1988 год в музыке

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
1988 год в музыке
1986 — 1987 — 1988 — 1989 — 1990
См. также: Другие события в 1988 году
События в театре и События в кино


Образовавшиеся группы

Выпущенные альбомы


День Название альбома Исполнитель Информация
4 L.A. Guns L.A. Guns -
B'Sides Themselves Marillion Сборник Би-сайдов
15 History of a Time to Come Sabbat -
18 Blow Up Your Video AC/DC -
19 So Far, So Good... So What! Megadeth -
25 Shove It The Cross -
26 Skyscraper Дэвид Ли Рот -
 ? Battalions of Fear Blind Guardian дебютный альбом


День Название альбома Исполнитель Информация
2 Lita Лита Форд -
16 Starfish The Church -
Nada como el sol Стинг EP
23 Goin' Off Biz Markie -
29 The Frenz Experiment The Fall -
Now and Zen Роберт Плант -
 ? Falling Up Kevin Ayers -
I'm Your Man Леонард Коэн -
Live+1 Frehley’s Comet Концертный EP +1 студийный трек
If You Can't Lick 'Em...Lick 'Em Ted Nugent -
Hard Machine Stacey Q -


День Название альбома Исполнитель Информация
7 Past Masters, Volume One The Beatles Сборник
Past Masters, Volume Two The Beatles Сборник
13 Don't Blow Your Top KMFDM -
14 Viva Hate Моррисси UK
From Langley Park to Memphis Prefab Sprout -
Ainsi Soit Je... Милен Фармер -
16 Green Thoughts The Smithereens -
21 Surfer Rosa Pixies UK
23 No Exit Fates Warning -
Chalk Mark in a Rainstorm Джони Митчелл -
28 Out of the Silent Planet King's X -
Odyssey Ингви Мальмстин -
29 Simple Pleasures Bobby McFerrin -
 ? On Target Fastway -
The Pictorial Jackson Review Felt -
Kingdom Come Kingdom Come -
Heart Attack Krokus -
Ain’t Misbehavin' UFO EP


День Название альбома Исполнитель Информация
3 Naked Talking Heads -
5 Tracy Chapman Трэйси Чэпмен -
Conscious Party Ziggy Marley & the Melody Makers -
7 En=Trance Klaus Schulze -
11 Hairway to Steven Butthole Surfers -
Seventh Son of a Seventh Son Iron Maiden -
12 Even Worse «Weird Al» Yankovic -
This Note's for You Neil Young and the Bluenotes -
13 Diamond Sun Glass Tiger -
18 Lap of Luxury Cheap Trick -
Crossroads Эрик Клэптон Бокс-сет
The Innocents Erasure -
Savage Amusement Scorpions -
21 Hang Time Soul Asylum -
26 Racing after Midnight Honeymoon Suite -
Shadowland k.d. lang -
27 Operation: Mindcrime Queensrÿche -
 ? In Effect Mode Al B. Sure! -
In Heat Black 'N Blue -
Over the Edge Hurricane -
Barbed Wire Kisses The Jesus and Mary Chain Сборник
Life's Too Good The Sugarcubes -
Guitar Фрэнк Заппа Концертный альбом


День Название альбома Исполнитель Информация
1 Stay on These Roads a-ha -
2 Melissa Etheridge Мелисса Этеридж -
Big Deal Killer Dwarfs US
The Great Adventures of Slick Rick Slick Rick -
3 Scenes from the Southside Bruce Hornsby and the Range -
Vivid Living Colour -
The Madness Madness -
Open Up and Say...Ahh! Poison -
10 By All Means Necessary Boogie Down Productions -
Lovesexy Принс -
The New Order Testament -
14 Stronger Than Pride Sade UK
16 You Can't Do That on Stage Anymore, Vol. 1 Фрэнк Заппа Концертный альбом
17 Perfect Machine Herbie Hancock -
Ram It Down Judas Priest -
Out of Order Род Стюарт -
23 Up Your Alley Joan Jett and the Blackhearts -
24 Our Beloved Revolutionary Sweetheart Camper Van Beethoven -
Second Sighting Frehley’s Comet -
OU812 Van Halen -
30 Down in the Groove Боб Дилан -
 ? The Abbey Road E.P. Red Hot Chili Peppers EP


