Юниорский турнир УЕФА 1969

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Юниорский турнир УЕФА 1969
1969 UEFA Youth Tournament
Подробности чемпионата
Место проведения ГДР
Сроки финального турнира 18 — 26 мая 1969
Число участников 16
Призовые места
Чемпион Болгария (2-й раз)
Второе место ГДР
Третье место СССР
Четвёртое место Шотландия
Статистика чемпионата
Сыграно матчей 28
Забито голов 79 (2,82 за игру)
Хронология

Юниорский турнир УЕФА 1969 — 22-й розыгрыш юношеского чемпионата Европы. Он прошёл с 18 по 26 мая 1969 года в ГДР. Болгары во 2-й раз в своей истории стали чемпионами.





Квалификация

Группа 1

Команда И В Н П МЗ МП +/- О
1 Франция 4 4 0 0 13 1 +12 8
2 Нидерланды 4 1 0 3 7 7 0 2
3 Швейцария 4 1 0 3 2 14 -12 2


Швейцария 1:0 Нидерланды
Франция 6:0 Швейцария
Нидерланды 0:2 Франция
Франция 3:1 Нидерланды
Швейцария 0:2 Франция
Нидерланды 6:1 Швейцария

Остальные группы

Команда 1 Счёт Команда 2 1-й матч 2-й матч
Шотландия

8:1 Норвегия 8:1
СССР

8:1 Финляндия 3:1 5:0
Португалия

(Жр.) 2:2 Италия 1:1 1:1
Англия

3:0 Бельгия 1:0 2:0
Болгария

DSQ Албания
Швеция 2:4 ФРГ

1:2 1:2
Венгрия 3:3 Югославия

3:1 0:2

Участники финального турнира


Групповой этап

Группа A

Команда И В Н П МЗ МП +/- О
1 СССР 3 3 0 0 6 1 +5 6
2 Румыния 3 2 0 1 4 2 +2 4
3 Португалия 3 1 0 2 2 4 -2 2
4 Турция 3 0 0 3 1 6 -5 0
18 мая 1969
Румыния 2 : 1 Турция
Риза

18 мая 1969
СССР 2 : 1 Португалия
Магдебург

20 мая 1969
СССР 3 : 0 Турция
Веймар

20 мая 1969
Румыния 2 : 0 Португалия
Карл-Маркс-Штадт

22 мая 1969
Португалия 1 : 0 Турция
Лейпциг

22 мая 1969
СССР 1 : 0 Румыния
Цвикау

Группа B

Команда И В Н П МЗ МП +/- О
1 ГДР 3 3 0 0 15 0 +15 6
2 Англия 3 2 0 1 9 5 +4 4
3 Чехословакия 3 1 0 2 8 4 +4 2
4 Мальта 3 0 0 3 0 23 -23 0
18 мая 1969
Англия 6 : 0 Мальта
Вольфен

18 мая 1969
ГДР 1 : 0 Чехословакия
Карл-Маркс-Штадт

20 мая 1969
Англия 3 : 1 Чехословакия
Лейпциг

20 мая 1969
ГДР 10 : 0 Мальта
Галле

22 мая 1969
ГДР 4 : 0 Англия
Магдебург

22 мая 1969
Чехословакия 7 : 0 Мальта
Вайсенфельс

Группа C

Команда И В Н П МЗ МП +/- О
1 Болгария 3 3 0 0 7 2 +5 6
2 ФРГ 3 1 0 2 2 3 -1 2
3 Испания 3 1 0 2 3 5 -2 2
4 Франция 3 1 0 2 2 4 -2 2
18 мая 1969
Болгария 1 : 0 ФРГ
Плауэн

18 мая 1969
Испания 1 : 0 Франция
Дрезден

20 мая 1969
Франция 1 : 0 ФРГ
Цайц

20 мая 1969
Болгария 3 : 1 Испания
Гера

22 мая 1969
ФРГ 2 : 1 Испания
Альтенбург

22 мая 1969
Болгария 3 : 1 Франция
Йена

Группа D

Команда И В Н П МЗ МП +/- О
1 Шотландия 3 2 1 0 4 2 +2 5
2 Югославия 3 1 2 0 3 1 +2 4
3 Австрия 3 1 0 2 4 4 0 2
4 Польша 3 0 1 2 0 4 -4 1
18 мая 1969
Югославия 2 : 0 Австрия
Эрфурт

