующим отделом кадров и оргинструкторской работой Орджоникидзевского райкома комсомола в Тбилиси[4]. В период с 1949 по 1951 годы Эдуард Амвросиевич был слушателем двухгодичной партийной школы при ЦК КП(б) Грузии, после окончания которой стал инструктором ЦК ЛКСМ Грузии. В 1952 году Шеварднадзе стал секретарём, затем вторым секретарём Кутаисского обкома ЛКСМ Грузинской ССР, а уже в следующем году — первым секретарём Кутаисского обкома ЛКСМ Грузинской ССР.

Окончил Тбилисский медицинский техникум. В 1959 году окончил Кутаисский педагогический институт им. А. Цулукидзе по специальности «история».

19561957 гг. — второй секретарь ЦК ЛКСМ Грузии, в 19571961 гг. — первый секретарь ЦК ЛКСМ Грузинской ССР. В апреле 1958 года на ХІІІ съезде ВЛКСМ познакомился с Михаилом Горбачёвым.

С 1961 по 1963 годы — первый секретарь Мцхетского райкома КП Грузинской ССР, с 1963 по 1964 годы — первый секретарь Первомайского райкома КП Грузинской ССР г. Тбилиси. В период с 1964 по 1965 годы — первый заместитель Министра охраны общественного порядка, с 1965 по 1968 годы — Министр охраны общественного порядка Грузинской ССР. С 1968 по 1972 годы — Министр внутренних дел Грузинской ССР. Генерал-майор внутренней службы[когда?] (по другим сведениям, имел звание генерал-лейтенанта КГБ).

В 1972 году являлся первым секретарём Тбилисского горкома КП Грузинской ССР.

Первый секретарь ЦК КП Грузии

29 сентября 1972 года избран первым секретарём ЦК КП Грузинской ССР. Эдуард Шеварднадзе объявил о начале кампании по борьбе с коррупцией и теневой экономикой. За первые полтора года чистки кадров он освободил от занимаемых постов 20 министров, 44 секретаря райкомов, 3 секретарей горкомов, 10 председателей райисполкомов и их заместителей, назначив на их места сотрудников КГБ, МВД и молодых технократов[5]. По данным В. Соловьёва и Е. Клепиковой, за 5 первых лет его пребывания на новом посту было арестовано более 30 тысяч человек, половина из которых являлись членами КПСС; ещё 40 тысяч были освобождены от своих постов[5]. В 1978 году, когда в Грузии начались массовые манифестации протеста в связи с тем, что в проекте новой конституции республики грузинский язык не был указан в качестве государственного, Э. Шеварднадзе сумел убедить союзное руководство пойти на уступки и признать за грузинским языком этот статус.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 февраля 1981 года Э. А. Шеварднадзе было присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали «Серп и Молот».

Министр иностранных дел СССР

В 19851990 годах — Министр иностранных дел СССР. С 1978 по 1985 годы — кандидат в члены, с 1985 по 1990 годы — член Политбюро ЦК КПСС, с 1976 по 1991 годы — член ЦК КПСС. Депутат Верховного Совета СССР (1974—89 гг.). Назначение Шеварднадзе на пост министра иностранных дел СССР было неожиданным. Шеварднадзе создавал имидж современного, демократичного министра по контрасту с ветераном советской дипломатии Громыко. Завоевал большую популярность на Западе. Часто выступал с лекциями в зарубежных университетах.

В январе 1986 года, в ходе визита в Пхеньян, Шеварднадзе подписал Договор между СССР и КНДР о разграничении экономической зоны и континентального шельфа, а также Договор о взаимных поездках граждан СССР и КНДР[6]. В сентябре 1987 года совершил визит в США, в ходе которого сторонам удалось договориться о начале полномасштабных двухсторонних переговоров по ограничению, а затем прекращению ядерных испытаний. В ходе визита он подписал соглашение о создании центров по уменьшению ядерной опасности[7]. Находясь, в январе 1988 года, с рабочим визитом в ФРГ, Шеварднадзе достиг договорённости о продлении на 5 лет Соглашения о развитии и углублении долгосрочного сотрудничества в области экономики и промышленности, а также подписал Протокол о консультациях и Протокол переговоров, связанных с учреждением генконсульств СССР в Мюнхене и ФРГ — в Киеве[6]. В апреле того же года с госсекретарём США Джорджем Шульцем он подписал Декларацию о международных гарантиях и Соглашение о взаимосвязи для урегулирования положения, касающегося Афганистана[7].

Шеварднадзе побывал с визитами в Сирии, Иордании, Ираке, Иране, Зимбабве, Танзании, Нигерии, Афганистане, Бразилии, Аргентине, Уругвае, а также в других странах Африки, Азии и Латинской Америки[6].

После тбилисских событий апреля 1989 года выступил с осуждением действий армии.

1 июня 1990 года в Вашингтоне совместно с госсекретарем США Джеймсом Бейкером подписал соглашение о передаче США акватории Берингова моря по разделительной линии Шеварднадзе — Бейкера.

20 декабря 1990 года с трибуны IV Съезда народных депутатов СССР заявил о своей отставке «в знак протеста против надвигающейся диктатуры» и в том же году вышел из рядов КПСС. Как вспоминал Л. П. Кравченко: «В конце 1990 года Горбачёв решил ввести пост вице-президента и назвал Шеварднадзе одним из кандидатов на него. Но на ближайшем съезде народных депутатов СССР Шеварднадзе делает громкое заявление об угрозе демократии в Советском Союзе и уходит из официальной политики»[8]. Свои тогдашние планы по выдвижению Шеварднадзе вице-президентом впоследствии подтверждал и сам Горбачёв[9]. Уйдя с поста министра иностранных дел, Шеварднадзе работал в президентской структуре у Горбачёва[10].

Во время августовского путча 1991 г. в Москве Шеварднадзе присоединился к защитникам Белого дома -- здания парламента и правительства России.

19 ноября 1991 года по приглашению Горбачёва вновь возглавил МИД СССР (называвшийся в то время после реорганизации Министерством внешних сношений)[11], но через месяц после распада СССР эта должность была упразднена.

В декабре 1991 года Шеварднадзе одним из первых среди руководителей СССР признал Беловежское соглашение и предстоящее прекращение существования СССР[12].

Шеварднадзе являлся одним из соратников М. С. Горбачёва в проведении политики перестройки, гласности и разрядки международной напряженности.

Супруга бывшего вице-президента СССР Геннадия Янаева в интервью 1996 года (газете «Новый взгляд») утверждала, что Э. А. Шеварднадзе злоупотреблял привилегиями партийного руководителя:

Горбачёв с Геной просчитался… Гена другой, он не заботился о личном благе. Не то что, к примеру, наш сосед Шеварднадзе, который успел перед отъездом в Тбилиси приватизировать московскую квартиру.

[13]

Сам Шеварднадзе в 2006 году так говорил о своей деятельности на посту главы МИД СССР: «что было сделано за шесть лет, в течение которых я был министром иностранных дел. О том, что удалось сделать — не только мне, но и Горбачеву. Именно тогда закончилась „холодная война“. Ведь никто не ожидал, что это произойдет. Мне и моим друзьям удалось урегулировать натянутые отношения между СССР и США. Именно тогда, когда я был главой МИД, состоялись объединение Германии, освобождение Восточной Европы, вывод войск из Афганистана… Это мало или много? Думаю, довольно много. Я не говорю, что это я очень талантливый, что именно я сумел все это сделать. Просто СССР и США к тому моменту оказались готовы подумать о новых отношениях»[14].

Руководитель независимой Грузии

В декабре 1991 — январе 1992 годов в Грузии произошёл государственный переворот, в результате которого Президент Звиад Гамсахурдия был смещён и бежал из страны[15]. Существует мнение, что за организаторами переворота стоял Шеварднадзе. Он был приглашён лидерами переворота вернуться на родину и возглавить страну.

Шеварднадзе вернулся в Грузию в начале марта 1992 года и 10 марта 1992 года был назначен председателем временного органа высшего управления страны — Государственного Совета Республики Грузия, сменившего Военный совет[16]. В октябре 1992 года на всеобщих выборах избран председателем Парламента Республики Грузия, вступил в должность на первом заседании нового Парламента 4 ноября 1992 года. Вскоре после этого Парламент ввёл должность Главы грузинского государства, и 6 ноября 1992 года Шеварднадзе был безальтернативно избран на этот пост[1][17]. Формально сохранив за собой должность председателя Парламента, Шеварднадзе был освобождён от повседневной работы по руководству его заседаниями, которая была возложена на Вахтанга Гогуадзе, занявшего новосозданный пост спикера Парламента. Должности председателя и спикера Парламента были объединены в 1995 году одновременно с восстановлением поста Президента Грузии.

В марте 1992 года Шеварднадзе обратился к Ельцину с просьбой о невыводе войск СНГ с территории Грузии, и здесь остались практически все арсеналы и значительный воинский контингент Закавказского военного округа[18].

7 мая 1992 года Шеварднадзе, являясь Председателем Госсовета Грузии, подписал постановление «О решении комплексных проблем по формированию и функционированию пограничной зоны Автономной Республики Абхазия».[19]

24 июня 1992 года в Сочи подписал с президентом России Борисом Ельциным Соглашение о принципах мирного урегулирования грузино-осетинского конфликта, временно прекратившее грузино-осетинский военный конфликт. Неудачной для Шеварднадзе была попытка восстановить грузинский суверенитет в Абхазии, приведшая к поражению грузинской армии и изгнанию подавляющей части грузинского населения из Абхазии.

3 октября 1992 года в Абхазии Шеварднадзе пережил покушение[20].

