181-я стрелковая дивизия (3-го формирования)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Всего 181-я стрелковая дивизия формировалась 3 раза. См. список других формирований
181-я стрелковая дивизия
Награды:

Почётные наименования:

«Сталинградская»

Войска:

сухопутные войска

Род войск:

пехота

Формирование:

5 февраля 1943 года

Расформирование (преобразование):

9 мая 1945 года

Предшественник:

10-я стрелковая дивизия НКВД

Боевой путь

Курская дуга,
форсирование Вислы,
Бреслау

181-я стрелкóвая диви́зия — воинское соединение СССР в Великой Отечественной войне.

Образована 5 февраля 1943 года путём переименования 10-й стрелковой дивизии НКВД и передачи её в состав РККА. Войну дивизия завершила в Бреслау (Бреславль).





История

Формирование дивизии

5 февраля 1943 года 10-я стрелковая дивизия НКВД передана в состав РККА и переименована в 181-ю Сталинградскую ордена Ленина стрелковую дивизию[1]. Дивизия вошла в состав бывшей Отдельной армии НКВД, переименованной в 70-ю армию. 12 февраля 1943 года сформированная дивизия выдвинулась на запад. По железной дороге части доставлены в район Ельца. С 17 февраля по 3 марта в условиях сильнейших морозов и снежных заносов дивизия совершила тяжелейший 350-километровый переход Косоржа — ЗолотухиноФатеж — Верхний Любаж. Несмотря на трудности, дивизия своевременно завершила переход.

Начальник штаба дивизии Василий Зайцев так вспоминал эти события:

Тылы сразу же безнадёжно отстали. Лошади вязли в сугробах, выбивались из сил, и ничто не в состоянии было сдвинуть их с места.

Людям на обжигающем морозе приходилось тащить на себе боеприпасы, технику и другое имущество. Бойцы и командиры несли и везли на лыжных установках пулемёты, батальонные миномёты, 45-миллиметровые пушки и снаряды.

…Снежные заносы почти исключили подвоз продовольствия армейским транспортом. ПО-2 сбрасывали нам мешки с сухими пайками, да что это для целой дивизии! Люди голодали…

Решением командующего Центральным фронтом Генерал-полковника К. Рокоссовского дивизия выведена из состава 70-й армии в резерв фронта и заняла район сосредоточения под Севском. Дивизия передана 65-й армии с оперативным подчинением командиру 2-го гвардейского кавалерийского корпуса для усиления этого участка фронта. Дивизия сменила в обороне части 2-го гвардейского кавкорпуса и включилась в тяжёлые, изнурительные бои в районе северо-западного выступа Курской дуги. Бои происходили в условиях острой нехватки боеприпасов из-за отставания тылов.

Бои местного значения дивизия вела до конца марта 1943 года. Перейдя в непосредственное подчинение командующего 65-й армией генерал-лейтенанта П. Батова, дивизия получила задачу перейти к обороне на занимаемом рубеже. 20 мая 1943 года дивизия сдала обороняемую полосу прибывшим на смену частям и через два дня сосредоточилась в районе города Дмитриева-Льговского Курской области, в лесах на берегу реки Свапа.

25 мая дивизия приступила к инженерному оборудованию её тылового рубежа армии и боевой учёбе. К этому времени стало известно, что на вооружение немецких войск поступили новые танки «Тигр», «Пантера», САУ «Фердинанд». В ходе занятий рассматривались и вопросы уничтожения этих танков, их слабые места.

Курская битва

Курская битва началась 5 июля 1943 года. Противник нанёс главный удар в направлении на Курск, на основном направлении удара оказались части 13-й и правого крыла 70-й армий. В полосе 65-й армии им нанесён вспомогательный удар. Здесь пехота и танки врага остановлены организованным огнём. В бой 181-я дивизия пока не вступала.

13 июля дивизия по решению командующего Центральным фронтом вошла в состав 70-й армии.

В 5:30 15 июля дивизия с приданным танковым полком перешла в наступление. Несмотря на упорное сопротивление противника, наступление развивалось успешно.

В последующие дни сопротивление врага, ожесточённость боёв не ослабевали. Части дивизии несли потери, но упорно продвигались вперёд. Потери среди личного состава были большими и 13 августа штаб дивизии отдал частям приказ переформировать батальоны в сводные роты.