День Название альбома Исполнитель Информация
6 Provision Scritti Politti -
13 Forever Your Girl Пола Абдул -
Survive Nuclear Assault -
19 Outrider Джимми Пэйдж -
20 Don’t Be Cruel Бобби Браун -
Chicago 19 Chicago -
Reg Strikes Back Элтон Джон -
Irish Heartbeat Van Morrison & The Chieftains -
Confessions of a Pop Group The Style Council -
Roll with It Стив Уинвуд -
21 Long Live the Kane Big Daddy Kane -
22 Heavy Nova Роберт Палмер -
27 20 Years of Jethro Tull Jethro Tull Бокс-сет
Outside the Gate Killing Joke -
Riders Radio Theater Riders in the Sky -
28 Lead Me On Эми Грант -
It Takes a Nation of Millions to Hold Us Back Public Enemy -
In God We Trust Stryper -
 ? Tighten Up, Vol. 88 Big Audio Dynamite -
Coming Back Hard Again The Fat Boys -
The House of Love The House of Love -
Y Kant Tori Read Y Kant Tori Read -
Dream of Life Патти Смит -


День Название альбома Исполнитель Информация
4 Kylie Миноуг, Кайли -
5 Long Cold Winter Cinderella -
Temple of Low Men Crowded House -
South Of Heaven Slayer -
11 Substance Joy Division Сборник
UB40 UB40 -
18 Time Odyssey Винни Мур -
Песни вместо писем Алла Пугачёва -
20 Песни вместо писем Удо Линденберг -
25 View from the House Kim Carnes -
Follow the Leader Eric B & Rakim -
 ? Wide Awake in Dreamland Pat Benatar -
Imaginos Blue Öyster Cult -
Britny Fox Britny Fox -
Nobody's Perfect Deep Purple Концертный альбом


День Название альбома Исполнитель Информация
2 People Hothouse Flowers -
A Salt with a Deadly Pepa Salt-n-Pepa -
Greatest Hits Live Carly Simon Концертный альбом
8 Don't Be Afraid of the Dark Robert Cray -
Straight Outta Compton N.W.A. -
9 Danzig Danzig Дебютный альбом
Out of This World Europe -
10 Winger Winger -
15 Short Sharp Shocked Michelle Shocked -
23 Dangerous Age Bad Company -
Nothing's Shocking Jane's Addiction -
Two Nuns and a Pack Mule Rapeman -
25 …And Justice for All Metallica -
 ? In Battle There Is No Law Bolt Thrower -
Wild Wild West The Escape Club -
16 Lovers Lane The Go-Betweens -
Greg Howe Greg Howe -
Small World Huey Lewis & The News -
Hangin' Tough New Kids on the Block -
Interior Design Sparks -
Chimes of Freedom Брюс Спрингстин Концертный EP
Chameleon Days Yanni -


День Название альбома Исполнитель Информация
5 Peepshow Siouxsie and the Banshees -
6 Hangin' Tough New Kids on the Block -
8 Suffer Bad Religion -
12 VIVIsectVI Skinny Puppy -
Ancient Heart Танита Тикарам -
13 New Jersey Bon Jovi -
Truth and Soul Fishbone -
See the Light Jeff Healey Band -
Power Ice T -
How Will I Laugh Tomorrow When I Can't Even Smile Today Suicidal Tendencies -
16 Eazy-Duz-It Eazy-E -
From Enslavement to Obliteration Napalm Death -
Tougher Than Leather Run-D.M.C. -
Spirit of Eden Talk Talk -
18 State of Euphoria Anthrax -
19 Tender Prey Nick Cave and the Bad Seeds -
Blue Bell Knoll Cocteau Twins -
Watermark Эния -
Blow My Fuse Kix -
Staring at the Sun Level 42 UK
25 Lincoln They Might Be Giants -
26 Boingo Alive Oingo Boingo Сборник + концертная запись
27 Land of Dreams Рэнди Ньюман -
 ? It Takes Two Rob Base and DJ E-Z Rock -
Perpetual Burn Джейсон Беккер -
Keeper of the Seven Keys Part 2 Helloween -
Metal Rhythm Гэри Ньюман -
Vixen Vixen -
What Up, Dog? Was (Not Was) -