В ноябре 1992 года Шеварднадзе прошёл обряд святого крещения в Кафедральном соборе Грузинской православной церкви, получив церковное имя Георгий[21].

Когда в 1992 году Шеварднадзе подписывал с Турцией договор о дружбе, то в его преамбуле, по настоянию турецкой стороны, было оговорено, что положения Карского договора остаются в силе.[22]

Хотя в мае 1993 года издал акт «Об урегулировании некоторых социальных проблем депортированных месхов», а в декабре 1996 года указ «Об утверждении государственной программы решения правовых и социальных проблем депортированных и репатриированных в Грузию месхов», реальных шагов не последовало.[23]

Летом-осенью 1993 года была создана партия из сторонников Шеварднадзе «Союз граждан Грузии» (СГГ). На учредительном съезде СГГ, прошедшем 21 ноября, Шеварднадзе был избран председателем партии. Рейтинг Шеварднадзе тем временем постепенно начал падать. Один из лидеров оппозиции, лидер Республиканской партии Грузии Ивлиан Хаиндрава, в феврале 1994 года дал интервью, в котором высказал своё мнение насчёт правления Шеварднадзе:

«Как реалист он не может не понимать, что как политик в Грузии он потерпел неудачу по всем направлениям. И теперь ставит перед собой локальную цель: сохранить внешнюю атрибутику государственности, потому что внутреннюю, и он это понимает, ему сохранить не удалось. Не довести народ до такого состояния, когда люди будут дохнуть прямо на улицах. Может быть, вывести страну на какой-то уровень стабильности. Может быть, после этого он сочтёт свою миссию выполненной. Это — выход из реальной ситуации. Вряд ли он видит что-нибудь большее. Осуществление этого он видит, к сожалению, не в направлении рыночной экономики, укреплении демократического процесса, а в откате в те времена, когда всё это было. Может быть, на подсознательном уровне эта тяга к тому проявляется всё больше, потому что в той ситуации ему просто легче, ему это знакомо, а другие из своей практики ему неизвестно. Нажим со стороны оппозиции его раздражает. Как мне кажется, выбор свой он уже сделал».[24]

Совсем другое мнение в тот же период разделял лидер Национально-демократической партии Грузии Гиоргия Чантурия:

«Меня удивляет его неспособность быть первым лицом. Единственно, в чём я виню себя, что я так не думал. Я думал, что он сможет построить государство. У него нет системы. Его оппозиция права в одном — дайте вашу программу. У него нет своей программы. Он жертва случайностей, каких-то отдельных фактов, и он играет на этих фактах, хочет балансировать. Это может делать министр иностранных дел, но глава государства таким путём результата не добьётся. Государственный деятель должен иметь плохую хотя бы, но свою программу. И он должен знать почему он борется, к чему он идёт. А он просто идёт по течению. В отличие от Гамсахурдия, он знает это течение. Но я бы не сказал, что он в этом течении себя удобно чувствует. Прогонозировать сегодня исход событий практически невозможно. Он сам не знает чего хочет. Он всегда ждёт каких-то событий. Регионального или глобального масштаба. Он частным актам придаёт государственное значение, не имея при этом государственной программы».[24]

После обращения Шеварднадзе от 8 октября 1993 года, 3 декабря 1993 года Грузия принята в СНГ[25].

В 1993 году по инициативе Шеварднадзе узаконены российские военные базы и миротворцы; назначил главами силовых структур Гиоргадзе (ГБ), Квирая (МВД) и Надибаидзе (МО).[26]

В марте 1994 года Шеварднадзе совершил поездку в США и во время визита убеждал Б. Клинтона в необходимости международного военного присутствия в Грузии.[27] В ходе поездки в США Шеварднадзе подписал соглашение об открытии военных представительств двух стран и осуществлении «программы военного сотрудничества», включающей в себя американскую помощь и финансовое содействие перестройке вооруженных сил Грузии.[28] В соглашении содержалось заявление о территориальной целостности Грузии.[29][30][31][32]

В 1994 году предлагал России ввести своих миротворцев на берега Ингури для разъединения Грузии и Абхазии.[33]

В 1994 году подписал договор о дружбе и добрососедстве с Турцией, в котором подтвердил верность Грузии Карскому договору.[34]

29 августа 1995 года в Тбилиси было совершенно второе покушение на Шеварднадзе: около парламентского гаража взорвалась машина «Нива», в результате чего получил лёгкие ранения. В организации покушения был обвинён министр безопасности Грузии Игорь Гиоргадзе, затем снятый со своего поста и объявленный в международный розыск[35].

Президент Грузии

5 ноября 1995 года в Грузии прошли президентские выборы, победу на которых одержал Эдуард Шеварднадзе, набрав 72,9 % голосов[36].

В 1996 году Шеварднадзе назвал период правления Гамсахурдиа провинциальным фашизмом и обещал, что "борьба с фашизмом в Грузии будет усилена.[37]

В Тбилиси с 25 по 30 апреля 1997 года при поддержке ЮНЕСКО[38], Совета Европы[39], Президента и Парламента Грузии[40] были проведены первые в истории Международные молодёжные Дельфийские игры, а также второй Международный Дельфийский конгресс (англ. Second World Delphic Congress)[41].

Приблизительно с 1998 года Шеварднадзе начал проводить радикально прозападный политический курс[42]. Страна согласилась строить нефтепровод Баку - Тбилиси - Джейхан в обход России, впервые пригласила для обучения армии инструкторов из США[43][44].

9 февраля 1998 года президент пережил третье покушение. В центре Тбилиси его кортеж был обстрелян из гранатомета и автоматического оружия. Однако бронированный «Мерседес» спас ему жизнь[45].

Летом 1998 года Шеварднадзе прислал Ельцину письмо, в котором потребовал созвать внеочередную встречу глав государств СНГ для срочного решения вопроса о возвращении беженцев в Абхазию.[46]

В октябре 1998 году вспыхнул мятеж Акакия Элиавы, подавленный правительственными войсками.

13 декабря 1999 года Шеварднадзе в традиционном выступлении по радио в очередной раз заявил, что Грузия даст «достойный ответ» террористам, если они попытаются войти на её территорию. Однако Грузия, по словам Э.Шеварднадзе, по-прежнему будет принимать чеченских беженцев и предоставит им временное прибежище. Грузинский лидер выразил удовлетворение заявлением председателя правительства России Владимира Путина, в котором тот сказал, что не намерен допустить разрастание конфликта в Чечне на весь Кавказ.

9 апреля 2000 года переизбран президентом Республики Грузия, получив более 82 % голосов избирателей, принявших участие в выборах.

25 мая 2001 года была предпринята попытка государственного переворота батальоном национальной гвардии, однако на следующий день после переговоров с Шеварднадзе батальон в полном составе вернулся к месту дислокации[47].

В сентябре 2002 года Шеварднадзе заявил, что после завершения президентского срока правления в 2005 году он намерен уйти на пенсию и начать писать мемуары.

8 октября 2002 года Шеварднадзе заявил, что его встреча с Путиным в Кишинёве стала «началом перелома в грузино-российских отношениях» (лидеры стран заявили о готовности совместной борьбы с терроризмом).

Российские власти обвиняли грузинское руководство в укрывании чеченских сепаратистов и угрожали нанести удар по «базам террористов» на грузинской территории, в ущелье Панкиси[48].

Революция роз

2 ноября 2003 года в Грузии прошли парламентские выборы. Оппозиция призвала своих сторонников к акциям гражданского неповиновения. Они настаивали, чтобы власти признали выборы несостоявшимися.

20 ноября 2003 года ЦИК Грузии обнародовал официальные результаты парламентских выборов. Прошеварднадзевский блок «За новую Грузию» набрал 21,32 % голосов, «Союз демократического возрождения» — 18,84 %. Противники Шеварднадзе сочли это «издевательством» и открытой, тотальной фальсификацией. Сомнительность результата выборов стала причиной Революции роз 21-23 ноября. Оппозиция выдвинула ультиматум Шеварднадзе — уйти в отставку с поста президента, или оппозиция займёт резиденцию Крцаниси. 23 ноября 2003 года Шеварднадзе подал в отставку.

В июле 2012 года Шеварднадзе в интервью тбилисской газете извинился и покаялся перед гражданами Грузии за то, что отдал власть М.Саакашвили во время «революции роз». Подчеркнув, что тогда у него не было другого выбора, кроме досрочного ухода в отставку, Шеварднадзе публично признал свою ошибку, раскритиковал политику Саакашвили, утверждая, что тот не способен решить ключевые проблемы Грузии[49].

Смерть и похороны

7 июля 2014 года в 12:00 после тяжёлой продолжительной болезни Эдуард Шеварднадзе скончался на 87-м году жизни в своей тбилисской резиденции в Крцаниси[50][51].

Отпевание состоялось 11 июля в Соборе Святой Троицы в Тбилиси, похоронили политика 13 июля 2014 года рядом с могилой жены на территории парка резиденции в Крцаниси, где Шеварднадзе жил последние годы[51][52].

Семья

Супруга — Шеварднадзе (урожденная Цагарейшвили) Нанули Ражденовна (1929—2004). В течение 35 лет она занималась журналистикой, была руководителем международной ассоциации «Женщины Грузии за мир и жизнь»[53]. Двое детей — сын Паата и дочь Манана, три внучки — Софико, Мариам, Нанули и один внук — Лаша (дети сына Пааты)[54]. Сын Паата — юрист, работает в штаб-квартире ЮНЕСКО в Париже. Дочь Манана работает на грузинском телевидении. Внучка Софико Шеварднадзе (р.23 сентября 1978, Тбилиси) — журналист, работала в России на телевидении, С 2006 по февраль 2015 года — ведущая радиостанции «Эхо Москвы»[55], сейчас ведущая авторской программы на канале Russia Today.

