3-я стрелковая дивизия

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
3-я стрелковая дивизия
Награды:

Почётные наименования:

им. Президиума Верховного Совета Крымской АССР

Войска:

сухопутные войска

Род войск:

пехота

Формирование:

5 июня 1921 года

Расформирование (преобразование):

30 августа 1946 года

Предшественник:

[www.rkka.ru/handbook/reg/3sd20.htm 3-я], [samsv.narod.ru/Div/Sd/sd046/main1.html 46-я] отдельные стрелковые бригады

Боевой путь

1945: Советско-японская война

3-я стрелковая Краснознамённая дивизия имени Президиума Верховного Совета Крымской АССР — пехотное соединение (стрелковая дивизия) в составе РККА Вооружённых сил СССР во время Великой Отечественной войны.





История

Сформирована 5 июня 1921 года приказом по войскам ВС Украины и Крыма № 724/284 из [www.rkka.ru/handbook/reg/3sd20.htm 3-й Казанской] и [samsv.narod.ru/Div/Sd/sd046/main1.html 46-й] отдельных стрелковых бригад как 3-я Казанская стрелковая дивизия. К сентябрю 1921 года по завершении организационных мероприятий имела состав: 7-й, 8-й, 9-й стрелковые полки, 3-й артиллерийский дивизион.

В январе 1924 года вошла в состав 17-го стрелкового корпуса. По состоянию на 1.01.1925 года в составе дивизии дополнительно образованы отдельный кавалерийский эскадрон и специальные подразделения. Кроме того в составе дивизии был образован лёгкий артиллерийский полк двухдивизионного состава.[1] Дивизия имела на вооружении стрелковых полков 81 ручной пулемёт, 189 станковых пулемётов, 243 гранатомёта, а на вооружении артиллерии 54 орудия.[2]

25.05.1925 года приказом председателя РВС СССР М. В. Фрунзе № 551 дивизии присвоено наименование 3-я Крымская стрелковая дивизия имени ЦИК Крымской АССР.

В 1931 году дивизия была соединением окружного подчинения Украинского военного округа. Управление дивизии располагалось в городе Симферополь.

Состав дивизии:

  • 7-й стрелковый полк (в городе Севастополь)
  • 8-й стрелковый полк (в городе Феодосия)
  • 9-й стрелковый полк (в городе Симферополь)
  • 3-й лёгкий артиллерийский полк (в городе Симферополь)
  • 3-й отдельный кавалерийский эскадрон (в городе Евпатория)
  • рота связи (в городе Симферополь)
  • сапёрная рота (в городе Симферополь).

17.05.1935 года при разделении УкрВО на Киевский и Харьковский военные округа дивизия вошла в состав ХарВО. По состоянию на 01.07.1935 года 3-я Крымская стрелковая дивизия имени ЦИК Крымской АССР находилась на Крымском полуострове и охраняла морскую границу СССР. Дивизия комплектовалась по смешанному кадрово-территориальному принципу, часть красноармейцев и командиров являлись кадровыми военнослужащими, а часть являлись переменным составом.

В ноябре 1939 года передислоцирована на Дальний Восток и включена в состав 2-й Отдельной Краснознамённой армии. На 01.01.1940 года управление дивизии располагалось в городе Свободный.

16.07.1940 года приказом Народного комиссара обороны СССР № 0150 дивизии присвоено наименование 3-я стрелковая дивизия имени Президиума Верховного Совета Крымской АССР.

На начало Великой Отечественной войны дислоцировалась в Благовещенске, в боевых действиях на советско-германском фронте участия не принимала.

В 1941—1943 годах из состава дивизии было отправлено на фронты, в составе маршевых рот и батарей, 13 945 человек[3].

В действующей армии с 9 августа 1945 по 3 сентября 1945 года.

С 09.08.1945 года участвовала в Сунгарийской операции, форсировании рек Амур и Уссури, освобождении ряда городов Китая, разгроме Квантунской группировки.

