79-й гвардейский миномётный полк

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
<tr><td style="font-size: 120%; text-align: center; color: #AA0000; background-color: #BDB76B" colspan="2"> Боевой путь </td></tr>
<tr><td style="font-size: 120%; text-align: center; color: #AA0000; background-color: #BDB76B" colspan="2"> 79-й гвардейский миномётный полк реактивной артиллерии
79 гв. минп
</td></tr>
Награды:
Почётные наименования: «Черновицкий»
«Берлинский»
Войска: сухопутные
Род войск: реактивная артиллерия
Формирование: 07.1942
Расформирование (преобразование): 1946 ?
Участвовал в боях под Сталинградом, Орлом, в Карпатах, на территории Польши и Германии.

79-й гвардейский миномётный полкгвардейское формирование (воинская часть) вооружённых сил СССР в Великой Отечественной войне.

Полное наименование, после окончания войны — 79-й гвардейский миномётный Черновицко-Берлинский Краснознамённый орденов Суворова,Кутузова и Богдана Хмельницкого полк.





История

Сформирован в начале июля 1942 в Москве как 79-й гвардейский миномётный полк. В его состав вошли 114, 331 и 357-й отдельные гвардейские миномётные дивизионы, имевшие на вооружении реактивные системы БМ-13. После сформирования полк был направлен на Сталинградский (с 28 сентября 1942 Донской) фронт. Впервые в бой вступил 7 августа 1942 в районе станицы Вёшенская в составе 63 Армии в ходе Сталинградской битвы. С 9 августа поддерживал соединения 62-й армии, с 12 августа 4-й танковой армии в боях на подступах к Сталинграду. С конца августа участвовал в боях непосредственно за город. В январе 1943 направлен под Москву и в феврале включён в 1-ю танковую армию, в составе которой принимал участие в боях по ликвидации демянского плацдарма немецко-фашистских войск. В мае был оперативно подчинён 6-й гвардейской армии и поддерживал её войска в оборонительных боях южнее города Обоянь. В начале июля переподчинён 1-й танковой (с 25 апреля 1944 1-я гвардейская танковая) армии, в которой вёл боевые действия до конца войны.

В июле — августе 1943 полк принимал участие в Курской битве. В сентябре в составе армии выведен в резерв Ставки ВГК, в конце ноября включён в 1-й Украинский фронт. В декабре 1943 — январе 1944 участвовал в Житомирско-Бердичевской наступательной операции. В марте в ходе Проскуровско-Черновицкой наступательной операции поддерживал соединения армии при форсировании реки Днестр и освобождении городов Трембовля (Теребовля), Чертков (Чортков), Городенка, Черновицы (Черновцы).

За отличия в боях при освобождении города Черновицы полку присвоено почётное наименование «Черновицкий» (8 апреля 1944). За образцовое выполнение заданий командования в боях в предгорьях Карпат и при выходе на советско-румынскую государственную границу награждён орденом Богдана Хмельницкого 2-й степени (18 апреля 1944).

В Львовско-Сандомирской наступательной операции полк мощными залпами поддерживал войска армии при форсировании рек Западный Буг, Сан и освобождении городов Перемышль и Ярослав (27 июля).

За проявленные личным составом в боях мужество и высокое воинское мастерство награждён орденом Красного Знамени (10 августа 1944 года). В конце ноября 1944 в составе армии передан 1-му Белорусскому фронту, в котором с небольшим перерывом действовал до конца войны.

В Варшавско-Познанской наступательной операции в январе 1945 полк своими огневыми ударами по опорным пунктам противника создавал условия для успешного наступления соединений армии при развитии прорыва и освобождении 22 января города Гнезен (Гнезно).

За умелые действия и доблесть личного состава награждён орденом Кутузова 3-й степени (19 февраля 1945).

В Восточно-Померанской наступательной операции в марте 1945 успешно поддерживал войска армии при овладении городами Лабес (Лобаз), Шифельбайн (Свидвин), Драмбург (Дравско-Поморске), Регенвальде (Реско), Керлин (Карлино).

За образцовое выполнение заданий командования в боях за эти города и при прорыве обороны противника восточнее города Штаргард (Старгард) награждён орденом Суворова 3-й степени (26 апреля 1945).

