411-я стрелковая дивизия

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
411-я стрелковая дивизия
Войска:

сухопутные

Род войск:

пехота

Формирование:

1941 год

Расформирование (преобразование):

1942 год

Боевой путь

Восточная Украина

411-я стрелковая дивизия (411 сд) — воинское соединение СССР, принимавшее участие в Великой Отечественной войне.
Боевой период — со 2 октября 1941 года по 30 июня 1942 года.





История

411 сд была сформирована летом 1941 года в Харькове. 18 августа ГКО СССР издал постановление, разрешавшее НКО призвать в ряды Красной Армии 40 тысяч шахтёров Донбасса, которые направлялись в первую очередь на укомплектование нескольких дивизий, в том числе и 411 сд[1].

30 сентября Ставка приказала командующему Харьковскому военному округу передать 411 сд в распоряжение формирующейся 10-й резервной армии, сосредоточив её к вечеру 2 октября в 15 км от Змиева в районе Андреевки[2].

7 октября в связи с прорывом немцами фронта на западном направлении формирование 10-й армии было прекращено, а поступившие в её подчинение войска были переданы для усиления армий Южного фронта. 411 сд вместе с 393-й стрелковой и 49-й кавалерийской дивизиями оставили в составе армии для организации обороны в местах их расположений. Однако уже 12 октября они были переданы в подчинение Юго-Западному фронту[3].

В ночь на 14 января 1942 года дивизия внезапным налётом овладела Залиманом и лесом в 2 км от этого населённого пункта, создав тем самым плацдарм на западном берегу Северского Донца.

18 января 1942 года она в составе 6-й армии приняла участие в Барвенково-Лозовской операции. В первые часы боя дивизия, несмотря на авианалёты, смогла занять населённый пункт Мосаров Байрак. 19 января, действуя совместно с 7-й танковой бригадой, она продолжила наступление в направлении на Чепель. К 14 часам её части овладели пунктами Галинова, Иванчуковка, Ветровка и заняли восточную окраину Чепеля. Оборона противника на этом направлении была прорвана. В течение последующих дней дивизия овладела селениями Копанки и Волвенково, а передовые части ворвались в Лозовеньку. Занятие этого рубежа позволило ей двумя полками повести наступление на Петровский и Шевелёвку во фланг и тыл частям противника и 22 января захватить их[4].

Пока продолжались бои за Балаклею, передовые отряды 411-й и 393-й стрелковых дивизий вышли на рубеж р. Орель[5].

В феврале 6-я армия стремилась развить наступление на Красноград. Выполнение этой задачи было возложено на находившийся в её оперативном подчинении 6-й кавалерийский корпус, усиленный частями 411-й стрелковой дивизии. Однако немцы перебросили на красноградское направление значительное количество войск, и попытки наступления, предпринимавшиеся с 4 по 7 февраля, успеха не имели[6].

12 мая советское командование начало Харьковскую наступательную операцию. На участке прорыва было сосредоточено несколько стрелковых дивизий и приданные им танковые бригады. 441 сд наступала в первом эшелоне из района Алексеевское — Радомысловка. Ей сопутствовал успех, так как она имела небольшой участок прорыва, который был насыщен значительными артиллерийскими и танковыми средствами. В первой половине дня она вместе с 266 сд взломала оборону немцев и к исходу дня вышла к берегу р. Орелька.

Утром 13 мая обе дивизии сломили сопротивление противника на восточном берегу Ореля и заняли к исходу дня плацдарм на правом берегу реки. 15 мая 411 сд с большим напряжением сил достигла реки Берестовая в районе с. Охочее[7]. Здесь немцам удалось остановить продвижение дивизии.

17 мая немцы нанесли удар в тыл наступающим частям, и к 23 мая значительные силы 6-й и 57-й армий оказались в котле. В ходе ликвидации котла 411 сд была уничтожена.

Состав

  • 678-й стрелковый полк
  • 686-й стрелковый полк
  • 689-й стрелковый полк
  • 965-й артиллерийский полк
  • 68-й отдельный истребительно-противотанковый дивизион
  • 421-я зенитная артиллерийская батарея (689-й отдельный зенитный артиллерийский дивизион)
  • 546-й минометный дивизион
  • 464-я разведывательная рота
  • 683-й саперный батальон
  • 853-й отдельный батальон связи
  • 487-й медико-санитарный батальон
  • 480-я отдельная рота химзащиты
  • 303-я автотранспортная рота
  • 318-й полевой автохлебозавод
  • 830-й (712-й) дивизионный ветеринарный лазарет
  • 1413-я полевая почтовая станция
  • 760-я полевая касса Госбанка