14.08.1945 года 70-й стрелковый полк 3-й стрелковой дивизии в 9.30 был контратакован из района южнее Сяоуцзявопэн. Противник отступил, потеряв убитыми до 400 человек. К исходу 14 августа полк овладел [wikimapia.org/#lang=ru&lat=49.530445&lon=127.712030&z=14&m=b&show=/30410069/ru/Мост-через-реку-Суньхэ переправой через реку Суньбэлахэ] и захватил плацдарм. 18-й стрелковый полк 3-й стрелковой дивизии с 11.00 начал марш после переправы в районе Константиновки и к 20.00 овладел рубежом восточнее Сяоуцзявопэн. 8-й стрелковый полк уничтожал блокированного противника в Хомоэрцзинском узле сопротивления.

15.08.1945 года дивизия совместно с 74-й отдельной танковой бригадой и подходящими артполками (1140-м пушечным, 147-м гаубичным и 1628-м истребительно-противотанковым) весь день с боями продвигались в направлении Сяоуцзявопэн — ЯотуньЧжэнцзявопу.[4]

16.08.1945 года 3-я стрелковая дивизия и приданные ей части в течение дня вели бой по овладению Сун-у. Дивизия завершила обход и блокирование с юга главной группировки 123-й японской пехотной дивизии. 8-й стрелковый полк завершил разгром блокированных остатков гарнизона Хомоэрцзинского узла сопротивления.[5]

К 29.08.1945 года заняла район Сун-у, Бэйаня, Кэшаня, Дэдучжэня: штаб дивизии, спецчасти, 18-й стрелковый полк и 65-й артиллерийский полк — в Бэйане; 8-й стрелковый полк со 2-м дивизионом 65-го артиллерийского полка в Кэшане, Линьдане, его 1-й стрелковый батальон с 26 августа 1945 года в Цицикаре.[6]

14.09.1945 дивизия награждена орденом Красного Знамени.

3-я стрелковая Краснознамённая дивизия имени Президиума Верховного Совета Крымской АССР была расформирована в период с 2.06 по 30.08.1946 года.

Подчинение

Состав

  • 8-й стрелковый полк
  • 18-й стрелковый полк
  • 70-й стрелковый полк
  • 65-й артиллерийский Хинганский полк
  • 147-й гаубичный артиллерийский полк (до января 1942)
  • 929-й учебный батальон
  • 481-й отдельный самоходно-артиллерийский дивизион
  • 114-й отдельный истребительно-противотанковый дивизион
  • 358-я разведрота (47-й разведбат)
  • 77-й сапёрный батальон
  • 40-й отдельный батальон связи
  • 97-й медико-санитарный батальон
  • 108-я отдельная рота химической защиты
  • 799-я автотранспортная рота
  • 88-я полевая хлебопекарня
  • 39-й дивизионный ветеринарный лазарет
  • 162-я полевая почтовая станция
  • 262-я полевая касса Госбанка[7]

Командиры

Награды и почётные наименования

  • 25 мая 1925 года — присвоено почётное наименование «Крымская им. ЦИК Крымской АССР»
  • 16 июля 1940 года — присвоено почётное наименование «им. Президиума Верховного Совета Крымской АССР» (теряя название «Крымская») [9]
  • 14 сентября 1945 года — награждена орденом Красного Знамени

Отличившиеся воины дивизии

Напишите отзыв о статье "3-я стрелковая дивизия"

Примечания

  1. ЦГАСА, ф. 4, оп. 1, д. 335, л. 19.
  2. КПСС и строительство Вооружённых Сил СССР. — М., Воениздат, 1959. — с. 238.
  3. [gov.khabkrai.ru/gpw55/h1/war/fe4.htm Подвиг дальневосточников.]
  4. [www.ampravda.ru/2010/08/14/026928.html Хроника военных действий]
  5. [portamur.ru/news/detail/sovetsko-yaponskaya-voyna-16-avgusta-1945-goda-rpt-1/ Советско-японская война]
  6. [www.ampravda.ru/2010/08/21/027014.html Хроника военных действий]
  7. [rkka.ru/ihandbook.htm Справочник РККА]
  8. Сайт РККА. Энциклопедия. Репрессированные военнослужащие Красной армии. Комдивы.
  9. [www.rkka.ru/handbook/reg/3sd21.htm Справочник]

