Янаев, Геннадий Иванович

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Геннадий Иванович Янаев<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;"></td></tr>
Исполняющий обязанности Президента СССР
19 — 21 августа 1991 года
Предшественник: Михаил Сергеевич Горбачёв
Преемник: Михаил Сергеевич Горбачёв
Член ГКЧП СССР
18 — 21 августа 1991 года
Предшественник: должность учреждена
Преемник: должность упразднена
Вице-президент СССР
27 декабря 1990 года — 4 сентября 1991 года
Президент: Михаил Сергеевич Горбачёв
Предшественник: должность учреждена
Преемник: должность упразднена
Член Совета безопасности СССР
13 марта — 22 августаК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2208 дней] 1991 года
Член Политбюро ЦК КПСС
14 июля 1990 года — 31 января 1991 года
Секретарь ЦК КПСС
14 июля 1990 года — 31 января 1991 года
Председатель ВЦСПС
17 апреля 1990 года — 20 июля 1990 года
Предшественник: Степан Алексеевич Шалаев
Преемник: Владимир Павлович Щербаков (заместитель председателя ВЦСПС)
 
Рождение: 26 августа 1937(1937-08-26)
село Перевоз, Перевозский район, Горьковская область
Смерть: 24 сентября 2010(2010-09-24) (73 года)
Москва, Россия
Место погребения: Троекуровское кладбище
Супруга: 1. Янаева Роза Алексеевна (1959-94 гг.); 2. Забелина Маргарита Федоровна (1941) (с 1995 г.)
Дети: дочери Светлана (1961-2003) и Мария (1971)
Партия: КПСС (1962-1991)
Образование: Горьковский сельскохозяйственный институт
Учёная степень: кандидат исторических наук
Профессия: инженер-механик
 
Награды:

Генна́дий Ива́нович Яна́ев (26 августа 1937 — 24 сентября 2010[1]) — советский партийный и государственный деятель, Вице-президент СССР (27 декабря 1990 года — 4 сентября 1991 года), член Политбюро, Секретарь ЦК КПСС (1990—91 гг.). Во время событий 19—21 августа 1991 года являлся и. о. президента СССР и фактическим руководителем Государственного Комитета по Чрезвычайному Положению в СССР. Подполковник запаса. Кандидат исторических наук.[2]





Биография

В 1959 году окончил Горьковский сельскохозяйственный институт по специальности «инженер-механик сельского хозяйства». После окончания института был направлен в Алтайский край, но вскоре вернулся в родную область[3]

С 1959 года работал начальником механизированного сельскохозяйственного отряда, затем главным инженером Работкинской РТС, управляющим Княгининским отделением «Сельхозтехники» Горьковской области.

С 1963 по 1964 год — второй секретарь Горьковской сельской областной организации ВЛКСМ.

С 1964 по 1966 год — второй секретарь, с 1966 по 1968 год — первый секретарь Горьковского областного комитета ВЛКСМ.

В 1967 году окончил Всесоюзный заочный юридический институт.

С 1968 по 1980 год — председатель Комитета молодёжных организаций СССР. С 1980 по 1986 год — заместитель председателя президиума Союза Советских обществ дружбы и культурной связи с зарубежными странами. Являлся членом редакционной коллегии журнала «Вокруг света». В 19861989 годах — секретарь, в 1989—1990 годах — заместитель председателя, в 1990 году — председатель ВЦСПС. Народный депутат СССР от ВЦСПС (1989—1990). Депутат Верховного Совета РСФСР (1971—1980).

Как свидетельствует консультант Международного отдела ЦК КПСС Е. П. Бажанов: «Знавшие его по прежней работе советовали: все дела с Геной (так величали шефа за спиной) решай по утрам, после обеда он уже „хорош“, бесполезно заходить»[4].

В июле 1990 избран членом ЦК КПСС. С июля 1990 по январь 1991 являлся членом Политбюро и Секретарём Центрального Комитета КПСС. С декабря 1990 года по сентябрь 1991 года — вице-президент СССР[5]. (Первоначально на должность вице-президента СССР Горбачёвым планировался Эдуард Шеварднадзе.) С марта по сентябрьК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2208 дней] 1991 года — член Совета безопасности СССР[6].

Во время событий 19—21 августа 1991 года исполнял обязанности Президента СССР, сославшись на болезнь Горбачёва[7], и был одним из основных участников Государственного комитета по чрезвычайному положению. Михаил Леонтьев говорил о позиции Янаева, приводя его слова Крючкову во время тех событий: «Пойми мой характер, если хоть один погибнет — я жить не смогу»[8].

21 августа Президиум Верховного Совета СССР, под председательством глав палат союзного парламента, принял постановление, в котором объявил незаконным фактическое отстранение президента СССР от исполнения его обязанностей и передачу их вице-президенту страны[9], и в связи с этим потребовал от вице-президента Янаева отмены указов и основанных на них постановлений о чрезвычайном положении[10]. В этот же день Янаев подписал указ, в котором ГКЧП объявлялся распущенным[11][12], а все его решения недействительными[3][13].

