172-я стрелковая дивизия (2-го формирования)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Всего 172-я стрелковая дивизия формировалась 3 раза. См. список других формирований
172-я стрелковая дивизия
Войска:

сухопутные

Род войск:

пехота

Формирование:

10.10.1941 года

Расформирование (преобразование):

25.06.1942 года

Боевой путь

1941: Оборона Крыма
1942: Керченско-Феодосийская десантная операция
1942:

172-я стрелковая дивизия — воинское соединение СССР в Великой Отечественной войне





История

Сформирована 10 октября 1941 года путём переименования по общевойсковой нумерации 3-я Крымская мотострелковой дивизии[1].

На 18 октября 1941 года занимала позиции под Красноперекопском и вступила в бой с частями 170-й и 73-й пехотных дивизий, стремившихся прорваться к устью реки Чатырлык. По 28 октября 1941 года при поддержек 5-го танкового полка дивизия удерживала свои позиции по реке Чатырлык. С 29 октября 1941 года по приказу осуществляет отход на тыловой оборонительный рубеж, проходивший по линии Советский, Новоцарицыно, Саки.

В боях на Ишуньских позициях полки дивизии понесли тяжёлые потери, 383-й, 514-й и 747-й полки имели в своем составе не более 300 бойцов, артполк дивизии имел всего два 76-мм орудия. Общая численность 172-й стрелковой дивизии, к моменту выхода к Севастополю, составляла чуть более тысячи человек. Вместе с тем, в Севастополь из городов Крыма был выведен призывной контингент, ранее имевший «броню» от призыва (ценные работники, специалисты, а также часть осеннего призыва 1941 года). Вместе с арьергардными частями в Севастополь вышли ещё 1,8 тыс. человек (остатки саперного батальона, 747-го полка, остатки батальона связи и т. п.). Оставшиеся подразделения дивизии были сведены в один, 514-й стрелковый полк двухбатальонного состава. Дивизии были приданы 1-й Севастопольский полк морской пехоты (сформирован за счёт 1-го Перекопского батальона, батальона и 17-й пулемётной роты Дунайской военной флотилии, батальона школы оружия) и 2-й Черноморский полк морской пехоты (сформирован за счёт 1-го отдельного Севастопольского караульного батальона береговой обороны, стрелкового батальоно Николаевской военно-морской базы, сводного батальона Очаковской базы, в который вошёл личный состав базы торпедных катеров и части морпогранохраны НКВД, батальона 106-й стрелковой дивизии

10 ноября 1941 года в состав 172-й стрелковой дивизии вошёл 31-й стрелковый полк. С этого момента дивизия находилась на обороне 2-го сектора Севастопольского оборонительного района, протяжённостью 18,5 километров. В ходе 2-го штурма советские войска в секторе, в основном, удержали свои позиции. После отражения штурма дивизия в двухполковом составе, переброшена в 4-й сектор обороны, и она занимает позиции на правом фланге 95-й стрелковой дивизии. В наступлениях января-марта 1942 года дивизия несёт тяжёлые потери. 7 марта 1942 года из состава дивизии был выведен 31-й стрелковый полк (передан в 25-ю стрелковую дивизию), а в составе 172-й дивизии с марта 1942 года начато формирование второго полка дивизии: 747-го. К маю 1942 года полк был почти полностью сформирован, и было начато формирование нового 388-го стрелкового полка. К началу 3-го штурма в полку был сформирован один стрелковый батальон и ряд вспомогательных подразделений.

С возобновлением штурма Севастополя дивизия вступила в бои, в течение трёх суток в основном удерживала позиции, отдельные опорные пункты продолжали бои в окружении, однако затем позиции дивизии были прорваны. 16 июня 1942 года остатки дивизии были отведены в тыл, где из них был сформирован батальон, получивший наименование 1-го батальона 514-го стрелкового полка. Батальон принимал участие в боевых действиях 29-30 июня 1942 года, занимая небольшой участок между 8-й бригадой морской пехоты и 138-й стрелковой бригадой. В ходе боевых действий был практически полностью уничтожен.

