5-я ударная армия

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
5-я ударная армия
5 УА (5 УдА)

Эмблема ВС
Годы существования

9 декабря 1942 года — декабрь 1946 года

Страна

СССР

Входит в

РККА, Вооружённых Сил СССР

Тип

ударная армия

Дислокация

Сталинградского, Юго-Западного, Южного, 4-го Украинского, 3-го Украинского, 1-го Белорусского фронтов, ГСОВГ, ГСВГ.

Участие в

Великой Отечественной войне

Командиры
Известные командиры

Командующие войсками, См. список.

5-я ударная армия — оперативное формирование (объединение, армия) РККА в составе ВС СССР в годы Великой Отечественной войны.

Образована 9 декабря 1942 года приказом Ставки Верховного Главнокомандования преобразованием 10-й резервной армии.





История

Сформирована 9 декабря 1942 года на основании директивы Ставки ВГК № 170699 от 8 декабря 1942 года в резерве ВГК на базе 10-й резервной армии. Первоначально в неё входили 87-я, 300-я и 315-я стрелковые дивизии, 4-й механизированный (2-го формирования) и 7-й танковый корпуса, ряд артиллерийских и других частей.

В составе Сталинградского фронта 2-го формирования, с 26 декабря 1942 года Юго-Западного фронта участвовала в разгроме тормосинской группировки противника.

В составе Южного фронта 2-го формирования (с 3 января 1943 года), 4-го Украинского фронта принимала участие в Ростовской наступательной операции, принимала участие в попытке прорыва сильноукрепленного оборонительного рубежа на реке Миус в ходе Миусской операции, участвовала в Донбасской стратегической и Мелитопольской наступательных операциях.

В 1944 года в составе 3-го Украинского фронта (с 29 февраля) армия участвовала в освобождении Правобережной Украины и в Ясско-Кишинёвской стратегической операции.

В начале сентября выведена в резерв Ставки ВГК, передислоцирована в район Ковеля и 30 октября включена в состав 1-го Белорусского фронта 2-го формирования.

В 1945 года участвовала в Варшавско-Познанской и Берлинской стратегической наступательных операциях.

«Прорвать оборону противника на участке: отм. 9,3 (2 км сев. Цехин), Гольцов и, развивая удар в общем направлении Цехин, Ной-Харденберг, Грунов, Везенталь, Блюмберг, Бланкенбург, Тегель, овладеть рубежами:

а) В первый день операции — искл. Альт-Фридлянд, Ной-Харденберг, искл. Альт-Розенталь;
б) Во второй день операции — искл. Претцель, Рульсдорф;
в) В третий день операции — искл. Люме, Куммензее, Альт-Ландсберг.

В дальнейшем овладеть северо-восточной и северной частью г. Берлина и на шестой день операции выйти на восточный берег оз. Хавельзее»

— Директива Г. К. Жукова КВ 5 УА.

[1]

В составе Сталинградского, Юго-Западного, Южного, 4-го Украинского, 3-го Украинского, 1-го Белорусского фронтов участвовала в Сталинградской битве, Ростовской операции, освобождении Левобережной и Правобережной Украины, Ясско-Кишинёвской, Висло-Одерской и Берлинской стратегической наступательных операциях.

Вошла в состав ГСОВГ. Сводный полк 248-й стрелковой дивизии ударной армии, штурмовавшей Берлин, принимал участие в Параде Победы союзнических войск СССР, США, Великобритании и Франции под руководством Маршала Советского Союза Г. К. Жукова во Второй Мировой войне, состоявшемся 7 сентября 1945 года в Берлине, у Бранденбургских ворот.[2]

Расформирована в декабре 1946 года.

Состав

1942 год

На момент создания в состав армии входили:

1945 год

В составе

В составе:

  • РВГК
  • Сталинградского фронта
  • Юго-Западного фронта
  • Южного фронта
  • 4-го Украинского фронта
  • 3-го Украинского фронта
  • 1-го Белорусского фронта
  • ГСОВГ

Командование

Командующий

Член Военного совета

  • полковник, с марта 1943 года генерал-майор И. Б. Булатов (декабрь 1942 года — октябрь 1944 года);
  • генерал-лейтенант Ф. Е. Боков (октябрь 1944 года — до конца войны).

