232-я стрелковая дивизия (1-го формирования)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
232-я стрелковая дивизия
Войска:

сухопутные

Род войск:

пехота

Боевой путь

1941: Белоруссия, Украина

232-я стрелковая дивизия (232 сд) — воинское соединение СССР, принимавшее участие в Великой Отечественной войне.

Боевой период: 2 июля — 27 декабря 1941 года





История

Дивизия сформирована в марте 1941 года в Харьковском военном округе.

25 июня Ставка ГК издала директиву, согласно которой в Брянске должна была быть сформирована группа армий в составе 19, 20, 21 и 22-й армий. В 21-ю армию включался 45-й стрелковый корпус, в который на этот момент входила 232-я стрелковая дивизия. Задачей группы была подготовка оборонительного рубежа главной полосы по линии Сущево, Невель, Витебск, Могилёв, Жлобин, Гомель, Чернигов, р. Десна, р. Днепр до Кременчуга[1].

К 8 часам 4 июля 232-я стрелковая дивизия сосредоточилась в районе западнее Гомеля и занимала противотанковую оборону на рубеже Костюковка, (иск.) Прибор, устье р. Уза, Гомель[2]. В этот же день 66-му стрелковому корпусу (66 ск), которому к этому времени была переподчинена дивизия, было приказано подготовить главную полосу обороны по восточном берегу Днепра и не допустить его форсирования противником. Для обеспечения левого фланга 21-й армии в районе Лоева оставлялся выдвинутый туда ранее 797-й сп[3].

7 июля 66 ск в течение дня осуществлял частичную перегруппировку своих сил и продолжал производить укрепление днепровского берега. 232-я стрелковая дивизия перегруппировывалась к северу в направлении Жлобина.

11 июля 232-я стрелковая дивизия и 110-й полк 53-й стрелковой дивизии, закончив перегруппировку, занимали рубеж (иск.) Стрешин, Белый Берег, имея на участке (иск.) Стрешин, устье р. Березина 110 сп[4].

13 июля части 21-й армии перешли в наступление, имея задачу овладеть Быховом и Бобруйском и тем самым выйти в тыл группировки противника на могилёвско-смоленском направлении. 66 ск в 10:00 форсировал Днепр и пересёк передовыми частями дорогу Горваль — Речица. 232-й стрелковой дивизии, не встретившей серьёзного сопротивления, удалось продвинуться на 80 км и овладеть переправами через р. Березину у Паричей и через р. Птичь у Глуска, где её встретили свежие силы 43-го армейского корпуса немцев[5].

18 июля дивизия вела упорные бои на рубеже Боровая — разъезд Королёв — Слобода. К исходу 20 числа дивизия продолжала оборонять прежний рубеж, её 797-й полк прикрывал левый фланг на участке Чёрные Броды — Протасы — Углы. 21 июля она, будучи атакованной двумя дивизиями немцев с фронта и одной дивизией во фланг от Слуцка, к исходу дня отошла на рубеж Паричи — Слободка — Оземля[6].

По состоянию на 10 августа в дивизии числилось 8300 человек. На её вооружении состояло 5220 винтовок, 23 станковых и 62 ручных пулемёта, 10 ППД, 2 зенитных пулемёта, 22 миномёта, 18 45-мм, 21 76-мм, 4 122-мм и 29 152-мм орудий[7].

14 августа 232-я стрелковая дивизия, к этому времени включённая в состав 3-армии, вела бой севернее Горваля с задачей атаковать противника, действующего в районе Стрешин[8].

Немцы, продолжая наступление, стремились замкнуть кольцо с направлений Семёновка, Новгород-Северский и Гомель, Добрянка, Мена, имея целью окружение правого крыла и центра 21-й армии. На 27 августа 232-я и 75-я стрелковые дивизии удерживали рубеж Горностаевка — Янковки — Скиток[9].

30 августа 232-я стрелковая дивизия совместно с 75-й стрелковой дивизией вела бои у Политичей и Чудовки. 2 сентября 66 ск безуспешно пытался ликвидировать противника, прорвавшегося на восточный берег р. Снов в районе Малых Дырчин, Красных Гор и Бегача. Во второй половине дня 232-я стрелковая дивизия занимала рубеж Новые Млины — Писаревщина — Яськово[10].