25 июня 1942 года дивизия была расформирована

Командиры дивизии

  • полковник Иван Андреевич Ласкин[1].

Состав

  • 31-й стрелковый полк (10.11.41 — 14.03.42)
  • 161-й стрелковый полк (10.11.41 — 30.12.41)
  • 388-й стрелковый полк

Начато второе формирование в мае 1942 г. По состоянию на июнь 1942 г. сформирован один батальон, рота ПТР и минометная рота.

  • 514-й стрелковый полк

Сформирован в составе 3-й Крымской дивизии народного ополчения, 5-й моторизованный полк. 25-го сентября получил номер 514. Принимал участие в боях под Армянском, понес потери. Пополнен за счёт личного состава 321-й дивизии (2-й дивизии народного ополчения) и 184-й дивизии НКВД (4-й дивизии ополчения). Занял оборону на р. Чатырлык, в боях понес потери. При отступлении к Севастополю 1-2 ноября двигался в арьергарде колонны, затем полк выведен в голову колонны. Вышел в Севастополь уже 3.11.41г. После выхода к Севастополю, полк переформирован за счёт: 1-й батальон — личного состава 172-й СД, 2-й батальон — личного состава севастопольского истребительного батальона 3-й батальон — (сформирован позднее, за счёт личного состава 778-го полка 388-й дивизии), но после февральского наступления расформирован из-за потерь в личном составе и возврата части личного состава в 388-ю СД. Занял позиции в районе д. Комары и Ялтинского шоссе, вел боевые действия на границе 1-го и 2-го секторов, при поддержке 134-го ГАП. В январе 1942 г. переброшен в 4-й сектор, участвовал в неудачных наступлениях в январе и феврале 1942 г. понес тяжёлые потери. К началу 3-го штурма в составе полка числилось два батальона, один минометный батальон.

  • 747-й стрелковый полк

Сформирован в составе 3-й Крымской дивизии народного ополчения, 5-й моторизованный полк. 25-го сентября получил номер 747. После понесенных при отступлении потерь расформирован. Восстановлен в марте 1942 г. (приказ по Примармии № 087 от 3.03.42г.)

  • 340-й артиллерийский полк
  • 134-й гаубичный артиллерийский полк (с 15.11.41)

Полк был создан в 1938 году на базе 3-го и 4-го дивизионов 57-го артполка 95-й стрелковой дивизии (один дивизион 122-мм гаубицы, второй 152-мм гаубицы). В составе дивизии участвовал в Финской войне. Принимал участие в Бессарабской операции (1940 г.). Состав полка: два дивизиона 122-мм гаубиц, один дивизион 152-мм гаубиц, всего 36 орудий. Полк в полном составе (но без средств тяги) был вывезен из Одессы. 26.10.41 полк был загружен в эшелоны, но из-за создавшейся ситуации был выгружен на станции Сарабуз (Остряково). Комендантский взвод полка реквизировал гражданский транспорт, обеспечив транспортировку орудий. Всего были реквизированы 3 трактора ЧТЗ и 28 грузовых автомобилей. 3-й (152мм) дивизион полка прибыл в Севастополь 3-4 ноября 1941 г., двигаясь напрямую. 1-й и 2-й дивизионы двигались в арьергарде Приморской армии, прикрывая отход, и прибыли в Севастополь 10 ноября. В ходе отступления 1-й дивизион в районе Артека понес потери, прикрывая отступление армии. Полк поддерживал 172-ю СД в районе г. Гасфорта. 11.11.41 г. в полк были влиты остатки 340-го артполка 172-й дивизии. При передислокации дивизии в январе 1942 г. занял позиции в районе 3-го и 4-го сектора. Во время 3-го штурма двумя дивизионами (1 и 2) вел огонь, поддерживая 172-ю дивизию, 3-й дивизион был задействован для поддержки частей 3-го сектора. 26 июня 1942 г. 1-й дивизион занимал позиции в районе Инкерманского монастыря. после того, как боезапас был израсходован, орудия на руках выкатили мимо «Шампанстроя» в Килен-балку. 3-й дивизион, в связи с невозможностью перекатки орудий вручную, 27.06.42г. взорвал матчасть и отошёл к 1-му дивизиону. 2-й дивизион к 28.06.1942 г. занимал позиции в районе р. Виктория. 30.06.42г. орудия были взорваны и остатки 2-го и 1-го дивизионов отошли к м. Херсонес.