Дивизия закончила своё участие в Курской битве во второй половине августа.

21 сентября 1943 года за проявленные в ходе битвы доблесть и мужество 181-я Сталинградская ордена Ленина стрелковая дивизия награждена Орденом Красного Знамени.

Дальнейшее участие в Великой Отечественной войне

Дивизия участвовала в освобождении Чернигова, Коростеня, Луцка, взятии Бреслау (Бреславля).

Дивизия была награждена ещё двумя орденами — Суворова 2-й степени и Кутузова 2-й степени.

Полное название

181-я ордена Ленина Сталинградская стрелковая дивизия

Подчинение

Дата Фронт (округ) Армия Корпус (группа) Примечания
5 февраля 1943 года 70-я армия
Центральный фронт 70-я армия
Центральный фронт резерв фронта
Центральный фронт 65-я армия 2-й гвардейский кавалерийский корпус
Центральный фронт 65-я армия
13 июля 1943 года Центральный фронт 70-я армия

Состав

Подразделение Командир Комиссар Примечание
Управление
Батарея управления начальника артиллерии дивизии
288-й Сталинградский стрелковый полк подполковник Пономаренко
271-й Нижне-Волжский стрелковый полк подполковник Л. Дикий
243-й стрелковый полк
292-й Волжский стрелковый полк майор Сережников Александр Иванович
375-й Челябинский артиллерийский полк
168-й отдельный истребительный противотанковый дивизион
73-я разведывательная рота
100-й сапёрный батальон
567-й отдельный батальон связи
110-й медико-санитарный батальон
28-я отдельная рота химической защиты
342-я автотранспортная рота
69-я полевая хлебопекарня
97-й дивизионный ветеринарный лазарет
2254-я полевая почтовая станция
1783-я полевая касса Государственного банка

Командный и начальствующий состав

Сараев Александр Андреевич (05.02.1943 — 10.03.1944), генерал-майор; Васин Николай Степанович (11.03.1944 — 23.07.1944), полковник; Антонов Николай Викторович (28.07.1944 — 01.09.1944), полковник; Хомич Иван Федорович (02.09.1944 — 15.09.1944), полковник; Морозов Павел Иванович (16.09.1944 — 11.11.1944), полковник; Дикий Леонид Петрович (12.11.1944 — 28.04.1945), полковник; Морозов Павел Иванович (29.04.1945 — 09.05.1945), полковник.

Награды

Отличившиеся воины дивизии

11000 воинов дивизии награждены орденами и медалями Советского Союза:

  • Иванов Филипп Андреевич, 1910 — 27.07.1943 гг., русский, урож. с. Ая, Алтайского р-на, Алтайского края, ст. лейтенант, командир батальона 288 сп 181 сд ЦФ. Кавалер ордена Красной Звезды (25.10.1942 г.), ордена Красного Знамени (25.04.1943 г.), ордена Ленина (27.06.1943 г.). 3 июля 1943 года представлен к присвоению звания «Герой Советского Союза». Погиб от снайперской пули близ д. Жизло — Павлово Троснянского р-на Орловской обл.

Из наградного листа:

За время боёв на Центральном фронте тов. Иванов лично истребил 78 солдат и офицеров противника, а всего за период по защите города Сталинграда и боёв на Центральном фронте истребил 183 солдат и офицеров, 3 танка, ротный миномёт. Кроме этого, являясь снайпером-инструктором, подготовил на Центральном фронте 42 снайпера, которые имеют на своем счету не одну истреблённую сотню гитлеровцев. Вывод: за проявленное мужество, отвагу и героизм в результате чего нанес большие потери противнику, за воспитание мужества и стойкости личного состава роты, выращивания снайперов тов. Иванов Филипп Андреевич заслуживает присвоения звания Героя Советского Союза

Евгений Платунов. [altkprf.ru/index.php/39102-geroi-bez-zolotoj-zvezdy Герои без золотой звезды]. altkprf.ru. Проверено 2 июня 2015.

Место захоронения до настоящего времени неизвестно;

20 чекистов дивизии были удостоены звания Героя Советского Союза, 9 из них не дождались Дня Победы:

Кавалеры ордена Славы трёх степеней.[8]

Память

На Украине в городе Чернигове есть монумент «Воинам-освободителям от трудящихся Чернигова», на котором среди других воинских формирований, освобождавших город, упоминается 181-я Орденов Ленина и Красного знамени Сталинградская стрелковая дивизия.

