1605 год

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)
Годы
1601 · 1602 · 1603 · 1604 1605 1606 · 1607 · 1608 · 1609
Десятилетия
1580-е · 1590-е1600-е1610-е · 1620-е
Века
XVI векXVII векXVIII век
2-е тысячелетие
XV векXVI векXVII векXVIII векXIX век
1590-е 1590 1591 1592 1593 1594 1595 1596 1597 1598 1599
1600-е 1600 1601 1602 1603 1604 1605 1606 1607 1608 1609
1610-е 1610 1611 1612 1613 1614 1615 1616 1617 1618 1619
1620-е 1620 1621 1622 1623 1624 1625 1626 1627 1628 1629
1630-е 1630 1631 1632 1633 1634 1635 1636 1637 1638 1639
1640-е 1640 1641 1642 1643 1644 1645 1646 1647 1648 1649
1650-е 1650 1651 1652 1653 1654 1655 1656 1657 1658 1659
1660-е 1660 1661 1662 1663 1664 1665 1666 1667 1668 1669
1670-е 1670 1671 1672 1673 1674 1675 1676 1677 1678 1679
1680-е 1680 1681 1682 1683 1684 1685 1686 1687 1688 1689
1690-е 1690 1691 1692 1693 1694 1695 1696 1697 1698 1699
1700-е 1700 1701 1702 1703 1704 1705 1706 1707 1708 1709
Хронологическая таблица
1604 год в других календарях
Григорианский календарь 1604
MDCIV
Юлианский календарь 1603—1604 (с 11 января)
Юлианский календарь
с византийской эрой
7112—7113 (с 11 сентября)
От основания Рима 2356—2357 (с 1 мая)
Еврейский календарь
5364—5365

ה'שס"ד — ה'שס"ה

Исламский календарь 1012—1013
Древнеармянский календарь 4096—4097 (с 11 августа)
Армянский церковный календарь 1053
ԹՎ ՌԾԳ

Китайский календарь 4300—4301
癸卯 — 甲辰
чёрный кролик — зелёный дракон
Эфиопский календарь 1596 — 1597
Древнеиндийский календарь
- Викрам-самват 1660—1661
- Шака самват 1526—1527
- Кали-юга 4705—4706
Иранский календарь 982—983
Буддийский календарь 2147

1605 (тысяча шестьсот пятый) год по григорианскому календарюневисокосный год, начинающийся в субботу. Это 1605 год нашей эры, 605 год 2 тысячелетия, 5 год XVII века, 5 год 1-го десятилетия XVII века, 6 год 1600-х годов.





События

  • Шведское правительство предлагало Годунову помощь против поляков.
  • 21 января — битва при Добрыничах. Царское войско громит войско Лжедмитрия I.
  • Февраль—апрель — безуспешная осада Кром царскими войсками.
  • 8 апреля — Шведский король Карл XI распорядился основать город Оулу (ныне Финляндия).
  • 13 апреля — смерть Бориса Годунова.
  • 7 мая — Правительственное войско под Кромами переходит на сторону Лжедмитрия I.
  • 11 июня — в Москве свергнут с престола и заключён под домашний арест царь Фёдор II Борисович Годунов.
  • 20 июня — въезд Димитрия (Дмитрия) — Лжедмитрия I в Москву.
  • 30 июля — в Успенском соборе было совершено венчание Димитрия (Дмитрия) — Лжедмитрия I на царство.
  • 5 ноября — «Пороховой заговор» в Англии — первая попытка террористического акта с помощью взрывчатых веществ. В этот день король Яков I должен был открыть заседание английского парламента. Католики-заговорщики с целью прекратить протестантское правление в стране уговорили 25-летнего Гая Фокса заложить бочки с порохом в подвале палаты лордов и взорвать их во время заседания. Заговор сорвался, так как правительство получило анонимное письмо, и 4 ноября Фокс был арестован. Под пыткой он рассказал всё, что знал, и 31 января следующего года был казнён. В Англии этот день отмечается как «День Гая Фокса».
  • 6 ноября. Турецко-персидская война (1603—1618). Шах Аббас разбил турок в битве при Суфиане (Азербайджан).
  • 22 ноября — В Кракове состоялось обручение по доверенности Марины Мнишек и Лжедмитрия I
  • запорожские казаки нападают на Варну, где разбивают турецкий флот.
  • Царь Кахети Александр убит по приказу Аббаса.
  • 1605—1627 — Падишах Могольской империи Джахангир, сын Акбара.
  • Восстание против Джагангира под руководством его сына Хусру. Подавлено с большой жестокостью.
  • 1605 — Папа Лев XI.
  • 1605—1621 — Папа Павел V (Камилло Боргезе) (1552—1621).
  • 1605—1606 — Князь Трансильвании Иштван Бочкаи (1557—1606).