Награды

Напишите отзыв о статье "Шеварднадзе, Эдуард Амвросиевич"

Примечания

  1. 1 2 [www.newsazerbaijan.ru/spr/20130125/298428703.html Биография Эдуарда Шеварднадзе]
  2. [www.echo.msk.ru/news/1354986-echo.html Ушел из жизни экс-президент Грузии Эдуард Шеварднадзе], "Эхо Москвы" (07.07.2014). Проверено 7 июля 2014.
  3. [hghltd.yandex.net/yandbtm?text=Шеварднадзе%20Акакий%20Амбросиевич&url=www.georgians.ru/news_prn.asp%3Fidnews%3D40278&fmode=inject&mime=html&l10n=ru&sign=aee6690d971c859c995c409fd48db696&keyno=0 Шеварднадзе о брате Акакие, погибшем в 1941 году во время обороны Бреста] (рус.)(недоступная ссылка — история). [www.georgians.ru/]. Проверено 12 мая 2012.
  4. Николай Александрович Зенькович. [books.google.com/books?id=o9I0SDET8jsC&pg=PA637&lpg=PA638&dq=Самые+закрытые+люди+шеварнадзе&lr=&as_brr=3&hl=ru&output=html Самые закрытые люди: энциклопедия биографий]. — Olma Media Group, 2002. — С. 637. — ISBN 5948500357, 9785948500355.
  5. 1 2 Николай Александрович Зенькович. [books.google.com/books?id=o9I0SDET8jsC&pg=PA638&lpg=PA638&dq=Самые+закрытые+люди+шеварнадзе&lr=&as_brr=3&hl=ru&output=html Самые закрытые люди: энциклопедия биографий]. — Olma Media Group, 2002. — С. 638. — ISBN 5948500357, 9785948500355.
  6. 1 2 3 Игорь Сергеевич Иванов. [books.google.com/books?id=6nXZuowp5HEC&pg=PA398&dq=шеварнадзе+заявил&ei=Fc57S-a_FIO0zAT_meWJCQ&hl=ru&output=html&cd=10 Очерки истории Министерства иностранных дел России. 1802–2002: Биографии министров иностранных дел]. — Olma Media Group, 2002. — Т. 3. — С. 398. — ISBN 5224036380, 9785224036387.
  7. 1 2 Игорь Сергеевич Иванов. [books.google.com/books?id=6nXZuowp5HEC&pg=PA397&lpg=PA398&dq=шеварнадзе+заявил&hl=ru&output=html Очерки истории Министерства иностранных дел России. 1802–2002: Биографии министров иностранных дел]. — Olma Media Group, 2002. — Т. 3. — С. 397. — ISBN 5224036380, 9785224036387.
  8. [www.fontanka.ru/2010/08/17/080/ Леонид Кравченко: СССР разрушили Яковлев и Шеварднадзе - Новости Санкт-Петербурга - Фонтанка.Ру]. Проверено 26 марта 2013. [www.webcitation.org/6FQst3fxG Архивировано из первоисточника 27 марта 2013].
  9. [archive.svoboda.org/programs/ftf/2001/ftf.081901.asp Радио Свобода. Лицом к лицу. Михаил Горбачев]
  10. pseudology.org/Zots/ZotsMikhailov.htm
  11. [www.bestpravo.com/sssr/eh-instrukcii/k8w.htm Указ Президента СССР от 19.11.1991 N УП-2873 О назначении Шеварднадзе Э. А. Министром внешних сношений СССР]
  12. [www.panorama.ru/prav/mid.shtml Лхд. Лхмхярепярбн Хмнярпюммшу Дек Пт]
  13. [text.newlookmedia.ru/?p=2992 Интервью Розы Янаевой]
  14. [news.mail.ru/politics/1150220/ Бывший президент Грузии Эдуард Шеварднадзе: "В Грузии оппозиция слабая. Пока слабая" — Новости Политики — Новости@Mail.Ru]. Проверено 7 апреля 2013. [www.webcitation.org/6FsRhifEp Архивировано из первоисточника 14 апреля 2013].
  15. [www.bbc.com/news/world-europe-28205380 Eduard Shevardnadze: Controversial legacy to Georgia], BBC (8 July 2014). Проверено 8 июля 2014.
  16. [www.theguardian.com/world/2014/jul/07/eduard-shevardnadze Eduard Shevardnadze obituary], Guardian (7 July 2014). Проверено 8 июля 2014.
  17. [izvestia.ru/news/304394 Шеварднадзе жалуется, что у него слишком маленькая пенсия]
  18. [abkhazeti.info/war/2006012625576883383749.php Абхазия-1992: Посткоммунистическая вандея]
  19. [myrt.ru/public/1190-dorvalis-put-k-nezavisimosti-i-ee-plody.html Публицистика " Дорвались! Путь к «независимости» и её плоды | Читальный зал Мирта]
  20. [www.kommersant.ru/doc/25760 Ъ-Газета - Российские эксперты сомневаются в грузинской версии]
  21. Николай Александрович Зенькович. [books.google.com/books?id=o9I0SDET8jsC&pg=PA641&lpg=PA638&dq=Самые+закрытые+люди+шеварнадзе&lr=&as_brr=3&hl=ru&output=html Самые закрытые люди: энциклопедия биографий]. — Olma Media Group, 2002. — С. 641. — ISBN 5948500357, 9785948500355.
  22. [www.sova-center.ru/democracy/news/archive/national-idea/2004/04/d2201/ Россия как защитник аджарской автономии / Апрель / 2004 / Национальная идея, антивестернизм, империализм / Архив предыдущего проекта / Новости / Демократия в осаде / СОВА]
  23. [archive.russia-today.ru/2002/no_2/2_national_1.htm 12 лет туркам-месхетинцам не дают вернуться на родину]
  24. 1 2 Марина Разоренова. [www.igpi.ru/monitoring/1047645476/jan1994/Gruziya0194.htm Грузия в январе 1994 года] (рус.). Международный институт гуманитарно-политических исследований. Политический мониторинг №1(24). [www.webcitation.org/619XBu1Cz Архивировано из первоисточника 23 августа 2011].
  25. [base.spinform.ru/show_doc.fwx?rgn=3938 Решение СНГ о вступлении Грузии в Содружество Независимых Государств]
  26. [www.nukri.org/index.php?module=pnForum&func=viewtopic&topic=8344&start=40 Georgia :: Грузия ::]
  27. [makeyev.msk.ru/pub/NeProhodiMimo/shironin/part_07.html КГБ — ЦРУ. Секретные пружины перестройки]
  28. [oblojka.com/bpage/6/207 Олег Платонов. История русского народа в XX веке. Том 2 (гл. 57-85) —]
  29. [www.politology.vuzlib.net/book_o278_page_13.html Абхазия — Национальное самоопределение — Старовойтова Галина — Политика в разных странах — Право на vuzlib.org]
  30. [www.gumer.info/bibliotek_Buks/History/Starovoit/_03.php Библиотека Гумер — Старовойтова Г. Национальное самоопределение: подходы и изучение случаев]
  31. [www.vehi.net/politika/starovoit/02.html Г.Старовойтова. НАЦИОНАЛЬНОЕ САМООПРЕДЕЛЕНИЕ: Подходы и изучение случаев. Часть 2]
  32. [www.araspel.org/showthread.php?t=37 araspel.org -&nbspThis website is for sale! -&nbsparaspel Resources and Information]
  33. [www.echo.msk.ru/programs/beseda/20766/ Радио ЭХО Москвы :: Интервью, 26.12.2002 15:08 итоги переговоров между оборонными ведомствами России и Украины: пересмотр Договора от 1997 года 'О статусе Черноморского флота'…]
  34. [www.mk.ru/editions/daily/article/2004/05/08/113289-ekspropriatsiya-ekspropriatorov.html Экспроприация экспроприаторов — Издания МК]
  35. [lenta.ru/lib/14160024 Гиоргадзе, Игорь]
  36. Марина Разоренова. [www.igpi.ru/monitoring/1047645476/oct_95/gruz.html Грузия в сентябре — октябре 1995 года] (рус.). Международный институт гуманитарно-политических исследований.. [www.webcitation.org/618JWKJmE Архивировано из первоисточника 22 августа 2011].
  37. [evrazia.org/article.php?id=538 ЕВРАЗИЯ — По закону независимости]
  38. [upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/3/39/Unesco_letter_1997.pdf Приветственное письмо от ЮНЕСКО (18.04.1997)]. wikimedia.org. Проверено 8 октября 2011. [www.webcitation.org/682ZeyAlS Архивировано из первоисточника 30 мая 2012]. (англ.)
  39. [upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/2/2b/Council_of_europe_1997.pdf Приветственное письмо от Совета Европы к 25 — 30 апреля 1997]. wikimedia.org. Проверено 8 октября 2011. [www.webcitation.org/682ZgUlZM Архивировано из первоисточника 30 мая 2012]. (англ.)
  40. [upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/7/78/Parlament_of_Georgia_letter_1997.pdf Приветственное письмо от Парламента Грузии, апрель 1997]. wikimedia.org. Проверено 8 октября 2011. [www.webcitation.org/682Zh9mFX Архивировано из первоисточника 30 мая 2012]. (англ.)
  41. Е.Федулова. [www.licpublic.com/index.php?option=com_content&view=article&id=33:2010-07-14-04-27-36&catid=24:2010-05-04-16-06-05&Itemid=28?=ru Дельфийские игры 2009] // Личность и Культура. — Санкт-Петербург, 2010. — № 3.
  42. [www.politcom.ru/8670.html СНГ минус Грузия.]
  43. Zeyno Baran. [www.silkroadstudies.org/BTC_6.pdf The Baku-Tbilisi-Ceyhan Pipeline: Implications for Turkey] // The Baku-Tbilisi-Ceyhan Pipeline: Oil Window to the West. — The Central Asia-Caucasus Institute, Silk Road Studies Program, 2005. — С. 106.
  44. [ria.ru/economy/20090417/168381928.html Нефтепровод Баку-Тбилиси-Джейхан им. Гейдара Алиева. Справка]
  45. [lenta.ru/vojna/2002/12/28/extradition Россия выдала Грузии обвиняемых в покушении на Шеварднадзе]
  46. [e-lib.info/book.php?id=1120010496&p=12 В.Баранец Генштаб без тайн]
  47. [ria.ru/spravka/20060302/43873865.html Попытки государственных переворотов в странах СНГ. Справка]
  48. [www.kommersant.ru/doc/2259239 Грузины и чеченцы взялись за топоры.]
  49. [www.utro.ru/articles/2012/07/02/1056540.shtml Шеварднадзе извинился за Саакашвили — ПОЛИТИКА]
  50. [itar-tass.com/mezhdunarodnaya-panorama/1301811 На 87-м году жизни в Тбилиси скончался экс-президент Грузии Эдуард Шеварднадзе]
  51. 1 2 [www.rbc.ru/rbcfreenews/20140710052035.shtml В Тбилиси началась гражданская панихида по Эдуарду Шеварднадзе]
  52. [ria.ru/world/20140713/1015761298.html Экс-президента Грузии Шеварднадзе похоронили в Тбилиси]
  53. [www.newizv.ru/lenta/2004-10-20/13646-umerla-zhena-eks-prezidenta-gruzii-nanuli-shevardnadze.html Умерла жена экс-президента Грузии Нанули Шеварднадзе — Новые Известия]
  54. [www.wday.ru/novosty/zvezdy/_article/sofiko-shevardnadze-olichnoj-zhizni/ Софико Шеварднадзе о личной жизни]
  55. [echo.msk.ru/contributors/13312/ Эхо Москвы  :: Персоны / Софико Шеварднадзе]. Эхо Москвы. Проверено 16 декабря 2015.
  56. [zakon.rada.gov.ua/cgi-bin/laws/main.cgi?nreg=1257/99 Указ Президента України № 1257/99 від 1 жовтня 1999 року «Про нагородження відзнакою Президента України „Орден князя Ярослава Мудрого“»] (укр.)