6 сентября дивизия вместе со всей 21-й армией была включена в состав Юго-Западного фронта. К утру следующего дня армия перешла к обороне по южному берегу р. Сейм на рубеже Кербатовка — Великое Устье и далее по южному берегу р. Десна на рубеже Максаковский — Воловица — Салтыкова Девица — Ковчин. 232 сд заняла рубеж (иск.) Кладьковка — (иск.) Салтыкова Девица[11].

10 сентября 21-я армия вела сдерживающие бои на всём фронте, производя контратаки на отдельных участках. Противник пытался развить наступление на стыках 21-й и соседних армий. 232-я стрелковая дивизия удерживала рубеж Воловица и далее по южному берегу Десны до Кладьковки, имея один полк по р. Вересочь севернее Хабаловки. 11 сентября два полка дивизии занимали рубеж Брестовец — Комаровка, третий полк оборонял высоты 135.9 и 141.1.

Утром следующего дня 21-я армия перешла в наступление своим правым флангом, перед её же центром и левым флангом стояла задача сдерживать противника боями. 66 ск вёл бой на рубеже Сиволож — Кошелевка — Веркиевка.

В течение второй половины дня 13 сентября и в ночь на 14 сентября 21-я армия вела упорные бои с противником, наносившим главный удар в направлении Ивангорода и Ични. К утру 66 ск занимал фронт в районе Омбыш — Хорошее Озеро — Бурховка.

15 сентября немцы сомкнули кольцо вокруг 5-й, 21-й, 26-й и 37-й советских армий, образовав тем самым киевский котёл. В ходе его ликвидации 232-я стрелковая дивизия была уничтожена. Официально расформирование произошло 27 декабря 1941 года.

Состав

  • 764-й стрелковый полк
  • 793-й стрелковый полк
  • 797-й стрелковый полк
  • 676-й легкий артиллерийский полк
  • 708-й гаубичный артиллерийский полк
  • 23-й отдельный истребительно-противотанковый дивизион
  • 286-й отдельный самоходно-артиллерийский дивизион
  • 303-й разведывательный батальон
  • 392-й саперный батальон
  • 698-й отдельный батальон связи
  • 377-й медико-санитарный батальон
  • 323-я отдельная рота химзащиты
  • 692-й автотранспортный батальон
  • 349-я полевая хлебопекарня
  • 658-я полевая почтовая станция
  • 525-я полевая касса Госбанка

Подчинение

На дату Фронт (округ) Армия Корпус
22.06.1941 Резерв Ставки ГК - -
01.07.1941 Резерв Ставки ГК 21-я армия 66-й стрелковый корпус
10.07.1941 Западный фронт 21-я армия 66-й стрелковый корпус
01.08.1941 Центральный фронт 3-я армия 66-й стрелковый корпус
01.09.1941 Брянский фронт 21-я армия 66-й стрелковый корпус

Командиры

Напишите отзыв о статье "232-я стрелковая дивизия (1-го формирования)"

Примечания

  1. [rkka.ru/docs/d-st-4.htm Директива Ставки ГК от 25 июня 1941 г.]
  2. [tashv.nm.ru/SbornikBoevyhDokumentov/Issue35/Issue35_093.html Оперативная сводка штаба ЗФ № 18 от 4 июля 1941 г.]
  3. [tashv.nm.ru/SbornikBoevyhDokumentov/Issue37/Issue37_205.html Боевой приказ командующего 21-й армии № 01/оп от 4 июля 1941 г.]
  4. [tashv.nm.ru/SbornikBoevyhDokumentov/Issue37/Issue37_056.html Оперативная сводка штаба ЗФ № 33 за 11 июля 1941 г.]
  5. [www.rkka.ru/oper/smol/main.htm На смоленско-московском стратегическом направлении летом 1941 года]
  6. [militera.lib.ru/memo/russian/eremenko_ai_1/05.html Еременко А. И. В начале войны. — М., 1965]
  7. [www.podvignaroda.ru/ Сведения о боевом и численном составе частей 3-й армии по состоянию на 10 августа 1941 г.]
  8. [bdsa.ru/documents/html/donesaugust41/410814.html Оперативная сводка штаба ЮЗФ № 090 за 14 августа 1941 г.]
  9. [bdsa.ru/documents/html/donesaugust41/410827.html Боевое донесение штаба 21-й армии № 031 штабу Брянского фронта за 27 августа 1941 г.]
  10. [bdsa.ru/documents/html/donesseptember41/410902.html Оперативная сводка штаба Брянского фронта № 029 за 2 сентября 1941 г.]
  11. [bdsa.ru/documents/html/donesseptember41/410907.html Оперативная сводка штаба ЮЗФ № 0137 за 7 сентября 1941 г.]

