221-я стрелковая дивизия (2-го формирования)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
221-я стрелковая дивизия
Награды:

Почётные наименования:

«Мариупольская»
«Хинганская»

Войска:

сухопутные

Род войск:

пехота

Формирование:

июнь 1943

Расформирование (преобразование):

1947

Предшественник:

79-я стрелковая бригада

Преемник:

не имеется

Боевой путь

1943: Донбасская наступательная операция
1943: Мелитопольская операция
1944: Проскуровско-Черновицкая операция
1944: Выборгская операция
1945: Восточно-Прусская операция
1945: Инстербургско-Кёнигсбергская операция
1945: Земландская операция
1945: Советско-японская война 1945
1945: Хингано-Мукденская операция.

221-я стрелковая дивизия — воинское соединение СССР в Великой Отечественной войне





История

Дивизия сформирована в июне 1943 года на Южном фронте на базе 79-й стрелковой бригады.

Приняла участие в Донбасской операции с 20.08.1943 года, наступая на приморском направлении. В ходе операции приняла участие в освобождении города Мариуполь 10.09.1943 года. 02.09.1943 года перешла в наступление, к исходу 04.09.1943 освободила посёлок Павлополь и вышла к реке Кальмиус юго-восточнее села Чермалык. 05.09.1943 отбила несколько контратак противника и в 18:00 форсировала реку. 09.09.1943 года в 14:00 дивизия перешла в наступление уже на подступах к Мариуполю с задачей прорвать Кальмиусский оборонительный рубеж противника в направлении совхоз имени Петровского — совхоз «Зирка» — станция Сартана. 10.09.1943 участвовала в полном освобождении города от противника.

После боёв за Мариуполь участвовала в Мелитопольской наступательной операции, с 26.09.1943 вела тяжёлые бои на рубеже реки Молочная, вплоть до 09.10.1943 оборону противника не удавалось прорвать, однако после 09.10.1943 наступление начало развиваться, дивизия наступала южнее Мелитополя в обход города с юго-запада.

По окончании операции вела тяжёлые бои по ликвидации никопольского плацдарма, затем выведена в резерв

С 08.03.1944 года участвует в Проскуровско-Черновицкой операции. Дивизия прорвались к реке Южный Буг, форсировала её южнее Винницы 17.03.1944 года и овладела населенным пунктом Шкуринцы (12 км юго-западнее Винницы) и 20.03.1944 года приняла участие в освобождении Винницы. Точнее сказать на 20.03.1944 она уже была переброшена в район Жмеринки и вела ожесточённые бои в западной части города. С 22.03.1944 преследует винницкую группировку противника в направлении Каменец-Подольского, передовыми частями участвовала в отрезании путей отходы группировки и её окружении в районе города Бар, затем вела напряжённые бои западнее Каменец-Подольского. К 17.04.1944 года дивизия сосредоточилась южнее Городомка.

После операции погружена в эшелоны и направлена через Нежин, Курск, Шлиссельбург на рубеж реки Свирь для участия в Свирско-Петрозаводской операции, однако в операции, как и весь корпус, участия не принимала, а была переброшена на Карельский перешеек, где участвовала с 10.06.1944 года в Выборгской операции наступая из района Белоострова и в дальнейшем северо-восточнее города Выборга в районе станции Тали. После окончания боевых действий с Финляндией находилась на границе до ноября 1944 года, затем выведена в резерв и 05.12.1944 года передана в состав 39-й армии

Перед началом Восточно-Прусской операции имела задачу наступать во втором эшелоне за 358-й стрелковой дивизией и с овладением последней второй полосы обороны противника развернуться из-за её правого фланга на рубеже Гросс Туллен, Хенскишкен в готовности развить наступление в общем направлении на Мешкуппен. Со вводом с бой дивизии должен был быть переподчинён 1197-й самоходно-артиллерийский полк.

Наступление развивалось не в полном соответствии с планом и 15.01.1945 года дивизии была поставлена задача уничтожить противника в районе Ляшен в последующем с хода овладеть второй полосой обороны противника и выйти на западную окраину Хенскишкен. Для выполнения задания дивизии были приданы 28-я гвардейская танковая бригада, 35-й отдельный танковый полк, 350-й гвардейский самоходно-артиллерийский полк, 42-й миномётный полк реактивной артиллерии, 919-й артиллерийский полк, 286-й истребительно-противотанковый артиллерийский дивизион.