День Название альбома Исполнитель Информация
1 Breakwater Lennie Gallant -
3 Talk Is Cheap Кит Ричардс -
4 BulletBoys BulletBoys -
Silhouette Kenny G -
No Rest for the Wicked Оззи Осборн -
10 Imagine: John Lennon Джон Леннон Soundtrack
Barcelona Фредди Меркьюри и Монсеррат Кабалье -
Rattle and Hum U2 Soundtrack; Альбом содержит студийные и концертные треки
11 The Land of Rape and Honey Ministry -
Introspective Pet Shop Boys -
15 Nö Sleep at All Motörhead Концертный альбом
17 Copperhead Road Steve Earle -
Fisherman's Blues The Waterboys -
18 Giving You the Best That I Got Анита Бэйкер -
Everything The Bangles -
Big Thing Duran Duran -
Daydream Nation Sonic Youth -
19 Look Sharp! Roxette -
24 The Serpent's Egg Dead Can Dance -
Traveling Wilburys Vol. 1 The Traveling Wilburys -
25 You Can't Do That on Stage Anymore, Vol. 2 Фрэнк Заппа Концертный альбом
31 Bug Dinosaur Jr. -
I Am Kurious Oranj The Fall -
Quiet Riot Quiet Riot -
Ultramega OK Soundgarden -
 ? California American Music Club -
Money for Nothing Dire Straits Сборник
Critical Beatdown Ultramagnetic MCs -


День Название альбома Исполнитель Информация
1 20 Гарри Конник мл. -
Shaday Офра Хаза -
Reach for the Sky Ratt -
7 Green R.E.M. United Kingdom
14 All or Nothing Milli Vanilli Europe
15 American Dream Crosby, Stills, Nash & Young -
Greatest Hits Fleetwood Mac Сборник
Greatest Hits Journey Сборник
16 Leprosy Death -
Beast from the East Dokken Концертный альбом
Smashes, Thrashes & Hits Kiss Сборник ремиксов +2 новые песни
Kings of Metal Manowar -
Goodbye Girl Miyuki Nakajima -
21 Hold an Old Friend's Hand Тиффани -
22 Delicate Sound of Thunder Pink Floyd Концертный альбом
23 Ancient Dreams Candlemass -
28 Hold Me in Your Arms Рик Эстли UK
29 G N' R Lies Guns N' Roses -
 ? Gems Aerosmith Сборник
Bummed Happy Mondays -
The Living Years Mike + The Mechanics -
Isn't Anything My Bloody Valentine -


День Название альбома Исполнитель Информация
1 Almost Acoustic Джерри Гарсия Концертный альбом
7 The Trinity Session Cowboy Junkies Переиздание RCA
Ой, лёли-лёли Анатолий Полотно и группа Лоцмэн Дебютный альбом Анатолия Полотно

Альбомы, дата выхода которых неизвестна




См. также

Напишите отзыв о статье "1988 год в музыке"

