387-я стрелковая дивизия

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
387-я стрелковая дивизия
Почётные наименования:

«Перекопская»

Войска:

сухопутные

Род войск:

пехота

Формирование:

август 1941

Расформирование (преобразование):

1947

Предшественник:

не имеется

Боевой путь

1941: Оборона Москвы
1942: Бои на орловском и болхоском направлениях
1942: Бои на калужском и тульском направлениях
1942-1943: Сталинградская битва
1943: Ростовская наступательная операция
1943: Донбасская наступательная операция
1944: Крымская наступательная операция
1944: Освобождение Севастополя

387-я стрелковая Перекопская дивизия — воинское соединение СССР в Великой Отечественной войне





История

Дивизия сформирована в конце августа 1941 года в г. Акмолинске из призывников Акмолинской и Карагандинской областей.

06.11.1941 года отбыла на фронт, включена в состав 61-й армии, дислоцировалась в районе Ряжск, Раненбург, Мичуринск.

Первый бой приняла 27.12.1941 года под селом Троицкое Ульяновского района Орловской области в ходе частной наступательных операций на болховском и орловском направлениях. В ходе операции в частности 20.01.1942 года заняла Кирейково и Ногая, 30.01.1942 завязала ожесточённый бой за Вязовую, Мал. Чернь.

В течение 1942 года вела оборонительные и наступательные бои южнее и юго-западнее Белева, прикрывая калужское и тульское направления.

В ходе операции в районе Жиздры летом 1942 года попала в окружения, фактически была разгромлена. На момент выхода из окружения 15.08.1942 года в дивизии насчитывалось всего 800 человек, а из боевой техники — три станковых пулемёта. Остальную технику пришлось оставить. Остатки дивизии были отведены в Пензенскую область, где дивизия была пополнена новым личным составом.

В декабре 1942 года дивизия была переброшена к Сталинграду, где совершив тяжёлый форсированный марш, пройдя от мест выгрузки до районов сосредоточения 200—280 километров, вышла к 19.12.1942 года на рубеж реки Мышкова, где приняла участие в отражении удара немецких войск, совершаемого с целью деблокады окружённой группировки, а 24.12.1942 года перешла в наступление.

В ходе Ростовской наступательной операции 13.02.1943 года приняла участие в освобождении Новочеркасска, дошла до рубежа реки Миус, где до августа 1943 года находилась в обороне.

С августа 1943 года принимает участие в Донбасской стратегической наступательной операции.

В сентябре 1943 года выведена в резерв, затем включена в состав 51-й армии. В её составе с 10.04.1944 года участвовала в Крымской наступательной операции, штурмуя Перекоп. Важную роль в наступлении армии сыграл десант усиленного стрелкового батальона 1271-го полка дивизии, высаженный в 5 часов 20 минут 10.04.1944 в районе 3 километров юго-западнее Кураевки. Этому десанту была поставлена задача форсировать Перекопский залив и не позднее 6 часов 10 апреля овладеть Карт-Казак № 1. Действия десанта были весьма энергичны, после высадки на берег он быстро овладел Карт-Казак № 1 и вынудил противника очистить Кураевку, что во многом способствовало успешному наступлению.

07-09.05.1944 года участвует в штурме Севастополя. По окончании боевых действий в Крыму находится на охране побережья в Крыму вплоть до апреля 1945 года.

Состав

  • 1271-й стрелковый полк
  • 1273-й стрелковый полк
  • 1275-й стрелковый полк
  • 949-й артиллерийский полк
  • 276-й отдельный истребительно-противотанковый дивизион
  • 448-я отдельная разведывательная рота
  • 666-й сапёрный батальон
  • 837-й отдельный батальон связи
  • 471-й медико-санитарный батальон
  • 464-я отдельная рота химической защиты
  • 501-я автотранспортная рота
  • 253-я полевая хлебопекарня
  • 809-й дивизионный ветеринарный лазарет
  • 1418-я полевая почтовая станция
  • 757-я полевая касса Госбанка