За участие в деятельности ГКЧП был привлечён к уголовной ответственности. 22 августа 1991 арестован и доставлен в следственный изолятор Кашина (Калининская область). 26 августа был переведен в «Матросскую тишину»[14], где провел почти полтора года. 4 сентября 1991 года был освобождён от должности вице-президента внеочередным V Съездом народных депутатов СССР[15][16], хотя Конституция СССР не содержала норму об отрешении от должности вице-президента[17]. Был обвинен по ст. 64 п. «а» УК РСФСР («Измена Родине», в части «заговора с целью захвата власти») и по ст. 175 («Должностной подлог»)[18]. 26 января 1993 года освобожден из-под стражи вместе с другими бывшими членами ГКЧП Павловым, Крючковым, Тизяковым, Баклановым и Язовым[19]. В феврале 1994 года уголовное дело было прекращено по амнистии Госдумы[20].

1 мая 1993 г. бывший вице-президент вместе с коллегой по ГКЧП Владимиром Крючковым участвовал в демонстрации, которая закончилась столкновением с милицией[21][22].

Его жена Роза Алексеевна в интервью газете «Новый взгляд» в 1996 году утверждала, что её супруг не злоупотреблял привилегиями партийного руководителя:

Горбачёв с Геной просчитался… Гена другой, он не заботился о личном благе. Не то что, к примеру, наш сосед Шеварднадзе, который успел перед отъездом в Тбилиси приватизировать московскую квартиру[23].

В 2001 году Янаев объяснил почему согласился на амнистию:[11]
Надо по-человечески понимать ситуацию. Полтора года немолодые люди просидели в тюрьме. При этом мы знали, что у высшего российского руководства есть твердое намерение довести процесс до конца, подвести нас под «вышку». Да и Ельцин пошел на амнистию, чтобы скрыть свои преступные действия в Белом доме в 1993 году. Ведь амнистия была объявлена не только нам.

Геннадий Янаев работал консультантом комитета ветеранов и инвалидов государственной службы. Также был руководителем Фонда помощи детям-инвалидам с детства (Фонд входит в негосударственную организацию «Духовно-просветительский комплекс традиционных религий в Москве»)[24].

В последние годы занимал должность заведующего кафедрой отечественной истории и международных отношений Российской международной академии туризма[25].

В ночь на 20 сентября 2010 года Янаев почувствовал себя плохо, он страдал заболеванием лёгких и был госпитализирован в тяжёлом состоянии в Центральную клиническую больницу[26]. Врачи поставили ему диагноз «рак лёгкого» и оценили состояние пациента как очень тяжёлое. Консилиум специалистов принял решение провести курс химиотерапии, для того чтобы продлить жизнь. Однако медики признавали, что болезнь была в запущенном состоянии, и не гарантировали благополучный исход лечения. Врачам не удалось спасти его жизнь, и 24 сентября 2010 года стало известно, что Янаев скончался[27].

Центральный Комитет КПРФ выразил соболезнования родным и близким Янаева[28]. В больнице, накануне своей смерти, Геннадий Иванович успел увидеть изданной свою книгу «Последний бой за СССР»[29]. 27 сентября Янаева похоронили на Троекуровском кладбище. Проститься с политиком пришли соратники и друзья, включая первого заместителя гендиректора ИТАР-ТАСС М. Гусмана, вице-мэра Москвы Л. Швецову, первого заместителя председателя КПРФ И. Мельникова[30].

Семья

Первая жена — Роза Алексеевна (1937) (инженер-агрохимик), вторая жена — Забелина Маргарита Фёдоровна (1941) (учитель истории). Две дочери от первого брака — Светлана (1961—2003) (психолог) и Мария (1971) (юрист).

Интересные факты

  • Находясь в «Матросской тишине», Янаев вёл дневник[31].
  • 10 июля 1992 года радиостанция «Маяк» сообщила, что руководство ВГТРК запретило показ передачи «Момент истины» Андрея Караулова с арестованным вице-президентом распавшегося СССР Геннадием Янаевым по той причине, что «исповедь бывшего вице-президента не заинтересует телезрителей». В часовом интервью, снятом в мае 1992 г., Янаев рассказал о событиях 19 августа 1991 г. Например, что документы ГКЧП разрабатывались по поручению Михаила Горбачева: в апреле 1991 г. президент СССР дал команду КГБ, МВД и армии подготовить документы на случай введения чрезвычайного положения, которые затем легли в основу программы действий ГКЧП, и что его сердце «не может успокоиться, что погибли трое ребят». Андрей Караулов сказал корреспонденту газеты «Коммерсант», что Олег Попцов пошел на запрет, поскольку «не хочет портить отношения с правыми», и припомнил трудности с эфиром для своих передач, где фигурировали журналист Александр Невзоров и бывший председатель Совета Министров СССР Николай Рыжков. По мнению председателя ВГТРК Олега Попцова, несколько бесед Караулов «провёл очень недурно», но передача с Янаевым «слабая, ответы узника банальны, а сам автор повторяется в вопросах». Поэтому необходимо «больше заниматься режиссурой, искать новые ходы и пахать». Вместе с тем Попцов косвенно подтвердил корреспонденту журнала «Коммерсантъ-Власть» Сергею Самошину, что вопрос о эфире передачи зависит не только от её художественных достоинств: «После всплеска активности коммунистов на Конституционном суде и неожиданного заявления на Верховном Совете РСФСР об освобождении всех участников ГКЧП демократам не стоит выкладывать карты в руки правым такими передачами»[32].
  • По Конституции СССР вице-президент СССР не обладал неприкосновенностью[17]. Данный факт позволил Генеральной прокуратуре РСФСР арестовать Янаева, не дожидаясь его отрешения от должности Съездом народных депутатов СССР. До 4 сентября 1991 года Янаев, будучи арестованным, формально продолжал занимать пост вице-президента СССР.
  • Генеральный прокурор РСФСР Валентин Степанков и его заместитель Евгений Лисов в своей книге «Кремлевский заговор. Версия следствия» (1992) утверждали, что Янаев принял участие в деятельности ГКЧП, опасаясь потерять должность вице-президента, якобы подлежавшую упразднению после подписания нового Союзного договора[33]. В действительности, проект Договора о Союзе суверенных государств предусматривал должность вице-президента[34].