Литература

  • Краснознамённый Киевский. Очерки истории Краснознамённого Киевского военного округа (1919—1979). Издание второе, исправленное и дополненное. — Киев: издательство политической литературы Украины, 1979.
  • Военный энциклопедический словарь. — М., Воениздат, 1984. УкрВО с.763; Ю-ЗапВО с.838;

Ссылки

  • [www.rkka.ru/handbook/reg/3sd21.htm Справочник]
  • [samsv.narod.ru/Div/Sd/sd003/default.html Справочник на сайте клуба «Память» Воронежского госуниверситета]
  • [guides.rusarchives.ru/browse/guidebook.html?bid=121&sid=91911 Центральный государственный архив Советской Армии. Раздел VIII. Управления и штабы стрелковых соединений и частей. Управления стрелковых корпусов.]
  • [rkka.ru/handbook/data/uvo1931.xls. «Дислокация УВО в 1931 году»]
  • [rkka.ru/ihandbook.htm Дислокация по состоянию на 1 июля 1935 года (файл формата PDF, версия от 29.11.2011)]
  • [rkka.ru/ihandbook.htm Распределения сд по округам, данные по штатам и дислокации (1935-1941 гг.)]
  • [rkka.ru/ihandbook.htm Список присвоения высших офицерских званий Армии и Флота 1935-1941 гг.], строка 1731.
  • Сайт РККА. Энциклопедия. Репрессированные военнослужащие Красной армии. Комдивы. Борисенко Антон Николаевич.


Отрывок, характеризующий 3-я стрелковая дивизия

Лицо ее стало печально.
– Ах, графинюшка!…
И граф засуетился, доставая бумажник.
– Мне много надо, граф, мне пятьсот рублей надо.
И она, достав батистовый платок, терла им жилет мужа.
– Сейчас, сейчас. Эй, кто там? – крикнул он таким голосом, каким кричат только люди, уверенные, что те, кого они кличут, стремглав бросятся на их зов. – Послать ко мне Митеньку!
Митенька, тот дворянский сын, воспитанный у графа, который теперь заведывал всеми его делами, тихими шагами вошел в комнату.
– Вот что, мой милый, – сказал граф вошедшему почтительному молодому человеку. – Принеси ты мне… – он задумался. – Да, 700 рублей, да. Да смотри, таких рваных и грязных, как тот раз, не приноси, а хороших, для графини.
– Да, Митенька, пожалуйста, чтоб чистенькие, – сказала графиня, грустно вздыхая.
– Ваше сиятельство, когда прикажете доставить? – сказал Митенька. – Изволите знать, что… Впрочем, не извольте беспокоиться, – прибавил он, заметив, как граф уже начал тяжело и часто дышать, что всегда было признаком начинавшегося гнева. – Я было и запамятовал… Сию минуту прикажете доставить?
– Да, да, то то, принеси. Вот графине отдай.
– Экое золото у меня этот Митенька, – прибавил граф улыбаясь, когда молодой человек вышел. – Нет того, чтобы нельзя. Я же этого терпеть не могу. Всё можно.
– Ах, деньги, граф, деньги, сколько от них горя на свете! – сказала графиня. – А эти деньги мне очень нужны.
– Вы, графинюшка, мотовка известная, – проговорил граф и, поцеловав у жены руку, ушел опять в кабинет.
Когда Анна Михайловна вернулась опять от Безухого, у графини лежали уже деньги, всё новенькими бумажками, под платком на столике, и Анна Михайловна заметила, что графиня чем то растревожена.
– Ну, что, мой друг? – спросила графиня.
– Ах, в каком он ужасном положении! Его узнать нельзя, он так плох, так плох; я минутку побыла и двух слов не сказала…
– Annette, ради Бога, не откажи мне, – сказала вдруг графиня, краснея, что так странно было при ее немолодом, худом и важном лице, доставая из под платка деньги.
Анна Михайловна мгновенно поняла, в чем дело, и уж нагнулась, чтобы в должную минуту ловко обнять графиню.
– Вот Борису от меня, на шитье мундира…
Анна Михайловна уж обнимала ее и плакала. Графиня плакала тоже. Плакали они о том, что они дружны; и о том, что они добры; и о том, что они, подруги молодости, заняты таким низким предметом – деньгами; и о том, что молодость их прошла… Но слезы обеих были приятны…