Подчинение

Дата Фронт (округ) Армия Корпус (группа) Примечания
01.10.1941 года Среднеазиатский военный округ
01.11.1941 года Среднеазиатский военный округ
01.12.1941 года Резерв Ставки ВГК 61-я армия
01.01.1942 года Брянский фронт 61-я армия
01.02.1942 года Западный фронт 61-я армия
01.03.1942 года Западный фронт 61-я армия
01.04.1942 года Западный фронт 61-я армия
01.05.1942 года Брянский фронт 61-я армия
01.06.1942 года Брянский фронт 61-я армия
01.07.1942 года Западный фронт 61-я армия
01.08.1942 года Западный фронт 61-я армия
01.09.1942 года Западный фронт
01.10.1942 года Резерв Ставки ВГК 1-я резервная армия
01.11.1942 года Резерв Ставки ВГК 1-я резервная армия 13-й гвардейский стрелковый корпус
01.12.1942 года Сталинградский фронт 2-я гвардейская армия 13-й гвардейский стрелковый корпус
01.01.1943 года Южный фронт 2-я гвардейская армия 13-й гвардейский стрелковый корпус
01.02.1943 года Южный фронт 2-я гвардейская армия 13-й гвардейский стрелковый корпус
01.03.1943 года Южный фронт 2-я гвардейская армия 13-й гвардейский стрелковый корпус
01.04.1943 года Южный фронт 2-я гвардейская армия 13-й гвардейский стрелковый корпус
01.05.1943 года Южный фронт 28-я армия
01.06.1943 года Южный фронт 44-я армия 37-й стрелковый корпус
01.07.1943 года Южный фронт 44-я армия 37-й стрелковый корпус
01.08.1943 года Южный фронт 28-я армия
01.09.1943 года Южный фронт 5-я ударная армия
01.10.1943 года Резерв Ставки ВГК 58-я армия 94-й стрелковый корпус
01.11.1943 года 4-й Украинский фронт 51-я армия 55-й стрелковый корпус
01.12.1943 года 4-й Украинский фронт 51-я армия 55-й стрелковый корпус
01.01.1944 года 4-й Украинский фронт 51-я армия 55-й стрелковый корпус
01.02.1944 года 4-й Украинский фронт 51-я армия 55-й стрелковый корпус
01.03.1944 года 4-й Украинский фронт 2-я гвардейская армия 55-й стрелковый корпус
01.04.1944 года 4-й Украинский фронт 2-я гвардейская армия 54-й стрелковый корпус
01.05.1944 года 4-й Украинский фронт 2-я гвардейская армия 54-й стрелковый корпус
01.06.1944 года - Приморская армия 55-й стрелковый корпус
01.07.1944 года - Приморская армия 55-й стрелковый корпус
01.08.1944 года - Приморская армия 55-й стрелковый корпус
01.09.1944 года - Приморская армия 55-й стрелковый корпус
01.10.1944 года - Приморская армия 55-й стрелковый корпус
01.11.1944 года - Приморская армия -
01.12.1944 года - Приморская армия -
01.01.1945 года - Приморская армия -
01.02.1945 года - Приморская армия -
01.03.1945 года - Приморская армия -
01.04.1945 года 2-й Украинский фронт
01.05.1945 года 2-й Украинский фронт

Командиры

Награды

  •  ??.??. 1944 — присвоено почётное наименование «Перекопская»

Воины дивизии

Известные люди, связанные с дивизией

Напишите отзыв о статье "387-я стрелковая дивизия"

Ссылки

  • [samsv.narod.ru/Div/Sd/sd387/default.html Справочник на сайте клуба «Память» Воронежского госуниверситета]

Литература

  • Перекопская стрелковая (боевой путь 387-й стрелковой дивизии). — Алма-Ата, 1989. — 120 стр. (в соавторстве).


Отрывок, характеризующий 387-я стрелковая дивизия

Когда Николушку уводили, княжна Марья подошла еще раз к брату, поцеловала его и, не в силах удерживаться более, заплакала.
Он пристально посмотрел на нее.
– Ты об Николушке? – сказал он.
Княжна Марья, плача, утвердительно нагнула голову.
– Мари, ты знаешь Еван… – но он вдруг замолчал.
– Что ты говоришь?
– Ничего. Не надо плакать здесь, – сказал он, тем же холодным взглядом глядя на нее.

Когда княжна Марья заплакала, он понял, что она плакала о том, что Николушка останется без отца. С большим усилием над собой он постарался вернуться назад в жизнь и перенесся на их точку зрения.
«Да, им это должно казаться жалко! – подумал он. – А как это просто!»
«Птицы небесные ни сеют, ни жнут, но отец ваш питает их», – сказал он сам себе и хотел то же сказать княжне. «Но нет, они поймут это по своему, они не поймут! Этого они не могут понимать, что все эти чувства, которыми они дорожат, все наши, все эти мысли, которые кажутся нам так важны, что они – не нужны. Мы не можем понимать друг друга». – И он замолчал.