Отрывок, характеризующий 1988 год в музыке

Через полчаса вернулся ритор передать ищущему те семь добродетелей, соответствующие семи ступеням храма Соломона, которые должен был воспитывать в себе каждый масон. Добродетели эти были: 1) скромность , соблюдение тайны ордена, 2) повиновение высшим чинам ордена, 3) добронравие, 4) любовь к человечеству, 5) мужество, 6) щедрость и 7) любовь к смерти.
– В седьмых старайтесь, – сказал ритор, – частым помышлением о смерти довести себя до того, чтобы она не казалась вам более страшным врагом, но другом… который освобождает от бедственной сей жизни в трудах добродетели томившуюся душу, для введения ее в место награды и успокоения.
«Да, это должно быть так», – думал Пьер, когда после этих слов ритор снова ушел от него, оставляя его уединенному размышлению. «Это должно быть так, но я еще так слаб, что люблю свою жизнь, которой смысл только теперь по немногу открывается мне». Но остальные пять добродетелей, которые перебирая по пальцам вспомнил Пьер, он чувствовал в душе своей: и мужество , и щедрость , и добронравие , и любовь к человечеству , и в особенности повиновение , которое даже не представлялось ему добродетелью, а счастьем. (Ему так радостно было теперь избавиться от своего произвола и подчинить свою волю тому и тем, которые знали несомненную истину.) Седьмую добродетель Пьер забыл и никак не мог вспомнить ее.
В третий раз ритор вернулся скорее и спросил Пьера, всё ли он тверд в своем намерении, и решается ли подвергнуть себя всему, что от него потребуется.
– Я готов на всё, – сказал Пьер.
– Еще должен вам сообщить, – сказал ритор, – что орден наш учение свое преподает не словами токмо, но иными средствами, которые на истинного искателя мудрости и добродетели действуют, может быть, сильнее, нежели словесные токмо объяснения. Сия храмина убранством своим, которое вы видите, уже должна была изъяснить вашему сердцу, ежели оно искренно, более нежели слова; вы увидите, может быть, и при дальнейшем вашем принятии подобный образ изъяснения. Орден наш подражает древним обществам, которые открывали свое учение иероглифами. Иероглиф, – сказал ритор, – есть наименование какой нибудь неподверженной чувствам вещи, которая содержит в себе качества, подобные изобразуемой.
Пьер знал очень хорошо, что такое иероглиф, но не смел говорить. Он молча слушал ритора, по всему чувствуя, что тотчас начнутся испытанья.
– Ежели вы тверды, то я должен приступить к введению вас, – говорил ритор, ближе подходя к Пьеру. – В знак щедрости прошу вас отдать мне все драгоценные вещи.
– Но я с собою ничего не имею, – сказал Пьер, полагавший, что от него требуют выдачи всего, что он имеет.
– То, что на вас есть: часы, деньги, кольца…
Пьер поспешно достал кошелек, часы, и долго не мог снять с жирного пальца обручальное кольцо. Когда это было сделано, масон сказал:
– В знак повиновенья прошу вас раздеться. – Пьер снял фрак, жилет и левый сапог по указанию ритора. Масон открыл рубашку на его левой груди, и, нагнувшись, поднял его штанину на левой ноге выше колена. Пьер поспешно хотел снять и правый сапог и засучить панталоны, чтобы избавить от этого труда незнакомого ему человека, но масон сказал ему, что этого не нужно – и подал ему туфлю на левую ногу. С детской улыбкой стыдливости, сомнения и насмешки над самим собою, которая против его воли выступала на лицо, Пьер стоял, опустив руки и расставив ноги, перед братом ритором, ожидая его новых приказаний.
– И наконец, в знак чистосердечия, я прошу вас открыть мне главное ваше пристрастие, – сказал он.
– Мое пристрастие! У меня их было так много, – сказал Пьер.
– То пристрастие, которое более всех других заставляло вас колебаться на пути добродетели, – сказал масон.
Пьер помолчал, отыскивая.
«Вино? Объедение? Праздность? Леность? Горячность? Злоба? Женщины?» Перебирал он свои пороки, мысленно взвешивая их и не зная которому отдать преимущество.
– Женщины, – сказал тихим, чуть слышным голосом Пьер. Масон не шевелился и не говорил долго после этого ответа. Наконец он подвинулся к Пьеру, взял лежавший на столе платок и опять завязал ему глаза.
– Последний раз говорю вам: обратите всё ваше внимание на самого себя, наложите цепи на свои чувства и ищите блаженства не в страстях, а в своем сердце. Источник блаженства не вне, а внутри нас…
Пьер уже чувствовал в себе этот освежающий источник блаженства, теперь радостью и умилением переполнявший его душу.