Графиня Ростова с дочерьми и уже с большим числом гостей сидела в гостиной. Граф провел гостей мужчин в кабинет, предлагая им свою охотницкую коллекцию турецких трубок. Изредка он выходил и спрашивал: не приехала ли? Ждали Марью Дмитриевну Ахросимову, прозванную в обществе le terrible dragon, [страшный дракон,] даму знаменитую не богатством, не почестями, но прямотой ума и откровенною простотой обращения. Марью Дмитриевну знала царская фамилия, знала вся Москва и весь Петербург, и оба города, удивляясь ей, втихомолку посмеивались над ее грубостью, рассказывали про нее анекдоты; тем не менее все без исключения уважали и боялись ее.
В кабинете, полном дыма, шел разговор о войне, которая была объявлена манифестом, о наборе. Манифеста еще никто не читал, но все знали о его появлении. Граф сидел на отоманке между двумя курившими и разговаривавшими соседями. Граф сам не курил и не говорил, а наклоняя голову, то на один бок, то на другой, с видимым удовольствием смотрел на куривших и слушал разговор двух соседей своих, которых он стравил между собой.
Один из говоривших был штатский, с морщинистым, желчным и бритым худым лицом, человек, уже приближавшийся к старости, хотя и одетый, как самый модный молодой человек; он сидел с ногами на отоманке с видом домашнего человека и, сбоку запустив себе далеко в рот янтарь, порывисто втягивал дым и жмурился. Это был старый холостяк Шиншин, двоюродный брат графини, злой язык, как про него говорили в московских гостиных. Он, казалось, снисходил до своего собеседника. Другой, свежий, розовый, гвардейский офицер, безупречно вымытый, застегнутый и причесанный, держал янтарь у середины рта и розовыми губами слегка вытягивал дымок, выпуская его колечками из красивого рта. Это был тот поручик Берг, офицер Семеновского полка, с которым Борис ехал вместе в полк и которым Наташа дразнила Веру, старшую графиню, называя Берга ее женихом. Граф сидел между ними и внимательно слушал. Самое приятное для графа занятие, за исключением игры в бостон, которую он очень любил, было положение слушающего, особенно когда ему удавалось стравить двух говорливых собеседников.
– Ну, как же, батюшка, mon tres honorable [почтеннейший] Альфонс Карлыч, – говорил Шиншин, посмеиваясь и соединяя (в чем и состояла особенность его речи) самые народные русские выражения с изысканными французскими фразами. – Vous comptez vous faire des rentes sur l'etat, [Вы рассчитываете иметь доход с казны,] с роты доходец получать хотите?
– Нет с, Петр Николаич, я только желаю показать, что в кавалерии выгод гораздо меньше против пехоты. Вот теперь сообразите, Петр Николаич, мое положение…
Берг говорил всегда очень точно, спокойно и учтиво. Разговор его всегда касался только его одного; он всегда спокойно молчал, пока говорили о чем нибудь, не имеющем прямого к нему отношения. И молчать таким образом он мог несколько часов, не испытывая и не производя в других ни малейшего замешательства. Но как скоро разговор касался его лично, он начинал говорить пространно и с видимым удовольствием.
– Сообразите мое положение, Петр Николаич: будь я в кавалерии, я бы получал не более двухсот рублей в треть, даже и в чине поручика; а теперь я получаю двести тридцать, – говорил он с радостною, приятною улыбкой, оглядывая Шиншина и графа, как будто для него было очевидно, что его успех всегда будет составлять главную цель желаний всех остальных людей.
– Кроме того, Петр Николаич, перейдя в гвардию, я на виду, – продолжал Берг, – и вакансии в гвардейской пехоте гораздо чаще. Потом, сами сообразите, как я мог устроиться из двухсот тридцати рублей. А я откладываю и еще отцу посылаю, – продолжал он, пуская колечко.
– La balance у est… [Баланс установлен…] Немец на обухе молотит хлебец, comme dit le рroverbe, [как говорит пословица,] – перекладывая янтарь на другую сторону ртa, сказал Шиншин и подмигнул графу.
Граф расхохотался. Другие гости, видя, что Шиншин ведет разговор, подошли послушать. Берг, не замечая ни насмешки, ни равнодушия, продолжал рассказывать о том, как переводом в гвардию он уже выиграл чин перед своими товарищами по корпусу, как в военное время ротного командира могут убить, и он, оставшись старшим в роте, может очень легко быть ротным, и как в полку все любят его, и как его папенька им доволен. Берг, видимо, наслаждался, рассказывая всё это, и, казалось, не подозревал того, что у других людей могли быть тоже свои интересы. Но всё, что он рассказывал, было так мило степенно, наивность молодого эгоизма его была так очевидна, что он обезоруживал своих слушателей.
– Ну, батюшка, вы и в пехоте, и в кавалерии, везде пойдете в ход; это я вам предрекаю, – сказал Шиншин, трепля его по плечу и спуская ноги с отоманки.
Берг радостно улыбнулся. Граф, а за ним и гости вышли в гостиную.