  • 174-й отдельный истребительно-противотанковый дивизион (с 4.03.42)

Сформирован по приказу от 3.03.42г., по состоянию на начало штурма в дивизионе были только противотанковые ружья.

  • 341-й отдельный зенитный артиллерийский дивизион (реально не сформирован)
  • 151-я разведывательная рота
  • 247-й (270-й) сапёрный батальон
  • 222-й отдельный батальон связи

В составе батальона числилось три роты, общая численность 345 человек.

  • 224-й медико-санитарный батальон
  • 7-я отдельная рота химической защиты
  • 137-я автотранспортная рота
  • 339-я полевая хлебопекарня
  • 988-й дивизионный ветеринарный лазарет
  • 484-я полевая почтовая станция

Отличившиеся воины дивизии

Напишите отзыв о статье "172-я стрелковая дивизия (2-го формирования)"

Примечания

  1. 1 2 Сайт Механизированные корпуса РККА. 3-я Крымская мотострелковая дивизия, с 10.10.41 — 172 стрелковая дивизия (II).

Литература

  • Батов П. И. «В походах и боях». М.: Воениздат, 1974. М. Голос. 2000.
  • Ласкин И. А. «На пути к перелому», М. Воениздат. 1977.
  • Мощанский И., Савин А. «Борьба за Крым, сентябрь 1941 — июль 1942 года». — М.: ПКВ, 2002.
  • Семён Мкртычевич Саркисьян. «51-я АРМИЯ (БОЕВОЙ ПУТЬ)». www.army51.narod.ru/zacrim.html
  • Неменко Александр Валериевич Справочник по частям Приморской армии. www.litsovet.ru/index.php/material.read?material_id=413854

Ссылки

  • [mechcorps.rkka.ru/files/mechcorps/index.htm Сайт Механизированные корпуса РККА. 3-я Крымская мотострелковая дивизия, с 10.10.41 — 172 стрелковая дивизия (II).]


Отрывок, характеризующий 172-я стрелковая дивизия (2-го формирования)