Дивизия натолкнулась на сильное сопротивление противника и концу 15.01.1945 вела упорные бои в районе Ляшен. Дивизии было приказано вводом в бой своего второго эшелона в течение ночи овладеть Хенскишкен и с утра 16.01.1945 главными силами развить наступление в направлении Шпуллен. 16.01.1945 днём дивизия овладела Хенскишкеном, однако в ночь на 17.01.1945 была выбита из него, днём 17.01.1945 вновь овладела городом, развивая наступление в западном направлении, 671-м полком овладела Будупенен, а 695-м полком вела бои за Шпуллен. 625-й полк — второй эшелон дивизии — находился в районе Лаугаллен. 25.01.1945 года дивизия приняла участие в освобождении Тапиау.

На заключительном этапе боевых действий наступала северо-западнее Кёнигсберга, отсекая группировку немецких войск, закончила боевые действия на побережье Балтийского моря 01.05.1945 года выведена в резерв Ставки ВГК

В июне 1945 года переброшена на Восток, где приняла участие в Хингано-Мукденской операции, наступая на одном из самых тяжёлых направлений — Халунь-Аршанском. Участвовала в освобождении китайского города Солунь.

Расформирована в 1947 году, личный состав 671-го стрелкового полка обращён на формирование 437-конвойного полка.

Полное название

221-я стрелковая Мариупольско-Хинганская Краснознамённая ордена Суворова дивизия

Состав

  • 625-й стрелковый полк
  • 671-й стрелковый полк
  • 695-й стрелковый полк
  • 659-й артиллерийский полк
  • 422-й отдельный истребительно-противотанковый дивизион
  • 296-я отдельная разведывательная рота
  • 379-й сапёрный батальон
  • 595-й отдельный батальон связи (1455 отдельная рота связи)
  • 366-й медико-санитарный батальон
  • 188-я отдельная рота химической защиты
  • 542-я автотранспортная рота
  • 511-й самоходно-артиллерийский дивизион (с 9.8.45 г)
  • 385-я полевая хлебопекарня
  • 855-й дивизионный ветеринарный лазарет
  • 1881-я полевая почтовая станция
  • 313-я полевая касса Госбанка

Укомплектованность

  • на начало 1945 года: 6677 человек, 221 ручной пулемёт, 75 станковых пулемётов, 18 зенитных пулемётов, 18 120-мм миномётов, 54 82-мм миномёта, 10 122-мм гаубиц, 32 76-миллиметровых пушек, 11 76-миллиметровых противотанковых пушек ЗИС-3, 35 45-мм противотанковых пушек, 153 автомобиля.

Подчинение

Дата Фронт (округ) Армия Корпус (группа) Примечания
01.07.1943 года Южный фронт 5-я ударная армия - -
01.08.1943 года Южный фронт 5-я ударная армия - -
01.09.1943 года Южный фронт 44-я армия - -
01.10.1943 года Южный фронт 28-я армия - -
01.11.1943 года 4-й Украинский фронт 28-я армия 37-й стрелковый корпус -
01.12.1943 года 4-й Украинский фронт 3-я гвардейская армия 37-й стрелковый корпус -
01.01.1944 года Резерв Ставки ВГК 69-я армия 67-й стрелковый корпус -
01.02.1944 года 1-й Украинский фронт 38-я армия 67-й стрелковый корпус -
01.03.1944 года 1-й Украинский фронт 38-я армия 67-й стрелковый корпус -
01.04.1944 года 1-й Украинский фронт 38-я армия 101-й стрелковый корпус -
01.05.1944 года 1-й Украинский фронт 60-я армия 94-й стрелковый корпус
01.06.1944 года 1-й Украинский фронт 60-я армия 94-й стрелковый корпус -
01.07.1944 года Карельский фронт 7-я армия 94-й стрелковый корпус -
01.08.1944 года Ленинградский фронт 21-я армия 94-й стрелковый корпус -
01.09.1944 года Ленинградский фронт 21-я армия 94-й стрелковый корпус -
01.10.1944 года Резерв Ставки ВГК 21-я армия 94-й стрелковый корпус -
01.11.1944 года Резерв Ставки ВГК 21-я армия 94-й стрелковый корпус с 16.11.1944 по 01.12.1944
в составе 3-го Белорусского фронта
01.12.1944 года Резерв Ставки ВГК 21-я армия 94-й стрелковый корпус -
01.01.1945 года 3-й Белорусский фронт 39-я армия 94-й стрелковый корпус -
01.02.1945 года 3-й Белорусский фронт 39-я армия 94-й стрелковый корпус с 06.02.1945 по 25.02.1945
в составе 1-го Прибалтийского фронта
01.03.1945 года 3-й Белорусский фронт 39-я армия 113-й стрелковый корпус -
01.04.1945 года 3-й Белорусский фронт 39-я армия 94-й стрелковый корпус -
01.05.1945 года Резерв Ставки ВГК 39-я армия 94-й стрелковый корпус -
01.06.1945 года Резерв Ставки ВГК 39-я армия 94-й стрелковый корпус -
01.07.1945 года Забайкальский фронт 39-я армия 94-й стрелковый корпус -
01.08.1945 года Забайкальский фронт 39-я армия 94-й стрелковый корпус -
09.08.1945 года Забайкальский фронт 39-я армия 94-й стрелковый корпус -
03.09.1945 года Забайкальский фронт 39-я армия 94-й стрелковый корпус -

