Языковая способность

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Генеративная лингвистика

Языкова́я спосо́бность — специфический психофизиологический механизм, формирующийся у носителя языка на основе нейрофизиологических предпосылок и под влиянием опыта речевого общения[1].





Уровни языковой способности

В рамках языковой способности выделяются уровни — подсистемы, возможно соответствующие уровням языковой системы: фонетическому, лексическому, морфологическому (включая словообразование), синтаксическому[2].

Вопрос о врождённости языковой способности

В советской психолингвистике было распространено представление о языковой способности как «социальном по сути образовании, формирующимся в процессе развития деятельности общения». В американской традиции, однако, традиционно предполагалось, что языковая способность имеет биологическую природу и развивается в ходе онтогенеза человека[2]. Так, в рамках трансформационной грамматики считается, что, хотя воздействие речевой среды является необходимым условием развития языковой способности, созревание последней генетически детерминированно и осуществляется во многом независимо от подкрепления[1]. Поэтому генеративная грамматика говорит о врождённой языковой способности.

«Монополия» врождённой языковой способности в сфере формирования языковых структур оспаривается сторонниками функциональных лингвистических теорий[3]:308.

Аргументы в пользу врождённости

Самый ранний аргумент сторонников порождающей грамматики в пользу врождённости языковой способности — «аргумент от бедности стимула (англ.)», состоящий в том, что сам по себе речевой опыт, доступный ребёнку, содержит неграмматичные предложения и вообще недостаточен для усвоения языка[4].

Предпринятое порождающей грамматикой исследование универсальных для языков мира ограничений на трансформации в синтаксисе, по мысли приверженцев данного направления, должно было выявить черты синтаксического компонента врождённой языковой способности[5]:61, общей для всех людей.

В теории принципов и параметров предпринята попытка свести различия между языками мира к минимуму — к набору параметров, представляющих собой универсальные признаки с фиксированными наборами значений[6]:555 (к примеру, параметр вершины может принимать два значения: «комплемент последовательно занимает препозицию по отношению к вершине», как в японском или турецком языке, и «комплемент последовательно занимает постпозицию по отношению к вершине», как в русском или английском[6]:573—574); таким образом, каждый язык в своих особенностях может быть описан как набор значений параметров. Тогда следует считать, что в ходе усвоения языка ребёнок производит установку параметров[7]:270, извлекая их значения из слышимой им речи на усваиваемом языке. Полный же набор возможных значений всякого параметра считается врождённым.

Напишите отзыв о статье "Языковая способность"

Примечания

  1. 1 2 Леонтьев А. А. [www.philology.ru/linguistics1/leontyev-70.htm Психофизиологические механизмы речи] // Общее языкознание. Формы существования, функции, история языка. — М., 1970. — С. 314—370.
  2. 1 2 Шахнарович А. М. [tapemark.narod.ru/les/617a.html Языковая способность] // Лингвистический энциклопедический словарь / Под ред. В. Н. Ярцевой. — М.: Советская энциклопедия, 1990. — 685 с. — ISBN 5-85270-031-2.
  3. Кибрик А. А., Плунгян В. А. Функционализм // Современная американская лингвистика. Фундаментальные направления. — М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2010. — С. 276—339. — 480 с. — ISBN 978-5-397-01106-8.
  4. Тестелец Я. Г. Порождающая грамматика: от правил к ограничениям // [testelets.narod.ru/cover.htm Введение в общий синтаксис]. — М.: РГГУ, 2001. — С. 502—553. — 800 с. — 5000 экз. — ISBN 5-7281-0343-X.
  5. Казенин К. И., Тестелец Я. Г. Исследование синтаксических ограничений в генеративной грамматике // Современная американская лингвистика. Фундаментальные направления. 4-е изд. — М., 2010. — С. 58—109. — 480 с.
  6. 1 2 Тестелец Я. Г. Теория принципов и параметров // Введение в общий синтаксис. — М., 2001. — С. 554—613.
  7. Аврутин С. Усвоение языка // Современная американская лингвистика. Фундаментальные направления. — М., 2010. — С. 261—275.

Литература

  • W. Tecumseh Fitch, Marc D. Hauser, and Noam Chomsky. [www.wjh.harvard.edu/~mnkylab/publications/languagespeech/FitchHauserChomksyLangFacCog.pdf The evolution of the language faculty: Clarifications and implications] // Cognition 97. — 2005. — P. 179—210.

