22 (число)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
22
двадцать два
 20 · 21 · 22 · 23 · 24 
Разложение на множители

2 · 11

Римская запись

XXII

Двоичное

10110

Восьмеричное

26

Шестнадцатеричное

16

Натуральные числа

22 (двадцать два) — натуральное число, расположенное между числами 21 и 23.





В математике

  • Четвёртое пятиугольное число. 12, 35 
  • 13-е двузначное число
  • 12-е чётное число
  • 13-е составное число
  • 13-е плоское число
  • Сумма и произведение цифр этого числа — 4.
  • Квадрат числа 22 — 484
  • Куб числа 22 — 10 648
  • Наименьшее число, которое можно представить в виде суммы двух простых чисел тремя разными способами, с точностью до порядка слагаемых (3+19, 5+17, 11+11). 10, 34 
  • 222 = 4 194 304
  • 22 — число способов, которыми число 8 представляется в виде суммы целых неотрицательных чисел.
  • Длина десятичной записи факториала числа 22 равна 22[1][2].

В науке

В других областях

В музыке

См. также

Напишите отзыв о статье "22 (число)"

Примечания

  1. [www.futilitycloset.com/2015/01/29/e-mergence/ e-mergence]. Futility Closet (29 января 2015).
  2. Последовательность A058814 в OEIS = Numbers n such that n divides the number of digits of n! // Фрагмент: 1, 22, 23, 24, 266, 267, 268, 2712, 2713, 27 175, 27 176, …

Литература

  • Ламберто Гарсия дель Сид. Другие любопытные числа древности → 22 // Замечательные числа. Ноль, 666 и другие бестии. — DeAgostini, 2014. — Т. 21. — С. 32-33. — 159 с. — (Мир математики). — ISBN 978-5-9774-0716-8.

Ссылки

  • [oeis.org/search?q=seq%3a22%20keyword%3anice&fmt=short Число 22] в OEIS ([oeis.org/search?q=seq%3a22&fmt=short все результаты])

Отрывок, характеризующий 22 (число)

– Besouhof. [Безухов.]
– Qu'est ce qui me prouvera que vous ne mentez pas? [Кто мне докажет, что вы не лжете?]
– Monseigneur! [Ваше высочество!] – вскрикнул Пьер не обиженным, но умоляющим голосом.
Даву поднял глаза и пристально посмотрел на Пьера. Несколько секунд они смотрели друг на друга, и этот взгляд спас Пьера. В этом взгляде, помимо всех условий войны и суда, между этими двумя людьми установились человеческие отношения. Оба они в эту одну минуту смутно перечувствовали бесчисленное количество вещей и поняли, что они оба дети человечества, что они братья.
В первом взгляде для Даву, приподнявшего только голову от своего списка, где людские дела и жизнь назывались нумерами, Пьер был только обстоятельство; и, не взяв на совесть дурного поступка, Даву застрелил бы его; но теперь уже он видел в нем человека. Он задумался на мгновение.
– Comment me prouverez vous la verite de ce que vous me dites? [Чем вы докажете мне справедливость ваших слов?] – сказал Даву холодно.
Пьер вспомнил Рамбаля и назвал его полк, и фамилию, и улицу, на которой был дом.
– Vous n'etes pas ce que vous dites, [Вы не то, что вы говорите.] – опять сказал Даву.
Пьер дрожащим, прерывающимся голосом стал приводить доказательства справедливости своего показания.
Но в это время вошел адъютант и что то доложил Даву.
Даву вдруг просиял при известии, сообщенном адъютантом, и стал застегиваться. Он, видимо, совсем забыл о Пьере.
Когда адъютант напомнил ему о пленном, он, нахмурившись, кивнул в сторону Пьера и сказал, чтобы его вели. Но куда должны были его вести – Пьер не знал: назад в балаган или на приготовленное место казни, которое, проходя по Девичьему полю, ему показывали товарищи.
Он обернул голову и видел, что адъютант переспрашивал что то.
– Oui, sans doute! [Да, разумеется!] – сказал Даву, но что «да», Пьер не знал.
Пьер не помнил, как, долго ли он шел и куда. Он, в состоянии совершенного бессмыслия и отупления, ничего не видя вокруг себя, передвигал ногами вместе с другими до тех пор, пока все остановились, и он остановился. Одна мысль за все это время была в голове Пьера. Это была мысль о том: кто, кто же, наконец, приговорил его к казни. Это были не те люди, которые допрашивали его в комиссии: из них ни один не хотел и, очевидно, не мог этого сделать. Это был не Даву, который так человечески посмотрел на него. Еще бы одна минута, и Даву понял бы, что они делают дурно, но этой минуте помешал адъютант, который вошел. И адъютант этот, очевидно, не хотел ничего худого, но он мог бы не войти. Кто же это, наконец, казнил, убивал, лишал жизни его – Пьера со всеми его воспоминаниями, стремлениями, надеждами, мыслями? Кто делал это? И Пьер чувствовал, что это был никто.