В кино

Награды

Награждён двумя орденами Трудового Красного Знамени и двумя орденами «Знак Почёта».

Библиография

  • Янаев Г. И. Классовая борьба и молодежь. — М.: Знание, 1971. — 32 с. — (В помощь лектору. Библиотечка "Социальные проблемы молодёжи").
  • Янаев Г. И. Борьба молодёжи и борьба за молодёжь. — М.: Знание, 1972. — 48 с. — (Новое в жизни, науке, технике: Молодёжная).
  • Янаев Г. И. (соавт.). Возмужание: вопросы теории и практики современного международного молодёжного движения. — М.: Молодая Гвардия, 1973. — 280 с. — (Ровесник).
  • Янаев Г. И. Молодёжь в классовой борьбе: некоторые актуальные вопросы молодёжного движения. — М.: Молодая Гвардия, 1977. — 173 с.
  • Янаев Г. И. Роль ВЛКСМ в сплочении международного молодежного движения. — М.: Знание, 1978. — 64 с. — (Библиотечка "60 лет ВЛКСМ").
  • Янаев Г. И. Некоторые аспекты подготовки к XI Всемирному фестивалю молодёжи и студентов. — М., 1978. — 24 с.
  • Янаев Г. И. Особенности идеологической борьбы в международном молодёжном движении. — 1979. — 39 с. — (В помощь комсомольскому активу, лекторам, докладчикам, пропагандистам / ЦК ВЛКСМ . Библиотечка "Проблемы идеологической борьбы на современном этапе").
  • Янаев Г. И. (соавт.). Мы — братство рабочих рук. — М.: Профиздат, 1990. — 222 с. — ISBN 9785255003549.
  • Yanaev G. Perestroika and the trade unions in the USSR. — International Labour Office, 1990. — 13 p.
  • Янаев Г. И. (соавт.). История международных отношений и внешней политики России: XVII-первая половина XX века. — М.: РЫБ «Турист», 2005. — ISBN 9785980250034.
  • Болотнов С. А., Янаев Г. И. [www.x-libri.ru/elib/janav000/index.htm ГКЧП против Горбачёва: последний бой за СССР]. — М.: Алгоритм, Эксмо, 2010. — 237 с. — (Суд истории). — ISBN 9785699438600.

Напишите отзыв о статье "Янаев, Геннадий Иванович"