Отрывок, характеризующий Языковая способность

Правда, все в темном, мрачном свете представлялось князю Андрею – особенно после того, как оставили Смоленск (который, по его понятиям, можно и должно было защищать) 6 го августа, и после того, как отец, больной, должен был бежать в Москву и бросить на расхищение столь любимые, обстроенные и им населенные Лысые Горы; но, несмотря на то, благодаря полку князь Андрей мог думать о другом, совершенно независимом от общих вопросов предмете – о своем полку. 10 го августа колонна, в которой был его полк, поравнялась с Лысыми Горами. Князь Андрей два дня тому назад получил известие, что его отец, сын и сестра уехали в Москву. Хотя князю Андрею и нечего было делать в Лысых Горах, он, с свойственным ему желанием растравить свое горе, решил, что он должен заехать в Лысые Горы.
Он велел оседлать себе лошадь и с перехода поехал верхом в отцовскую деревню, в которой он родился и провел свое детство. Проезжая мимо пруда, на котором всегда десятки баб, переговариваясь, били вальками и полоскали свое белье, князь Андрей заметил, что на пруде никого не было, и оторванный плотик, до половины залитый водой, боком плавал посредине пруда. Князь Андрей подъехал к сторожке. У каменных ворот въезда никого не было, и дверь была отперта. Дорожки сада уже заросли, и телята и лошади ходили по английскому парку. Князь Андрей подъехал к оранжерее; стекла были разбиты, и деревья в кадках некоторые повалены, некоторые засохли. Он окликнул Тараса садовника. Никто не откликнулся. Обогнув оранжерею на выставку, он увидал, что тесовый резной забор весь изломан и фрукты сливы обдерганы с ветками. Старый мужик (князь Андрей видал его у ворот в детстве) сидел и плел лапоть на зеленой скамеечке.
Он был глух и не слыхал подъезда князя Андрея. Он сидел на лавке, на которой любил сиживать старый князь, и около него было развешено лычко на сучках обломанной и засохшей магнолии.
Князь Андрей подъехал к дому. Несколько лип в старом саду были срублены, одна пегая с жеребенком лошадь ходила перед самым домом между розанами. Дом был заколочен ставнями. Одно окно внизу было открыто. Дворовый мальчик, увидав князя Андрея, вбежал в дом.
Алпатыч, услав семью, один оставался в Лысых Горах; он сидел дома и читал Жития. Узнав о приезде князя Андрея, он, с очками на носу, застегиваясь, вышел из дома, поспешно подошел к князю и, ничего не говоря, заплакал, целуя князя Андрея в коленку.
Потом он отвернулся с сердцем на свою слабость и стал докладывать ему о положении дел. Все ценное и дорогое было отвезено в Богучарово. Хлеб, до ста четвертей, тоже был вывезен; сено и яровой, необыкновенный, как говорил Алпатыч, урожай нынешнего года зеленым взят и скошен – войсками. Мужики разорены, некоторый ушли тоже в Богучарово, малая часть остается.
Князь Андрей, не дослушав его, спросил, когда уехали отец и сестра, разумея, когда уехали в Москву. Алпатыч отвечал, полагая, что спрашивают об отъезде в Богучарово, что уехали седьмого, и опять распространился о долах хозяйства, спрашивая распоряжении.
– Прикажете ли отпускать под расписку командам овес? У нас еще шестьсот четвертей осталось, – спрашивал Алпатыч.
«Что отвечать ему? – думал князь Андрей, глядя на лоснеющуюся на солнце плешивую голову старика и в выражении лица его читая сознание того, что он сам понимает несвоевременность этих вопросов, но спрашивает только так, чтобы заглушить и свое горе.
– Да, отпускай, – сказал он.
– Ежели изволили заметить беспорядки в саду, – говорил Алпатыч, – то невозмежио было предотвратить: три полка проходили и ночевали, в особенности драгуны. Я выписал чин и звание командира для подачи прошения.
– Ну, что ж ты будешь делать? Останешься, ежели неприятель займет? – спросил его князь Андрей.
Алпатыч, повернув свое лицо к князю Андрею, посмотрел на него; и вдруг торжественным жестом поднял руку кверху.
– Он мой покровитель, да будет воля его! – проговорил он.
Толпа мужиков и дворовых шла по лугу, с открытыми головами, приближаясь к князю Андрею.
– Ну прощай! – сказал князь Андрей, нагибаясь к Алпатычу. – Уезжай сам, увози, что можешь, и народу вели уходить в Рязанскую или в Подмосковную. – Алпатыч прижался к его ноге и зарыдал. Князь Андрей осторожно отодвинул его и, тронув лошадь, галопом поехал вниз по аллее.
На выставке все так же безучастно, как муха на лице дорогого мертвеца, сидел старик и стукал по колодке лаптя, и две девочки со сливами в подолах, которые они нарвали с оранжерейных деревьев, бежали оттуда и наткнулись на князя Андрея. Увидав молодого барина, старшая девочка, с выразившимся на лице испугом, схватила за руку свою меньшую товарку и с ней вместе спряталась за березу, не успев подобрать рассыпавшиеся зеленые сливы.
Князь Андрей испуганно поспешно отвернулся от них, боясь дать заметить им, что он их видел. Ему жалко стало эту хорошенькую испуганную девочку. Он боялся взглянуть на нее, по вместе с тем ему этого непреодолимо хотелось. Новое, отрадное и успокоительное чувство охватило его, когда он, глядя на этих девочек, понял существование других, совершенно чуждых ему и столь же законных человеческих интересов, как и те, которые занимали его. Эти девочки, очевидно, страстно желали одного – унести и доесть эти зеленые сливы и не быть пойманными, и князь Андрей желал с ними вместе успеха их предприятию. Он не мог удержаться, чтобы не взглянуть на них еще раз. Полагая себя уже в безопасности, они выскочили из засады и, что то пища тоненькими голосками, придерживая подолы, весело и быстро бежали по траве луга своими загорелыми босыми ножонками.