55-я танковая дивизия (СССР)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
<tr><td style="font-size: 120%; text-align: center; background-color: #BDB76B" colspan="2"> Боевой путь </td></tr>
<tr><td style="font-size: 120%; text-align: center; background-color: #BDB76B" colspan="2"> 55-я танковая дивизия </td></tr>
Войска: сухопутные
Род войск: автобронетанковые
Формирование: март 1941 года
Расформирование (преобразование): 10 августа 1941 года
Преемник: 8-я и 14-я отдельные танковые бригады
Контрудар под Бобруйском, Смоленское сражение

55 танковая дивизия сформирована в марте 1941 года, на базе 31 отдельной легкой танковой бригады, в составе 25 механизированного корпуса, в Харьковском военном округе. До начала войны дислоцировалась в городе Чугуев. В период с 28.06. по 29.06. 1941 года, погрузившись на станции Чугуев отправилась на фронт. 01.07.1941 года дивизия разгрузилась на станции Бобрик, что в пятидесяти километрах, севернее Киева, где вошла в состав 19 Армии, Юго-Западного Фронта, получив приказ сосредоточиться в лесу, неподалеку села Рожевка, но уже 03.07.1941 года дивизия была снова погружена на эшелоны и отправлена на Западный Фронт в район Гомеля. Выгрузившись на станции Новозыбковка поступила в распоряжение Командующего 21 Армией. Расформирована в августе 1941 года.

Состав 109 и 110 танковые полки 55 мотострелковый полк 55 гаубичный артиллерийский полк 55 отдельный зенитный артиллерийский дивизион 55 разведывательный батальон 55 понтонный батальон 55 отдельный батальон связи 55 медико-санитарный батальон 55 автотранспортный батальон 55 ремонтно-восстановительный батальон 55 полевой хлебзавод 704 полевая почтовая станция 578 полевая касса Госбанка



Командование дивизией

Дивизией командовал Баданов, Василий Михайлович (11.03.1941 - 10.08.1941), полковник.


Напишите отзыв о статье "55-я танковая дивизия (СССР)"

Отрывок, характеризующий 55-я танковая дивизия (СССР)



Москва между тем была пуста. В ней были еще люди, в ней оставалась еще пятидесятая часть всех бывших прежде жителей, но она была пуста. Она была пуста, как пуст бывает домирающий обезматочивший улей.
В обезматочившем улье уже нет жизни, но на поверхностный взгляд он кажется таким же живым, как и другие.
Так же весело в жарких лучах полуденного солнца вьются пчелы вокруг обезматочившего улья, как и вокруг других живых ульев; так же издалека пахнет от него медом, так же влетают и вылетают из него пчелы. Но стоит приглядеться к нему, чтобы понять, что в улье этом уже нет жизни. Не так, как в живых ульях, летают пчелы, не тот запах, не тот звук поражают пчеловода. На стук пчеловода в стенку больного улья вместо прежнего, мгновенного, дружного ответа, шипенья десятков тысяч пчел, грозно поджимающих зад и быстрым боем крыльев производящих этот воздушный жизненный звук, – ему отвечают разрозненные жужжания, гулко раздающиеся в разных местах пустого улья. Из летка не пахнет, как прежде, спиртовым, душистым запахом меда и яда, не несет оттуда теплом полноты, а с запахом меда сливается запах пустоты и гнили. У летка нет больше готовящихся на погибель для защиты, поднявших кверху зады, трубящих тревогу стражей. Нет больше того ровного и тихого звука, трепетанья труда, подобного звуку кипенья, а слышится нескладный, разрозненный шум беспорядка. В улей и из улья робко и увертливо влетают и вылетают черные продолговатые, смазанные медом пчелы грабительницы; они не жалят, а ускользают от опасности. Прежде только с ношами влетали, а вылетали пустые пчелы, теперь вылетают с ношами. Пчеловод открывает нижнюю колодезню и вглядывается в нижнюю часть улья. Вместо прежде висевших до уза (нижнего дна) черных, усмиренных трудом плетей сочных пчел, держащих за ноги друг друга и с непрерывным шепотом труда тянущих вощину, – сонные, ссохшиеся пчелы в разные стороны бредут рассеянно по дну и стенкам улья. Вместо чисто залепленного клеем и сметенного веерами крыльев пола на дне лежат крошки вощин, испражнения пчел, полумертвые, чуть шевелящие ножками и совершенно мертвые, неприбранные пчелы.