18 мая 1969
Шотландия 1 : 0 Польша
Йена

20 мая 1969
Шотландия 2 : 1 Австрия
Дрезден

20 мая 1969
Югославия 0 : 0 Польша
Цвикау

22 мая 1969
Австрия 3 : 0 Польша
Ауэ-Фалльштайн

22 мая 1969
Югославия 1 : 1 Шотландия
Эрфурт

Полуфинал

24 мая 1969
Болгария 3 : 0 СССР
Дрезден

24 мая 1969
ГДР 2 : 1 Шотландия
Карл-Маркс-Штадт

Матч за 3-е место

26 мая 1969
СССР 1 : 0 Шотландия
Галле

Финал

26 мая 1969
Болгария (Жребий) 1 : 1
д.в.
ГДР
Лейпциг

Напишите отзыв о статье "Юниорский турнир УЕФА 1969"

Ссылки

  • [www.rsssf.com/tablese/ec-u18-69.html RSSSF]

Отрывок, характеризующий Юниорский турнир УЕФА 1969

– Господа, это глупости; он убьется до смерти, – сказал этот более благоразумный человек.
Анатоль остановил его:
– Не трогай, ты его испугаешь, он убьется. А?… Что тогда?… А?…
Долохов обернулся, поправляясь и опять расперевшись руками.
– Ежели кто ко мне еще будет соваться, – сказал он, редко пропуская слова сквозь стиснутые и тонкие губы, – я того сейчас спущу вот сюда. Ну!…
Сказав «ну»!, он повернулся опять, отпустил руки, взял бутылку и поднес ко рту, закинул назад голову и вскинул кверху свободную руку для перевеса. Один из лакеев, начавший подбирать стекла, остановился в согнутом положении, не спуская глаз с окна и спины Долохова. Анатоль стоял прямо, разинув глаза. Англичанин, выпятив вперед губы, смотрел сбоку. Тот, который останавливал, убежал в угол комнаты и лег на диван лицом к стене. Пьер закрыл лицо, и слабая улыбка, забывшись, осталась на его лице, хоть оно теперь выражало ужас и страх. Все молчали. Пьер отнял от глаз руки: Долохов сидел всё в том же положении, только голова загнулась назад, так что курчавые волосы затылка прикасались к воротнику рубахи, и рука с бутылкой поднималась всё выше и выше, содрогаясь и делая усилие. Бутылка видимо опорожнялась и с тем вместе поднималась, загибая голову. «Что же это так долго?» подумал Пьер. Ему казалось, что прошло больше получаса. Вдруг Долохов сделал движение назад спиной, и рука его нервически задрожала; этого содрогания было достаточно, чтобы сдвинуть всё тело, сидевшее на покатом откосе. Он сдвинулся весь, и еще сильнее задрожали, делая усилие, рука и голова его. Одна рука поднялась, чтобы схватиться за подоконник, но опять опустилась. Пьер опять закрыл глаза и сказал себе, что никогда уж не откроет их. Вдруг он почувствовал, что всё вокруг зашевелилось. Он взглянул: Долохов стоял на подоконнике, лицо его было бледно и весело.
– Пуста!
Он кинул бутылку англичанину, который ловко поймал ее. Долохов спрыгнул с окна. От него сильно пахло ромом.
– Отлично! Молодцом! Вот так пари! Чорт вас возьми совсем! – кричали с разных сторон.
Англичанин, достав кошелек, отсчитывал деньги. Долохов хмурился и молчал. Пьер вскочил на окно.
Господа! Кто хочет со мною пари? Я то же сделаю, – вдруг крикнул он. – И пари не нужно, вот что. Вели дать бутылку. Я сделаю… вели дать.
– Пускай, пускай! – сказал Долохов, улыбаясь.
– Что ты? с ума сошел? Кто тебя пустит? У тебя и на лестнице голова кружится, – заговорили с разных сторон.
– Я выпью, давай бутылку рому! – закричал Пьер, решительным и пьяным жестом ударяя по столу, и полез в окно.
Его схватили за руки; но он был так силен, что далеко оттолкнул того, кто приблизился к нему.
– Нет, его так не уломаешь ни за что, – говорил Анатоль, – постойте, я его обману. Послушай, я с тобой держу пари, но завтра, а теперь мы все едем к***.
– Едем, – закричал Пьер, – едем!… И Мишку с собой берем…
И он ухватил медведя, и, обняв и подняв его, стал кружиться с ним по комнате.