Скоро после этого в темную храмину пришел за Пьером уже не прежний ритор, а поручитель Вилларский, которого он узнал по голосу. На новые вопросы о твердости его намерения, Пьер отвечал: «Да, да, согласен», – и с сияющею детскою улыбкой, с открытой, жирной грудью, неровно и робко шагая одной разутой и одной обутой ногой, пошел вперед с приставленной Вилларским к его обнаженной груди шпагой. Из комнаты его повели по коридорам, поворачивая взад и вперед, и наконец привели к дверям ложи. Вилларский кашлянул, ему ответили масонскими стуками молотков, дверь отворилась перед ними. Чей то басистый голос (глаза Пьера всё были завязаны) сделал ему вопросы о том, кто он, где, когда родился? и т. п. Потом его опять повели куда то, не развязывая ему глаз, и во время ходьбы его говорили ему аллегории о трудах его путешествия, о священной дружбе, о предвечном Строителе мира, о мужестве, с которым он должен переносить труды и опасности. Во время этого путешествия Пьер заметил, что его называли то ищущим, то страждущим, то требующим, и различно стучали при этом молотками и шпагами. В то время как его подводили к какому то предмету, он заметил, что произошло замешательство и смятение между его руководителями. Он слышал, как шопотом заспорили между собой окружающие люди и как один настаивал на том, чтобы он был проведен по какому то ковру. После этого взяли его правую руку, положили на что то, а левою велели ему приставить циркуль к левой груди, и заставили его, повторяя слова, которые читал другой, прочесть клятву верности законам ордена. Потом потушили свечи, зажгли спирт, как это слышал по запаху Пьер, и сказали, что он увидит малый свет. С него сняли повязку, и Пьер как во сне увидал, в слабом свете спиртового огня, несколько людей, которые в таких же фартуках, как и ритор, стояли против него и держали шпаги, направленные в его грудь. Между ними стоял человек в белой окровавленной рубашке. Увидав это, Пьер грудью надвинулся вперед на шпаги, желая, чтобы они вонзились в него. Но шпаги отстранились от него и ему тотчас же опять надели повязку. – Теперь ты видел малый свет, – сказал ему чей то голос. Потом опять зажгли свечи, сказали, что ему надо видеть полный свет, и опять сняли повязку и более десяти голосов вдруг сказали: sic transit gloria mundi. [так проходит мирская слава.]
Пьер понемногу стал приходить в себя и оглядывать комнату, где он был, и находившихся в ней людей. Вокруг длинного стола, покрытого черным, сидело человек двенадцать, всё в тех же одеяниях, как и те, которых он прежде видел. Некоторых Пьер знал по петербургскому обществу. На председательском месте сидел незнакомый молодой человек, в особом кресте на шее. По правую руку сидел итальянец аббат, которого Пьер видел два года тому назад у Анны Павловны. Еще был тут один весьма важный сановник и один швейцарец гувернер, живший прежде у Курагиных. Все торжественно молчали, слушая слова председателя, державшего в руке молоток. В стене была вделана горящая звезда; с одной стороны стола был небольшой ковер с различными изображениями, с другой было что то в роде алтаря с Евангелием и черепом. Кругом стола было 7 больших, в роде церковных, подсвечников. Двое из братьев подвели Пьера к алтарю, поставили ему ноги в прямоугольное положение и приказали ему лечь, говоря, что он повергается к вратам храма.
– Он прежде должен получить лопату, – сказал шопотом один из братьев.
– А! полноте пожалуйста, – сказал другой.
Пьер, растерянными, близорукими глазами, не повинуясь, оглянулся вокруг себя, и вдруг на него нашло сомнение. «Где я? Что я делаю? Не смеются ли надо мной? Не будет ли мне стыдно вспоминать это?» Но сомнение это продолжалось только одно мгновение. Пьер оглянулся на серьезные лица окружавших его людей, вспомнил всё, что он уже прошел, и понял, что нельзя остановиться на половине дороги. Он ужаснулся своему сомнению и, стараясь вызвать в себе прежнее чувство умиления, повергся к вратам храма. И действительно чувство умиления, еще сильнейшего, чем прежде, нашло на него. Когда он пролежал несколько времени, ему велели встать и надели на него такой же белый кожаный фартук, какие были на других, дали ему в руки лопату и три пары перчаток, и тогда великий мастер обратился к нему. Он сказал ему, чтобы он старался ничем не запятнать белизну этого фартука, представляющего крепость и непорочность; потом о невыясненной лопате сказал, чтобы он трудился ею очищать свое сердце от пороков и снисходительно заглаживать ею сердце ближнего. Потом про первые перчатки мужские сказал, что значения их он не может знать, но должен хранить их, про другие перчатки мужские сказал, что он должен надевать их в собраниях и наконец про третьи женские перчатки сказал: «Любезный брат, и сии женские перчатки вам определены суть. Отдайте их той женщине, которую вы будете почитать больше всех. Сим даром уверите в непорочности сердца вашего ту, которую изберете вы себе в достойную каменьщицу». И помолчав несколько времени, прибавил: – «Но соблюди, любезный брат, да не украшают перчатки сии рук нечистых». В то время как великий мастер произносил эти последние слова, Пьеру показалось, что председатель смутился. Пьер смутился еще больше, покраснел до слез, как краснеют дети, беспокойно стал оглядываться и произошло неловкое молчание.
Молчание это было прервано одним из братьев, который, подведя Пьера к ковру, начал из тетради читать ему объяснение всех изображенных на нем фигур: солнца, луны, молотка. отвеса, лопаты, дикого и кубического камня, столба, трех окон и т. д. Потом Пьеру назначили его место, показали ему знаки ложи, сказали входное слово и наконец позволили сесть. Великий мастер начал читать устав. Устав был очень длинен, и Пьер от радости, волнения и стыда не был в состоянии понимать того, что читали. Он вслушался только в последние слова устава, которые запомнились ему.
«В наших храмах мы не знаем других степеней, – читал „великий мастер, – кроме тех, которые находятся между добродетелью и пороком. Берегись делать какое нибудь различие, могущее нарушить равенство. Лети на помощь к брату, кто бы он ни был, настави заблуждающегося, подними упадающего и не питай никогда злобы или вражды на брата. Будь ласков и приветлив. Возбуждай во всех сердцах огнь добродетели. Дели счастье с ближним твоим, и да не возмутит никогда зависть чистого сего наслаждения. Прощай врагу твоему, не мсти ему, разве только деланием ему добра. Исполнив таким образом высший закон, ты обрящешь следы древнего, утраченного тобой величества“.
Кончил он и привстав обнял Пьера и поцеловал его. Пьер, с слезами радости на глазах, смотрел вокруг себя, не зная, что отвечать на поздравления и возобновления знакомств, с которыми окружили его. Он не признавал никаких знакомств; во всех людях этих он видел только братьев, с которыми сгорал нетерпением приняться за дело.
Великий мастер стукнул молотком, все сели по местам, и один прочел поучение о необходимости смирения.
Великий мастер предложил исполнить последнюю обязанность, и важный сановник, который носил звание собирателя милостыни, стал обходить братьев. Пьеру хотелось записать в лист милостыни все деньги, которые у него были, но он боялся этим выказать гордость, и записал столько же, сколько записывали другие.
Заседание было кончено, и по возвращении домой, Пьеру казалось, что он приехал из какого то дальнего путешествия, где он провел десятки лет, совершенно изменился и отстал от прежнего порядка и привычек жизни.