Примечания

  1. [lenta.ru/news/2010/09/24/yanaev/ Умер Геннадий Янаев]. Лента.Ру (24 сентября 2010). Проверено 19 августа 2013. [www.webcitation.org/6J7STkf3e Архивировано из первоисточника 25 августа 2013].
  2. Янаев, Геннадий Иванович. Проблемы развития прогрессивных тенденций в молодёжном движении стран развитого капитализма (конец 60-х — первая половина 70-х годов) : Автореф. дис. на соиск. учён. степ. канд. ист. наук : (07.00.04). — Москва, 1979. — 19 с.
  3. 1 2 [www.newlookmedia.ru/?p=11427 Калиф Янаев]
  4. Бажанов Е. П. [magazines.russ.ru/znamia/2007/4/ba8.html Вознесённые на Олимп] // Знамя. 2007. № 4.
  5. Постановление Съезда народных депутатов СССР от 27 декабря 1990 г. N 1877-I [archive.is/0ECQT «О Вице-президенте СССР»]
  6. Указ Президента СССР от 13 марта 1991 г. № УП-1615, согласие на назначение дано [archive.is/CQEGE постановлением Верховного Совета СССР от 7 марта 1991 г. № 2010-I]
  7. [souz.info/library/other/gkchp/gkchpukaz.htm Указ вице-президента СССР от 18 августа 1991 года]
  8. [www.newlookmedia.ru/?p=17442#more-17442 Крах СССР : Они были против] // Новый взгляд : газета. — 2011, 17 ноября. — № 11.
  9. [gkchp.sssr.su/gkchp.pdf Заседание Президиума Верховного Совета СССР] // ТАСС, 21 августа 1991 года
  10. Постановление Президиума Верховного Совета СССР от 21 августа 1991 г. N 2352-I «О неотложных мерах по восстановлению конституционного порядка в стране»
  11. 1 2 Коробов П. [www.kommersant.ru/doc/278983 Геннадий Янаев: Горбачёва никто не арестовывал] Газета "Коммерсантъ" № 148 от 18.08.2001. С. 6
  12. [www.echo.msk.ru/programs/beseda/15381/ 10-я годовщина событий августа 1991 года]
  13. [www.x-libri.ru/elib/lukjn000/00000029.htm Лукьянов А. И. Август 91-го. Был ли заговор?]
  14. [www.x-libri.ru/elib/janav000/00000028.htm Янаев Г. И. Последний бой за СССР].
  15. [archive.is/TdvYp Постановление Съезда народных депутатов СССР от 4 сентября 1991 г. N 2390-I "Об освобождении Г. И. Янаева от обязанностей Вице-президента СССР]
  16. [www.praviteli.org/records/ussr/ussr1/yanayev.php Янаев Геннадий Иванович]. Правители России и Советского Союза. Проверено 19 августа 2013. [www.webcitation.org/6J7SUoodF Архивировано из первоисточника 25 августа 2013].
  17. 1 2 s:Конституция СССР (1977)/редакция 26 декабря 1990 года
  18. [www.kommersant.ru/doc/62250 Ъ-Газета — Следствие/приговоры]
  19. [www.kommersant.ru/doc/36887?isSearch=True Ъ-Газета — Пресс-конференция по делу ГКЧП]
  20. Постановление Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 23 февраля 1994 г. № 65-1 ГД «Об объявлении политической и экономической амнистии»
  21. [www.youtube.com/watch?v=sKlJsBMrSW4 1 МАЯ 1993 ч.1] Янаев на 2:35
  22. [www.youtube.com/watch?v=V68IYF6uZN4 1 МАЯ 1993 ч.7]
  23. [text.newlookmedia.ru/?p=2992 Интервью Розы Янаевой в «Новом Взгляде» (1996)]. (недоступная ссылка) Проверено 19 августа 2013.
  24. [www.biografija.ru/biography/yanaev-gennadij-ivanovich.htm Янаев Геннадий Иванович]. Биография.ру. Проверено 19 августа 2013. [www.webcitation.org/6J7SVSZ3i Архивировано из первоисточника 25 августа 2013].
  25. Саргин А. [versia.ru/articles/2008/oct/31/gennadiy_yanaev Бывший вице-президент СССР Геннадий Янаев: Ручонки действительно подрагивали] // Наша Версия : газета. — 2008, 31 октября.
  26. [www.interfax.ru/russia/txt.asp?id=156484 Умер Геннадий Янаев Смотрите оригинал материала на www.interfax.ru/russia/txt.asp?id=156484]. Интерфакс (24 сентября 2010). Проверено 19 августа 2013.
  27. [echo.msk.ru/news/712951-echo.html Один из идеологов ГКЧП Геннадий Янаев скончался в московской больнице]. Радио «Эхо Москвы» (24 сентября 2010). Проверено 19 августа 2013. [www.webcitation.org/6J7SWQxPZ Архивировано из первоисточника 25 августа 2013].
  28. [kprf.ru/rus_soc/82846.html 24 сентября на 74 году жизни после продолжительной и тяжелой болезни скончался Геннадий Иванович Янаев]. КПРФ (24 сентября 2010). Проверено 19 августа 2013. [www.webcitation.org/6J7SgZmis Архивировано из первоисточника 25 августа 2013].
  29. Тютюнник Т. [lifenews.ru/news/37998 Янаев перед смертью раскрыл правду о ГКЧП]. Life News (24 сентября 2010). Проверено 19 августа 2013. [www.webcitation.org/6J7ShYKx2 Архивировано из первоисточника 25 августа 2013].
  30. Самойлов С. [lifenews.ru/news/38442 Лидера ГКЧП Янаева похоронили в Москве]. Life News (27 сентября 2010). Проверено 19 августа 2013. [www.webcitation.org/6J7SkQaWq Архивировано из первоисточника 25 августа 2013].
  31. [www.x-libri.ru/elib/janav000/00000030.htm Часть 30 из 106 — Янаев Геннадий Иванович. Последний бой за СССР]
  32. Самошин С. [www.kommersant.ru/doc/5680 Олег Попцов: "Янаев — это банально"] // Журнал "Коммерсантъ-Власть" №128 от 13.07.1992
  33. [www.e-reading.by/bookreader.php/1012902/Stepankov_-_Kremlevskiy_zagovor.html Кремлёвский заговор: Версия следствия] / В. Степанков, Е. Лисов. — М.: Журн. «Огонёк», 1992. — 319 с. ISBN 5-88274-002-9 (переиздана в Перми: … — Пермь: Урал-пресс, Б. г. (1993). — 318,[1] с. ISBN 5-86610-034-7)
  34. s:Договор о Союзе суверенных государств (июль 1991 года)

Ссылки

  • [www.temadnya.ru/spravka/17aug2001/755.html Биография Геннадия Янаева: ветеран и инвалид госслужбы]. Тема дня (17 августа 2001). Проверено 19 августа 2013. [www.webcitation.org/6J7Sn06k1 Архивировано из первоисточника 25 августа 2013].
  • [ria.ru/spravka/20100924/278782603.html Геннадий Иванович Янаев: Биографическая справка]. РИА Новости (24 сентября 2010). Проверено 19 августа 2013. [www.webcitation.org/6J7SosFN8 Архивировано из первоисточника 25 августа 2013].
Предшественник:
Михаил Сергеевич Горбачёв как Президент СССР</small>
Исполняющий обязанности Президента СССР