Князь Василий исполнил обещание, данное на вечере у Анны Павловны княгине Друбецкой, просившей его о своем единственном сыне Борисе. О нем было доложено государю, и, не в пример другим, он был переведен в гвардию Семеновского полка прапорщиком. Но адъютантом или состоящим при Кутузове Борис так и не был назначен, несмотря на все хлопоты и происки Анны Михайловны. Вскоре после вечера Анны Павловны Анна Михайловна вернулась в Москву, прямо к своим богатым родственникам Ростовым, у которых она стояла в Москве и у которых с детства воспитывался и годами живал ее обожаемый Боренька, только что произведенный в армейские и тотчас же переведенный в гвардейские прапорщики. Гвардия уже вышла из Петербурга 10 го августа, и сын, оставшийся для обмундирования в Москве, должен был догнать ее по дороге в Радзивилов.
У Ростовых были именинницы Натальи, мать и меньшая дочь. С утра, не переставая, подъезжали и отъезжали цуги, подвозившие поздравителей к большому, всей Москве известному дому графини Ростовой на Поварской. Графиня с красивой старшею дочерью и гостями, не перестававшими сменять один другого, сидели в гостиной.
Графиня была женщина с восточным типом худого лица, лет сорока пяти, видимо изнуренная детьми, которых у ней было двенадцать человек. Медлительность ее движений и говора, происходившая от слабости сил, придавала ей значительный вид, внушавший уважение. Княгиня Анна Михайловна Друбецкая, как домашний человек, сидела тут же, помогая в деле принимания и занимания разговором гостей. Молодежь была в задних комнатах, не находя нужным участвовать в приеме визитов. Граф встречал и провожал гостей, приглашая всех к обеду.
«Очень, очень вам благодарен, ma chere или mon cher [моя дорогая или мой дорогой] (ma сherе или mon cher он говорил всем без исключения, без малейших оттенков как выше, так и ниже его стоявшим людям) за себя и за дорогих именинниц. Смотрите же, приезжайте обедать. Вы меня обидите, mon cher. Душевно прошу вас от всего семейства, ma chere». Эти слова с одинаковым выражением на полном веселом и чисто выбритом лице и с одинаково крепким пожатием руки и повторяемыми короткими поклонами говорил он всем без исключения и изменения. Проводив одного гостя, граф возвращался к тому или той, которые еще были в гостиной; придвинув кресла и с видом человека, любящего и умеющего пожить, молодецки расставив ноги и положив на колена руки, он значительно покачивался, предлагал догадки о погоде, советовался о здоровье, иногда на русском, иногда на очень дурном, но самоуверенном французском языке, и снова с видом усталого, но твердого в исполнении обязанности человека шел провожать, оправляя редкие седые волосы на лысине, и опять звал обедать. Иногда, возвращаясь из передней, он заходил через цветочную и официантскую в большую мраморную залу, где накрывали стол на восемьдесят кувертов, и, глядя на официантов, носивших серебро и фарфор, расставлявших столы и развертывавших камчатные скатерти, подзывал к себе Дмитрия Васильевича, дворянина, занимавшегося всеми его делами, и говорил: «Ну, ну, Митенька, смотри, чтоб всё было хорошо. Так, так, – говорил он, с удовольствием оглядывая огромный раздвинутый стол. – Главное – сервировка. То то…» И он уходил, самодовольно вздыхая, опять в гостиную.
– Марья Львовна Карагина с дочерью! – басом доложил огромный графинин выездной лакей, входя в двери гостиной.
Графиня подумала и понюхала из золотой табакерки с портретом мужа.
– Замучили меня эти визиты, – сказала она. – Ну, уж ее последнюю приму. Чопорна очень. Проси, – сказала она лакею грустным голосом, как будто говорила: «ну, уж добивайте!»
Высокая, полная, с гордым видом дама с круглолицей улыбающейся дочкой, шумя платьями, вошли в гостиную.
«Chere comtesse, il y a si longtemps… elle a ete alitee la pauvre enfant… au bal des Razoumowsky… et la comtesse Apraksine… j'ai ete si heureuse…» [Дорогая графиня, как давно… она должна была пролежать в постеле, бедное дитя… на балу у Разумовских… и графиня Апраксина… была так счастлива…] послышались оживленные женские голоса, перебивая один другой и сливаясь с шумом платьев и передвиганием стульев. Начался тот разговор, который затевают ровно настолько, чтобы при первой паузе встать, зашуметь платьями, проговорить: «Je suis bien charmee; la sante de maman… et la comtesse Apraksine» [Я в восхищении; здоровье мамы… и графиня Апраксина] и, опять зашумев платьями, пройти в переднюю, надеть шубу или плащ и уехать. Разговор зашел о главной городской новости того времени – о болезни известного богача и красавца Екатерининского времени старого графа Безухого и о его незаконном сыне Пьере, который так неприлично вел себя на вечере у Анны Павловны Шерер.
– Я очень жалею бедного графа, – проговорила гостья, – здоровье его и так плохо, а теперь это огорченье от сына, это его убьет!