Было то время перед званым обедом, когда собравшиеся гости не начинают длинного разговора в ожидании призыва к закуске, а вместе с тем считают необходимым шевелиться и не молчать, чтобы показать, что они нисколько не нетерпеливы сесть за стол. Хозяева поглядывают на дверь и изредка переглядываются между собой. Гости по этим взглядам стараются догадаться, кого или чего еще ждут: важного опоздавшего родственника или кушанья, которое еще не поспело.
Пьер приехал перед самым обедом и неловко сидел посредине гостиной на первом попавшемся кресле, загородив всем дорогу. Графиня хотела заставить его говорить, но он наивно смотрел в очки вокруг себя, как бы отыскивая кого то, и односложно отвечал на все вопросы графини. Он был стеснителен и один не замечал этого. Большая часть гостей, знавшая его историю с медведем, любопытно смотрели на этого большого толстого и смирного человека, недоумевая, как мог такой увалень и скромник сделать такую штуку с квартальным.
– Вы недавно приехали? – спрашивала у него графиня.
– Oui, madame, [Да, сударыня,] – отвечал он, оглядываясь.
– Вы не видали моего мужа?
– Non, madame. [Нет, сударыня.] – Он улыбнулся совсем некстати.
– Вы, кажется, недавно были в Париже? Я думаю, очень интересно.
– Очень интересно..
Графиня переглянулась с Анной Михайловной. Анна Михайловна поняла, что ее просят занять этого молодого человека, и, подсев к нему, начала говорить об отце; но так же, как и графине, он отвечал ей только односложными словами. Гости были все заняты между собой. Les Razoumovsky… ca a ete charmant… Vous etes bien bonne… La comtesse Apraksine… [Разумовские… Это было восхитительно… Вы очень добры… Графиня Апраксина…] слышалось со всех сторон. Графиня встала и пошла в залу.
– Марья Дмитриевна? – послышался ее голос из залы.
– Она самая, – послышался в ответ грубый женский голос, и вслед за тем вошла в комнату Марья Дмитриевна.
Все барышни и даже дамы, исключая самых старых, встали. Марья Дмитриевна остановилась в дверях и, с высоты своего тучного тела, высоко держа свою с седыми буклями пятидесятилетнюю голову, оглядела гостей и, как бы засучиваясь, оправила неторопливо широкие рукава своего платья. Марья Дмитриевна всегда говорила по русски.
– Имениннице дорогой с детками, – сказала она своим громким, густым, подавляющим все другие звуки голосом. – Ты что, старый греховодник, – обратилась она к графу, целовавшему ее руку, – чай, скучаешь в Москве? Собак гонять негде? Да что, батюшка, делать, вот как эти пташки подрастут… – Она указывала на девиц. – Хочешь – не хочешь, надо женихов искать.
– Ну, что, казак мой? (Марья Дмитриевна казаком называла Наташу) – говорила она, лаская рукой Наташу, подходившую к ее руке без страха и весело. – Знаю, что зелье девка, а люблю.
Она достала из огромного ридикюля яхонтовые сережки грушками и, отдав их именинно сиявшей и разрумянившейся Наташе, тотчас же отвернулась от нее и обратилась к Пьеру.