Маленькому сыну князя Андрея было семь лет. Он едва умел читать, он ничего не знал. Он многое пережил после этого дня, приобретая знания, наблюдательность, опытность; но ежели бы он владел тогда всеми этими после приобретенными способностями, он не мог бы лучше, глубже понять все значение той сцены, которую он видел между отцом, княжной Марьей и Наташей, чем он ее понял теперь. Он все понял и, не плача, вышел из комнаты, молча подошел к Наташе, вышедшей за ним, застенчиво взглянул на нее задумчивыми прекрасными глазами; приподнятая румяная верхняя губа его дрогнула, он прислонился к ней головой и заплакал.
С этого дня он избегал Десаля, избегал ласкавшую его графиню и либо сидел один, либо робко подходил к княжне Марье и к Наташе, которую он, казалось, полюбил еще больше своей тетки, и тихо и застенчиво ласкался к ним.
Княжна Марья, выйдя от князя Андрея, поняла вполне все то, что сказало ей лицо Наташи. Она не говорила больше с Наташей о надежде на спасение его жизни. Она чередовалась с нею у его дивана и не плакала больше, но беспрестанно молилась, обращаясь душою к тому вечному, непостижимому, которого присутствие так ощутительно было теперь над умиравшим человеком.


Князь Андрей не только знал, что он умрет, но он чувствовал, что он умирает, что он уже умер наполовину. Он испытывал сознание отчужденности от всего земного и радостной и странной легкости бытия. Он, не торопясь и не тревожась, ожидал того, что предстояло ему. То грозное, вечное, неведомое и далекое, присутствие которого он не переставал ощущать в продолжение всей своей жизни, теперь для него было близкое и – по той странной легкости бытия, которую он испытывал, – почти понятное и ощущаемое.
Прежде он боялся конца. Он два раза испытал это страшное мучительное чувство страха смерти, конца, и теперь уже не понимал его.
Первый раз он испытал это чувство тогда, когда граната волчком вертелась перед ним и он смотрел на жнивье, на кусты, на небо и знал, что перед ним была смерть. Когда он очнулся после раны и в душе его, мгновенно, как бы освобожденный от удерживавшего его гнета жизни, распустился этот цветок любви, вечной, свободной, не зависящей от этой жизни, он уже не боялся смерти и не думал о ней.
Чем больше он, в те часы страдальческого уединения и полубреда, которые он провел после своей раны, вдумывался в новое, открытое ему начало вечной любви, тем более он, сам не чувствуя того, отрекался от земной жизни. Всё, всех любить, всегда жертвовать собой для любви, значило никого не любить, значило не жить этою земною жизнию. И чем больше он проникался этим началом любви, тем больше он отрекался от жизни и тем совершеннее уничтожал ту страшную преграду, которая без любви стоит между жизнью и смертью. Когда он, это первое время, вспоминал о том, что ему надо было умереть, он говорил себе: ну что ж, тем лучше.
Но после той ночи в Мытищах, когда в полубреду перед ним явилась та, которую он желал, и когда он, прижав к своим губам ее руку, заплакал тихими, радостными слезами, любовь к одной женщине незаметно закралась в его сердце и опять привязала его к жизни. И радостные и тревожные мысли стали приходить ему. Вспоминая ту минуту на перевязочном пункте, когда он увидал Курагина, он теперь не мог возвратиться к тому чувству: его мучил вопрос о том, жив ли он? И он не смел спросить этого.