– А почему вы знаете?
– Я знаю. Это не хорошо, мой дружок.
– А если я хочу… – сказала Наташа.
– Перестань говорить глупости, – сказала графиня.
– А если я хочу…
– Наташа, я серьезно…
Наташа не дала ей договорить, притянула к себе большую руку графини и поцеловала ее сверху, потом в ладонь, потом опять повернула и стала целовать ее в косточку верхнего сустава пальца, потом в промежуток, потом опять в косточку, шопотом приговаривая: «январь, февраль, март, апрель, май».
– Говорите, мама, что же вы молчите? Говорите, – сказала она, оглядываясь на мать, которая нежным взглядом смотрела на дочь и из за этого созерцания, казалось, забыла всё, что она хотела сказать.
– Это не годится, душа моя. Не все поймут вашу детскую связь, а видеть его таким близким с тобой может повредить тебе в глазах других молодых людей, которые к нам ездят, и, главное, напрасно мучает его. Он, может быть, нашел себе партию по себе, богатую; а теперь он с ума сходит.
– Сходит? – повторила Наташа.
– Я тебе про себя скажу. У меня был один cousin…
– Знаю – Кирилла Матвеич, да ведь он старик?
– Не всегда был старик. Но вот что, Наташа, я поговорю с Борей. Ему не надо так часто ездить…
– Отчего же не надо, коли ему хочется?
– Оттого, что я знаю, что это ничем не кончится.
– Почему вы знаете? Нет, мама, вы не говорите ему. Что за глупости! – говорила Наташа тоном человека, у которого хотят отнять его собственность.
– Ну не выйду замуж, так пускай ездит, коли ему весело и мне весело. – Наташа улыбаясь поглядела на мать.
– Не замуж, а так , – повторила она.
– Как же это, мой друг?
– Да так . Ну, очень нужно, что замуж не выйду, а… так .
– Так, так, – повторила графиня и, трясясь всем своим телом, засмеялась добрым, неожиданным старушечьим смехом.
– Полноте смеяться, перестаньте, – закричала Наташа, – всю кровать трясете. Ужасно вы на меня похожи, такая же хохотунья… Постойте… – Она схватила обе руки графини, поцеловала на одной кость мизинца – июнь, и продолжала целовать июль, август на другой руке. – Мама, а он очень влюблен? Как на ваши глаза? В вас были так влюблены? И очень мил, очень, очень мил! Только не совсем в моем вкусе – он узкий такой, как часы столовые… Вы не понимаете?…Узкий, знаете, серый, светлый…
– Что ты врешь! – сказала графиня.
Наташа продолжала:
– Неужели вы не понимаете? Николенька бы понял… Безухий – тот синий, темно синий с красным, и он четвероугольный.
– Ты и с ним кокетничаешь, – смеясь сказала графиня.
– Нет, он франмасон, я узнала. Он славный, темно синий с красным, как вам растолковать…
– Графинюшка, – послышался голос графа из за двери. – Ты не спишь? – Наташа вскочила босиком, захватила в руки туфли и убежала в свою комнату.
Она долго не могла заснуть. Она всё думала о том, что никто никак не может понять всего, что она понимает, и что в ней есть.
«Соня?» подумала она, глядя на спящую, свернувшуюся кошечку с ее огромной косой. «Нет, куда ей! Она добродетельная. Она влюбилась в Николеньку и больше ничего знать не хочет. Мама, и та не понимает. Это удивительно, как я умна и как… она мила», – продолжала она, говоря про себя в третьем лице и воображая, что это говорит про нее какой то очень умный, самый умный и самый хороший мужчина… «Всё, всё в ней есть, – продолжал этот мужчина, – умна необыкновенно, мила и потом хороша, необыкновенно хороша, ловка, – плавает, верхом ездит отлично, а голос! Можно сказать, удивительный голос!» Она пропела свою любимую музыкальную фразу из Херубиниевской оперы, бросилась на постель, засмеялась от радостной мысли, что она сейчас заснет, крикнула Дуняшу потушить свечку, и еще Дуняша не успела выйти из комнаты, как она уже перешла в другой, еще более счастливый мир сновидений, где всё было так же легко и прекрасно, как и в действительности, но только было еще лучше, потому что было по другому.

На другой день графиня, пригласив к себе Бориса, переговорила с ним, и с того дня он перестал бывать у Ростовых.