На другой день после приема в ложу, Пьер сидел дома, читая книгу и стараясь вникнуть в значение квадрата, изображавшего одной своей стороною Бога, другою нравственное, третьею физическое и четвертою смешанное. Изредка он отрывался от книги и квадрата и в воображении своем составлял себе новый план жизни. Вчера в ложе ему сказали, что до сведения государя дошел слух о дуэли, и что Пьеру благоразумнее бы было удалиться из Петербурга. Пьер предполагал ехать в свои южные имения и заняться там своими крестьянами. Он радостно обдумывал эту новую жизнь, когда неожиданно в комнату вошел князь Василий.
– Мой друг, что ты наделал в Москве? За что ты поссорился с Лёлей, mon сher? [дорогой мoй?] Ты в заблуждении, – сказал князь Василий, входя в комнату. – Я всё узнал, я могу тебе сказать верно, что Элен невинна перед тобой, как Христос перед жидами. – Пьер хотел отвечать, но он перебил его. – И зачем ты не обратился прямо и просто ко мне, как к другу? Я всё знаю, я всё понимаю, – сказал он, – ты вел себя, как прилично человеку, дорожащему своей честью; может быть слишком поспешно, но об этом мы не будем судить. Одно ты помни, в какое положение ты ставишь ее и меня в глазах всего общества и даже двора, – прибавил он, понизив голос. – Она живет в Москве, ты здесь. Помни, мой милый, – он потянул его вниз за руку, – здесь одно недоразуменье; ты сам, я думаю, чувствуешь. Напиши сейчас со мною письмо, и она приедет сюда, всё объяснится, а то я тебе скажу, ты очень легко можешь пострадать, мой милый.
Князь Василий внушительно взглянул на Пьера. – Мне из хороших источников известно, что вдовствующая императрица принимает живой интерес во всем этом деле. Ты знаешь, она очень милостива к Элен.
Несколько раз Пьер собирался говорить, но с одной стороны князь Василий не допускал его до этого, с другой стороны сам Пьер боялся начать говорить в том тоне решительного отказа и несогласия, в котором он твердо решился отвечать своему тестю. Кроме того слова масонского устава: «буди ласков и приветлив» вспоминались ему. Он морщился, краснел, вставал и опускался, работая над собою в самом трудном для него в жизни деле – сказать неприятное в глаза человеку, сказать не то, чего ожидал этот человек, кто бы он ни был. Он так привык повиноваться этому тону небрежной самоуверенности князя Василия, что и теперь он чувствовал, что не в силах будет противостоять ей; но он чувствовал, что от того, что он скажет сейчас, будет зависеть вся дальнейшая судьба его: пойдет ли он по старой, прежней дороге, или по той новой, которая так привлекательно была указана ему масонами, и на которой он твердо верил, что найдет возрождение к новой жизни.
– Ну, мой милый, – шутливо сказал князь Василий, – скажи же мне: «да», и я от себя напишу ей, и мы убьем жирного тельца. – Но князь Василий не успел договорить своей шутки, как Пьер с бешенством в лице, которое напоминало его отца, не глядя в глаза собеседнику, проговорил шопотом:
– Князь, я вас не звал к себе, идите, пожалуйста, идите! – Он вскочил и отворил ему дверь.
– Идите же, – повторил он, сам себе не веря и радуясь выражению смущенности и страха, показавшемуся на лице князя Василия.
– Что с тобой? Ты болен?
– Идите! – еще раз проговорил дрожащий голос. И князь Василий должен был уехать, не получив никакого объяснения.
Через неделю Пьер, простившись с новыми друзьями масонами и оставив им большие суммы на милостыни, уехал в свои именья. Его новые братья дали ему письма в Киев и Одессу, к тамошним масонам, и обещали писать ему и руководить его в его новой деятельности.