Начальник штаба

  • полковник В. Ф. Богданович (декабрь 1942 года);
  • генерал-майор А. К. Кондратьев (декабрь 1942 года — август 1943 года);
  • полковник А. П. Пенчевский (август 1942 года — февраль 1944 года);
  • генерал-майор И. И. Варфоломеев (февраль-июнь 1944 года);
  • полковник, с сентября 1944 года генерал-майор А. М. Кущев (июнь 1944 года — до конца войны).

Командующий артиллерией

См. также

Напишите отзыв о статье "5-я ударная армия"

Примечания

  1. А. В. Исаев, Берлин 45-го: Сражения в логове зверя. Части 4 — 5
  2. [svpressa.ru/society/article/47411/ Забытый парад]. Проверено 24 марта 2013. [www.webcitation.org/6FdFbswC4 Архивировано из первоисточника 4 апреля 2013].
  3. [bdsa.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=2779&Itemid=28 5-я ударная армия]

Литература

  • Боевой состав Советской Армии. Часть II. (Январь — декабрь 1942). — М., 1966.
  • Боевой состав Советской Армии. Часть III. (Январь — декабрь 1943). — М., 1972.
  • Военный энциклопедический словарь. — М.: Воениздат, 1984. — 863 с.
  • Великая Отечественная война 1941—1945: Словарь-справочник. — М.: Политиздат, 1988.
  • Боевой состав Советской Армии. Часть IV. (Январь — декабрь 1944). — М., 1988.
  • Боевой состав Советской Армии. Часть V. (Январь — сентябрь 1945). — М., 1990.
  • Великая Отечественная война 1941—1945 гг.: Действующая армия. — М.: Animi Fortitudo, Кучково поле, 2005. — ISBN 5-86090-114-3
  • В. О. Дайнес. Советские ударные армии в бою. — М.: Яуза, Эксмо, 2009. — ISBN 978-5-699-31536-9
  • А. В. Исаев. Берлин 45-го: Сражения в логове зверя. Ч. 4—5. — М.: Яуза, Эксмо, 2007. — ISBN 978-5-699-20927-9

Ссылки

В Викитеке есть тексты по теме
5-я ударная армия
  • [victory.mil.ru 60 лет Великой Победе.]
  • [www.94d.ru/warway.php?id=135 Сайт 94д.ру]


Отрывок, характеризующий 5-я ударная армия

– Так когда получить? – спросил Долохов.
– Завтра, – сказал Ростов, и вышел из комнаты.