Болезнь его шла своим физическим порядком, но то, что Наташа называла: это сделалось с ним, случилось с ним два дня перед приездом княжны Марьи. Это была та последняя нравственная борьба между жизнью и смертью, в которой смерть одержала победу. Это было неожиданное сознание того, что он еще дорожил жизнью, представлявшейся ему в любви к Наташе, и последний, покоренный припадок ужаса перед неведомым.
Это было вечером. Он был, как обыкновенно после обеда, в легком лихорадочном состоянии, и мысли его были чрезвычайно ясны. Соня сидела у стола. Он задремал. Вдруг ощущение счастья охватило его.
«А, это она вошла!» – подумал он.
Действительно, на месте Сони сидела только что неслышными шагами вошедшая Наташа.
С тех пор как она стала ходить за ним, он всегда испытывал это физическое ощущение ее близости. Она сидела на кресле, боком к нему, заслоняя собой от него свет свечи, и вязала чулок. (Она выучилась вязать чулки с тех пор, как раз князь Андрей сказал ей, что никто так не умеет ходить за больными, как старые няни, которые вяжут чулки, и что в вязании чулка есть что то успокоительное.) Тонкие пальцы ее быстро перебирали изредка сталкивающиеся спицы, и задумчивый профиль ее опущенного лица был ясно виден ему. Она сделала движенье – клубок скатился с ее колен. Она вздрогнула, оглянулась на него и, заслоняя свечу рукой, осторожным, гибким и точным движением изогнулась, подняла клубок и села в прежнее положение.
Он смотрел на нее, не шевелясь, и видел, что ей нужно было после своего движения вздохнуть во всю грудь, но она не решалась этого сделать и осторожно переводила дыханье.
В Троицкой лавре они говорили о прошедшем, и он сказал ей, что, ежели бы он был жив, он бы благодарил вечно бога за свою рану, которая свела его опять с нею; но с тех пор они никогда не говорили о будущем.
«Могло или не могло это быть? – думал он теперь, глядя на нее и прислушиваясь к легкому стальному звуку спиц. – Неужели только затем так странно свела меня с нею судьба, чтобы мне умереть?.. Неужели мне открылась истина жизни только для того, чтобы я жил во лжи? Я люблю ее больше всего в мире. Но что же делать мне, ежели я люблю ее?» – сказал он, и он вдруг невольно застонал, по привычке, которую он приобрел во время своих страданий.
Услыхав этот звук, Наташа положила чулок, перегнулась ближе к нему и вдруг, заметив его светящиеся глаза, подошла к нему легким шагом и нагнулась.
– Вы не спите?
– Нет, я давно смотрю на вас; я почувствовал, когда вы вошли. Никто, как вы, но дает мне той мягкой тишины… того света. Мне так и хочется плакать от радости.
Наташа ближе придвинулась к нему. Лицо ее сияло восторженною радостью.
– Наташа, я слишком люблю вас. Больше всего на свете.
– А я? – Она отвернулась на мгновение. – Отчего же слишком? – сказала она.
– Отчего слишком?.. Ну, как вы думаете, как вы чувствуете по душе, по всей душе, буду я жив? Как вам кажется?
– Я уверена, я уверена! – почти вскрикнула Наташа, страстным движением взяв его за обе руки.
Он помолчал.
– Как бы хорошо! – И, взяв ее руку, он поцеловал ее.
Наташа была счастлива и взволнована; и тотчас же она вспомнила, что этого нельзя, что ему нужно спокойствие.
– Однако вы не спали, – сказала она, подавляя свою радость. – Постарайтесь заснуть… пожалуйста.
Он выпустил, пожав ее, ее руку, она перешла к свече и опять села в прежнее положение. Два раза она оглянулась на него, глаза его светились ей навстречу. Она задала себе урок на чулке и сказала себе, что до тех пор она не оглянется, пока не кончит его.
Действительно, скоро после этого он закрыл глаза и заснул. Он спал недолго и вдруг в холодном поту тревожно проснулся.
Засыпая, он думал все о том же, о чем он думал все ото время, – о жизни и смерти. И больше о смерти. Он чувствовал себя ближе к ней.
«Любовь? Что такое любовь? – думал он. – Любовь мешает смерти. Любовь есть жизнь. Все, все, что я понимаю, я понимаю только потому, что люблю. Все есть, все существует только потому, что я люблю. Все связано одною ею. Любовь есть бог, и умереть – значит мне, частице любви, вернуться к общему и вечному источнику». Мысли эти показались ему утешительны. Но это были только мысли. Чего то недоставало в них, что то было односторонне личное, умственное – не было очевидности. И было то же беспокойство и неясность. Он заснул.
Он видел во сне, что он лежит в той же комнате, в которой он лежал в действительности, но что он не ранен, а здоров. Много разных лиц, ничтожных, равнодушных, являются перед князем Андреем. Он говорит с ними, спорит о чем то ненужном. Они сбираются ехать куда то. Князь Андрей смутно припоминает, что все это ничтожно и что у него есть другие, важнейшие заботы, но продолжает говорить, удивляя их, какие то пустые, остроумные слова. Понемногу, незаметно все эти лица начинают исчезать, и все заменяется одним вопросом о затворенной двери. Он встает и идет к двери, чтобы задвинуть задвижку и запереть ее. Оттого, что он успеет или не успеет запереть ее, зависит все. Он идет, спешит, ноги его не двигаются, и он знает, что не успеет запереть дверь, но все таки болезненно напрягает все свои силы. И мучительный страх охватывает его. И этот страх есть страх смерти: за дверью стоит оно. Но в то же время как он бессильно неловко подползает к двери, это что то ужасное, с другой стороны уже, надавливая, ломится в нее. Что то не человеческое – смерть – ломится в дверь, и надо удержать ее. Он ухватывается за дверь, напрягает последние усилия – запереть уже нельзя – хоть удержать ее; но силы его слабы, неловки, и, надавливаемая ужасным, дверь отворяется и опять затворяется.