Книги

  • Als der Eiserne Vorhang zerriss — Begegnungen und Erinnerungen. Metzler, Peter W., Duisburg 2007, [Aktualisierte, neu konzipierte und ergänzte Ausgabe von Pikri Tsarsulsa da Momawalze — Memuarebi] Die deutsche Ausgabe ist Grundlage für alle Übersetzungen und Ausgaben außerhalb der georgischen Sprache. ISBN 978-3-936283-10-5
  • Когда рухнул железный занавес. Встречи и воспоминания. Эдуард Шеварднадзе, экс-президент Грузии, бывший министр Иностранных дел СССР. Предисловие Александра Бессмертных. Übersetzung aus der deutschen in die russische Sprache. Russische Lizenzausgabe von «Als der Eiserne Vorhang zerriss»; Grundlage der russischen Ausgabe ist die deutsche Ausgabe. М.: Издательство «Европа», 2009, 428 с. ISBN 978-5-9739-0188-2
  • Kui raudne eesriie rebenes. Übersetzung aus der deutschen in die estnische Sprache. Estnische Lizenzausgabe von «Als der Eiserne Vorhang zerriss»; Grundlage der estnischen Ausgabe ist die deutsche Ausgabe. Olion, Tallinn, 2009. ISBN 978-9985-66-606-7

Библиография

Ссылки

  •  [www.warheroes.ru/hero/hero.asp?Hero_id=12326 Шеварднадзе, Эдуард Амвросиевич]. Сайт «Герои Страны».
  • [www.day.az/news/georgia/2188.html Детализированная биография грузинского «седого лиса» ]
Предшественник:
Василий Павлович Мжаванадзе
11-й Первый Секретарь ЦК Компартии Грузинской ССР

29 сентября 19726 июля 1985
Преемник:
Джумбер Ильич Патиашвили
Предшественник:
Андрей Андреевич Громыко
6-й Министр иностранных дел СССР

2 июля 198520 декабря 1990
Преемник:
Александр Александрович Бессмертных
Предшественник:
Борис Дмитриевич Панкин
Министр иностранных дел СССР
1-й Министр внешних сношений СССР

19 ноября26 декабря 1991
Преемник:
Андрей Владимирович Козырев
Министр иностранных дел РФ
Предшественник:
Должность учреждена
Тенгиз Китовани и Джаба Иоселиани как сопредседатели Военного Совета Грузии
1-й Председатель Государственного Совета Грузии

10 марта 19924 ноября 1992
Преемник:
Зураб Виссарионович Жвания
Предшественник:
Должность учреждена
1-й Председатель парламента Грузии

4 ноября 199226 ноября 1995
Преемник:
Должность упразднена
Предшественник:
Звиад Гамсахурдия
2-й Президент Грузии

26 ноября 199523 ноября 2003
Преемник:
Нино Анзоровна Бурджанадзе (и.о.)
Михаил Николозович Саакашвили

Отрывок, характеризующий Шеварднадзе, Эдуард Амвросиевич

– Сейчас, сейчас, – сказал он, мокая перо.
– Вы всё умеете делать не во время, – сказала Вера. – То прибежали в гостиную, так что всем совестно сделалось за вас.
Несмотря на то, или именно потому, что сказанное ею было совершенно справедливо, никто ей не отвечал, и все четверо только переглядывались между собой. Она медлила в комнате с чернильницей в руке.
– И какие могут быть в ваши года секреты между Наташей и Борисом и между вами, – всё одни глупости!
– Ну, что тебе за дело, Вера? – тихеньким голоском, заступнически проговорила Наташа.
Она, видимо, была ко всем еще более, чем всегда, в этот день добра и ласкова.
– Очень глупо, – сказала Вера, – мне совестно за вас. Что за секреты?…
– У каждого свои секреты. Мы тебя с Бергом не трогаем, – сказала Наташа разгорячаясь.
– Я думаю, не трогаете, – сказала Вера, – потому что в моих поступках никогда ничего не может быть дурного. А вот я маменьке скажу, как ты с Борисом обходишься.
– Наталья Ильинишна очень хорошо со мной обходится, – сказал Борис. – Я не могу жаловаться, – сказал он.
– Оставьте, Борис, вы такой дипломат (слово дипломат было в большом ходу у детей в том особом значении, какое они придавали этому слову); даже скучно, – сказала Наташа оскорбленным, дрожащим голосом. – За что она ко мне пристает? Ты этого никогда не поймешь, – сказала она, обращаясь к Вере, – потому что ты никогда никого не любила; у тебя сердца нет, ты только madame de Genlis [мадам Жанлис] (это прозвище, считавшееся очень обидным, было дано Вере Николаем), и твое первое удовольствие – делать неприятности другим. Ты кокетничай с Бергом, сколько хочешь, – проговорила она скоро.
– Да уж я верно не стану перед гостями бегать за молодым человеком…
– Ну, добилась своего, – вмешался Николай, – наговорила всем неприятностей, расстроила всех. Пойдемте в детскую.
Все четверо, как спугнутая стая птиц, поднялись и пошли из комнаты.
– Мне наговорили неприятностей, а я никому ничего, – сказала Вера.
– Madame de Genlis! Madame de Genlis! – проговорили смеющиеся голоса из за двери.
Красивая Вера, производившая на всех такое раздражающее, неприятное действие, улыбнулась и видимо не затронутая тем, что ей было сказано, подошла к зеркалу и оправила шарф и прическу. Глядя на свое красивое лицо, она стала, повидимому, еще холоднее и спокойнее.