Подчинение

На дату Фронт (округ) Армия Корпус Группа
01.09.1941 Харьковский военный округ - - -
01.10.1941 Южный фронт 10-я армия - -
01.11.1941 Юго-Западный фронт 6-я армия - -
01.12.1941 Юго-Западный фронт 6-я армия - -
01.01.1942 Юго-Западный фронт 6-я армия - -
01.02.1942 Юго-Западный фронт 6-я армия - -
01.03.1942 Юго-Западный фронт 6-я армия - -
01.04.1942 Юго-Западный фронт 6-я армия - -
01.05.1942 Юго-Западный фронт 6-я армия - -
01.06.1942 Юго-Западный фронт 6-я армия - -

Командиры

Напишите отзыв о статье "411-я стрелковая дивизия"

Примечания

  1. [ru.wikisource.org/wiki/Постановление_ГКО_%E2%84%96_506с_от_18.08.41 Государственный Комитет Обороны Постановление № ГКО-506сс от 18.08.41]
  2. [www.istmira.com/knigi-vtoraya-mirovaya-vojna/11/11/page/61/Russkiy-arhiv-Velikaya-Otechestvenna-tom-23-12-1.html Приказ Ставки командующему войсками ХВО о переподчинении стрелковых дивизий от 30.09.1941]
  3. [bspu.unibel.by/pages/years/docs/docs_03/doc_01.swf Директива Ставки ВГК № 002882]
  4. [militera.lib.ru/memo/russian/grechko_aa2/04.html Гречко А. А. Годы войны. — М.: Воениздат, 1976.]
  5. [militera.lib.ru/memo/russian/moskalenko-1/04.html Москаленко К. С. На Юго-Западном направлении. Воспоминания командарма. Книга I. — М.: Наука, 1969.]
  6. [militera.lib.ru/memo/russian/grechko_aa2/06.html Гречко А. А. Годы войны. — М.: Воениздат, 1976.]
  7. [www.telenir.net/istorija/krupneishie_tankovye_srazhenija_vtoroi_mirovoi_voiny_analiticheskii_obzor/p2.php Сражение под Харьковом. Рождение танковых корпусов (12-28 мая 1942 года)]

Ссылки

  • [www.armchairgeneral.com/rkkaww2/maps/1942SW/Kharkov/SWF_S_May12_16_42.jpg Карта начального этапа Харьковской операции.]
  • [war-kharkov.com/maps/5-1942/detail/14-maj-1942-g Карта заключительного этапа Харьковской операции.]