Командиры

Награды и наименования

Награда (наименование) Дата За что получена
Мариупольская 10.09.1943 За освобождение Мариуполя
Хинганская 23.08.1945 За участие в преододении Большого Хингана
 ??.??.????  ??
 ??.??.????  ??

Воины дивизии

Крупнов, Алексей Григорьевич Командир орудия 659-го артиллерийского полка старший сержант
старшина
22.01.1945
14.03.1945
15.05.1946
Награда Орден славы 3 степени Телегин Петр Дмитриевич Командир отделения 379 саперного батальона ефрейтор 5.09.1945 Примечания
Титовский, Роман Митрофанович Наводчик орудия 659-го артиллерийского полка
Командир орудийного расчёта 659-го артиллерийского полка
рядовой
ефрейтор
09.08.1944
14.03.1945
15.05.1946

Память

  • Памятник воинам 221-й стрелковой дивизии в Мариуполе.
  • Памятный знак воинам 221-й и 130-й дивизий в Мариуполе.
  • Именем дивизии назван бульвар в Мариуполе.
  • Улица Николая Краснова, комсорга полка дивизии в Калининграде
  • Музей боевого пути 221-й стрелковой дивизии в средней школе N 2 г. Гвардейска Калининградской области (бывш. Тапиау)

Интересные факты

  • В составе дивизии воевал снайпер Номоконов, Семён Данилович, по национальности тунгус. На его боевом счету только официально зафиксировано 360 убитых врагов. Кроме того, Номоконов С. Д. примечателен тем, что имел возможность поохотиться в известном заповеднике Геринга и убил там кабана. Награждён орденом Ленина.

Напишите отзыв о статье "221-я стрелковая дивизия (2-го формирования)"

Литература

  • Смык И. С. 221-я стрелковая дивизия в боях за освобождение Украины Мариуполь : Б/и, 1995. — 84с.

Ссылки

  • [samsv.narod.ru/Div/Sd/sd221/default.html Справочник на сайте клуба «Память» Воронежского госуниверситета]
  • [soldat.ru Справочники на сайте Солдат.ру]

Отрывок, характеризующий 221-я стрелковая дивизия (2-го формирования)

Он знал это в эту минуту так же верно, как бы он знал это, стоя под венцом с нею. Как это будет? и когда? он не знал; не знал даже, хорошо ли это будет (ему даже чувствовалось, что это нехорошо почему то), но он знал, что это будет.
Пьер опустил глаза, опять поднял их и снова хотел увидеть ее такою дальнею, чужою для себя красавицею, какою он видал ее каждый день прежде; но он не мог уже этого сделать. Не мог, как не может человек, прежде смотревший в тумане на былинку бурьяна и видевший в ней дерево, увидав былинку, снова увидеть в ней дерево. Она была страшно близка ему. Она имела уже власть над ним. И между ним и ею не было уже никаких преград, кроме преград его собственной воли.
– Bon, je vous laisse dans votre petit coin. Je vois, que vous y etes tres bien, [Хорошо, я вас оставлю в вашем уголке. Я вижу, вам там хорошо,] – сказал голос Анны Павловны.
И Пьер, со страхом вспоминая, не сделал ли он чего нибудь предосудительного, краснея, оглянулся вокруг себя. Ему казалось, что все знают, так же как и он, про то, что с ним случилось.
Через несколько времени, когда он подошел к большому кружку, Анна Павловна сказала ему:
– On dit que vous embellissez votre maison de Petersbourg. [Говорят, вы отделываете свой петербургский дом.]
(Это была правда: архитектор сказал, что это нужно ему, и Пьер, сам не зная, зачем, отделывал свой огромный дом в Петербурге.)
– C'est bien, mais ne demenagez pas de chez le prince Ваsile. Il est bon d'avoir un ami comme le prince, – сказала она, улыбаясь князю Василию. – J'en sais quelque chose. N'est ce pas? [Это хорошо, но не переезжайте от князя Василия. Хорошо иметь такого друга. Я кое что об этом знаю. Не правда ли?] А вы еще так молоды. Вам нужны советы. Вы не сердитесь на меня, что я пользуюсь правами старух. – Она замолчала, как молчат всегда женщины, чего то ожидая после того, как скажут про свои года. – Если вы женитесь, то другое дело. – И она соединила их в один взгляд. Пьер не смотрел на Элен, и она на него. Но она была всё так же страшно близка ему. Он промычал что то и покраснел.
Вернувшись домой, Пьер долго не мог заснуть, думая о том, что с ним случилось. Что же случилось с ним? Ничего. Он только понял, что женщина, которую он знал ребенком, про которую он рассеянно говорил: «да, хороша», когда ему говорили, что Элен красавица, он понял, что эта женщина может принадлежать ему.
«Но она глупа, я сам говорил, что она глупа, – думал он. – Что то гадкое есть в том чувстве, которое она возбудила во мне, что то запрещенное. Мне говорили, что ее брат Анатоль был влюблен в нее, и она влюблена в него, что была целая история, и что от этого услали Анатоля. Брат ее – Ипполит… Отец ее – князь Василий… Это нехорошо», думал он; и в то же время как он рассуждал так (еще рассуждения эти оставались неоконченными), он заставал себя улыбающимся и сознавал, что другой ряд рассуждений всплывал из за первых, что он в одно и то же время думал о ее ничтожестве и мечтал о том, как она будет его женой, как она может полюбить его, как она может быть совсем другою, и как всё то, что он об ней думал и слышал, может быть неправдою. И он опять видел ее не какою то дочерью князя Василья, а видел всё ее тело, только прикрытое серым платьем. «Но нет, отчего же прежде не приходила мне в голову эта мысль?» И опять он говорил себе, что это невозможно; что что то гадкое, противоестественное, как ему казалось, нечестное было бы в этом браке. Он вспоминал ее прежние слова, взгляды, и слова и взгляды тех, кто их видал вместе. Он вспомнил слова и взгляды Анны Павловны, когда она говорила ему о доме, вспомнил тысячи таких намеков со стороны князя Василья и других, и на него нашел ужас, не связал ли он уж себя чем нибудь в исполнении такого дела, которое, очевидно, нехорошо и которое он не должен делать. Но в то же время, как он сам себе выражал это решение, с другой стороны души всплывал ее образ со всею своею женственной красотою.