В Чернигове также есть памятник «Воины 181 Сталинградской, Ордена Ленина, Краснознамённой стрелковой дивизии, погибшие в боях за освобождение Чернигова 19-21 сентября 1943 г.» Далее идет список воинов офицерского и рядового состава.

Напишите отзыв о статье "181-я стрелковая дивизия (3-го формирования)"

Примечания

  1. Приказ Ставки Верховного Главнокомандования от 5 февраля 1943 года
  2. Указ Президиума Верховного Совета СССР от 2 февраля 1942 года
  3. Приказ Верховного Главнокомандующего ВС СССР от 2 февраля 1942 года
  4. [grachev62.narod.ru/stalin/orders/chapt020.htm Приказ Верховного Главнокомандующего СССР И. В. Сталина № 20 от 21 сентября 1943 года]
  5. [www.vvmvd.ru/menu2/history/vv-vov/vv-vov_6.html Воины-Сталинградцы в сражении на курской дуге] — Сайт ВВ МВД
  6. [ivanovo1945.ru/bio/g016.html ИВАНОВО ПОМНИТ: ЗОЛОТЫЕ ЗВЕЗДЫ]
  7. [www.iremember.ru/content/view/472/21/lang,ru/ Я Помню. Герои великой отечественной войны. Участники ВОВ. Книга памяти. — Артиллеристы. Волошин Алексей Прохорович. Проект Я Помню. Герой ВОВ]
  8. Кавалеры ордена Славы трех степеней. Краткий биографический словарь — М.: Военное издательство,2000.

См. также

Ссылки

  • [sergeant.genstab.ru/70army_oob.htm 70-я армия в Великой Отечественной войне]
  • [www.vvmvd.ru/menu2/history/vv-vov/vv-vov_6.html Воины-Сталинградцы в сражении на курской дуге] — Сайт Внутренних войск МВД

Отрывок, характеризующий 181-я стрелковая дивизия (3-го формирования)

– Ура! – кричали со всех сторон. С минуту толпа простояла на одном месте; но потом опять бросилась вперед.
Петя, сам себя не помня, стиснув зубы и зверски выкатив глаза, бросился вперед, работая локтями и крича «ура!», как будто он готов был и себя и всех убить в эту минуту, но с боков его лезли точно такие же зверские лица с такими же криками «ура!».
«Так вот что такое государь! – думал Петя. – Нет, нельзя мне самому подать ему прошение, это слишком смело!Несмотря на то, он все так же отчаянно пробивался вперед, и из за спин передних ему мелькнуло пустое пространство с устланным красным сукном ходом; но в это время толпа заколебалась назад (спереди полицейские отталкивали надвинувшихся слишком близко к шествию; государь проходил из дворца в Успенский собор), и Петя неожиданно получил в бок такой удар по ребрам и так был придавлен, что вдруг в глазах его все помутилось и он потерял сознание. Когда он пришел в себя, какое то духовное лицо, с пучком седевших волос назади, в потертой синей рясе, вероятно, дьячок, одной рукой держал его под мышку, другой охранял от напиравшей толпы.
– Барчонка задавили! – говорил дьячок. – Что ж так!.. легче… задавили, задавили!
Государь прошел в Успенский собор. Толпа опять разровнялась, и дьячок вывел Петю, бледного и не дышащего, к царь пушке. Несколько лиц пожалели Петю, и вдруг вся толпа обратилась к нему, и уже вокруг него произошла давка. Те, которые стояли ближе, услуживали ему, расстегивали его сюртучок, усаживали на возвышение пушки и укоряли кого то, – тех, кто раздавил его.
– Этак до смерти раздавить можно. Что же это! Душегубство делать! Вишь, сердечный, как скатерть белый стал, – говорили голоса.
Петя скоро опомнился, краска вернулась ему в лицо, боль прошла, и за эту временную неприятность он получил место на пушке, с которой он надеялся увидать долженствующего пройти назад государя. Петя уже не думал теперь о подаче прошения. Уже только ему бы увидать его – и то он бы считал себя счастливым!
Во время службы в Успенском соборе – соединенного молебствия по случаю приезда государя и благодарственной молитвы за заключение мира с турками – толпа пораспространилась; появились покрикивающие продавцы квасу, пряников, мака, до которого был особенно охотник Петя, и послышались обыкновенные разговоры. Одна купчиха показывала свою разорванную шаль и сообщала, как дорого она была куплена; другая говорила, что нынче все шелковые материи дороги стали. Дьячок, спаситель Пети, разговаривал с чиновником о том, кто и кто служит нынче с преосвященным. Дьячок несколько раз повторял слово соборне, которого не понимал Петя. Два молодые мещанина шутили с дворовыми девушками, грызущими орехи. Все эти разговоры, в особенности шуточки с девушками, для Пети в его возрасте имевшие особенную привлекательность, все эти разговоры теперь не занимали Петю; ou сидел на своем возвышении пушки, все так же волнуясь при мысли о государе и о своей любви к нему. Совпадение чувства боли и страха, когда его сдавили, с чувством восторга еще более усилило в нем сознание важности этой минуты.
Вдруг с набережной послышались пушечные выстрелы (это стреляли в ознаменование мира с турками), и толпа стремительно бросилась к набережной – смотреть, как стреляют. Петя тоже хотел бежать туда, но дьячок, взявший под свое покровительство барчонка, не пустил его. Еще продолжались выстрелы, когда из Успенского собора выбежали офицеры, генералы, камергеры, потом уже не так поспешно вышли еще другие, опять снялись шапки с голов, и те, которые убежали смотреть пушки, бежали назад. Наконец вышли еще четверо мужчин в мундирах и лентах из дверей собора. «Ура! Ура! – опять закричала толпа.
– Который? Который? – плачущим голосом спрашивал вокруг себя Петя, но никто не отвечал ему; все были слишком увлечены, и Петя, выбрав одного из этих четырех лиц, которого он из за слез, выступивших ему от радости на глаза, не мог ясно разглядеть, сосредоточил на него весь свой восторг, хотя это был не государь, закричал «ура!неистовым голосом и решил, что завтра же, чего бы это ему ни стоило, он будет военным.
Толпа побежала за государем, проводила его до дворца и стала расходиться. Было уже поздно, и Петя ничего не ел, и пот лил с него градом; но он не уходил домой и вместе с уменьшившейся, но еще довольно большой толпой стоял перед дворцом, во время обеда государя, глядя в окна дворца, ожидая еще чего то и завидуя одинаково и сановникам, подъезжавшим к крыльцу – к обеду государя, и камер лакеям, служившим за столом и мелькавшим в окнах.
За обедом государя Валуев сказал, оглянувшись в окно:
– Народ все еще надеется увидать ваше величество.
Обед уже кончился, государь встал и, доедая бисквит, вышел на балкон. Народ, с Петей в середине, бросился к балкону.
– Ангел, отец! Ура, батюшка!.. – кричали народ и Петя, и опять бабы и некоторые мужчины послабее, в том числе и Петя, заплакали от счастия. Довольно большой обломок бисквита, который держал в руке государь, отломившись, упал на перилы балкона, с перил на землю. Ближе всех стоявший кучер в поддевке бросился к этому кусочку бисквита и схватил его. Некоторые из толпы бросились к кучеру. Заметив это, государь велел подать себе тарелку бисквитов и стал кидать бисквиты с балкона. Глаза Пети налились кровью, опасность быть задавленным еще более возбуждала его, он бросился на бисквиты. Он не знал зачем, но нужно было взять один бисквит из рук царя, и нужно было не поддаться. Он бросился и сбил с ног старушку, ловившую бисквит. Но старушка не считала себя побежденною, хотя и лежала на земле (старушка ловила бисквиты и не попадала руками). Петя коленкой отбил ее руку, схватил бисквит и, как будто боясь опоздать, опять закричал «ура!», уже охриплым голосом.
Государь ушел, и после этого большая часть народа стала расходиться.
– Вот я говорил, что еще подождать – так и вышло, – с разных сторон радостно говорили в народе.
Как ни счастлив был Петя, но ему все таки грустно было идти домой и знать, что все наслаждение этого дня кончилось. Из Кремля Петя пошел не домой, а к своему товарищу Оболенскому, которому было пятнадцать лет и который тоже поступал в полк. Вернувшись домой, он решительно и твердо объявил, что ежели его не пустят, то он убежит. И на другой день, хотя и не совсем еще сдавшись, но граф Илья Андреич поехал узнавать, как бы пристроить Петю куда нибудь побезопаснее.


15 го числа утром, на третий день после этого, у Слободского дворца стояло бесчисленное количество экипажей.
Залы были полны. В первой были дворяне в мундирах, во второй купцы с медалями, в бородах и синих кафтанах. По зале Дворянского собрания шел гул и движение. У одного большого стола, под портретом государя, сидели на стульях с высокими спинками важнейшие вельможи; но большинство дворян ходило по зале.
Все дворяне, те самые, которых каждый день видал Пьер то в клубе, то в их домах, – все были в мундирах, кто в екатерининских, кто в павловских, кто в новых александровских, кто в общем дворянском, и этот общий характер мундира придавал что то странное и фантастическое этим старым и молодым, самым разнообразным и знакомым лицам. Особенно поразительны были старики, подслеповатые, беззубые, плешивые, оплывшие желтым жиром или сморщенные, худые. Они большей частью сидели на местах и молчали, и ежели ходили и говорили, то пристроивались к кому нибудь помоложе. Так же как на лицах толпы, которую на площади видел Петя, на всех этих лицах была поразительна черта противоположности: общего ожидания чего то торжественного и обыкновенного, вчерашнего – бостонной партии, Петрушки повара, здоровья Зинаиды Дмитриевны и т. п.
Пьер, с раннего утра стянутый в неловком, сделавшемся ему узким дворянском мундире, был в залах. Он был в волнении: необыкновенное собрание не только дворянства, но и купечества – сословий, etats generaux – вызвало в нем целый ряд давно оставленных, но глубоко врезавшихся в его душе мыслей о Contrat social [Общественный договор] и французской революции. Замеченные им в воззвании слова, что государь прибудет в столицу для совещания с своим народом, утверждали его в этом взгляде. И он, полагая, что в этом смысле приближается что то важное, то, чего он ждал давно, ходил, присматривался, прислушивался к говору, но нигде не находил выражения тех мыслей, которые занимали его.
Был прочтен манифест государя, вызвавший восторг, и потом все разбрелись, разговаривая. Кроме обычных интересов, Пьер слышал толки о том, где стоять предводителям в то время, как войдет государь, когда дать бал государю, разделиться ли по уездам или всей губернией… и т. д.; но как скоро дело касалось войны и того, для чего было собрано дворянство, толки были нерешительны и неопределенны. Все больше желали слушать, чем говорить.
Один мужчина средних лет, мужественный, красивый, в отставном морском мундире, говорил в одной из зал, и около него столпились. Пьер подошел к образовавшемуся кружку около говоруна и стал прислушиваться. Граф Илья Андреич в своем екатерининском, воеводском кафтане, ходивший с приятной улыбкой между толпой, со всеми знакомый, подошел тоже к этой группе и стал слушать с своей доброй улыбкой, как он всегда слушал, в знак согласия с говорившим одобрительно кивая головой. Отставной моряк говорил очень смело; это видно было по выражению лиц, его слушавших, и по тому, что известные Пьеру за самых покорных и тихих людей неодобрительно отходили от него или противоречили. Пьер протолкался в середину кружка, прислушался и убедился, что говоривший действительно был либерал, но совсем в другом смысле, чем думал Пьер. Моряк говорил тем особенно звучным, певучим, дворянским баритоном, с приятным грассированием и сокращением согласных, тем голосом, которым покрикивают: «Чеаек, трубку!», и тому подобное. Он говорил с привычкой разгула и власти в голосе.
– Что ж, что смоляне предложили ополченцев госуаю. Разве нам смоляне указ? Ежели буародное дворянство Московской губернии найдет нужным, оно может выказать свою преданность государю импературу другими средствами. Разве мы забыли ополченье в седьмом году! Только что нажились кутейники да воры грабители…
Граф Илья Андреич, сладко улыбаясь, одобрительно кивал головой.
– И что же, разве наши ополченцы составили пользу для государства? Никакой! только разорили наши хозяйства. Лучше еще набор… а то вернется к вам ни солдат, ни мужик, и только один разврат. Дворяне не жалеют своего живота, мы сами поголовно пойдем, возьмем еще рекрут, и всем нам только клич кликни гусай (он так выговаривал государь), мы все умрем за него, – прибавил оратор одушевляясь.
Илья Андреич проглатывал слюни от удовольствия и толкал Пьера, но Пьеру захотелось также говорить. Он выдвинулся вперед, чувствуя себя одушевленным, сам не зная еще чем и сам не зная еще, что он скажет. Он только что открыл рот, чтобы говорить, как один сенатор, совершенно без зубов, с умным и сердитым лицом, стоявший близко от оратора, перебил Пьера. С видимой привычкой вести прения и держать вопросы, он заговорил тихо, но слышно:
– Я полагаю, милостивый государь, – шамкая беззубым ртом, сказал сенатор, – что мы призваны сюда не для того, чтобы обсуждать, что удобнее для государства в настоящую минуту – набор или ополчение. Мы призваны для того, чтобы отвечать на то воззвание, которым нас удостоил государь император. А судить о том, что удобнее – набор или ополчение, мы предоставим судить высшей власти…
Пьер вдруг нашел исход своему одушевлению. Он ожесточился против сенатора, вносящего эту правильность и узкость воззрений в предстоящие занятия дворянства. Пьер выступил вперед и остановил его. Он сам не знал, что он будет говорить, но начал оживленно, изредка прорываясь французскими словами и книжно выражаясь по русски.
– Извините меня, ваше превосходительство, – начал он (Пьер был хорошо знаком с этим сенатором, но считал здесь необходимым обращаться к нему официально), – хотя я не согласен с господином… (Пьер запнулся. Ему хотелось сказать mon tres honorable preopinant), [мой многоуважаемый оппонент,] – с господином… que je n'ai pas L'honneur de connaitre; [которого я не имею чести знать] но я полагаю, что сословие дворянства, кроме выражения своего сочувствия и восторга, призвано также для того, чтобы и обсудить те меры, которыми мы можем помочь отечеству. Я полагаю, – говорил он, воодушевляясь, – что государь был бы сам недоволен, ежели бы он нашел в нас только владельцев мужиков, которых мы отдаем ему, и… chair a canon [мясо для пушек], которую мы из себя делаем, но не нашел бы в нас со… со… совета.
Многие поотошли от кружка, заметив презрительную улыбку сенатора и то, что Пьер говорит вольно; только Илья Андреич был доволен речью Пьера, как он был доволен речью моряка, сенатора и вообще всегда тою речью, которую он последнею слышал.
– Я полагаю, что прежде чем обсуждать эти вопросы, – продолжал Пьер, – мы должны спросить у государя, почтительнейше просить его величество коммюникировать нам, сколько у нас войска, в каком положении находятся наши войска и армии, и тогда…
Но Пьер не успел договорить этих слов, как с трех сторон вдруг напали на него. Сильнее всех напал на него давно знакомый ему, всегда хорошо расположенный к нему игрок в бостон, Степан Степанович Апраксин. Степан Степанович был в мундире, и, от мундира ли, или от других причин, Пьер увидал перед собой совсем другого человека. Степан Степанович, с вдруг проявившейся старческой злобой на лице, закричал на Пьера:
– Во первых, доложу вам, что мы не имеем права спрашивать об этом государя, а во вторых, ежели было бы такое право у российского дворянства, то государь не может нам ответить. Войска движутся сообразно с движениями неприятеля – войска убывают и прибывают…
Другой голос человека, среднего роста, лет сорока, которого Пьер в прежние времена видал у цыган и знал за нехорошего игрока в карты и который, тоже измененный в мундире, придвинулся к Пьеру, перебил Апраксина.
– Да и не время рассуждать, – говорил голос этого дворянина, – а нужно действовать: война в России. Враг наш идет, чтобы погубить Россию, чтобы поругать могилы наших отцов, чтоб увезти жен, детей. – Дворянин ударил себя в грудь. – Мы все встанем, все поголовно пойдем, все за царя батюшку! – кричал он, выкатывая кровью налившиеся глаза. Несколько одобряющих голосов послышалось из толпы. – Мы русские и не пожалеем крови своей для защиты веры, престола и отечества. А бредни надо оставить, ежели мы сыны отечества. Мы покажем Европе, как Россия восстает за Россию, – кричал дворянин.