Сказать «завтра» и выдержать тон приличия было не трудно; но приехать одному домой, увидать сестер, брата, мать, отца, признаваться и просить денег, на которые не имеешь права после данного честного слова, было ужасно.
Дома еще не спали. Молодежь дома Ростовых, воротившись из театра, поужинав, сидела у клавикорд. Как только Николай вошел в залу, его охватила та любовная, поэтическая атмосфера, которая царствовала в эту зиму в их доме и которая теперь, после предложения Долохова и бала Иогеля, казалось, еще более сгустилась, как воздух перед грозой, над Соней и Наташей. Соня и Наташа в голубых платьях, в которых они были в театре, хорошенькие и знающие это, счастливые, улыбаясь, стояли у клавикорд. Вера с Шиншиным играла в шахматы в гостиной. Старая графиня, ожидая сына и мужа, раскладывала пасьянс с старушкой дворянкой, жившей у них в доме. Денисов с блестящими глазами и взъерошенными волосами сидел, откинув ножку назад, у клавикорд, и хлопая по ним своими коротенькими пальцами, брал аккорды, и закатывая глаза, своим маленьким, хриплым, но верным голосом, пел сочиненное им стихотворение «Волшебница», к которому он пытался найти музыку.
Волшебница, скажи, какая сила
Влечет меня к покинутым струнам;
Какой огонь ты в сердце заронила,
Какой восторг разлился по перстам!
Пел он страстным голосом, блестя на испуганную и счастливую Наташу своими агатовыми, черными глазами.
– Прекрасно! отлично! – кричала Наташа. – Еще другой куплет, – говорила она, не замечая Николая.
«У них всё то же» – подумал Николай, заглядывая в гостиную, где он увидал Веру и мать с старушкой.
– А! вот и Николенька! – Наташа подбежала к нему.
– Папенька дома? – спросил он.
– Как я рада, что ты приехал! – не отвечая, сказала Наташа, – нам так весело. Василий Дмитрич остался для меня еще день, ты знаешь?
– Нет, еще не приезжал папа, – сказала Соня.
– Коко, ты приехал, поди ко мне, дружок! – сказал голос графини из гостиной. Николай подошел к матери, поцеловал ее руку и, молча подсев к ее столу, стал смотреть на ее руки, раскладывавшие карты. Из залы всё слышались смех и веселые голоса, уговаривавшие Наташу.
– Ну, хорошо, хорошо, – закричал Денисов, – теперь нечего отговариваться, за вами barcarolla, умоляю вас.
Графиня оглянулась на молчаливого сына.
– Что с тобой? – спросила мать у Николая.
– Ах, ничего, – сказал он, как будто ему уже надоел этот всё один и тот же вопрос.
– Папенька скоро приедет?
– Я думаю.
«У них всё то же. Они ничего не знают! Куда мне деваться?», подумал Николай и пошел опять в залу, где стояли клавикорды.
Соня сидела за клавикордами и играла прелюдию той баркароллы, которую особенно любил Денисов. Наташа собиралась петь. Денисов восторженными глазами смотрел на нее.
Николай стал ходить взад и вперед по комнате.
«И вот охота заставлять ее петь? – что она может петь? И ничего тут нет веселого», думал Николай.
Соня взяла первый аккорд прелюдии.
«Боже мой, я погибший, я бесчестный человек. Пулю в лоб, одно, что остается, а не петь, подумал он. Уйти? но куда же? всё равно, пускай поют!»
Николай мрачно, продолжая ходить по комнате, взглядывал на Денисова и девочек, избегая их взглядов.
«Николенька, что с вами?» – спросил взгляд Сони, устремленный на него. Она тотчас увидала, что что нибудь случилось с ним.
Николай отвернулся от нее. Наташа с своею чуткостью тоже мгновенно заметила состояние своего брата. Она заметила его, но ей самой так было весело в ту минуту, так далека она была от горя, грусти, упреков, что она (как это часто бывает с молодыми людьми) нарочно обманула себя. Нет, мне слишком весело теперь, чтобы портить свое веселье сочувствием чужому горю, почувствовала она, и сказала себе:
«Нет, я верно ошибаюсь, он должен быть весел так же, как и я». Ну, Соня, – сказала она и вышла на самую середину залы, где по ее мнению лучше всего был резонанс. Приподняв голову, опустив безжизненно повисшие руки, как это делают танцовщицы, Наташа, энергическим движением переступая с каблучка на цыпочку, прошлась по середине комнаты и остановилась.
«Вот она я!» как будто говорила она, отвечая на восторженный взгляд Денисова, следившего за ней.
«И чему она радуется! – подумал Николай, глядя на сестру. И как ей не скучно и не совестно!» Наташа взяла первую ноту, горло ее расширилось, грудь выпрямилась, глаза приняли серьезное выражение. Она не думала ни о ком, ни о чем в эту минуту, и из в улыбку сложенного рта полились звуки, те звуки, которые может производить в те же промежутки времени и в те же интервалы всякий, но которые тысячу раз оставляют вас холодным, в тысячу первый раз заставляют вас содрогаться и плакать.
Наташа в эту зиму в первый раз начала серьезно петь и в особенности оттого, что Денисов восторгался ее пением. Она пела теперь не по детски, уж не было в ее пеньи этой комической, ребяческой старательности, которая была в ней прежде; но она пела еще не хорошо, как говорили все знатоки судьи, которые ее слушали. «Не обработан, но прекрасный голос, надо обработать», говорили все. Но говорили это обыкновенно уже гораздо после того, как замолкал ее голос. В то же время, когда звучал этот необработанный голос с неправильными придыханиями и с усилиями переходов, даже знатоки судьи ничего не говорили, и только наслаждались этим необработанным голосом и только желали еще раз услыхать его. В голосе ее была та девственная нетронутость, то незнание своих сил и та необработанная еще бархатность, которые так соединялись с недостатками искусства пенья, что, казалось, нельзя было ничего изменить в этом голосе, не испортив его.
«Что ж это такое? – подумал Николай, услыхав ее голос и широко раскрывая глаза. – Что с ней сделалось? Как она поет нынче?» – подумал он. И вдруг весь мир для него сосредоточился в ожидании следующей ноты, следующей фразы, и всё в мире сделалось разделенным на три темпа: «Oh mio crudele affetto… [О моя жестокая любовь…] Раз, два, три… раз, два… три… раз… Oh mio crudele affetto… Раз, два, три… раз. Эх, жизнь наша дурацкая! – думал Николай. Всё это, и несчастье, и деньги, и Долохов, и злоба, и честь – всё это вздор… а вот оно настоящее… Hy, Наташа, ну, голубчик! ну матушка!… как она этот si возьмет? взяла! слава Богу!» – и он, сам не замечая того, что он поет, чтобы усилить этот si, взял втору в терцию высокой ноты. «Боже мой! как хорошо! Неужели это я взял? как счастливо!» подумал он.
О! как задрожала эта терция, и как тронулось что то лучшее, что было в душе Ростова. И это что то было независимо от всего в мире, и выше всего в мире. Какие тут проигрыши, и Долоховы, и честное слово!… Всё вздор! Можно зарезать, украсть и всё таки быть счастливым…