В ноябре месяце 1805 года князь Василий должен был ехать на ревизию в четыре губернии. Он устроил для себя это назначение с тем, чтобы побывать заодно в своих расстроенных имениях, и захватив с собой (в месте расположения его полка) сына Анатоля, с ним вместе заехать к князю Николаю Андреевичу Болконскому с тем, чтоб женить сына на дочери этого богатого старика. Но прежде отъезда и этих новых дел, князю Василью нужно было решить дела с Пьером, который, правда, последнее время проводил целые дни дома, т. е. у князя Василья, у которого он жил, был смешон, взволнован и глуп (как должен быть влюбленный) в присутствии Элен, но всё еще не делал предложения.
«Tout ca est bel et bon, mais il faut que ca finisse», [Всё это хорошо, но надо это кончить,] – сказал себе раз утром князь Василий со вздохом грусти, сознавая, что Пьер, стольким обязанный ему (ну, да Христос с ним!), не совсем хорошо поступает в этом деле. «Молодость… легкомыслие… ну, да Бог с ним, – подумал князь Василий, с удовольствием чувствуя свою доброту: – mais il faut, que ca finisse. После завтра Лёлины именины, я позову кое кого, и ежели он не поймет, что он должен сделать, то уже это будет мое дело. Да, мое дело. Я – отец!»
Пьер полтора месяца после вечера Анны Павловны и последовавшей за ним бессонной, взволнованной ночи, в которую он решил, что женитьба на Элен была бы несчастие, и что ему нужно избегать ее и уехать, Пьер после этого решения не переезжал от князя Василья и с ужасом чувствовал, что каждый день он больше и больше в глазах людей связывается с нею, что он не может никак возвратиться к своему прежнему взгляду на нее, что он не может и оторваться от нее, что это будет ужасно, но что он должен будет связать с нею свою судьбу. Может быть, он и мог бы воздержаться, но не проходило дня, чтобы у князя Василья (у которого редко бывал прием) не было бы вечера, на котором должен был быть Пьер, ежели он не хотел расстроить общее удовольствие и обмануть ожидания всех. Князь Василий в те редкие минуты, когда бывал дома, проходя мимо Пьера, дергал его за руку вниз, рассеянно подставлял ему для поцелуя выбритую, морщинистую щеку и говорил или «до завтра», или «к обеду, а то я тебя не увижу», или «я для тебя остаюсь» и т. п. Но несмотря на то, что, когда князь Василий оставался для Пьера (как он это говорил), он не говорил с ним двух слов, Пьер не чувствовал себя в силах обмануть его ожидания. Он каждый день говорил себе всё одно и одно: «Надо же, наконец, понять ее и дать себе отчет: кто она? Ошибался ли я прежде или теперь ошибаюсь? Нет, она не глупа; нет, она прекрасная девушка! – говорил он сам себе иногда. – Никогда ни в чем она не ошибается, никогда она ничего не сказала глупого. Она мало говорит, но то, что она скажет, всегда просто и ясно. Так она не глупа. Никогда она не смущалась и не смущается. Так она не дурная женщина!» Часто ему случалось с нею начинать рассуждать, думать вслух, и всякий раз она отвечала ему на это либо коротким, но кстати сказанным замечанием, показывавшим, что ее это не интересует, либо молчаливой улыбкой и взглядом, которые ощутительнее всего показывали Пьеру ее превосходство. Она была права, признавая все рассуждения вздором в сравнении с этой улыбкой.
Она обращалась к нему всегда с радостной, доверчивой, к нему одному относившейся улыбкой, в которой было что то значительней того, что было в общей улыбке, украшавшей всегда ее лицо. Пьер знал, что все ждут только того, чтобы он, наконец, сказал одно слово, переступил через известную черту, и он знал, что он рано или поздно переступит через нее; но какой то непонятный ужас охватывал его при одной мысли об этом страшном шаге. Тысячу раз в продолжение этого полутора месяца, во время которого он чувствовал себя всё дальше и дальше втягиваемым в ту страшившую его пропасть, Пьер говорил себе: «Да что ж это? Нужна решимость! Разве нет у меня ее?»
Он хотел решиться, но с ужасом чувствовал, что не было у него в этом случае той решимости, которую он знал в себе и которая действительно была в нем. Пьер принадлежал к числу тех людей, которые сильны только тогда, когда они чувствуют себя вполне чистыми. А с того дня, как им владело то чувство желания, которое он испытал над табакеркой у Анны Павловны, несознанное чувство виноватости этого стремления парализировало его решимость.