Дело Пьера с Долоховым было замято, и, несмотря на тогдашнюю строгость государя в отношении дуэлей, ни оба противника, ни их секунданты не пострадали. Но история дуэли, подтвержденная разрывом Пьера с женой, разгласилась в обществе. Пьер, на которого смотрели снисходительно, покровительственно, когда он был незаконным сыном, которого ласкали и прославляли, когда он был лучшим женихом Российской империи, после своей женитьбы, когда невестам и матерям нечего было ожидать от него, сильно потерял во мнении общества, тем более, что он не умел и не желал заискивать общественного благоволения. Теперь его одного обвиняли в происшедшем, говорили, что он бестолковый ревнивец, подверженный таким же припадкам кровожадного бешенства, как и его отец. И когда, после отъезда Пьера, Элен вернулась в Петербург, она была не только радушно, но с оттенком почтительности, относившейся к ее несчастию, принята всеми своими знакомыми. Когда разговор заходил о ее муже, Элен принимала достойное выражение, которое она – хотя и не понимая его значения – по свойственному ей такту, усвоила себе. Выражение это говорило, что она решилась, не жалуясь, переносить свое несчастие, и что ее муж есть крест, посланный ей от Бога. Князь Василий откровеннее высказывал свое мнение. Он пожимал плечами, когда разговор заходил о Пьере, и, указывая на лоб, говорил: