286-я стрелковая дивизия

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
286-я стрелковая дивизия
Награды:

Почётные наименования:

«Ленинградская»

Войска:

сухопутные

Род войск:

пехота

Формирование:

01.08.1941

Расформирование (преобразование):

28.06.1945

Предшественник:

не имеется

Боевой путь

1941—1944: Оборона Ленинграда
Синявинские операции
Тихвинская операция
Карбусельская операция
Мгинская операция
1944: Ленинградско-Новгородская операция
Новгородско-Лужская операция
1944: Выборгско-Петрозаводская операция
Выборгская операция
1945: Висло-Одерская операция
Сандомиро-Силезская операция
Нижне-Силезская операция
Верхне-Силезская операция
1945: Берлинская операция

286-я стрелковая Ленинградская Краснознамённая дивизия — воинское соединение СССР в Великой Отечественной войне





История

Дивизия формировалась с 18 июля 1941 по 1 августа 1941 года в Череповце, Кущубе, Шексне по большей части из призывников среднего и пожилого возраста Вологодской области, Ленинградской области. Прибыла железной дорогой 6 сентября на станции Войбокало и Назия. Неподготовленная дивизия (например к выходу на передовую в артиллерийском полку вообще не имелось артиллерийского вооружения, оно появилось только через два месяца) заняла исходные позиции для наступления на линии озеро Синявинское — посёлок Михайловский — Сиголово — Карбусель.

В составе действующей армии со 2 сентября 1941 по 6 апреля 1944, с 1 мая 1944 по 1 декабря 1944 и с 11 декабря 1944 по 11 мая 1945 года.

Участвовала во всех попытках прорыва блокады Ленинграда

Приняла боевое крещение в Кировском районе Ленинградской области 09.09.1941 на рубеже Тортолово — Мишкино — Вороново. C 10.09.1941 перешла в наступление на Мгу и Синявино, результатов не добилась, атакованная танковыми частями противника была отброшена на 10-12 километров к восточному берегу реки Назия с рубежа Турышкино — посёлок Михайловский на рубеж платформа Русановская — Михалёво, где задержала наступление противника. В первом же бою потеряла своего командира, комиссара, пятую часть личного состава, штаб дивизии был «стёрт в порошок» [www.iremember.ru/content/view/71/3/lang,ru/ ¹]. В сентябре 1941 года стояла южнее железной дороги Мга — Волхов, в районе деревень Поречье и Вороново фронтом на запад. 24 сентября 1941 года нанесла удар вдоль железной дороги на Мгу и вышла на рубеж река Чёрная — Мышкино — Поречье — Вороново.

Во время Тихвинской оборонительной операции в ноябре и декабре 1941 года дивизия отразила два наступательных удара противника, удерживала свои позиции даже находясь в полуокружении.

С декабря 1941 года по август 1942 года дивизия занимала оборону на тех же рубежах, занимая фронт длиной 22,5 километра. На 18 апреля 1942 года находилась на рубеже озеро Линево, отм. 56.0, Бараки (3 км севернее посёлка № 8), рабочий посёлок № 2.

27 августа 1942 года дивизия перешла в наступление. В боях с 27 августа по 3 сентября сильный опорный пункт Вороново обходом с юго-запада был частично взят.

В ночь с 19 на 20 апреля 1943 года, после Карбусельской операции, часть дивизии передислоцировалась и приняла оборону 372-й стрелковой дивизии на рубеже Мишкино — Поляны. В июле 1943 года принимала участие в Мгинской операции, наступление было неудачным, дивизия была направлена на отдых и пополнение.

Затем дивизия была передислоцирована на новое направление, переброшена со станции Путилово и с 24 января 1944 была введена в прорыв обороны противника на Новгородском направлении в районе разъезда Нащи 20 километров западнее Новгорода, имея задачу прорвать промежуточный рубеж прикрытия Нащи 1-е, Люболяды, Башково.

Итоги месячных боёв 286-й стрелковой дивизии за период с 24 января по 24 февраля 1944 года.

…За период месячного наступления дивизия преодолевая ожесточённое сопротивление противника по трудно-проходимой местности, в основном без средств усиления продвинулась вперёд на 160 км, преодолев 11 промежуточных рубежей сопротивления противника, овладев более 86 населёнными пунктами из них крупные населённые пункты: Люболяны, Нехино, Марино, Заосье, Скачели, Дорогобуж, Борок, Хрибцы, Остров, Озерево, Новые и Старые Гусины, Ивня, Русыня, Холуи, Большие Торошковичи, Великое Село, Большие и Малые Шатновицы, Замошье, Заплюсье, Заречье, Дуброво, Заполье, Милютино, Николаево, Новоселье, Комарино, Маяково, крупным железнодорожным узлом и районным центром Ленинградской области Батецкая, железнодорожной станцией Люболяды, Мойка. Наши потери в личном составе за месяц наступательных боёв: убито — 802, ранено — 2367, пропало без вести — 120 человек.

После операции отправлена на отдых и пополнение.

Летом 1944 года направлена на Карельский перешеек для участия в Выборгской операции, принимает участие в ней с 10.06.1944 года, форсирует реку Сестра, прорвала оборону на рубеже Ку́утерселькя — Мустамяки — Сахакюля, на 15.06.1944 года находилась в районе Ку́утерселькя, по окончании операции, 19.06.1944 дивизия подошла к станции Кямяря (на железной дороге к Выборгу), в сентябре 1944 года выведена в резерв.

В декабре-январе 1945 года по маршруту Выборг, Лихославль, Торжок, Вязьма, Брянск, Коростень, Львов, Жешув переброшена в Польшу.

В ходе Сандомирско-Силезской операции сначала наступала во втором эшелоне армии, одним полком приняла участие в освобождении Кракова. На 24.01.1945 года дивизии была поставлена задача атаковать с рубежа Явожно — Бычина в направлении на Костов, прорвать оборону противника по реке Пшемша и к исходу 24.01.1945 овладеть рубежом Мысловице — Холдунув. Наступление изначально продвигалось медленно, тем не менее, 27 января 1945 дивизия приняла участие в освобождении Мысловице. К 29.01.1945 дивизия вышла к Одеру в районе КлейнГросс-Рауден.

В Нижне-Силезской операции участвовала во вспомогательном ударе, в Верхне-Силезской операции участвовала в разгроме Оппельнской группировки врага.

Закончила войну участием в Берлинской операции.

Состав

  • 994-й стрелковый Краковский полк
  • 996-й стрелковый ордена Александра Невского полк
  • 998-й стрелковый ордена Александра Невского полк
  • 854-й артиллерийский Краковский полк
  • 586-й зенитный артиллерийский дивизион
  • 370-й отдельный истребительно-противотанковый дивизион
  • 317-я отдельная разведывательная рота
  • 585-й отдельный сапёрный батальон
  • 721-й отдельный батальон связи
  • 345-й медико-санитарный батальон
  • 345-я отдельная рота химической защиты
  • 420-я автотранспортная рота
  • 376-я полевая хлебопекарня
  • 708-й дивизионный ветеринарный лазарет
  • 939-я полевая почтовая станция
  • 822-я полевая касса Госбанка

Укомплектованность

  • на 01.10.1941 года насчитывала 6016 человек, 102 станковых и ручных пулемёта, 27 орудий калибра 76 мм и выше, 5 миномётов.
  • на 01.01.1943 года насчитывала 7063 человека.

Подчинение

Дата Фронт (округ) Армия Корпус (группа) Примечания
01.08.1941 года Архангельский военный округ - - -
01.09.1941 года Резерв Ставки ВГК - - -
01.10.1941 года Ленинградский фронт 54-я армия - -
01.11.1941 года Ленинградский фронт 54-я армия - -
01.12.1941 года Ленинградский фронт 54-я армия - -
01.01.1942 года Ленинградский фронт 54-я армия - -
01.02.1942 года Ленинградский фронт 8-я армия - -
01.03.1942 года Ленинградский фронт 8-я армия - -
01.04.1942 года Ленинградский фронт 8-я армия - -
01.05.1942 года Ленинградский фронт 8-я армия - -
01.06.1942 года Ленинградский фронт 8-я армия - -
01.07.1942 года Волховский фронт 8-я армия - с 09.06.1942
01.08.1942 года Волховский фронт 8-я армия - -
01.09.1942 года Волховский фронт 8-я армия - -
01.10.1942 года Волховский фронт 8-я армия - -
01.11.1942 года Волховский фронт 8-я армия - -
01.12.1942 года Волховский фронт 8-я армия - -
01.01.1943 года Волховский фронт 8-я армия - -
01.02.1943 года Волховский фронт 8-я армия - -
01.03.1943 года Волховский фронт 8-я армия - -
01.04.1943 года Волховский фронт 8-я армия - -
01.05.1943 года Волховский фронт 8-я армия - -
01.06.1943 года Волховский фронт 8-я армия - -
01.07.1943 года Волховский фронт 8-я армия - -
01.08.1943 года Волховский фронт 8-я армия - -
01.09.1943 года Волховский фронт 8-я армия - -
01.10.1943 года Волховский фронт 8-я армия - -
01.11.1943 года Волховский фронт 8-я армия - -
01.12.1943 года Волховский фронт 8-я армия - -
01.01.1944 года Волховский фронт 8-я армия 119-й стрелковый корпус -
01.02.1944 года Волховский фронт 59-я армия 6-й стрелковый корпус
01.03.1944 года Волховский фронт 8-я армия 6-й стрелковый корпус с 15.02.1944
01.04.1944 года Ленинградский фронт - 124-й стрелковый корпус -
01.05.1944 года Ленинградский фронт 21-я армия 124-й стрелковый корпус
01.06.1944 года Ленинградский фронт 21-я армия 109-й стрелковый корпус -
01.07.1944 года Ленинградский фронт 21-я армия 94-й стрелковый корпус -
01.08.1944 года Ленинградский фронт 21-я армия 94-й стрелковый корпус -
01.09.1944 года Ленинградский фронт 21-я армия 94-й стрелковый корпус -
01.10.1944 года Ленинградский фронт 59-я армия 43-й стрелковый корпус -
01.11.1944 года Ленинградский фронт 59-я армия 43-й стрелковый корпус
01.12.1944 года Резерв Ставки ВГК 59-я армия 115-й стрелковый корпус с 02.12.1944
01.01.1945 года 1-й Украинский фронт 59-я армия 115-й стрелковый корпус -
01.02.1945 года 1-й Украинский фронт 59-я армия 115-й стрелковый корпус
01.03.1945 года 1-й Украинский фронт 21-я армия 118-й стрелковый корпус -
01.04.1945 года 1-й Украинский фронт 59-я армия - -
01.05.1945 года 1-й Украинский фронт 59-я армия 115-й стрелковый корпус -

Командиры

Награды и наименования

Награда (наименование) Дата За что получена
Ленинградская 22 июня 1944 года За прорыв сильно укрепленной обороны противника на Карельском перешейке
Орден Красного Знамени 19 февраля 1945 года За овладение городом Краков

Отличившиеся воины дивизии

Награда Ф. И. О. Должность Звание Дата награждения Примечания
Аверьянов, Иван Лукич Командир отделения 994-го стрелкового полка младший сержант
сержант
старший сержант
19.06.1944
28.09.1944
27.06.1945
Власов, Михаил Константинович заместитель командира 370-го отдельного истребительно-противотанкового дивизиона по политической части капитан 21.07.1944 награждён посмертно
Двуреченский, Николай Иванович командир взвода 994-го стрелкового полка лейтенант 10.04.1945
Кораблин, Владимир Васильевич Стрелок 994-го стрелкового полка рядовой 21.07.1944 награждён посмертно
Орлов, Павел Александрович Командир пулемётного расчёта 994-го стрелкового полка старший сержант
20.04.1945 награждён посмертно

Память

  • Памятный знак воинам 286-й стрелковой дивизии в Волховском районе на реке Назия
  • Плита на мемориальном кладбище воинам 286-й стрелковой дивизии в поселке Н. Малукса.
  • Памятник воинам дивизии в Шексне
  • Обелиск воинской славы «Штыки» в Череповце
  • в честь Героя Советского Союза Орлова П. А. названа улица в Оренбурге

Известные люди, связанные с дивизией

Напишите отзыв о статье "286-я стрелковая дивизия"

Примечания

  1. Коллектив авторов. Великая Отечественная: Комкоры. Военный биографический словарь / Под общей редакцией М. Г. Вожакина. — М.; Жуковский: Кучково поле, 2006. — Т. 1. — С. 59. — ISBN 5-901679-08-3.

Литература

  • Кусаинов Майдан. Тайны Синявинских болот и высот. // — Казахстан, Астана, 2004, изд-во «Сарыарка», — 328 с.

Ссылки

  • [samsv.narod.ru/Div/Sd/sd286/default.html Справочник на сайте клуба «Память» Воронежского госуниверситета]
  • [soldat.ru Справочники на сайте Солдат.ру]
  • [www.iremember.ru/content/view/71/3/lang,ru/ Воспоминания Гутмана А. Д., командира батальона 996-го СП 286-й СД]
  • [www.okorneva.ru/index.php/www.okorneva.ru/print.php?main=data_of_archive_of_defense&id=100091 286 стрелковая дивизия на 24.01-24.02.1944 г.]


Отрывок, характеризующий 286-я стрелковая дивизия

– Что ж случится?…
– Какое бы горе ни было, – продолжал князь Андрей, – я вас прошу, m lle Sophie, что бы ни случилось, обратитесь к нему одному за советом и помощью. Это самый рассеянный и смешной человек, но самое золотое сердце.
Ни отец и мать, ни Соня, ни сам князь Андрей не могли предвидеть того, как подействует на Наташу расставанье с ее женихом. Красная и взволнованная, с сухими глазами, она ходила этот день по дому, занимаясь самыми ничтожными делами, как будто не понимая того, что ожидает ее. Она не плакала и в ту минуту, как он, прощаясь, последний раз поцеловал ее руку. – Не уезжайте! – только проговорила она ему таким голосом, который заставил его задуматься о том, не нужно ли ему действительно остаться и который он долго помнил после этого. Когда он уехал, она тоже не плакала; но несколько дней она не плача сидела в своей комнате, не интересовалась ничем и только говорила иногда: – Ах, зачем он уехал!
Но через две недели после его отъезда, она так же неожиданно для окружающих ее, очнулась от своей нравственной болезни, стала такая же как прежде, но только с измененной нравственной физиогномией, как дети с другим лицом встают с постели после продолжительной болезни.


Здоровье и характер князя Николая Андреича Болконского, в этот последний год после отъезда сына, очень ослабели. Он сделался еще более раздражителен, чем прежде, и все вспышки его беспричинного гнева большей частью обрушивались на княжне Марье. Он как будто старательно изыскивал все больные места ее, чтобы как можно жесточе нравственно мучить ее. У княжны Марьи были две страсти и потому две радости: племянник Николушка и религия, и обе были любимыми темами нападений и насмешек князя. О чем бы ни заговорили, он сводил разговор на суеверия старых девок или на баловство и порчу детей. – «Тебе хочется его (Николеньку) сделать такой же старой девкой, как ты сама; напрасно: князю Андрею нужно сына, а не девку», говорил он. Или, обращаясь к mademoiselle Bourime, он спрашивал ее при княжне Марье, как ей нравятся наши попы и образа, и шутил…
Он беспрестанно больно оскорблял княжну Марью, но дочь даже не делала усилий над собой, чтобы прощать его. Разве мог он быть виноват перед нею, и разве мог отец ее, который, она всё таки знала это, любил ее, быть несправедливым? Да и что такое справедливость? Княжна никогда не думала об этом гордом слове: «справедливость». Все сложные законы человечества сосредоточивались для нее в одном простом и ясном законе – в законе любви и самоотвержения, преподанном нам Тем, Который с любовью страдал за человечество, когда сам он – Бог. Что ей было за дело до справедливости или несправедливости других людей? Ей надо было самой страдать и любить, и это она делала.
Зимой в Лысые Горы приезжал князь Андрей, был весел, кроток и нежен, каким его давно не видала княжна Марья. Она предчувствовала, что с ним что то случилось, но он не сказал ничего княжне Марье о своей любви. Перед отъездом князь Андрей долго беседовал о чем то с отцом и княжна Марья заметила, что перед отъездом оба были недовольны друг другом.
Вскоре после отъезда князя Андрея, княжна Марья писала из Лысых Гор в Петербург своему другу Жюли Карагиной, которую княжна Марья мечтала, как мечтают всегда девушки, выдать за своего брата, и которая в это время была в трауре по случаю смерти своего брата, убитого в Турции.
«Горести, видно, общий удел наш, милый и нежный друг Julieie».
«Ваша потеря так ужасна, что я иначе не могу себе объяснить ее, как особенную милость Бога, Который хочет испытать – любя вас – вас и вашу превосходную мать. Ах, мой друг, религия, и только одна религия, может нас, уже не говорю утешить, но избавить от отчаяния; одна религия может объяснить нам то, чего без ее помощи не может понять человек: для чего, зачем существа добрые, возвышенные, умеющие находить счастие в жизни, никому не только не вредящие, но необходимые для счастия других – призываются к Богу, а остаются жить злые, бесполезные, вредные, или такие, которые в тягость себе и другим. Первая смерть, которую я видела и которую никогда не забуду – смерть моей милой невестки, произвела на меня такое впечатление. Точно так же как вы спрашиваете судьбу, для чего было умирать вашему прекрасному брату, точно так же спрашивала я, для чего было умирать этому ангелу Лизе, которая не только не сделала какого нибудь зла человеку, но никогда кроме добрых мыслей не имела в своей душе. И что ж, мой друг, вот прошло с тех пор пять лет, и я, с своим ничтожным умом, уже начинаю ясно понимать, для чего ей нужно было умереть, и каким образом эта смерть была только выражением бесконечной благости Творца, все действия Которого, хотя мы их большею частью не понимаем, суть только проявления Его бесконечной любви к Своему творению. Может быть, я часто думаю, она была слишком ангельски невинна для того, чтобы иметь силу перенести все обязанности матери. Она была безупречна, как молодая жена; может быть, она не могла бы быть такою матерью. Теперь, мало того, что она оставила нам, и в особенности князю Андрею, самое чистое сожаление и воспоминание, она там вероятно получит то место, которого я не смею надеяться для себя. Но, не говоря уже о ней одной, эта ранняя и страшная смерть имела самое благотворное влияние, несмотря на всю печаль, на меня и на брата. Тогда, в минуту потери, эти мысли не могли притти мне; тогда я с ужасом отогнала бы их, но теперь это так ясно и несомненно. Пишу всё это вам, мой друг, только для того, чтобы убедить вас в евангельской истине, сделавшейся для меня жизненным правилом: ни один волос с головы не упадет без Его воли. А воля Его руководствуется только одною беспредельною любовью к нам, и потому всё, что ни случается с нами, всё для нашего блага. Вы спрашиваете, проведем ли мы следующую зиму в Москве? Несмотря на всё желание вас видеть, не думаю и не желаю этого. И вы удивитесь, что причиною тому Буонапарте. И вот почему: здоровье отца моего заметно слабеет: он не может переносить противоречий и делается раздражителен. Раздражительность эта, как вы знаете, обращена преимущественно на политические дела. Он не может перенести мысли о том, что Буонапарте ведет дело как с равными, со всеми государями Европы и в особенности с нашим, внуком Великой Екатерины! Как вы знаете, я совершенно равнодушна к политическим делам, но из слов моего отца и разговоров его с Михаилом Ивановичем, я знаю всё, что делается в мире, и в особенности все почести, воздаваемые Буонапарте, которого, как кажется, еще только в Лысых Горах на всем земном шаре не признают ни великим человеком, ни еще менее французским императором. И мой отец не может переносить этого. Мне кажется, что мой отец, преимущественно вследствие своего взгляда на политические дела и предвидя столкновения, которые у него будут, вследствие его манеры, не стесняясь ни с кем, высказывать свои мнения, неохотно говорит о поездке в Москву. Всё, что он выиграет от лечения, он потеряет вследствие споров о Буонапарте, которые неминуемы. Во всяком случае это решится очень скоро. Семейная жизнь наша идет по старому, за исключением присутствия брата Андрея. Он, как я уже писала вам, очень изменился последнее время. После его горя, он теперь только, в нынешнем году, совершенно нравственно ожил. Он стал таким, каким я его знала ребенком: добрым, нежным, с тем золотым сердцем, которому я не знаю равного. Он понял, как мне кажется, что жизнь для него не кончена. Но вместе с этой нравственной переменой, он физически очень ослабел. Он стал худее чем прежде, нервнее. Я боюсь за него и рада, что он предпринял эту поездку за границу, которую доктора уже давно предписывали ему. Я надеюсь, что это поправит его. Вы мне пишете, что в Петербурге о нем говорят, как об одном из самых деятельных, образованных и умных молодых людей. Простите за самолюбие родства – я никогда в этом не сомневалась. Нельзя счесть добро, которое он здесь сделал всем, начиная с своих мужиков и до дворян. Приехав в Петербург, он взял только то, что ему следовало. Удивляюсь, каким образом вообще доходят слухи из Петербурга в Москву и особенно такие неверные, как тот, о котором вы мне пишете, – слух о мнимой женитьбе брата на маленькой Ростовой. Я не думаю, чтобы Андрей когда нибудь женился на ком бы то ни было и в особенности на ней. И вот почему: во первых я знаю, что хотя он и редко говорит о покойной жене, но печаль этой потери слишком глубоко вкоренилась в его сердце, чтобы когда нибудь он решился дать ей преемницу и мачеху нашему маленькому ангелу. Во вторых потому, что, сколько я знаю, эта девушка не из того разряда женщин, которые могут нравиться князю Андрею. Не думаю, чтобы князь Андрей выбрал ее своею женою, и откровенно скажу: я не желаю этого. Но я заболталась, кончаю свой второй листок. Прощайте, мой милый друг; да сохранит вас Бог под Своим святым и могучим покровом. Моя милая подруга, mademoiselle Bourienne, целует вас.
Мари».


В середине лета, княжна Марья получила неожиданное письмо от князя Андрея из Швейцарии, в котором он сообщал ей странную и неожиданную новость. Князь Андрей объявлял о своей помолвке с Ростовой. Всё письмо его дышало любовной восторженностью к своей невесте и нежной дружбой и доверием к сестре. Он писал, что никогда не любил так, как любит теперь, и что теперь только понял и узнал жизнь; он просил сестру простить его за то, что в свой приезд в Лысые Горы он ничего не сказал ей об этом решении, хотя и говорил об этом с отцом. Он не сказал ей этого потому, что княжна Марья стала бы просить отца дать свое согласие, и не достигнув бы цели, раздражила бы отца, и на себе бы понесла всю тяжесть его неудовольствия. Впрочем, писал он, тогда еще дело не было так окончательно решено, как теперь. «Тогда отец назначил мне срок, год, и вот уже шесть месяцев, половина прошло из назначенного срока, и я остаюсь более, чем когда нибудь тверд в своем решении. Ежели бы доктора не задерживали меня здесь, на водах, я бы сам был в России, но теперь возвращение мое я должен отложить еще на три месяца. Ты знаешь меня и мои отношения с отцом. Мне ничего от него не нужно, я был и буду всегда независим, но сделать противное его воле, заслужить его гнев, когда может быть так недолго осталось ему быть с нами, разрушило бы наполовину мое счастие. Я пишу теперь ему письмо о том же и прошу тебя, выбрав добрую минуту, передать ему письмо и известить меня о том, как он смотрит на всё это и есть ли надежда на то, чтобы он согласился сократить срок на три месяца».
После долгих колебаний, сомнений и молитв, княжна Марья передала письмо отцу. На другой день старый князь сказал ей спокойно:
– Напиши брату, чтоб подождал, пока умру… Не долго – скоро развяжу…
Княжна хотела возразить что то, но отец не допустил ее, и стал всё более и более возвышать голос.
– Женись, женись, голубчик… Родство хорошее!… Умные люди, а? Богатые, а? Да. Хороша мачеха у Николушки будет! Напиши ты ему, что пускай женится хоть завтра. Мачеха Николушки будет – она, а я на Бурьенке женюсь!… Ха, ха, ха, и ему чтоб без мачехи не быть! Только одно, в моем доме больше баб не нужно; пускай женится, сам по себе живет. Может, и ты к нему переедешь? – обратился он к княжне Марье: – с Богом, по морозцу, по морозцу… по морозцу!…
После этой вспышки, князь не говорил больше ни разу об этом деле. Но сдержанная досада за малодушие сына выразилась в отношениях отца с дочерью. К прежним предлогам насмешек прибавился еще новый – разговор о мачехе и любезности к m lle Bourienne.
– Отчего же мне на ней не жениться? – говорил он дочери. – Славная княгиня будет! – И в последнее время, к недоуменью и удивлению своему, княжна Марья стала замечать, что отец ее действительно начинал больше и больше приближать к себе француженку. Княжна Марья написала князю Андрею о том, как отец принял его письмо; но утешала брата, подавая надежду примирить отца с этою мыслью.
Николушка и его воспитание, Andre и религия были утешениями и радостями княжны Марьи; но кроме того, так как каждому человеку нужны свои личные надежды, у княжны Марьи была в самой глубокой тайне ее души скрытая мечта и надежда, доставлявшая ей главное утешение в ее жизни. Утешительную эту мечту и надежду дали ей божьи люди – юродивые и странники, посещавшие ее тайно от князя. Чем больше жила княжна Марья, чем больше испытывала она жизнь и наблюдала ее, тем более удивляла ее близорукость людей, ищущих здесь на земле наслаждений и счастия; трудящихся, страдающих, борющихся и делающих зло друг другу, для достижения этого невозможного, призрачного и порочного счастия. «Князь Андрей любил жену, она умерла, ему мало этого, он хочет связать свое счастие с другой женщиной. Отец не хочет этого, потому что желает для Андрея более знатного и богатого супружества. И все они борются и страдают, и мучают, и портят свою душу, свою вечную душу, для достижения благ, которым срок есть мгновенье. Мало того, что мы сами знаем это, – Христос, сын Бога сошел на землю и сказал нам, что эта жизнь есть мгновенная жизнь, испытание, а мы всё держимся за нее и думаем в ней найти счастье. Как никто не понял этого? – думала княжна Марья. Никто кроме этих презренных божьих людей, которые с сумками за плечами приходят ко мне с заднего крыльца, боясь попасться на глаза князю, и не для того, чтобы не пострадать от него, а для того, чтобы его не ввести в грех. Оставить семью, родину, все заботы о мирских благах для того, чтобы не прилепляясь ни к чему, ходить в посконном рубище, под чужим именем с места на место, не делая вреда людям, и молясь за них, молясь и за тех, которые гонят, и за тех, которые покровительствуют: выше этой истины и жизни нет истины и жизни!»