1921 августа 1991 года
Преемник:
Михаил Сергеевич Горбачев как Президент СССР

Отрывок, характеризующий Янаев, Геннадий Иванович

– Какой рыцарь? Отчего? – краснея, спросил Пьер.
– Ну, полноте, милый граф, c'est la fable de tout Moscou. Je vous admire, ma parole d'honneur. [это вся Москва знает. Право, я вам удивляюсь.]
– Штраф! Штраф! – сказал ополченец.
– Ну, хорошо. Нельзя говорить, как скучно!
– Qu'est ce qui est la fable de tout Moscou? [Что знает вся Москва?] – вставая, сказал сердито Пьер.
– Полноте, граф. Вы знаете!
– Ничего не знаю, – сказал Пьер.
– Я знаю, что вы дружны были с Натали, и потому… Нет, я всегда дружнее с Верой. Cette chere Vera! [Эта милая Вера!]
– Non, madame, [Нет, сударыня.] – продолжал Пьер недовольным тоном. – Я вовсе не взял на себя роль рыцаря Ростовой, и я уже почти месяц не был у них. Но я не понимаю жестокость…
– Qui s'excuse – s'accuse, [Кто извиняется, тот обвиняет себя.] – улыбаясь и махая корпией, говорила Жюли и, чтобы за ней осталось последнее слово, сейчас же переменила разговор. – Каково, я нынче узнала: бедная Мари Волконская приехала вчера в Москву. Вы слышали, она потеряла отца?
– Неужели! Где она? Я бы очень желал увидать ее, – сказал Пьер.
– Я вчера провела с ней вечер. Она нынче или завтра утром едет в подмосковную с племянником.
– Ну что она, как? – сказал Пьер.
– Ничего, грустна. Но знаете, кто ее спас? Это целый роман. Nicolas Ростов. Ее окружили, хотели убить, ранили ее людей. Он бросился и спас ее…
– Еще роман, – сказал ополченец. – Решительно это общее бегство сделано, чтобы все старые невесты шли замуж. Catiche – одна, княжна Болконская – другая.
– Вы знаете, что я в самом деле думаю, что она un petit peu amoureuse du jeune homme. [немножечко влюблена в молодого человека.]
– Штраф! Штраф! Штраф!
– Но как же это по русски сказать?..