В гостиной продолжался разговор.
– Ah! chere, – говорила графиня, – и в моей жизни tout n'est pas rose. Разве я не вижу, что du train, que nous allons, [не всё розы. – при нашем образе жизни,] нашего состояния нам не надолго! И всё это клуб, и его доброта. В деревне мы живем, разве мы отдыхаем? Театры, охоты и Бог знает что. Да что обо мне говорить! Ну, как же ты это всё устроила? Я часто на тебя удивляюсь, Annette, как это ты, в свои годы, скачешь в повозке одна, в Москву, в Петербург, ко всем министрам, ко всей знати, со всеми умеешь обойтись, удивляюсь! Ну, как же это устроилось? Вот я ничего этого не умею.
– Ах, душа моя! – отвечала княгиня Анна Михайловна. – Не дай Бог тебе узнать, как тяжело остаться вдовой без подпоры и с сыном, которого любишь до обожания. Всему научишься, – продолжала она с некоторою гордостью. – Процесс мой меня научил. Ежели мне нужно видеть кого нибудь из этих тузов, я пишу записку: «princesse une telle [княгиня такая то] желает видеть такого то» и еду сама на извозчике хоть два, хоть три раза, хоть четыре, до тех пор, пока не добьюсь того, что мне надо. Мне всё равно, что бы обо мне ни думали.
– Ну, как же, кого ты просила о Бореньке? – спросила графиня. – Ведь вот твой уже офицер гвардии, а Николушка идет юнкером. Некому похлопотать. Ты кого просила?
– Князя Василия. Он был очень мил. Сейчас на всё согласился, доложил государю, – говорила княгиня Анна Михайловна с восторгом, совершенно забыв всё унижение, через которое она прошла для достижения своей цели.
– Что он постарел, князь Василий? – спросила графиня. – Я его не видала с наших театров у Румянцевых. И думаю, забыл про меня. Il me faisait la cour, [Он за мной волочился,] – вспомнила графиня с улыбкой.
– Всё такой же, – отвечала Анна Михайловна, – любезен, рассыпается. Les grandeurs ne lui ont pas touriene la tete du tout. [Высокое положение не вскружило ему головы нисколько.] «Я жалею, что слишком мало могу вам сделать, милая княгиня, – он мне говорит, – приказывайте». Нет, он славный человек и родной прекрасный. Но ты знаешь, Nathalieie, мою любовь к сыну. Я не знаю, чего я не сделала бы для его счастья. А обстоятельства мои до того дурны, – продолжала Анна Михайловна с грустью и понижая голос, – до того дурны, что я теперь в самом ужасном положении. Мой несчастный процесс съедает всё, что я имею, и не подвигается. У меня нет, можешь себе представить, a la lettre [буквально] нет гривенника денег, и я не знаю, на что обмундировать Бориса. – Она вынула платок и заплакала. – Мне нужно пятьсот рублей, а у меня одна двадцатипятирублевая бумажка. Я в таком положении… Одна моя надежда теперь на графа Кирилла Владимировича Безухова. Ежели он не захочет поддержать своего крестника, – ведь он крестил Борю, – и назначить ему что нибудь на содержание, то все мои хлопоты пропадут: мне не на что будет обмундировать его.
Графиня прослезилась и молча соображала что то.
– Часто думаю, может, это и грех, – сказала княгиня, – а часто думаю: вот граф Кирилл Владимирович Безухой живет один… это огромное состояние… и для чего живет? Ему жизнь в тягость, а Боре только начинать жить.
– Он, верно, оставит что нибудь Борису, – сказала графиня.
– Бог знает, chere amie! [милый друг!] Эти богачи и вельможи такие эгоисты. Но я всё таки поеду сейчас к нему с Борисом и прямо скажу, в чем дело. Пускай обо мне думают, что хотят, мне, право, всё равно, когда судьба сына зависит от этого. – Княгиня поднялась. – Теперь два часа, а в четыре часа вы обедаете. Я успею съездить.
И с приемами петербургской деловой барыни, умеющей пользоваться временем, Анна Михайловна послала за сыном и вместе с ним вышла в переднюю.
– Прощай, душа моя, – сказала она графине, которая провожала ее до двери, – пожелай мне успеха, – прибавила она шопотом от сына.
– Вы к графу Кириллу Владимировичу, ma chere? – сказал граф из столовой, выходя тоже в переднюю. – Коли ему лучше, зовите Пьера ко мне обедать. Ведь он у меня бывал, с детьми танцовал. Зовите непременно, ma chere. Ну, посмотрим, как то отличится нынче Тарас. Говорит, что у графа Орлова такого обеда не бывало, какой у нас будет.


– Mon cher Boris, [Дорогой Борис,] – сказала княгиня Анна Михайловна сыну, когда карета графини Ростовой, в которой они сидели, проехала по устланной соломой улице и въехала на широкий двор графа Кирилла Владимировича Безухого. – Mon cher Boris, – сказала мать, выпрастывая руку из под старого салопа и робким и ласковым движением кладя ее на руку сына, – будь ласков, будь внимателен. Граф Кирилл Владимирович всё таки тебе крестный отец, и от него зависит твоя будущая судьба. Помни это, mon cher, будь мил, как ты умеешь быть…
– Ежели бы я знал, что из этого выйдет что нибудь, кроме унижения… – отвечал сын холодно. – Но я обещал вам и делаю это для вас.
Несмотря на то, что чья то карета стояла у подъезда, швейцар, оглядев мать с сыном (которые, не приказывая докладывать о себе, прямо вошли в стеклянные сени между двумя рядами статуй в нишах), значительно посмотрев на старенький салоп, спросил, кого им угодно, княжен или графа, и, узнав, что графа, сказал, что их сиятельству нынче хуже и их сиятельство никого не принимают.
– Мы можем уехать, – сказал сын по французски.
– Mon ami! [Друг мой!] – сказала мать умоляющим голосом, опять дотрогиваясь до руки сына, как будто это прикосновение могло успокоивать или возбуждать его.
Борис замолчал и, не снимая шинели, вопросительно смотрел на мать.
– Голубчик, – нежным голоском сказала Анна Михайловна, обращаясь к швейцару, – я знаю, что граф Кирилл Владимирович очень болен… я затем и приехала… я родственница… Я не буду беспокоить, голубчик… А мне бы только надо увидать князя Василия Сергеевича: ведь он здесь стоит. Доложи, пожалуйста.
Швейцар угрюмо дернул снурок наверх и отвернулся.
– Княгиня Друбецкая к князю Василию Сергеевичу, – крикнул он сбежавшему сверху и из под выступа лестницы выглядывавшему официанту в чулках, башмаках и фраке.
Мать расправила складки своего крашеного шелкового платья, посмотрелась в цельное венецианское зеркало в стене и бодро в своих стоптанных башмаках пошла вверх по ковру лестницы.
– Mon cher, voue m'avez promis, [Мой друг, ты мне обещал,] – обратилась она опять к Сыну, прикосновением руки возбуждая его.
Сын, опустив глаза, спокойно шел за нею.
Они вошли в залу, из которой одна дверь вела в покои, отведенные князю Василью.
В то время как мать с сыном, выйдя на середину комнаты, намеревались спросить дорогу у вскочившего при их входе старого официанта, у одной из дверей повернулась бронзовая ручка и князь Василий в бархатной шубке, с одною звездой, по домашнему, вышел, провожая красивого черноволосого мужчину. Мужчина этот был знаменитый петербургский доктор Lorrain.
– C'est donc positif? [Итак, это верно?] – говорил князь.
– Mon prince, «errare humanum est», mais… [Князь, человеку ошибаться свойственно.] – отвечал доктор, грассируя и произнося латинские слова французским выговором.
– C'est bien, c'est bien… [Хорошо, хорошо…]
Заметив Анну Михайловну с сыном, князь Василий поклоном отпустил доктора и молча, но с вопросительным видом, подошел к ним. Сын заметил, как вдруг глубокая горесть выразилась в глазах его матери, и слегка улыбнулся.
– Да, в каких грустных обстоятельствах пришлось нам видеться, князь… Ну, что наш дорогой больной? – сказала она, как будто не замечая холодного, оскорбительного, устремленного на нее взгляда.
Князь Василий вопросительно, до недоумения, посмотрел на нее, потом на Бориса. Борис учтиво поклонился. Князь Василий, не отвечая на поклон, отвернулся к Анне Михайловне и на ее вопрос отвечал движением головы и губ, которое означало самую плохую надежду для больного.
– Неужели? – воскликнула Анна Михайловна. – Ах, это ужасно! Страшно подумать… Это мой сын, – прибавила она, указывая на Бориса. – Он сам хотел благодарить вас.
Борис еще раз учтиво поклонился.
– Верьте, князь, что сердце матери никогда не забудет того, что вы сделали для нас.
– Я рад, что мог сделать вам приятное, любезная моя Анна Михайловна, – сказал князь Василий, оправляя жабо и в жесте и голосе проявляя здесь, в Москве, перед покровительствуемою Анною Михайловной еще гораздо большую важность, чем в Петербурге, на вечере у Annette Шерер.
– Старайтесь служить хорошо и быть достойным, – прибавил он, строго обращаясь к Борису. – Я рад… Вы здесь в отпуску? – продиктовал он своим бесстрастным тоном.
– Жду приказа, ваше сиятельство, чтоб отправиться по новому назначению, – отвечал Борис, не выказывая ни досады за резкий тон князя, ни желания вступить в разговор, но так спокойно и почтительно, что князь пристально поглядел на него.
– Вы живете с матушкой?
– Я живу у графини Ростовой, – сказал Борис, опять прибавив: – ваше сиятельство.
– Это тот Илья Ростов, который женился на Nathalie Шиншиной, – сказала Анна Михайловна.
– Знаю, знаю, – сказал князь Василий своим монотонным голосом. – Je n'ai jamais pu concevoir, comment Nathalieie s'est decidee a epouser cet ours mal – leche l Un personnage completement stupide et ridicule.Et joueur a ce qu'on dit. [Я никогда не мог понять, как Натали решилась выйти замуж за этого грязного медведя. Совершенно глупая и смешная особа. К тому же игрок, говорят.]
– Mais tres brave homme, mon prince, [Но добрый человек, князь,] – заметила Анна Михайловна, трогательно улыбаясь, как будто и она знала, что граф Ростов заслуживал такого мнения, но просила пожалеть бедного старика. – Что говорят доктора? – спросила княгиня, помолчав немного и опять выражая большую печаль на своем исплаканном лице.
– Мало надежды, – сказал князь.
– А мне так хотелось еще раз поблагодарить дядю за все его благодеяния и мне и Боре. C'est son filleuil, [Это его крестник,] – прибавила она таким тоном, как будто это известие должно было крайне обрадовать князя Василия.
Князь Василий задумался и поморщился. Анна Михайловна поняла, что он боялся найти в ней соперницу по завещанию графа Безухого. Она поспешила успокоить его.
– Ежели бы не моя истинная любовь и преданность дяде, – сказала она, с особенною уверенностию и небрежностию выговаривая это слово: – я знаю его характер, благородный, прямой, но ведь одни княжны при нем…Они еще молоды… – Она наклонила голову и прибавила шопотом: – исполнил ли он последний долг, князь? Как драгоценны эти последние минуты! Ведь хуже быть не может; его необходимо приготовить ежели он так плох. Мы, женщины, князь, – она нежно улыбнулась, – всегда знаем, как говорить эти вещи. Необходимо видеть его. Как бы тяжело это ни было для меня, но я привыкла уже страдать.
Князь, видимо, понял, и понял, как и на вечере у Annette Шерер, что от Анны Михайловны трудно отделаться.
– Не было бы тяжело ему это свидание, chere Анна Михайловна, – сказал он. – Подождем до вечера, доктора обещали кризис.
– Но нельзя ждать, князь, в эти минуты. Pensez, il у va du salut de son ame… Ah! c'est terrible, les devoirs d'un chretien… [Подумайте, дело идет о спасения его души! Ах! это ужасно, долг христианина…]
Из внутренних комнат отворилась дверь, и вошла одна из княжен племянниц графа, с угрюмым и холодным лицом и поразительно несоразмерною по ногам длинною талией.
Князь Василий обернулся к ней.
– Ну, что он?
– Всё то же. И как вы хотите, этот шум… – сказала княжна, оглядывая Анну Михайловну, как незнакомую.
– Ah, chere, je ne vous reconnaissais pas, [Ах, милая, я не узнала вас,] – с счастливою улыбкой сказала Анна Михайловна, легкою иноходью подходя к племяннице графа. – Je viens d'arriver et je suis a vous pour vous aider a soigner mon oncle . J`imagine, combien vous avez souffert, [Я приехала помогать вам ходить за дядюшкой. Воображаю, как вы настрадались,] – прибавила она, с участием закатывая глаза.
Княжна ничего не ответила, даже не улыбнулась и тотчас же вышла. Анна Михайловна сняла перчатки и в завоеванной позиции расположилась на кресле, пригласив князя Василья сесть подле себя.
– Борис! – сказала она сыну и улыбнулась, – я пройду к графу, к дяде, а ты поди к Пьеру, mon ami, покаместь, да не забудь передать ему приглашение от Ростовых. Они зовут его обедать. Я думаю, он не поедет? – обратилась она к князю.
– Напротив, – сказал князь, видимо сделавшийся не в духе. – Je serais tres content si vous me debarrassez de ce jeune homme… [Я был бы очень рад, если бы вы меня избавили от этого молодого человека…] Сидит тут. Граф ни разу не спросил про него.
Он пожал плечами. Официант повел молодого человека вниз и вверх по другой лестнице к Петру Кирилловичу.