В день именин Элен у князя Василья ужинало маленькое общество людей самых близких, как говорила княгиня, родные и друзья. Всем этим родным и друзьям дано было чувствовать, что в этот день должна решиться участь именинницы.
Гости сидели за ужином. Княгиня Курагина, массивная, когда то красивая, представительная женщина сидела на хозяйском месте. По обеим сторонам ее сидели почетнейшие гости – старый генерал, его жена, Анна Павловна Шерер; в конце стола сидели менее пожилые и почетные гости, и там же сидели домашние, Пьер и Элен, – рядом. Князь Василий не ужинал: он похаживал вокруг стола, в веселом расположении духа, подсаживаясь то к тому, то к другому из гостей. Каждому он говорил небрежное и приятное слово, исключая Пьера и Элен, которых присутствия он не замечал, казалось. Князь Василий оживлял всех. Ярко горели восковые свечи, блестели серебро и хрусталь посуды, наряды дам и золото и серебро эполет; вокруг стола сновали слуги в красных кафтанах; слышались звуки ножей, стаканов, тарелок и звуки оживленного говора нескольких разговоров вокруг этого стола. Слышно было, как старый камергер в одном конце уверял старушку баронессу в своей пламенной любви к ней и ее смех; с другой – рассказ о неуспехе какой то Марьи Викторовны. У середины стола князь Василий сосредоточил вокруг себя слушателей. Он рассказывал дамам, с шутливой улыбкой на губах, последнее – в среду – заседание государственного совета, на котором был получен и читался Сергеем Кузьмичем Вязмитиновым, новым петербургским военным генерал губернатором, знаменитый тогда рескрипт государя Александра Павловича из армии, в котором государь, обращаясь к Сергею Кузьмичу, говорил, что со всех сторон получает он заявления о преданности народа, и что заявление Петербурга особенно приятно ему, что он гордится честью быть главою такой нации и постарается быть ее достойным. Рескрипт этот начинался словами: Сергей Кузьмич! Со всех сторон доходят до меня слухи и т. д.
– Так таки и не пошло дальше, чем «Сергей Кузьмич»? – спрашивала одна дама.
– Да, да, ни на волос, – отвечал смеясь князь Василий. – Сергей Кузьмич… со всех сторон. Со всех сторон, Сергей Кузьмич… Бедный Вязмитинов никак не мог пойти далее. Несколько раз он принимался снова за письмо, но только что скажет Сергей … всхлипывания… Ку…зьми…ч – слезы… и со всех сторон заглушаются рыданиями, и дальше он не мог. И опять платок, и опять «Сергей Кузьмич, со всех сторон», и слезы… так что уже попросили прочесть другого.
– Кузьмич… со всех сторон… и слезы… – повторил кто то смеясь.
– Не будьте злы, – погрозив пальцем, с другого конца стола, проговорила Анна Павловна, – c'est un si brave et excellent homme notre bon Viasmitinoff… [Это такой прекрасный человек, наш добрый Вязмитинов…]
Все очень смеялись. На верхнем почетном конце стола все были, казалось, веселы и под влиянием самых различных оживленных настроений; только Пьер и Элен молча сидели рядом почти на нижнем конце стола; на лицах обоих сдерживалась сияющая улыбка, не зависящая от Сергея Кузьмича, – улыбка стыдливости перед своими чувствами. Что бы ни говорили и как бы ни смеялись и шутили другие, как бы аппетитно ни кушали и рейнвейн, и соте, и мороженое, как бы ни избегали взглядом эту чету, как бы ни казались равнодушны, невнимательны к ней, чувствовалось почему то, по изредка бросаемым на них взглядам, что и анекдот о Сергее Кузьмиче, и смех, и кушанье – всё было притворно, а все силы внимания всего этого общества были обращены только на эту пару – Пьера и Элен. Князь Василий представлял всхлипыванья Сергея Кузьмича и в это время обегал взглядом дочь; и в то время как он смеялся, выражение его лица говорило: «Так, так, всё хорошо идет; нынче всё решится». Анна Павловна грозила ему за notre bon Viasmitinoff, а в глазах ее, которые мельком блеснули в этот момент на Пьера, князь Василий читал поздравление с будущим зятем и счастием дочери. Старая княгиня, предлагая с грустным вздохом вина своей соседке и сердито взглянув на дочь, этим вздохом как будто говорила: «да, теперь нам с вами ничего больше не осталось, как пить сладкое вино, моя милая; теперь время этой молодежи быть так дерзко вызывающе счастливой». «И что за глупость всё то, что я рассказываю, как будто это меня интересует, – думал дипломат, взглядывая на счастливые лица любовников – вот это счастие!»