Отрывок, характеризующий 411-я стрелковая дивизия


В 12 м и 13 м годах Кутузова прямо обвиняли за ошибки. Государь был недоволен им. И в истории, написанной недавно по высочайшему повелению, сказано, что Кутузов был хитрый придворный лжец, боявшийся имени Наполеона и своими ошибками под Красным и под Березиной лишивший русские войска славы – полной победы над французами. [История 1812 года Богдановича: характеристика Кутузова и рассуждение о неудовлетворительности результатов Красненских сражений. (Примеч. Л.Н. Толстого.) ]
Такова судьба не великих людей, не grand homme, которых не признает русский ум, а судьба тех редких, всегда одиноких людей, которые, постигая волю провидения, подчиняют ей свою личную волю. Ненависть и презрение толпы наказывают этих людей за прозрение высших законов.
Для русских историков – странно и страшно сказать – Наполеон – это ничтожнейшее орудие истории – никогда и нигде, даже в изгнании, не выказавший человеческого достоинства, – Наполеон есть предмет восхищения и восторга; он grand. Кутузов же, тот человек, который от начала и до конца своей деятельности в 1812 году, от Бородина и до Вильны, ни разу ни одним действием, ни словом не изменяя себе, являет необычайный s истории пример самоотвержения и сознания в настоящем будущего значения события, – Кутузов представляется им чем то неопределенным и жалким, и, говоря о Кутузове и 12 м годе, им всегда как будто немножко стыдно.
А между тем трудно себе представить историческое лицо, деятельность которого так неизменно постоянно была бы направлена к одной и той же цели. Трудно вообразить себе цель, более достойную и более совпадающую с волею всего народа. Еще труднее найти другой пример в истории, где бы цель, которую поставило себе историческое лицо, была бы так совершенно достигнута, как та цель, к достижению которой была направлена вся деятельность Кутузова в 1812 году.
Кутузов никогда не говорил о сорока веках, которые смотрят с пирамид, о жертвах, которые он приносит отечеству, о том, что он намерен совершить или совершил: он вообще ничего не говорил о себе, не играл никакой роли, казался всегда самым простым и обыкновенным человеком и говорил самые простые и обыкновенные вещи. Он писал письма своим дочерям и m me Stael, читал романы, любил общество красивых женщин, шутил с генералами, офицерами и солдатами и никогда не противоречил тем людям, которые хотели ему что нибудь доказывать. Когда граф Растопчин на Яузском мосту подскакал к Кутузову с личными упреками о том, кто виноват в погибели Москвы, и сказал: «Как же вы обещали не оставлять Москвы, не дав сраженья?» – Кутузов отвечал: «Я и не оставлю Москвы без сражения», несмотря на то, что Москва была уже оставлена. Когда приехавший к нему от государя Аракчеев сказал, что надо бы Ермолова назначить начальником артиллерии, Кутузов отвечал: «Да, я и сам только что говорил это», – хотя он за минуту говорил совсем другое. Какое дело было ему, одному понимавшему тогда весь громадный смысл события, среди бестолковой толпы, окружавшей его, какое ему дело было до того, к себе или к нему отнесет граф Растопчин бедствие столицы? Еще менее могло занимать его то, кого назначат начальником артиллерии.
Не только в этих случаях, но беспрестанно этот старый человек дошедший опытом жизни до убеждения в том, что мысли и слова, служащие им выражением, не суть двигатели людей, говорил слова совершенно бессмысленные – первые, которые ему приходили в голову.
Но этот самый человек, так пренебрегавший своими словами, ни разу во всю свою деятельность не сказал ни одного слова, которое было бы не согласно с той единственной целью, к достижению которой он шел во время всей войны. Очевидно, невольно, с тяжелой уверенностью, что не поймут его, он неоднократно в самых разнообразных обстоятельствах высказывал свою мысль. Начиная от Бородинского сражения, с которого начался его разлад с окружающими, он один говорил, что Бородинское сражение есть победа, и повторял это и изустно, и в рапортах, и донесениях до самой своей смерти. Он один сказал, что потеря Москвы не есть потеря России. Он в ответ Лористону на предложение о мире отвечал, что мира не может быть, потому что такова воля народа; он один во время отступления французов говорил, что все наши маневры не нужны, что все сделается само собой лучше, чем мы того желаем, что неприятелю надо дать золотой мост, что ни Тарутинское, ни Вяземское, ни Красненское сражения не нужны, что с чем нибудь надо прийти на границу, что за десять французов он не отдаст одного русского.
И он один, этот придворный человек, как нам изображают его, человек, который лжет Аракчееву с целью угодить государю, – он один, этот придворный человек, в Вильне, тем заслуживая немилость государя, говорит, что дальнейшая война за границей вредна и бесполезна.
Но одни слова не доказали бы, что он тогда понимал значение события. Действия его – все без малейшего отступления, все были направлены к одной и той же цели, выражающейся в трех действиях: 1) напрячь все свои силы для столкновения с французами, 2) победить их и 3) изгнать из России, облегчая, насколько возможно, бедствия народа и войска.
Он, тот медлитель Кутузов, которого девиз есть терпение и время, враг решительных действий, он дает Бородинское сражение, облекая приготовления к нему в беспримерную торжественность. Он, тот Кутузов, который в Аустерлицком сражении, прежде начала его, говорит, что оно будет проиграно, в Бородине, несмотря на уверения генералов о том, что сражение проиграно, несмотря на неслыханный в истории пример того, что после выигранного сражения войско должно отступать, он один, в противность всем, до самой смерти утверждает, что Бородинское сражение – победа. Он один во все время отступления настаивает на том, чтобы не давать сражений, которые теперь бесполезны, не начинать новой войны и не переходить границ России.
Теперь понять значение события, если только не прилагать к деятельности масс целей, которые были в голове десятка людей, легко, так как все событие с его последствиями лежит перед нами.
Но каким образом тогда этот старый человек, один, в противность мнения всех, мог угадать, так верно угадал тогда значение народного смысла события, что ни разу во всю свою деятельность не изменил ему?
Источник этой необычайной силы прозрения в смысл совершающихся явлений лежал в том народном чувстве, которое он носил в себе во всей чистоте и силе его.
Только признание в нем этого чувства заставило народ такими странными путями из в немилости находящегося старика выбрать его против воли царя в представители народной войны. И только это чувство поставило его на ту высшую человеческую высоту, с которой он, главнокомандующий, направлял все свои силы не на то, чтоб убивать и истреблять людей, а на то, чтобы спасать и жалеть их.