Давно уже Ростов не испытывал такого наслаждения от музыки, как в этот день. Но как только Наташа кончила свою баркароллу, действительность опять вспомнилась ему. Он, ничего не сказав, вышел и пошел вниз в свою комнату. Через четверть часа старый граф, веселый и довольный, приехал из клуба. Николай, услыхав его приезд, пошел к нему.
– Ну что, повеселился? – сказал Илья Андреич, радостно и гордо улыбаясь на своего сына. Николай хотел сказать, что «да», но не мог: он чуть было не зарыдал. Граф раскуривал трубку и не заметил состояния сына.
«Эх, неизбежно!» – подумал Николай в первый и последний раз. И вдруг самым небрежным тоном, таким, что он сам себе гадок казался, как будто он просил экипажа съездить в город, он сказал отцу.
– Папа, а я к вам за делом пришел. Я было и забыл. Мне денег нужно.
– Вот как, – сказал отец, находившийся в особенно веселом духе. – Я тебе говорил, что не достанет. Много ли?
– Очень много, – краснея и с глупой, небрежной улыбкой, которую он долго потом не мог себе простить, сказал Николай. – Я немного проиграл, т. е. много даже, очень много, 43 тысячи.
– Что? Кому?… Шутишь! – крикнул граф, вдруг апоплексически краснея шеей и затылком, как краснеют старые люди.
– Я обещал заплатить завтра, – сказал Николай.
– Ну!… – сказал старый граф, разводя руками и бессильно опустился на диван.
– Что же делать! С кем это не случалось! – сказал сын развязным, смелым тоном, тогда как в душе своей он считал себя негодяем, подлецом, который целой жизнью не мог искупить своего преступления. Ему хотелось бы целовать руки своего отца, на коленях просить его прощения, а он небрежным и даже грубым тоном говорил, что это со всяким случается.