1127 год

Поделись знанием:
(перенаправлено с «1127»)
Перейти к: навигация, поиск
Годы
1123 · 1124 · 1125 · 1126 1127 1128 · 1129 · 1130 · 1131
Десятилетия
1100-е · 1110-е1120-е1130-е · 1140-е
Века
XI векXII векXIII век
2-е тысячелетие
X векXI векXII векXIII векXIV век
1090-е 1090 1091 1092 1093 1094 1095 1096 1097 1098 1099
1100-е 1100 1101 1102 1103 1104 1105 1106 1107 1108 1109
1110-е 1110 1111 1112 1113 1114 1115 1116 1117 1118 1119
1120-е 1120 1121 1122 1123 1124 1125 1126 1127 1128 1129
1130-е 1130 1131 1132 1133 1134 1135 1136 1137 1138 1139
1140-е 1140 1141 1142 1143 1144 1145 1146 1147 1148 1149
1150-е 1150 1151 1152 1153 1154 1155 1156 1157 1158 1159
1160-е 1160 1161 1162 1163 1164 1165 1166 1167 1168 1169
1170-е 1170 1171 1172 1173 1174 1175 1176 1177 1178 1179
1180-е 1180 1181 1182 1183 1184 1185 1186 1187 1188 1189
1190-е 1190 1191 1192 1193 1194 1195 1196 1197 1198 1199
1200-е 1200 1201 1202 1203 1204 1205 1206 1207 1208 1209
Хронологическая таблица

1127 (тысяча сто двадцать седьмой) год по юлианскому календарю — невисокосный год, начинающийся в субботу. Это 1127 год нашей эры, 127 год 2 тысячелетия, 27 год XII века, 7 год 3-го десятилетия XII века, 8 год 1120-х годов.





События

Русь

Родились

См. также: Категория:Родившиеся в 1127 году

Скончались

См. также: Категория:Умершие в 1127 году

См. также


Напишите отзыв о статье "1127 год"

Отрывок, характеризующий 1127 год

Действительно, всё, что только было в зале, с улыбкою радости смотрело на веселого старичка, который рядом с своею сановитою дамой, Марьей Дмитриевной, бывшей выше его ростом, округлял руки, в такт потряхивая ими, расправлял плечи, вывертывал ноги, слегка притопывая, и всё более и более распускавшеюся улыбкой на своем круглом лице приготовлял зрителей к тому, что будет. Как только заслышались веселые, вызывающие звуки Данилы Купора, похожие на развеселого трепачка, все двери залы вдруг заставились с одной стороны мужскими, с другой – женскими улыбающимися лицами дворовых, вышедших посмотреть на веселящегося барина.
– Батюшка то наш! Орел! – проговорила громко няня из одной двери.
Граф танцовал хорошо и знал это, но его дама вовсе не умела и не хотела хорошо танцовать. Ее огромное тело стояло прямо с опущенными вниз мощными руками (она передала ридикюль графине); только одно строгое, но красивое лицо ее танцовало. Что выражалось во всей круглой фигуре графа, у Марьи Дмитриевны выражалось лишь в более и более улыбающемся лице и вздергивающемся носе. Но зато, ежели граф, всё более и более расходясь, пленял зрителей неожиданностью ловких выверток и легких прыжков своих мягких ног, Марья Дмитриевна малейшим усердием при движении плеч или округлении рук в поворотах и притопываньях, производила не меньшее впечатление по заслуге, которую ценил всякий при ее тучности и всегдашней суровости. Пляска оживлялась всё более и более. Визави не могли ни на минуту обратить на себя внимания и даже не старались о том. Всё было занято графом и Марьею Дмитриевной. Наташа дергала за рукава и платье всех присутствовавших, которые и без того не спускали глаз с танцующих, и требовала, чтоб смотрели на папеньку. Граф в промежутках танца тяжело переводил дух, махал и кричал музыкантам, чтоб они играли скорее. Скорее, скорее и скорее, лише, лише и лише развертывался граф, то на цыпочках, то на каблуках, носясь вокруг Марьи Дмитриевны и, наконец, повернув свою даму к ее месту, сделал последнее па, подняв сзади кверху свою мягкую ногу, склонив вспотевшую голову с улыбающимся лицом и округло размахнув правою рукой среди грохота рукоплесканий и хохота, особенно Наташи. Оба танцующие остановились, тяжело переводя дыхание и утираясь батистовыми платками.