Когда Пьер вернулся домой, ему подали две принесенные в этот день афиши Растопчина.
В первой говорилось о том, что слух, будто графом Растопчиным запрещен выезд из Москвы, – несправедлив и что, напротив, граф Растопчин рад, что из Москвы уезжают барыни и купеческие жены. «Меньше страху, меньше новостей, – говорилось в афише, – но я жизнью отвечаю, что злодей в Москве не будет». Эти слова в первый раз ясно ыоказали Пьеру, что французы будут в Москве. Во второй афише говорилось, что главная квартира наша в Вязьме, что граф Витгснштейн победил французов, но что так как многие жители желают вооружиться, то для них есть приготовленное в арсенале оружие: сабли, пистолеты, ружья, которые жители могут получать по дешевой цене. Тон афиш был уже не такой шутливый, как в прежних чигиринских разговорах. Пьер задумался над этими афишами. Очевидно, та страшная грозовая туча, которую он призывал всеми силами своей души и которая вместе с тем возбуждала в нем невольный ужас, – очевидно, туча эта приближалась.
«Поступить в военную службу и ехать в армию или дожидаться? – в сотый раз задавал себе Пьер этот вопрос. Он взял колоду карт, лежавших у него на столе, и стал делать пасьянс.
– Ежели выйдет этот пасьянс, – говорил он сам себе, смешав колоду, держа ее в руке и глядя вверх, – ежели выйдет, то значит… что значит?.. – Он не успел решить, что значит, как за дверью кабинета послышался голос старшей княжны, спрашивающей, можно ли войти.
– Тогда будет значить, что я должен ехать в армию, – договорил себе Пьер. – Войдите, войдите, – прибавил он, обращаясь к княжие.
(Одна старшая княжна, с длинной талией и окаменелым лидом, продолжала жить в доме Пьера; две меньшие вышли замуж.)
– Простите, mon cousin, что я пришла к вам, – сказала она укоризненно взволнованным голосом. – Ведь надо наконец на что нибудь решиться! Что ж это будет такое? Все выехали из Москвы, и народ бунтует. Что ж мы остаемся?
– Напротив, все, кажется, благополучно, ma cousine, – сказал Пьер с тою привычкой шутливости, которую Пьер, всегда конфузно переносивший свою роль благодетеля перед княжною, усвоил себе в отношении к ней.
– Да, это благополучно… хорошо благополучие! Мне нынче Варвара Ивановна порассказала, как войска наши отличаются. Уж точно можно чести приписать. Да и народ совсем взбунтовался, слушать перестают; девка моя и та грубить стала. Этак скоро и нас бить станут. По улицам ходить нельзя. А главное, нынче завтра французы будут, что ж нам ждать! Я об одном прошу, mon cousin, – сказала княжна, – прикажите свезти меня в Петербург: какая я ни есть, а я под бонапартовской властью жить не могу.
– Да полноте, ma cousine, откуда вы почерпаете ваши сведения? Напротив…
– Я вашему Наполеону не покорюсь. Другие как хотят… Ежели вы не хотите этого сделать…
– Да я сделаю, я сейчас прикажу.
Княжне, видимо, досадно было, что не на кого было сердиться. Она, что то шепча, присела на стул.
– Но вам это неправильно доносят, – сказал Пьер. – В городе все тихо, и опасности никакой нет. Вот я сейчас читал… – Пьер показал княжне афишки. – Граф пишет, что он жизнью отвечает, что неприятель не будет в Москве.
– Ах, этот ваш граф, – с злобой заговорила княжна, – это лицемер, злодей, который сам настроил народ бунтовать. Разве не он писал в этих дурацких афишах, что какой бы там ни был, тащи его за хохол на съезжую (и как глупо)! Кто возьмет, говорит, тому и честь и слава. Вот и долюбезничался. Варвара Ивановна говорила, что чуть не убил народ ее за то, что она по французски заговорила…
– Да ведь это так… Вы всё к сердцу очень принимаете, – сказал Пьер и стал раскладывать пасьянс.
Несмотря на то, что пасьянс сошелся, Пьер не поехал в армию, а остался в опустевшей Москве, все в той же тревоге, нерешимости, в страхе и вместе в радости ожидая чего то ужасного.
На другой день княжна к вечеру уехала, и к Пьеру приехал его главноуправляющий с известием, что требуемых им денег для обмундирования полка нельзя достать, ежели не продать одно имение. Главноуправляющий вообще представлял Пьеру, что все эти затеи полка должны были разорить его. Пьер с трудом скрывал улыбку, слушая слова управляющего.
– Ну, продайте, – говорил он. – Что ж делать, я не могу отказаться теперь!
Чем хуже было положение всяких дел, и в особенности его дел, тем Пьеру было приятнее, тем очевиднее было, что катастрофа, которой он ждал, приближается. Уже никого почти из знакомых Пьера не было в городе. Жюли уехала, княжна Марья уехала. Из близких знакомых одни Ростовы оставались; но к ним Пьер не ездил.
В этот день Пьер, для того чтобы развлечься, поехал в село Воронцово смотреть большой воздушный шар, который строился Леппихом для погибели врага, и пробный шар, который должен был быть пущен завтра. Шар этот был еще не готов; но, как узнал Пьер, он строился по желанию государя. Государь писал графу Растопчину об этом шаре следующее:
«Aussitot que Leppich sera pret, composez lui un equipage pour sa nacelle d'hommes surs et intelligents et depechez un courrier au general Koutousoff pour l'en prevenir. Je l'ai instruit de la chose.
