355-я стрелковая дивизия (1-го формирования)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
355-я Кировская стрелковая дивизия
Страна

СССР СССР

Тип

пехота

Командиры
Известные командиры

Ходунович Андрей Егорович

355-я стрелковая дивизия (1-го формирования) — войсковое соединение СССР в Великой Отечественной войне





История формирования

Сформирована в Кирове осенью 1941 года. Рядовой и сержантский состав полностью состоял из уроженцев Кировской области.[1]

14 января 1942 года комбриг Рыжков был назначен командиром 355-й стрелковой дивизии[2]. 19 июля 1942 года попал в немецкий плен. Его дивизия, участвовавшая в боях на территории Калининской области, из-за больших потерь была расформирована[3]. Захваченный в плен Рыжков был признан в СССР пропавшим без вести и исключён из списков вооружённых сил приказом Главного управления кадров Народного Комиссариата Обороны СССР от 21 апреля 1944 года[4].

Боевой и численный состав на момент формирования

Командный состав

Командир дивизии

Хронология

Боевые эпизоды

Северо-западнее Москвы

Задача 361-й дивизии заключалась в том, чтобы прорвать оборону противника на участке исключительно Еруново, Копыряне и, наступая в направлении деревень Глазуны и Холмец, к исходу дня овладеть районом Дворцы. Справа наступала 355-я дивизия в общем направлении на Степино, слева — 373-я дивизия — в направлении Негодяика, Анцинориха.[6]

Положение сторон в конце 1941 — начале 1942

С утра 28 декабря 1941 года части 361-й стрелковой дивизии возобновили наступление. Противник остатками 312-го пехотного полка, а также выдвинутыми в полосу дивизии подразделениями 62-го моторизованного полка и батальоном белофиннов оказывал упорное сопротивление, стремясь задержать продвижение частей дивизии.[7]

1200-й полк 361-й стрелковой дивизии, сбив противостоящие подразделения белофиннов, продвигался на юг и к утру 29 декабря 1941 года подошёл к опорному пункту Храпыня, где был остановлен организованным огнём подошедших подразделений 214-го полка 206-й пехотной дивизии. В это время на северо-западную окраину Храпыня вышли подразделения левофлангового полка 355-й дивизии. Во взаимодействии с соседом ударом во фланг и тыл полк разгромил противника в опорном пункте Храпыня, а затем и в Грешнево[8].

Напишите отзыв о статье "355-я стрелковая дивизия (1-го формирования)"

Примечания

  1. [www.moluch.ru/conf/hist/archive/54/2058/ Боевой путь 355-й Кировской стрелковой дивизии Калининского фронта (26.12.1941 — сер. июля 1942 гг.)]
  2. [samsv.narod.ru/Div/Sd/sd355/main1.html 355-я (ф. 1941) стрелковая дивизия]
  3. [www.tverlib.ru/kalinin_war/tvz-biblio-15-03-02.htm Тверичи выстояли под натиском «Тайфуна»]
  4. [www.obd-memorial.ru/Image2/filterimage?path=Z/013/P-9526-6-1156/00000090.jpg&id=79708096&id=79708096&id1=b82f390c4dd911d3a835cd38d04a4e65 Комбриг Рыжков Афанасий Николаевич в списке пленных генералов]
  5. 1 2 [samsv.narod.ru/Div/Sd/sd355/default.html 355-я стрелковая дивизия на сайте клуба «Память» Воронежского госуниверситета]
  6. Василевский А. А. 21-я гвардейская. — С. 20.
  7. Василевский, 1995, с. 23.
  8. Василевский, 1995, с. 23-24.

Ссылки

  • [samsv.narod.ru/Div/Sd/sd355/default.html Справочник на сайте клуба «Память» Воронежского госуниверситета]
  • [www.soldat.ru/files/ Боевой состав Советской Армии 1941—1945]
  • [www.soldat.ru/doc/perechen/ Перечень № 4 управлений корпусов, входивших в состав Действующей армии в годы Великой Отечественной войны 1941—1945 гг.]
  • [www.soldat.ru/kom.html Командный состав РККА и РКВМФ в 1941—1945 годах]


Отрывок, характеризующий 355-я стрелковая дивизия (1-го формирования)