Наука и искусство

  • французский исследователь С. де Шамплан открыл мыс Код (Северная Америка).
  • Испанская экспедиция Кироса. Открытие островов Полинезии, Меланезии и южного материка («Австралия святого духа»).
  • январь — в Мадриде примерным тиражом 1500—1750 экземпляров вышло первое издание первой части «Дон Кихота» Мигеля де Сервантеса. Вторая часть увидела свет в 1615 году.

Музыка

Родились

См. также: Категория:Родившиеся в 1605 году

Скончались

См. также: Категория:Умершие в 1605 году

См. также


Напишите отзыв о статье "1605 год"

Примечания

  1. [roman.by/r-42719.html Реферат: Семен Иванович Дежнев]
  2. [www.oceanographers.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=136&Itemid=52 Океанология. Океанография — изучение, проблемы и ресурсы мирового океана — Дежнев Семён (1605 ? — 1673)]


Отрывок, характеризующий 1605 год

– La vilaine affaire de trainer ces cadavres apres soi. Vaudrait mieux fusiller cette canaille, [Скверное дело таскать за собой эти трупы. Лучше бы расстрелять эту сволочь.] – и громко засмеялся таким странным смехом, что Пете показалось, французы сейчас узнают обман, и он невольно отступил на шаг от костра. Никто не ответил на слова и смех Долохова, и французский офицер, которого не видно было (он лежал, укутавшись шинелью), приподнялся и прошептал что то товарищу. Долохов встал и кликнул солдата с лошадьми.
«Подадут или нет лошадей?» – думал Петя, невольно приближаясь к Долохову.
Лошадей подали.
– Bonjour, messieurs, [Здесь: прощайте, господа.] – сказал Долохов.
Петя хотел сказать bonsoir [добрый вечер] и не мог договорить слова. Офицеры что то шепотом говорили между собою. Долохов долго садился на лошадь, которая не стояла; потом шагом поехал из ворот. Петя ехал подле него, желая и не смея оглянуться, чтоб увидать, бегут или не бегут за ними французы.
Выехав на дорогу, Долохов поехал не назад в поле, а вдоль по деревне. В одном месте он остановился, прислушиваясь.
– Слышишь? – сказал он.
Петя узнал звуки русских голосов, увидал у костров темные фигуры русских пленных. Спустившись вниз к мосту, Петя с Долоховым проехали часового, который, ни слова не сказав, мрачно ходил по мосту, и выехали в лощину, где дожидались казаки.
– Ну, теперь прощай. Скажи Денисову, что на заре, по первому выстрелу, – сказал Долохов и хотел ехать, но Петя схватился за него рукою.
– Нет! – вскрикнул он, – вы такой герой. Ах, как хорошо! Как отлично! Как я вас люблю.
– Хорошо, хорошо, – сказал Долохов, но Петя не отпускал его, и в темноте Долохов рассмотрел, что Петя нагибался к нему. Он хотел поцеловаться. Долохов поцеловал его, засмеялся и, повернув лошадь, скрылся в темноте.