Пьер так и не успел выбрать себе карьеры в Петербурге и, действительно, был выслан в Москву за буйство. История, которую рассказывали у графа Ростова, была справедлива. Пьер участвовал в связываньи квартального с медведем. Он приехал несколько дней тому назад и остановился, как всегда, в доме своего отца. Хотя он и предполагал, что история его уже известна в Москве, и что дамы, окружающие его отца, всегда недоброжелательные к нему, воспользуются этим случаем, чтобы раздражить графа, он всё таки в день приезда пошел на половину отца. Войдя в гостиную, обычное местопребывание княжен, он поздоровался с дамами, сидевшими за пяльцами и за книгой, которую вслух читала одна из них. Их было три. Старшая, чистоплотная, с длинною талией, строгая девица, та самая, которая выходила к Анне Михайловне, читала; младшие, обе румяные и хорошенькие, отличавшиеся друг от друга только тем, что у одной была родинка над губой, очень красившая ее, шили в пяльцах. Пьер был встречен как мертвец или зачумленный. Старшая княжна прервала чтение и молча посмотрела на него испуганными глазами; младшая, без родинки, приняла точно такое же выражение; самая меньшая, с родинкой, веселого и смешливого характера, нагнулась к пяльцам, чтобы скрыть улыбку, вызванную, вероятно, предстоящею сценой, забавность которой она предвидела. Она притянула вниз шерстинку и нагнулась, будто разбирая узоры и едва удерживаясь от смеха.
– Bonjour, ma cousine, – сказал Пьер. – Vous ne me гесоnnaissez pas? [Здравствуйте, кузина. Вы меня не узнаете?]
– Я слишком хорошо вас узнаю, слишком хорошо.
– Как здоровье графа? Могу я видеть его? – спросил Пьер неловко, как всегда, но не смущаясь.
– Граф страдает и физически и нравственно, и, кажется, вы позаботились о том, чтобы причинить ему побольше нравственных страданий.
– Могу я видеть графа? – повторил Пьер.
– Гм!.. Ежели вы хотите убить его, совсем убить, то можете видеть. Ольга, поди посмотри, готов ли бульон для дяденьки, скоро время, – прибавила она, показывая этим Пьеру, что они заняты и заняты успокоиваньем его отца, тогда как он, очевидно, занят только расстроиванием.
Ольга вышла. Пьер постоял, посмотрел на сестер и, поклонившись, сказал:
– Так я пойду к себе. Когда можно будет, вы мне скажите.
Он вышел, и звонкий, но негромкий смех сестры с родинкой послышался за ним.
На другой день приехал князь Василий и поместился в доме графа. Он призвал к себе Пьера и сказал ему:
– Mon cher, si vous vous conduisez ici, comme a Petersbourg, vous finirez tres mal; c'est tout ce que je vous dis. [Мой милый, если вы будете вести себя здесь, как в Петербурге, вы кончите очень дурно; больше мне нечего вам сказать.] Граф очень, очень болен: тебе совсем не надо его видеть.
С тех пор Пьера не тревожили, и он целый день проводил один наверху, в своей комнате.
В то время как Борис вошел к нему, Пьер ходил по своей комнате, изредка останавливаясь в углах, делая угрожающие жесты к стене, как будто пронзая невидимого врага шпагой, и строго взглядывая сверх очков и затем вновь начиная свою прогулку, проговаривая неясные слова, пожимая плечами и разводя руками.
– L'Angleterre a vecu, [Англии конец,] – проговорил он, нахмуриваясь и указывая на кого то пальцем. – M. Pitt comme traitre a la nation et au droit des gens est condamiene a… [Питт, как изменник нации и народному праву, приговаривается к…] – Он не успел договорить приговора Питту, воображая себя в эту минуту самим Наполеоном и вместе с своим героем уже совершив опасный переезд через Па де Кале и завоевав Лондон, – как увидал входившего к нему молодого, стройного и красивого офицера. Он остановился. Пьер оставил Бориса четырнадцатилетним мальчиком и решительно не помнил его; но, несмотря на то, с свойственною ему быстрою и радушною манерой взял его за руку и дружелюбно улыбнулся.
– Вы меня помните? – спокойно, с приятной улыбкой сказал Борис. – Я с матушкой приехал к графу, но он, кажется, не совсем здоров.
– Да, кажется, нездоров. Его всё тревожат, – отвечал Пьер, стараясь вспомнить, кто этот молодой человек.
Борис чувствовал, что Пьер не узнает его, но не считал нужным называть себя и, не испытывая ни малейшего смущения, смотрел ему прямо в глаза.
– Граф Ростов просил вас нынче приехать к нему обедать, – сказал он после довольно долгого и неловкого для Пьера молчания.
– А! Граф Ростов! – радостно заговорил Пьер. – Так вы его сын, Илья. Я, можете себе представить, в первую минуту не узнал вас. Помните, как мы на Воробьевы горы ездили c m me Jacquot… [мадам Жако…] давно.
– Вы ошибаетесь, – неторопливо, с смелою и несколько насмешливою улыбкой проговорил Борис. – Я Борис, сын княгини Анны Михайловны Друбецкой. Ростова отца зовут Ильей, а сына – Николаем. И я m me Jacquot никакой не знал.
Пьер замахал руками и головой, как будто комары или пчелы напали на него.
– Ах, ну что это! я всё спутал. В Москве столько родных! Вы Борис…да. Ну вот мы с вами и договорились. Ну, что вы думаете о булонской экспедиции? Ведь англичанам плохо придется, ежели только Наполеон переправится через канал? Я думаю, что экспедиция очень возможна. Вилльнев бы не оплошал!
Борис ничего не знал о булонской экспедиции, он не читал газет и о Вилльневе в первый раз слышал.
– Мы здесь в Москве больше заняты обедами и сплетнями, чем политикой, – сказал он своим спокойным, насмешливым тоном. – Я ничего про это не знаю и не думаю. Москва занята сплетнями больше всего, – продолжал он. – Теперь говорят про вас и про графа.
Пьер улыбнулся своей доброю улыбкой, как будто боясь за своего собеседника, как бы он не сказал чего нибудь такого, в чем стал бы раскаиваться. Но Борис говорил отчетливо, ясно и сухо, прямо глядя в глаза Пьеру.
– Москве больше делать нечего, как сплетничать, – продолжал он. – Все заняты тем, кому оставит граф свое состояние, хотя, может быть, он переживет всех нас, чего я от души желаю…
– Да, это всё очень тяжело, – подхватил Пьер, – очень тяжело. – Пьер всё боялся, что этот офицер нечаянно вдастся в неловкий для самого себя разговор.
– А вам должно казаться, – говорил Борис, слегка краснея, но не изменяя голоса и позы, – вам должно казаться, что все заняты только тем, чтобы получить что нибудь от богача.
«Так и есть», подумал Пьер.
– А я именно хочу сказать вам, чтоб избежать недоразумений, что вы очень ошибетесь, ежели причтете меня и мою мать к числу этих людей. Мы очень бедны, но я, по крайней мере, за себя говорю: именно потому, что отец ваш богат, я не считаю себя его родственником, и ни я, ни мать никогда ничего не будем просить и не примем от него.
Пьер долго не мог понять, но когда понял, вскочил с дивана, ухватил Бориса за руку снизу с свойственною ему быстротой и неловкостью и, раскрасневшись гораздо более, чем Борис, начал говорить с смешанным чувством стыда и досады.
– Вот это странно! Я разве… да и кто ж мог думать… Я очень знаю…
Но Борис опять перебил его:
– Я рад, что высказал всё. Может быть, вам неприятно, вы меня извините, – сказал он, успокоивая Пьера, вместо того чтоб быть успокоиваемым им, – но я надеюсь, что не оскорбил вас. Я имею правило говорить всё прямо… Как же мне передать? Вы приедете обедать к Ростовым?
И Борис, видимо свалив с себя тяжелую обязанность, сам выйдя из неловкого положения и поставив в него другого, сделался опять совершенно приятен.
– Нет, послушайте, – сказал Пьер, успокоиваясь. – Вы удивительный человек. То, что вы сейчас сказали, очень хорошо, очень хорошо. Разумеется, вы меня не знаете. Мы так давно не видались…детьми еще… Вы можете предполагать во мне… Я вас понимаю, очень понимаю. Я бы этого не сделал, у меня недостало бы духу, но это прекрасно. Я очень рад, что познакомился с вами. Странно, – прибавил он, помолчав и улыбаясь, – что вы во мне предполагали! – Он засмеялся. – Ну, да что ж? Мы познакомимся с вами лучше. Пожалуйста. – Он пожал руку Борису. – Вы знаете ли, я ни разу не был у графа. Он меня не звал… Мне его жалко, как человека… Но что же делать?
– И вы думаете, что Наполеон успеет переправить армию? – спросил Борис, улыбаясь.
Пьер понял, что Борис хотел переменить разговор, и, соглашаясь с ним, начал излагать выгоды и невыгоды булонского предприятия.
Лакей пришел вызвать Бориса к княгине. Княгиня уезжала. Пьер обещался приехать обедать затем, чтобы ближе сойтись с Борисом, крепко жал его руку, ласково глядя ему в глаза через очки… По уходе его Пьер долго еще ходил по комнате, уже не пронзая невидимого врага шпагой, а улыбаясь при воспоминании об этом милом, умном и твердом молодом человеке.
Как это бывает в первой молодости и особенно в одиноком положении, он почувствовал беспричинную нежность к этому молодому человеку и обещал себе непременно подружиться с ним.
Князь Василий провожал княгиню. Княгиня держала платок у глаз, и лицо ее было в слезах.
– Это ужасно! ужасно! – говорила она, – но чего бы мне ни стоило, я исполню свой долг. Я приеду ночевать. Его нельзя так оставить. Каждая минута дорога. Я не понимаю, чего мешкают княжны. Может, Бог поможет мне найти средство его приготовить!… Adieu, mon prince, que le bon Dieu vous soutienne… [Прощайте, князь, да поддержит вас Бог.]
– Adieu, ma bonne, [Прощайте, моя милая,] – отвечал князь Василий, повертываясь от нее.
– Ах, он в ужасном положении, – сказала мать сыну, когда они опять садились в карету. – Он почти никого не узнает.
– Я не понимаю, маменька, какие его отношения к Пьеру? – спросил сын.
– Всё скажет завещание, мой друг; от него и наша судьба зависит…
– Но почему вы думаете, что он оставит что нибудь нам?
– Ах, мой друг! Он так богат, а мы так бедны!
– Ну, это еще недостаточная причина, маменька.
– Ах, Боже мой! Боже мой! Как он плох! – восклицала мать.


Когда Анна Михайловна уехала с сыном к графу Кириллу Владимировичу Безухому, графиня Ростова долго сидела одна, прикладывая платок к глазам. Наконец, она позвонила.
– Что вы, милая, – сказала она сердито девушке, которая заставила себя ждать несколько минут. – Не хотите служить, что ли? Так я вам найду место.
Графиня была расстроена горем и унизительною бедностью своей подруги и поэтому была не в духе, что выражалось у нее всегда наименованием горничной «милая» и «вы».
– Виновата с, – сказала горничная.
– Попросите ко мне графа.
Граф, переваливаясь, подошел к жене с несколько виноватым видом, как и всегда.
– Ну, графинюшка! Какое saute au madere [сотэ на мадере] из рябчиков будет, ma chere! Я попробовал; не даром я за Тараску тысячу рублей дал. Стоит!
Он сел подле жены, облокотив молодецки руки на колена и взъерошивая седые волосы.
– Что прикажете, графинюшка?
– Вот что, мой друг, – что это у тебя запачкано здесь? – сказала она, указывая на жилет. – Это сотэ, верно, – прибавила она улыбаясь. – Вот что, граф: мне денег нужно.
Лицо ее стало печально.
– Ах, графинюшка!…
И граф засуетился, доставая бумажник.
– Мне много надо, граф, мне пятьсот рублей надо.
И она, достав батистовый платок, терла им жилет мужа.
– Сейчас, сейчас. Эй, кто там? – крикнул он таким голосом, каким кричат только люди, уверенные, что те, кого они кличут, стремглав бросятся на их зов. – Послать ко мне Митеньку!
Митенька, тот дворянский сын, воспитанный у графа, который теперь заведывал всеми его делами, тихими шагами вошел в комнату.
– Вот что, мой милый, – сказал граф вошедшему почтительному молодому человеку. – Принеси ты мне… – он задумался. – Да, 700 рублей, да. Да смотри, таких рваных и грязных, как тот раз, не приноси, а хороших, для графини.
– Да, Митенька, пожалуйста, чтоб чистенькие, – сказала графиня, грустно вздыхая.
– Ваше сиятельство, когда прикажете доставить? – сказал Митенька. – Изволите знать, что… Впрочем, не извольте беспокоиться, – прибавил он, заметив, как граф уже начал тяжело и часто дышать, что всегда было признаком начинавшегося гнева. – Я было и запамятовал… Сию минуту прикажете доставить?
– Да, да, то то, принеси. Вот графине отдай.
– Экое золото у меня этот Митенька, – прибавил граф улыбаясь, когда молодой человек вышел. – Нет того, чтобы нельзя. Я же этого терпеть не могу. Всё можно.
– Ах, деньги, граф, деньги, сколько от них горя на свете! – сказала графиня. – А эти деньги мне очень нужны.
– Вы, графинюшка, мотовка известная, – проговорил граф и, поцеловав у жены руку, ушел опять в кабинет.
Когда Анна Михайловна вернулась опять от Безухого, у графини лежали уже деньги, всё новенькими бумажками, под платком на столике, и Анна Михайловна заметила, что графиня чем то растревожена.
– Ну, что, мой друг? – спросила графиня.
– Ах, в каком он ужасном положении! Его узнать нельзя, он так плох, так плох; я минутку побыла и двух слов не сказала…
– Annette, ради Бога, не откажи мне, – сказала вдруг графиня, краснея, что так странно было при ее немолодом, худом и важном лице, доставая из под платка деньги.
Анна Михайловна мгновенно поняла, в чем дело, и уж нагнулась, чтобы в должную минуту ловко обнять графиню.
– Вот Борису от меня, на шитье мундира…
Анна Михайловна уж обнимала ее и плакала. Графиня плакала тоже. Плакали они о том, что они дружны; и о том, что они добры; и о том, что они, подруги молодости, заняты таким низким предметом – деньгами; и о том, что молодость их прошла… Но слезы обеих были приятны…


Графиня Ростова с дочерьми и уже с большим числом гостей сидела в гостиной. Граф провел гостей мужчин в кабинет, предлагая им свою охотницкую коллекцию турецких трубок. Изредка он выходил и спрашивал: не приехала ли? Ждали Марью Дмитриевну Ахросимову, прозванную в обществе le terrible dragon, [страшный дракон,] даму знаменитую не богатством, не почестями, но прямотой ума и откровенною простотой обращения. Марью Дмитриевну знала царская фамилия, знала вся Москва и весь Петербург, и оба города, удивляясь ей, втихомолку посмеивались над ее грубостью, рассказывали про нее анекдоты; тем не менее все без исключения уважали и боялись ее.
В кабинете, полном дыма, шел разговор о войне, которая была объявлена манифестом, о наборе. Манифеста еще никто не читал, но все знали о его появлении. Граф сидел на отоманке между двумя курившими и разговаривавшими соседями. Граф сам не курил и не говорил, а наклоняя голову, то на один бок, то на другой, с видимым удовольствием смотрел на куривших и слушал разговор двух соседей своих, которых он стравил между собой.
Один из говоривших был штатский, с морщинистым, желчным и бритым худым лицом, человек, уже приближавшийся к старости, хотя и одетый, как самый модный молодой человек; он сидел с ногами на отоманке с видом домашнего человека и, сбоку запустив себе далеко в рот янтарь, порывисто втягивал дым и жмурился. Это был старый холостяк Шиншин, двоюродный брат графини, злой язык, как про него говорили в московских гостиных. Он, казалось, снисходил до своего собеседника. Другой, свежий, розовый, гвардейский офицер, безупречно вымытый, застегнутый и причесанный, держал янтарь у середины рта и розовыми губами слегка вытягивал дымок, выпуская его колечками из красивого рта. Это был тот поручик Берг, офицер Семеновского полка, с которым Борис ехал вместе в полк и которым Наташа дразнила Веру, старшую графиню, называя Берга ее женихом. Граф сидел между ними и внимательно слушал. Самое приятное для графа занятие, за исключением игры в бостон, которую он очень любил, было положение слушающего, особенно когда ему удавалось стравить двух говорливых собеседников.
– Ну, как же, батюшка, mon tres honorable [почтеннейший] Альфонс Карлыч, – говорил Шиншин, посмеиваясь и соединяя (в чем и состояла особенность его речи) самые народные русские выражения с изысканными французскими фразами. – Vous comptez vous faire des rentes sur l'etat, [Вы рассчитываете иметь доход с казны,] с роты доходец получать хотите?
– Нет с, Петр Николаич, я только желаю показать, что в кавалерии выгод гораздо меньше против пехоты. Вот теперь сообразите, Петр Николаич, мое положение…
Берг говорил всегда очень точно, спокойно и учтиво. Разговор его всегда касался только его одного; он всегда спокойно молчал, пока говорили о чем нибудь, не имеющем прямого к нему отношения. И молчать таким образом он мог несколько часов, не испытывая и не производя в других ни малейшего замешательства. Но как скоро разговор касался его лично, он начинал говорить пространно и с видимым удовольствием.
– Сообразите мое положение, Петр Николаич: будь я в кавалерии, я бы получал не более двухсот рублей в треть, даже и в чине поручика; а теперь я получаю двести тридцать, – говорил он с радостною, приятною улыбкой, оглядывая Шиншина и графа, как будто для него было очевидно, что его успех всегда будет составлять главную цель желаний всех остальных людей.
– Кроме того, Петр Николаич, перейдя в гвардию, я на виду, – продолжал Берг, – и вакансии в гвардейской пехоте гораздо чаще. Потом, сами сообразите, как я мог устроиться из двухсот тридцати рублей. А я откладываю и еще отцу посылаю, – продолжал он, пуская колечко.
– La balance у est… [Баланс установлен…] Немец на обухе молотит хлебец, comme dit le рroverbe, [как говорит пословица,] – перекладывая янтарь на другую сторону ртa, сказал Шиншин и подмигнул графу.
Граф расхохотался. Другие гости, видя, что Шиншин ведет разговор, подошли послушать. Берг, не замечая ни насмешки, ни равнодушия, продолжал рассказывать о том, как переводом в гвардию он уже выиграл чин перед своими товарищами по корпусу, как в военное время ротного командира могут убить, и он, оставшись старшим в роте, может очень легко быть ротным, и как в полку все любят его, и как его папенька им доволен. Берг, видимо, наслаждался, рассказывая всё это, и, казалось, не подозревал того, что у других людей могли быть тоже свои интересы. Но всё, что он рассказывал, было так мило степенно, наивность молодого эгоизма его была так очевидна, что он обезоруживал своих слушателей.
– Ну, батюшка, вы и в пехоте, и в кавалерии, везде пойдете в ход; это я вам предрекаю, – сказал Шиншин, трепля его по плечу и спуская ноги с отоманки.
Берг радостно улыбнулся. Граф, а за ним и гости вышли в гостиную.

Было то время перед званым обедом, когда собравшиеся гости не начинают длинного разговора в ожидании призыва к закуске, а вместе с тем считают необходимым шевелиться и не молчать, чтобы показать, что они нисколько не нетерпеливы сесть за стол. Хозяева поглядывают на дверь и изредка переглядываются между собой. Гости по этим взглядам стараются догадаться, кого или чего еще ждут: важного опоздавшего родственника или кушанья, которое еще не поспело.
Пьер приехал перед самым обедом и неловко сидел посредине гостиной на первом попавшемся кресле, загородив всем дорогу. Графиня хотела заставить его говорить, но он наивно смотрел в очки вокруг себя, как бы отыскивая кого то, и односложно отвечал на все вопросы графини. Он был стеснителен и один не замечал этого. Большая часть гостей, знавшая его историю с медведем, любопытно смотрели на этого большого толстого и смирного человека, недоумевая, как мог такой увалень и скромник сделать такую штуку с квартальным.
– Вы недавно приехали? – спрашивала у него графиня.
– Oui, madame, [Да, сударыня,] – отвечал он, оглядываясь.
– Вы не видали моего мужа?
– Non, madame. [Нет, сударыня.] – Он улыбнулся совсем некстати.
– Вы, кажется, недавно были в Париже? Я думаю, очень интересно.
– Очень интересно..
Графиня переглянулась с Анной Михайловной. Анна Михайловна поняла, что ее просят занять этого молодого человека, и, подсев к нему, начала говорить об отце; но так же, как и графине, он отвечал ей только односложными словами. Гости были все заняты между собой. Les Razoumovsky… ca a ete charmant… Vous etes bien bonne… La comtesse Apraksine… [Разумовские… Это было восхитительно… Вы очень добры… Графиня Апраксина…] слышалось со всех сторон. Графиня встала и пошла в залу.
– Марья Дмитриевна? – послышался ее голос из залы.
– Она самая, – послышался в ответ грубый женский голос, и вслед за тем вошла в комнату Марья Дмитриевна.
Все барышни и даже дамы, исключая самых старых, встали. Марья Дмитриевна остановилась в дверях и, с высоты своего тучного тела, высоко держа свою с седыми буклями пятидесятилетнюю голову, оглядела гостей и, как бы засучиваясь, оправила неторопливо широкие рукава своего платья. Марья Дмитриевна всегда говорила по русски.
– Имениннице дорогой с детками, – сказала она своим громким, густым, подавляющим все другие звуки голосом. – Ты что, старый греховодник, – обратилась она к графу, целовавшему ее руку, – чай, скучаешь в Москве? Собак гонять негде? Да что, батюшка, делать, вот как эти пташки подрастут… – Она указывала на девиц. – Хочешь – не хочешь, надо женихов искать.
– Ну, что, казак мой? (Марья Дмитриевна казаком называла Наташу) – говорила она, лаская рукой Наташу, подходившую к ее руке без страха и весело. – Знаю, что зелье девка, а люблю.
Она достала из огромного ридикюля яхонтовые сережки грушками и, отдав их именинно сиявшей и разрумянившейся Наташе, тотчас же отвернулась от нее и обратилась к Пьеру.
– Э, э! любезный! поди ка сюда, – сказала она притворно тихим и тонким голосом. – Поди ка, любезный…
И она грозно засучила рукава еще выше.
Пьер подошел, наивно глядя на нее через очки.
– Подойди, подойди, любезный! Я и отцу то твоему правду одна говорила, когда он в случае был, а тебе то и Бог велит.
Она помолчала. Все молчали, ожидая того, что будет, и чувствуя, что было только предисловие.
– Хорош, нечего сказать! хорош мальчик!… Отец на одре лежит, а он забавляется, квартального на медведя верхом сажает. Стыдно, батюшка, стыдно! Лучше бы на войну шел.
Она отвернулась и подала руку графу, который едва удерживался от смеха.
– Ну, что ж, к столу, я чай, пора? – сказала Марья Дмитриевна.
Впереди пошел граф с Марьей Дмитриевной; потом графиня, которую повел гусарский полковник, нужный человек, с которым Николай должен был догонять полк. Анна Михайловна – с Шиншиным. Берг подал руку Вере. Улыбающаяся Жюли Карагина пошла с Николаем к столу. За ними шли еще другие пары, протянувшиеся по всей зале, и сзади всех по одиночке дети, гувернеры и гувернантки. Официанты зашевелились, стулья загремели, на хорах заиграла музыка, и гости разместились. Звуки домашней музыки графа заменились звуками ножей и вилок, говора гостей, тихих шагов официантов.
На одном конце стола во главе сидела графиня. Справа Марья Дмитриевна, слева Анна Михайловна и другие гостьи. На другом конце сидел граф, слева гусарский полковник, справа Шиншин и другие гости мужского пола. С одной стороны длинного стола молодежь постарше: Вера рядом с Бергом, Пьер рядом с Борисом; с другой стороны – дети, гувернеры и гувернантки. Граф из за хрусталя, бутылок и ваз с фруктами поглядывал на жену и ее высокий чепец с голубыми лентами и усердно подливал вина своим соседям, не забывая и себя. Графиня так же, из за ананасов, не забывая обязанности хозяйки, кидала значительные взгляды на мужа, которого лысина и лицо, казалось ей, своею краснотой резче отличались от седых волос. На дамском конце шло равномерное лепетанье; на мужском всё громче и громче слышались голоса, особенно гусарского полковника, который так много ел и пил, всё более и более краснея, что граф уже ставил его в пример другим гостям. Берг с нежной улыбкой говорил с Верой о том, что любовь есть чувство не земное, а небесное. Борис называл новому своему приятелю Пьеру бывших за столом гостей и переглядывался с Наташей, сидевшей против него. Пьер мало говорил, оглядывал новые лица и много ел. Начиная от двух супов, из которых он выбрал a la tortue, [черепаховый,] и кулебяки и до рябчиков он не пропускал ни одного блюда и ни одного вина, которое дворецкий в завернутой салфеткою бутылке таинственно высовывал из за плеча соседа, приговаривая или «дрей мадера», или «венгерское», или «рейнвейн». Он подставлял первую попавшуюся из четырех хрустальных, с вензелем графа, рюмок, стоявших перед каждым прибором, и пил с удовольствием, всё с более и более приятным видом поглядывая на гостей. Наташа, сидевшая против него, глядела на Бориса, как глядят девочки тринадцати лет на мальчика, с которым они в первый раз только что поцеловались и в которого они влюблены. Этот самый взгляд ее иногда обращался на Пьера, и ему под взглядом этой смешной, оживленной девочки хотелось смеяться самому, не зная чему.