Боевой путь завершил в Берлинской наступательной операции. За отличия в боях при штурме войсками армии Берлина удостоен почётного наименования «Берлинский» (11 июня 1945).

В годы войны за ратные подвиги около 600 воинов полка награждены орденами и медалями.

Состав

  • штаб
  • 114-й отдельный гвардейский минометный дивизион
  • 331-й отдельный гвардейский минометный дивизион
  • 357-й отдельный гвардейский минометный дивизион

В составе

В Действующей армии:28.9.42-2.2.43; 28.4.43-9.5.45

Командиры

Полком командовали: подполковник Г.М.Фанталов (июль — сентябрь 1942),

  • полковник И.И.Бондаренко (октябрь 1942 — до конца войны).

Награды и наименования

  • почётное наименование «Черновицкий» (5.7.1944) участвовала в освобождении г. черновцы и удостоилась почётного наименования
  • почётное наименование «Берлинский» (11.6.1945)
  • гвардейская -при формировании (июль 1942 года)
  • 10.8.1944 За образцовое выполнение боевых задач награждён орденом Красного Знамени
  • за образцовое выполнение заданий командования в боях в предгорьях Карпат и при выходе на советско-румынскую государственную границу он награждён орденом Богдана Хмельницкого 2-й степени (18 апреля 1944)
  • За образцовое выполнение заданий командования в боях при прорыве обороны противника восточнее города Штаргард (Старгард) награждён орденом Суворова 3-й степени (26 апреля 1945)26 апреля 1945.

См. также

Напишите отзыв о статье "79-й гвардейский миномётный полк"

Примечания

Литература

  • Приказ Ставки Верховного Главнокомандования о денежном довольствии личного состава гвардейских минометных частей № 066, от 25 января 1942 года.
  • Н. В. Огарков. Черновицко-Берлинский миномётный полк // Советская Военная Энциклопедия. — М.: Воениздат, 1980. — Т. 8. — С. 457. — 687 с. — 106 000 экз.

 Ссылки

  • [www.teatrskazka.com/Raznoe/Perechni_voisk/Perechen_13_08.html Артиллерийские, минометные, зенитно-пулеметные полки и полки ПВО железнодорожных эшелонов. III. ГВАРДЕЙСКИЕ МИНОМЕТНЫЕ ПОЛКИ]
  • [history.milportal.ru/2012/08/reaktivnaya-artilleriya/ Реактивная артиллерия в боях за г. Познань]
  • [военная-энциклопедия.рф/советская-военная-энциклопедия/Ч/ Черновицко-Берлинский-миномётный-полк]

Отрывок, характеризующий 79-й гвардейский миномётный полк

Княжна Марья вызвала его из рассеянности, обратив его внимание на племянника, который вошел в комнату.
Лицо Николушки, похожее на отца, в минуту душевного размягчения, в котором Пьер теперь находился, так на него подействовало, что он, поцеловав Николушку, поспешно встал и, достав платок, отошел к окну. Он хотел проститься с княжной Марьей, но она удержала его.
– Нет, мы с Наташей не спим иногда до третьего часа; пожалуйста, посидите. Я велю дать ужинать. Подите вниз; мы сейчас придем.
Прежде чем Пьер вышел, княжна сказала ему:
– Это в первый раз она так говорила о нем.