Recommandez, je vous prie, a Leppich d'etre bien attentif sur l'endroit ou il descendra la premiere fois, pour ne pas se tromper et ne pas tomber dans les mains de l'ennemi. Il est indispensable qu'il combine ses mouvements avec le general en chef».
[Только что Леппих будет готов, составьте экипаж для его лодки из верных и умных людей и пошлите курьера к генералу Кутузову, чтобы предупредить его.
Я сообщил ему об этом. Внушите, пожалуйста, Леппиху, чтобы он обратил хорошенько внимание на то место, где он спустится в первый раз, чтобы не ошибиться и не попасть в руки врага. Необходимо, чтоб он соображал свои движения с движениями главнокомандующего.]
Возвращаясь домой из Воронцова и проезжая по Болотной площади, Пьер увидал толпу у Лобного места, остановился и слез с дрожек. Это была экзекуция французского повара, обвиненного в шпионстве. Экзекуция только что кончилась, и палач отвязывал от кобылы жалостно стонавшего толстого человека с рыжими бакенбардами, в синих чулках и зеленом камзоле. Другой преступник, худенький и бледный, стоял тут же. Оба, судя по лицам, были французы. С испуганно болезненным видом, подобным тому, который имел худой француз, Пьер протолкался сквозь толпу.
– Что это? Кто? За что? – спрашивал он. Но вниманье толпы – чиновников, мещан, купцов, мужиков, женщин в салопах и шубках – так было жадно сосредоточено на то, что происходило на Лобном месте, что никто не отвечал ему. Толстый человек поднялся, нахмурившись, пожал плечами и, очевидно, желая выразить твердость, стал, не глядя вокруг себя, надевать камзол; но вдруг губы его задрожали, и он заплакал, сам сердясь на себя, как плачут взрослые сангвинические люди. Толпа громко заговорила, как показалось Пьеру, – для того, чтобы заглушить в самой себе чувство жалости.
– Повар чей то княжеский…
– Что, мусью, видно, русский соус кисел французу пришелся… оскомину набил, – сказал сморщенный приказный, стоявший подле Пьера, в то время как француз заплакал. Приказный оглянулся вокруг себя, видимо, ожидая оценки своей шутки. Некоторые засмеялись, некоторые испуганно продолжали смотреть на палача, который раздевал другого.
Пьер засопел носом, сморщился и, быстро повернувшись, пошел назад к дрожкам, не переставая что то бормотать про себя в то время, как он шел и садился. В продолжение дороги он несколько раз вздрагивал и вскрикивал так громко, что кучер спрашивал его:
– Что прикажете?
– Куда ж ты едешь? – крикнул Пьер на кучера, выезжавшего на Лубянку.
– К главнокомандующему приказали, – отвечал кучер.
– Дурак! скотина! – закричал Пьер, что редко с ним случалось, ругая своего кучера. – Домой я велел; и скорее ступай, болван. Еще нынче надо выехать, – про себя проговорил Пьер.
Пьер при виде наказанного француза и толпы, окружавшей Лобное место, так окончательно решил, что не может долее оставаться в Москве и едет нынче же в армию, что ему казалось, что он или сказал об этом кучеру, или что кучер сам должен был знать это.
Приехав домой, Пьер отдал приказание своему все знающему, все умеющему, известному всей Москве кучеру Евстафьевичу о том, что он в ночь едет в Можайск к войску и чтобы туда были высланы его верховые лошади. Все это не могло быть сделано в тот же день, и потому, по представлению Евстафьевича, Пьер должен был отложить свой отъезд до другого дня, с тем чтобы дать время подставам выехать на дорогу.
24 го числа прояснело после дурной погоды, и в этот день после обеда Пьер выехал из Москвы. Ночью, переменя лошадей в Перхушкове, Пьер узнал, что в этот вечер было большое сражение. Рассказывали, что здесь, в Перхушкове, земля дрожала от выстрелов. На вопросы Пьера о том, кто победил, никто не мог дать ему ответа. (Это было сражение 24 го числа при Шевардине.) На рассвете Пьер подъезжал к Можайску.
Все дома Можайска были заняты постоем войск, и на постоялом дворе, на котором Пьера встретили его берейтор и кучер, в горницах не было места: все было полно офицерами.
В Можайске и за Можайском везде стояли и шли войска. Казаки, пешие, конные солдаты, фуры, ящики, пушки виднелись со всех сторон. Пьер торопился скорее ехать вперед, и чем дальше он отъезжал от Москвы и чем глубже погружался в это море войск, тем больше им овладевала тревога беспокойства и не испытанное еще им новое радостное чувство. Это было чувство, подобное тому, которое он испытывал и в Слободском дворце во время приезда государя, – чувство необходимости предпринять что то и пожертвовать чем то. Он испытывал теперь приятное чувство сознания того, что все то, что составляет счастье людей, удобства жизни, богатство, даже самая жизнь, есть вздор, который приятно откинуть в сравнении с чем то… С чем, Пьер не мог себе дать отчета, да и ее старался уяснить себе, для кого и для чего он находит особенную прелесть пожертвовать всем. Его не занимало то, для чего он хочет жертвовать, но самое жертвование составляло для него новое радостное чувство.