По дороге к комнате сестры, в галлерее, соединявшей один дом с другим, князь Андрей встретил мило улыбавшуюся m lle Bourienne, уже в третий раз в этот день с восторженною и наивною улыбкой попадавшуюся ему в уединенных переходах.
– Ah! je vous croyais chez vous, [Ах, я думала, вы у себя,] – сказала она, почему то краснея и опуская глаза.
Князь Андрей строго посмотрел на нее. На лице князя Андрея вдруг выразилось озлобление. Он ничего не сказал ей, но посмотрел на ее лоб и волосы, не глядя в глаза, так презрительно, что француженка покраснела и ушла, ничего не сказав.
Когда он подошел к комнате сестры, княгиня уже проснулась, и ее веселый голосок, торопивший одно слово за другим, послышался из отворенной двери. Она говорила, как будто после долгого воздержания ей хотелось вознаградить потерянное время.
– Non, mais figurez vous, la vieille comtesse Zouboff avec de fausses boucles et la bouche pleine de fausses dents, comme si elle voulait defier les annees… [Нет, представьте себе, старая графиня Зубова, с фальшивыми локонами, с фальшивыми зубами, как будто издеваясь над годами…] Xa, xa, xa, Marieie!
Точно ту же фразу о графине Зубовой и тот же смех уже раз пять слышал при посторонних князь Андрей от своей жены.
Он тихо вошел в комнату. Княгиня, толстенькая, румяная, с работой в руках, сидела на кресле и без умолку говорила, перебирая петербургские воспоминания и даже фразы. Князь Андрей подошел, погладил ее по голове и спросил, отдохнула ли она от дороги. Она ответила и продолжала тот же разговор.
Коляска шестериком стояла у подъезда. На дворе была темная осенняя ночь. Кучер не видел дышла коляски. На крыльце суетились люди с фонарями. Огромный дом горел огнями сквозь свои большие окна. В передней толпились дворовые, желавшие проститься с молодым князем; в зале стояли все домашние: Михаил Иванович, m lle Bourienne, княжна Марья и княгиня.
Князь Андрей был позван в кабинет к отцу, который с глазу на глаз хотел проститься с ним. Все ждали их выхода.
Когда князь Андрей вошел в кабинет, старый князь в стариковских очках и в своем белом халате, в котором он никого не принимал, кроме сына, сидел за столом и писал. Он оглянулся.
– Едешь? – И он опять стал писать.
– Пришел проститься.
– Целуй сюда, – он показал щеку, – спасибо, спасибо!
– За что вы меня благодарите?
– За то, что не просрочиваешь, за бабью юбку не держишься. Служба прежде всего. Спасибо, спасибо! – И он продолжал писать, так что брызги летели с трещавшего пера. – Ежели нужно сказать что, говори. Эти два дела могу делать вместе, – прибавил он.
– О жене… Мне и так совестно, что я вам ее на руки оставляю…
– Что врешь? Говори, что нужно.
– Когда жене будет время родить, пошлите в Москву за акушером… Чтоб он тут был.
Старый князь остановился и, как бы не понимая, уставился строгими глазами на сына.
– Я знаю, что никто помочь не может, коли натура не поможет, – говорил князь Андрей, видимо смущенный. – Я согласен, что и из миллиона случаев один бывает несчастный, но это ее и моя фантазия. Ей наговорили, она во сне видела, и она боится.
– Гм… гм… – проговорил про себя старый князь, продолжая дописывать. – Сделаю.
Он расчеркнул подпись, вдруг быстро повернулся к сыну и засмеялся.
– Плохо дело, а?
– Что плохо, батюшка?
– Жена! – коротко и значительно сказал старый князь.
– Я не понимаю, – сказал князь Андрей.
– Да нечего делать, дружок, – сказал князь, – они все такие, не разженишься. Ты не бойся; никому не скажу; а ты сам знаешь.
Он схватил его за руку своею костлявою маленькою кистью, потряс ее, взглянул прямо в лицо сына своими быстрыми глазами, которые, как казалось, насквозь видели человека, и опять засмеялся своим холодным смехом.
Сын вздохнул, признаваясь этим вздохом в том, что отец понял его. Старик, продолжая складывать и печатать письма, с своею привычною быстротой, схватывал и бросал сургуч, печать и бумагу.
– Что делать? Красива! Я всё сделаю. Ты будь покоен, – говорил он отрывисто во время печатания.
Андрей молчал: ему и приятно и неприятно было, что отец понял его. Старик встал и подал письмо сыну.
– Слушай, – сказал он, – о жене не заботься: что возможно сделать, то будет сделано. Теперь слушай: письмо Михайлу Иларионовичу отдай. Я пишу, чтоб он тебя в хорошие места употреблял и долго адъютантом не держал: скверная должность! Скажи ты ему, что я его помню и люблю. Да напиши, как он тебя примет. Коли хорош будет, служи. Николая Андреича Болконского сын из милости служить ни у кого не будет. Ну, теперь поди сюда.
Он говорил такою скороговоркой, что не доканчивал половины слов, но сын привык понимать его. Он подвел сына к бюро, откинул крышку, выдвинул ящик и вынул исписанную его крупным, длинным и сжатым почерком тетрадь.
– Должно быть, мне прежде тебя умереть. Знай, тут мои записки, их государю передать после моей смерти. Теперь здесь – вот ломбардный билет и письмо: это премия тому, кто напишет историю суворовских войн. Переслать в академию. Здесь мои ремарки, после меня читай для себя, найдешь пользу.
Андрей не сказал отцу, что, верно, он проживет еще долго. Он понимал, что этого говорить не нужно.
– Всё исполню, батюшка, – сказал он.