Х
Вернувшись к караулке, Петя застал Денисова в сенях. Денисов в волнении, беспокойстве и досаде на себя, что отпустил Петю, ожидал его.
– Слава богу! – крикнул он. – Ну, слава богу! – повторял он, слушая восторженный рассказ Пети. – И чег'т тебя возьми, из за тебя не спал! – проговорил Денисов. – Ну, слава богу, тепег'ь ложись спать. Еще вздг'емнем до утг'а.
– Да… Нет, – сказал Петя. – Мне еще не хочется спать. Да я и себя знаю, ежели засну, так уж кончено. И потом я привык не спать перед сражением.
Петя посидел несколько времени в избе, радостно вспоминая подробности своей поездки и живо представляя себе то, что будет завтра. Потом, заметив, что Денисов заснул, он встал и пошел на двор.
На дворе еще было совсем темно. Дождик прошел, но капли еще падали с деревьев. Вблизи от караулки виднелись черные фигуры казачьих шалашей и связанных вместе лошадей. За избушкой чернелись две фуры, у которых стояли лошади, и в овраге краснелся догоравший огонь. Казаки и гусары не все спали: кое где слышались, вместе с звуком падающих капель и близкого звука жевания лошадей, негромкие, как бы шепчущиеся голоса.
Петя вышел из сеней, огляделся в темноте и подошел к фурам. Под фурами храпел кто то, и вокруг них стояли, жуя овес, оседланные лошади. В темноте Петя узнал свою лошадь, которую он называл Карабахом, хотя она была малороссийская лошадь, и подошел к ней.
– Ну, Карабах, завтра послужим, – сказал он, нюхая ее ноздри и целуя ее.
– Что, барин, не спите? – сказал казак, сидевший под фурой.
– Нет; а… Лихачев, кажется, тебя звать? Ведь я сейчас только приехал. Мы ездили к французам. – И Петя подробно рассказал казаку не только свою поездку, но и то, почему он ездил и почему он считает, что лучше рисковать своей жизнью, чем делать наобум Лазаря.
– Что же, соснули бы, – сказал казак.
– Нет, я привык, – отвечал Петя. – А что, у вас кремни в пистолетах не обились? Я привез с собою. Не нужно ли? Ты возьми.
Казак высунулся из под фуры, чтобы поближе рассмотреть Петю.
– Оттого, что я привык все делать аккуратно, – сказал Петя. – Иные так, кое как, не приготовятся, потом и жалеют. Я так не люблю.
– Это точно, – сказал казак.
– Да еще вот что, пожалуйста, голубчик, наточи мне саблю; затупи… (но Петя боялся солгать) она никогда отточена не была. Можно это сделать?
– Отчего ж, можно.
Лихачев встал, порылся в вьюках, и Петя скоро услыхал воинственный звук стали о брусок. Он влез на фуру и сел на край ее. Казак под фурой точил саблю.
– А что же, спят молодцы? – сказал Петя.
– Кто спит, а кто так вот.
– Ну, а мальчик что?
– Весенний то? Он там, в сенцах, завалился. Со страху спится. Уж рад то был.
Долго после этого Петя молчал, прислушиваясь к звукам. В темноте послышались шаги и показалась черная фигура.
– Что точишь? – спросил человек, подходя к фуре.
– А вот барину наточить саблю.
– Хорошее дело, – сказал человек, который показался Пете гусаром. – У вас, что ли, чашка осталась?
– А вон у колеса.
Гусар взял чашку.
– Небось скоро свет, – проговорил он, зевая, и прошел куда то.
Петя должен бы был знать, что он в лесу, в партии Денисова, в версте от дороги, что он сидит на фуре, отбитой у французов, около которой привязаны лошади, что под ним сидит казак Лихачев и натачивает ему саблю, что большое черное пятно направо – караулка, и красное яркое пятно внизу налево – догоравший костер, что человек, приходивший за чашкой, – гусар, который хотел пить; но он ничего не знал и не хотел знать этого. Он был в волшебном царстве, в котором ничего не было похожего на действительность. Большое черное пятно, может быть, точно была караулка, а может быть, была пещера, которая вела в самую глубь земли. Красное пятно, может быть, был огонь, а может быть – глаз огромного чудовища. Может быть, он точно сидит теперь на фуре, а очень может быть, что он сидит не на фуре, а на страшно высокой башне, с которой ежели упасть, то лететь бы до земли целый день, целый месяц – все лететь и никогда не долетишь. Может быть, что под фурой сидит просто казак Лихачев, а очень может быть, что это – самый добрый, храбрый, самый чудесный, самый превосходный человек на свете, которого никто не знает. Может быть, это точно проходил гусар за водой и пошел в лощину, а может быть, он только что исчез из виду и совсем исчез, и его не было.
Что бы ни увидал теперь Петя, ничто бы не удивило его. Он был в волшебном царстве, в котором все было возможно.
Он поглядел на небо. И небо было такое же волшебное, как и земля. На небе расчищало, и над вершинами дерев быстро бежали облака, как будто открывая звезды. Иногда казалось, что на небе расчищало и показывалось черное, чистое небо. Иногда казалось, что эти черные пятна были тучки. Иногда казалось, что небо высоко, высоко поднимается над головой; иногда небо спускалось совсем, так что рукой можно было достать его.
Петя стал закрывать глаза и покачиваться.
Капли капали. Шел тихий говор. Лошади заржали и подрались. Храпел кто то.
– Ожиг, жиг, ожиг, жиг… – свистела натачиваемая сабля. И вдруг Петя услыхал стройный хор музыки, игравшей какой то неизвестный, торжественно сладкий гимн. Петя был музыкален, так же как Наташа, и больше Николая, но он никогда не учился музыке, не думал о музыке, и потому мотивы, неожиданно приходившие ему в голову, были для него особенно новы и привлекательны. Музыка играла все слышнее и слышнее. Напев разрастался, переходил из одного инструмента в другой. Происходило то, что называется фугой, хотя Петя не имел ни малейшего понятия о том, что такое фуга. Каждый инструмент, то похожий на скрипку, то на трубы – но лучше и чище, чем скрипки и трубы, – каждый инструмент играл свое и, не доиграв еще мотива, сливался с другим, начинавшим почти то же, и с третьим, и с четвертым, и все они сливались в одно и опять разбегались, и опять сливались то в торжественно церковное, то в ярко блестящее и победное.