Ссылки

  • [militera.lib.ru/memo/russian/eremenko_ai_1/05.html Еременко А. И. В начале войны. — М.: Наука, 1965.]
  • [www.armchairgeneral.com/rkkaww2/maps/1941SW/Kiev/MC3_Kiev_July31_Sept26_41.jpg Карта боевых действий в ходе окружения под Киевом]


Отрывок, характеризующий 232-я стрелковая дивизия (1-го формирования)

– Боже мой! Что это? Зачем он здесь? – сказал себе князь Андрей.
В несчастном, рыдающем, обессилевшем человеке, которому только что отняли ногу, он узнал Анатоля Курагина. Анатоля держали на руках и предлагали ему воду в стакане, края которого он не мог поймать дрожащими, распухшими губами. Анатоль тяжело всхлипывал. «Да, это он; да, этот человек чем то близко и тяжело связан со мною, – думал князь Андрей, не понимая еще ясно того, что было перед ним. – В чем состоит связь этого человека с моим детством, с моею жизнью? – спрашивал он себя, не находя ответа. И вдруг новое, неожиданное воспоминание из мира детского, чистого и любовного, представилось князю Андрею. Он вспомнил Наташу такою, какою он видел ее в первый раз на бале 1810 года, с тонкой шеей и тонкими рукамис готовым на восторг, испуганным, счастливым лицом, и любовь и нежность к ней, еще живее и сильнее, чем когда либо, проснулись в его душе. Он вспомнил теперь ту связь, которая существовала между им и этим человеком, сквозь слезы, наполнявшие распухшие глаза, мутно смотревшим на него. Князь Андрей вспомнил все, и восторженная жалость и любовь к этому человеку наполнили его счастливое сердце.
Князь Андрей не мог удерживаться более и заплакал нежными, любовными слезами над людьми, над собой и над их и своими заблуждениями.
«Сострадание, любовь к братьям, к любящим, любовь к ненавидящим нас, любовь к врагам – да, та любовь, которую проповедовал бог на земле, которой меня учила княжна Марья и которой я не понимал; вот отчего мне жалко было жизни, вот оно то, что еще оставалось мне, ежели бы я был жив. Но теперь уже поздно. Я знаю это!»