24 го было сражение при Шевардинском редуте, 25 го не было пущено ни одного выстрела ни с той, ни с другой стороны, 26 го произошло Бородинское сражение.
Для чего и как были даны и приняты сражения при Шевардине и при Бородине? Для чего было дано Бородинское сражение? Ни для французов, ни для русских оно не имело ни малейшего смысла. Результатом ближайшим было и должно было быть – для русских то, что мы приблизились к погибели Москвы (чего мы боялись больше всего в мире), а для французов то, что они приблизились к погибели всей армии (чего они тоже боялись больше всего в мире). Результат этот был тогда же совершении очевиден, а между тем Наполеон дал, а Кутузов принял это сражение.
Ежели бы полководцы руководились разумными причинами, казалось, как ясно должно было быть для Наполеона, что, зайдя за две тысячи верст и принимая сражение с вероятной случайностью потери четверти армии, он шел на верную погибель; и столь же ясно бы должно было казаться Кутузову, что, принимая сражение и тоже рискуя потерять четверть армии, он наверное теряет Москву. Для Кутузова это было математически ясно, как ясно то, что ежели в шашках у меня меньше одной шашкой и я буду меняться, я наверное проиграю и потому не должен меняться.
Когда у противника шестнадцать шашек, а у меня четырнадцать, то я только на одну восьмую слабее его; а когда я поменяюсь тринадцатью шашками, то он будет втрое сильнее меня.
До Бородинского сражения наши силы приблизительно относились к французским как пять к шести, а после сражения как один к двум, то есть до сражения сто тысяч; ста двадцати, а после сражения пятьдесят к ста. А вместе с тем умный и опытный Кутузов принял сражение. Наполеон же, гениальный полководец, как его называют, дал сражение, теряя четверть армии и еще более растягивая свою линию. Ежели скажут, что, заняв Москву, он думал, как занятием Вены, кончить кампанию, то против этого есть много доказательств. Сами историки Наполеона рассказывают, что еще от Смоленска он хотел остановиться, знал опасность своего растянутого положения знал, что занятие Москвы не будет концом кампании, потому что от Смоленска он видел, в каком положении оставлялись ему русские города, и не получал ни одного ответа на свои неоднократные заявления о желании вести переговоры.
Давая и принимая Бородинское сражение, Кутузов и Наполеон поступили непроизвольно и бессмысленно. А историки под совершившиеся факты уже потом подвели хитросплетенные доказательства предвидения и гениальности полководцев, которые из всех непроизвольных орудий мировых событий были самыми рабскими и непроизвольными деятелями.
Древние оставили нам образцы героических поэм, в которых герои составляют весь интерес истории, и мы все еще не можем привыкнуть к тому, что для нашего человеческого времени история такого рода не имеет смысла.
На другой вопрос: как даны были Бородинское и предшествующее ему Шевардинское сражения – существует точно так же весьма определенное и всем известное, совершенно ложное представление. Все историки описывают дело следующим образом:
Русская армия будто бы в отступлении своем от Смоленска отыскивала себе наилучшую позицию для генерального сражения, и таковая позиция была найдена будто бы у Бородина.
Русские будто бы укрепили вперед эту позицию, влево от дороги (из Москвы в Смоленск), под прямым почти углом к ней, от Бородина к Утице, на том самом месте, где произошло сражение.
Впереди этой позиции будто бы был выставлен для наблюдения за неприятелем укрепленный передовой пост на Шевардинском кургане. 24 го будто бы Наполеон атаковал передовой пост и взял его; 26 го же атаковал всю русскую армию, стоявшую на позиции на Бородинском поле.
Так говорится в историях, и все это совершенно несправедливо, в чем легко убедится всякий, кто захочет вникнуть в сущность дела.
Русские не отыскивали лучшей позиции; а, напротив, в отступлении своем прошли много позиций, которые были лучше Бородинской. Они не остановились ни на одной из этих позиций: и потому, что Кутузов не хотел принять позицию, избранную не им, и потому, что требованье народного сражения еще недостаточно сильно высказалось, и потому, что не подошел еще Милорадович с ополчением, и еще по другим причинам, которые неисчислимы. Факт тот – что прежние позиции были сильнее и что Бородинская позиция (та, на которой дано сражение) не только не сильна, но вовсе не есть почему нибудь позиция более, чем всякое другое место в Российской империи, на которое, гадая, указать бы булавкой на карте.
Русские не только не укрепляли позицию Бородинского поля влево под прямым углом от дороги (то есть места, на котором произошло сражение), но и никогда до 25 го августа 1812 года не думали о том, чтобы сражение могло произойти на этом месте. Этому служит доказательством, во первых, то, что не только 25 го не было на этом месте укреплений, но что, начатые 25 го числа, они не были кончены и 26 го; во вторых, доказательством служит положение Шевардинского редута: Шевардинский редут, впереди той позиции, на которой принято сражение, не имеет никакого смысла. Для чего был сильнее всех других пунктов укреплен этот редут? И для чего, защищая его 24 го числа до поздней ночи, были истощены все усилия и потеряно шесть тысяч человек? Для наблюдения за неприятелем достаточно было казачьего разъезда. В третьих, доказательством того, что позиция, на которой произошло сражение, не была предвидена и что Шевардинский редут не был передовым пунктом этой позиции, служит то, что Барклай де Толли и Багратион до 25 го числа находились в убеждении, что Шевардинский редут есть левый фланг позиции и что сам Кутузов в донесении своем, писанном сгоряча после сражения, называет Шевардинский редут левым флангом позиции. Уже гораздо после, когда писались на просторе донесения о Бородинском сражении, было (вероятно, для оправдания ошибок главнокомандующего, имеющего быть непогрешимым) выдумано то несправедливое и странное показание, будто Шевардинский редут служил передовым постом (тогда как это был только укрепленный пункт левого фланга) и будто Бородинское сражение было принято нами на укрепленной и наперед избранной позиции, тогда как оно произошло на совершенно неожиданном и почти не укрепленном месте.
Дело же, очевидно, было так: позиция была избрана по реке Колоче, пересекающей большую дорогу не под прямым, а под острым углом, так что левый фланг был в Шевардине, правый около селения Нового и центр в Бородине, при слиянии рек Колочи и Во йны. Позиция эта, под прикрытием реки Колочи, для армии, имеющей целью остановить неприятеля, движущегося по Смоленской дороге к Москве, очевидна для всякого, кто посмотрит на Бородинское поле, забыв о том, как произошло сражение.
Наполеон, выехав 24 го к Валуеву, не увидал (как говорится в историях) позицию русских от Утицы к Бородину (он не мог увидать эту позицию, потому что ее не было) и не увидал передового поста русской армии, а наткнулся в преследовании русского арьергарда на левый фланг позиции русских, на Шевардинский редут, и неожиданно для русских перевел войска через Колочу. И русские, не успев вступить в генеральное сражение, отступили своим левым крылом из позиции, которую они намеревались занять, и заняли новую позицию, которая была не предвидена и не укреплена. Перейдя на левую сторону Колочи, влево от дороги, Наполеон передвинул все будущее сражение справа налево (со стороны русских) и перенес его в поле между Утицей, Семеновским и Бородиным (в это поле, не имеющее в себе ничего более выгодного для позиции, чем всякое другое поле в России), и на этом поле произошло все сражение 26 го числа. В грубой форме план предполагаемого сражения и происшедшего сражения будет следующий:

Ежели бы Наполеон не выехал вечером 24 го числа на Колочу и не велел бы тотчас же вечером атаковать редут, а начал бы атаку на другой день утром, то никто бы не усомнился в том, что Шевардинский редут был левый фланг нашей позиции; и сражение произошло бы так, как мы его ожидали. В таком случае мы, вероятно, еще упорнее бы защищали Шевардинский редут, наш левый фланг; атаковали бы Наполеона в центре или справа, и 24 го произошло бы генеральное сражение на той позиции, которая была укреплена и предвидена. Но так как атака на наш левый фланг произошла вечером, вслед за отступлением нашего арьергарда, то есть непосредственно после сражения при Гридневой, и так как русские военачальники не хотели или не успели начать тогда же 24 го вечером генерального сражения, то первое и главное действие Бородинского сражения было проиграно еще 24 го числа и, очевидно, вело к проигрышу и того, которое было дано 26 го числа.