31 го декабря, накануне нового 1810 года, le reveillon [ночной ужин], был бал у Екатерининского вельможи. На бале должен был быть дипломатический корпус и государь.
На Английской набережной светился бесчисленными огнями иллюминации известный дом вельможи. У освещенного подъезда с красным сукном стояла полиция, и не одни жандармы, но полицеймейстер на подъезде и десятки офицеров полиции. Экипажи отъезжали, и всё подъезжали новые с красными лакеями и с лакеями в перьях на шляпах. Из карет выходили мужчины в мундирах, звездах и лентах; дамы в атласе и горностаях осторожно сходили по шумно откладываемым подножкам, и торопливо и беззвучно проходили по сукну подъезда.
Почти всякий раз, как подъезжал новый экипаж, в толпе пробегал шопот и снимались шапки.
– Государь?… Нет, министр… принц… посланник… Разве не видишь перья?… – говорилось из толпы. Один из толпы, одетый лучше других, казалось, знал всех, и называл по имени знатнейших вельмож того времени.
Уже одна треть гостей приехала на этот бал, а у Ростовых, долженствующих быть на этом бале, еще шли торопливые приготовления одевания.
Много было толков и приготовлений для этого бала в семействе Ростовых, много страхов, что приглашение не будет получено, платье не будет готово, и не устроится всё так, как было нужно.
Вместе с Ростовыми ехала на бал Марья Игнатьевна Перонская, приятельница и родственница графини, худая и желтая фрейлина старого двора, руководящая провинциальных Ростовых в высшем петербургском свете.
В 10 часов вечера Ростовы должны были заехать за фрейлиной к Таврическому саду; а между тем было уже без пяти минут десять, а еще барышни не были одеты.
Наташа ехала на первый большой бал в своей жизни. Она в этот день встала в 8 часов утра и целый день находилась в лихорадочной тревоге и деятельности. Все силы ее, с самого утра, были устремлены на то, чтобы они все: она, мама, Соня были одеты как нельзя лучше. Соня и графиня поручились вполне ей. На графине должно было быть масака бархатное платье, на них двух белые дымковые платья на розовых, шелковых чехлах с розанами в корсаже. Волоса должны были быть причесаны a la grecque [по гречески].
Все существенное уже было сделано: ноги, руки, шея, уши были уже особенно тщательно, по бальному, вымыты, надушены и напудрены; обуты уже были шелковые, ажурные чулки и белые атласные башмаки с бантиками; прически были почти окончены. Соня кончала одеваться, графиня тоже; но Наташа, хлопотавшая за всех, отстала. Она еще сидела перед зеркалом в накинутом на худенькие плечи пеньюаре. Соня, уже одетая, стояла посреди комнаты и, нажимая до боли маленьким пальцем, прикалывала последнюю визжавшую под булавкой ленту.
– Не так, не так, Соня, – сказала Наташа, поворачивая голову от прически и хватаясь руками за волоса, которые не поспела отпустить державшая их горничная. – Не так бант, поди сюда. – Соня присела. Наташа переколола ленту иначе.
– Позвольте, барышня, нельзя так, – говорила горничная, державшая волоса Наташи.
– Ах, Боже мой, ну после! Вот так, Соня.
– Скоро ли вы? – послышался голос графини, – уж десять сейчас.
– Сейчас, сейчас. – А вы готовы, мама?
– Только току приколоть.
– Не делайте без меня, – крикнула Наташа: – вы не сумеете!
– Да уж десять.
На бале решено было быть в половине одиннадцатого, a надо было еще Наташе одеться и заехать к Таврическому саду.
Окончив прическу, Наташа в коротенькой юбке, из под которой виднелись бальные башмачки, и в материнской кофточке, подбежала к Соне, осмотрела ее и потом побежала к матери. Поворачивая ей голову, она приколола току, и, едва успев поцеловать ее седые волосы, опять побежала к девушкам, подшивавшим ей юбку.
Дело стояло за Наташиной юбкой, которая была слишком длинна; ее подшивали две девушки, обкусывая торопливо нитки. Третья, с булавками в губах и зубах, бегала от графини к Соне; четвертая держала на высоко поднятой руке всё дымковое платье.
– Мавруша, скорее, голубушка!
– Дайте наперсток оттуда, барышня.
– Скоро ли, наконец? – сказал граф, входя из за двери. – Вот вам духи. Перонская уж заждалась.
– Готово, барышня, – говорила горничная, двумя пальцами поднимая подшитое дымковое платье и что то обдувая и потряхивая, высказывая этим жестом сознание воздушности и чистоты того, что она держала.
Наташа стала надевать платье.
– Сейчас, сейчас, не ходи, папа, – крикнула она отцу, отворившему дверь, еще из под дымки юбки, закрывавшей всё ее лицо. Соня захлопнула дверь. Через минуту графа впустили. Он был в синем фраке, чулках и башмаках, надушенный и припомаженный.
– Ах, папа, ты как хорош, прелесть! – сказала Наташа, стоя посреди комнаты и расправляя складки дымки.
– Позвольте, барышня, позвольте, – говорила девушка, стоя на коленях, обдергивая платье и с одной стороны рта на другую переворачивая языком булавки.