Страшный вид поля сражения, покрытого трупами и ранеными, в соединении с тяжестью головы и с известиями об убитых и раненых двадцати знакомых генералах и с сознанием бессильности своей прежде сильной руки произвели неожиданное впечатление на Наполеона, который обыкновенно любил рассматривать убитых и раненых, испытывая тем свою душевную силу (как он думал). В этот день ужасный вид поля сражения победил ту душевную силу, в которой он полагал свою заслугу и величие. Он поспешно уехал с поля сражения и возвратился к Шевардинскому кургану. Желтый, опухлый, тяжелый, с мутными глазами, красным носом и охриплым голосом, он сидел на складном стуле, невольно прислушиваясь к звукам пальбы и не поднимая глаз. Он с болезненной тоской ожидал конца того дела, которого он считал себя причиной, но которого он не мог остановить. Личное человеческое чувство на короткое мгновение взяло верх над тем искусственным призраком жизни, которому он служил так долго. Он на себя переносил те страдания и ту смерть, которые он видел на поле сражения. Тяжесть головы и груди напоминала ему о возможности и для себя страданий и смерти. Он в эту минуту не хотел для себя ни Москвы, ни победы, ни славы. (Какой нужно было ему еще славы?) Одно, чего он желал теперь, – отдыха, спокойствия и свободы. Но когда он был на Семеновской высоте, начальник артиллерии предложил ему выставить несколько батарей на эти высоты, для того чтобы усилить огонь по столпившимся перед Князьковым русским войскам. Наполеон согласился и приказал привезти ему известие о том, какое действие произведут эти батареи.
Адъютант приехал сказать, что по приказанию императора двести орудий направлены на русских, но что русские все так же стоят.
– Наш огонь рядами вырывает их, а они стоят, – сказал адъютант.
– Ils en veulent encore!.. [Им еще хочется!..] – сказал Наполеон охриплым голосом.
– Sire? [Государь?] – повторил не расслушавший адъютант.
– Ils en veulent encore, – нахмурившись, прохрипел Наполеон осиплым голосом, – donnez leur en. [Еще хочется, ну и задайте им.]
И без его приказания делалось то, чего он хотел, и он распорядился только потому, что думал, что от него ждали приказания. И он опять перенесся в свой прежний искусственный мир призраков какого то величия, и опять (как та лошадь, ходящая на покатом колесе привода, воображает себе, что она что то делает для себя) он покорно стал исполнять ту жестокую, печальную и тяжелую, нечеловеческую роль, которая ему была предназначена.
И не на один только этот час и день были помрачены ум и совесть этого человека, тяжеле всех других участников этого дела носившего на себе всю тяжесть совершавшегося; но и никогда, до конца жизни, не мог понимать он ни добра, ни красоты, ни истины, ни значения своих поступков, которые были слишком противоположны добру и правде, слишком далеки от всего человеческого, для того чтобы он мог понимать их значение. Он не мог отречься от своих поступков, восхваляемых половиной света, и потому должен был отречься от правды и добра и всего человеческого.
Не в один только этот день, объезжая поле сражения, уложенное мертвыми и изувеченными людьми (как он думал, по его воле), он, глядя на этих людей, считал, сколько приходится русских на одного француза, и, обманывая себя, находил причины радоваться, что на одного француза приходилось пять русских. Не в один только этот день он писал в письме в Париж, что le champ de bataille a ete superbe [поле сражения было великолепно], потому что на нем было пятьдесят тысяч трупов; но и на острове Св. Елены, в тиши уединения, где он говорил, что он намерен был посвятить свои досуги изложению великих дел, которые он сделал, он писал:
«La guerre de Russie eut du etre la plus populaire des temps modernes: c'etait celle du bon sens et des vrais interets, celle du repos et de la securite de tous; elle etait purement pacifique et conservatrice.
C'etait pour la grande cause, la fin des hasards elle commencement de la securite. Un nouvel horizon, de nouveaux travaux allaient se derouler, tout plein du bien etre et de la prosperite de tous. Le systeme europeen se trouvait fonde; il n'etait plus question que de l'organiser.
Satisfait sur ces grands points et tranquille partout, j'aurais eu aussi mon congres et ma sainte alliance. Ce sont des idees qu'on m'a volees. Dans cette reunion de grands souverains, nous eussions traites de nos interets en famille et compte de clerc a maitre avec les peuples.
L'Europe n'eut bientot fait de la sorte veritablement qu'un meme peuple, et chacun, en voyageant partout, se fut trouve toujours dans la patrie commune. Il eut demande toutes les rivieres navigables pour tous, la communaute des mers, et que les grandes armees permanentes fussent reduites desormais a la seule garde des souverains.
De retour en France, au sein de la patrie, grande, forte, magnifique, tranquille, glorieuse, j'eusse proclame ses limites immuables; toute guerre future, purement defensive; tout agrandissement nouveau antinational. J'eusse associe mon fils a l'Empire; ma dictature eut fini, et son regne constitutionnel eut commence…
Paris eut ete la capitale du monde, et les Francais l'envie des nations!..
Mes loisirs ensuite et mes vieux jours eussent ete consacres, en compagnie de l'imperatrice et durant l'apprentissage royal de mon fils, a visiter lentement et en vrai couple campagnard, avec nos propres chevaux, tous les recoins de l'Empire, recevant les plaintes, redressant les torts, semant de toutes parts et partout les monuments et les bienfaits.
Русская война должна бы была быть самая популярная в новейшие времена: это была война здравого смысла и настоящих выгод, война спокойствия и безопасности всех; она была чисто миролюбивая и консервативная.
Это было для великой цели, для конца случайностей и для начала спокойствия. Новый горизонт, новые труды открывались бы, полные благосостояния и благоденствия всех. Система европейская была бы основана, вопрос заключался бы уже только в ее учреждении.
Удовлетворенный в этих великих вопросах и везде спокойный, я бы тоже имел свой конгресс и свой священный союз. Это мысли, которые у меня украли. В этом собрании великих государей мы обсуживали бы наши интересы семейно и считались бы с народами, как писец с хозяином.