Пьера провели в освещенную большую столовую; через несколько минут послышались шаги, и княжна с Наташей вошли в комнату. Наташа была спокойна, хотя строгое, без улыбки, выражение теперь опять установилось на ее лице. Княжна Марья, Наташа и Пьер одинаково испытывали то чувство неловкости, которое следует обыкновенно за оконченным серьезным и задушевным разговором. Продолжать прежний разговор невозможно; говорить о пустяках – совестно, а молчать неприятно, потому что хочется говорить, а этим молчанием как будто притворяешься. Они молча подошли к столу. Официанты отодвинули и пододвинули стулья. Пьер развернул холодную салфетку и, решившись прервать молчание, взглянул на Наташу и княжну Марью. Обе, очевидно, в то же время решились на то же: у обеих в глазах светилось довольство жизнью и признание того, что, кроме горя, есть и радости.
– Вы пьете водку, граф? – сказала княжна Марья, и эти слова вдруг разогнали тени прошедшего.
– Расскажите же про себя, – сказала княжна Марья. – Про вас рассказывают такие невероятные чудеса.
– Да, – с своей, теперь привычной, улыбкой кроткой насмешки отвечал Пьер. – Мне самому даже рассказывают про такие чудеса, каких я и во сне не видел. Марья Абрамовна приглашала меня к себе и все рассказывала мне, что со мной случилось, или должно было случиться. Степан Степаныч тоже научил меня, как мне надо рассказывать. Вообще я заметил, что быть интересным человеком очень покойно (я теперь интересный человек); меня зовут и мне рассказывают.
Наташа улыбнулась и хотела что то сказать.
– Нам рассказывали, – перебила ее княжна Марья, – что вы в Москве потеряли два миллиона. Правда это?
– А я стал втрое богаче, – сказал Пьер. Пьер, несмотря на то, что долги жены и необходимость построек изменили его дела, продолжал рассказывать, что он стал втрое богаче.
– Что я выиграл несомненно, – сказал он, – так это свободу… – начал он было серьезно; но раздумал продолжать, заметив, что это был слишком эгоистический предмет разговора.
– А вы строитесь?
– Да, Савельич велит.
– Скажите, вы не знали еще о кончине графини, когда остались в Москве? – сказала княжна Марья и тотчас же покраснела, заметив, что, делая этот вопрос вслед за его словами о том, что он свободен, она приписывает его словам такое значение, которого они, может быть, не имели.
– Нет, – отвечал Пьер, не найдя, очевидно, неловким то толкование, которое дала княжна Марья его упоминанию о своей свободе. – Я узнал это в Орле, и вы не можете себе представить, как меня это поразило. Мы не были примерные супруги, – сказал он быстро, взглянув на Наташу и заметив в лице ее любопытство о том, как он отзовется о своей жене. – Но смерть эта меня страшно поразила. Когда два человека ссорятся – всегда оба виноваты. И своя вина делается вдруг страшно тяжела перед человеком, которого уже нет больше. И потом такая смерть… без друзей, без утешения. Мне очень, очень жаль еe, – кончил он и с удовольствием заметил радостное одобрение на лице Наташи.
– Да, вот вы опять холостяк и жених, – сказала княжна Марья.
Пьер вдруг багрово покраснел и долго старался не смотреть на Наташу. Когда он решился взглянуть на нее, лицо ее было холодно, строго и даже презрительно, как ему показалось.
– Но вы точно видели и говорили с Наполеоном, как нам рассказывали? – сказала княжна Марья.
Пьер засмеялся.
– Ни разу, никогда. Всегда всем кажется, что быть в плену – значит быть в гостях у Наполеона. Я не только не видал его, но и не слыхал о нем. Я был гораздо в худшем обществе.
Ужин кончался, и Пьер, сначала отказывавшийся от рассказа о своем плене, понемногу вовлекся в этот рассказ.
– Но ведь правда, что вы остались, чтоб убить Наполеона? – спросила его Наташа, слегка улыбаясь. – Я тогда догадалась, когда мы вас встретили у Сухаревой башни; помните?
Пьер признался, что это была правда, и с этого вопроса, понемногу руководимый вопросами княжны Марьи и в особенности Наташи, вовлекся в подробный рассказ о своих похождениях.
Сначала он рассказывал с тем насмешливым, кротким взглядом, который он имел теперь на людей и в особенности на самого себя; но потом, когда он дошел до рассказа об ужасах и страданиях, которые он видел, он, сам того не замечая, увлекся и стал говорить с сдержанным волнением человека, в воспоминании переживающего сильные впечатления.
Княжна Марья с кроткой улыбкой смотрела то на Пьера, то на Наташу. Она во всем этом рассказе видела только Пьера и его доброту. Наташа, облокотившись на руку, с постоянно изменяющимся, вместе с рассказом, выражением лица, следила, ни на минуту не отрываясь, за Пьером, видимо, переживая с ним вместе то, что он рассказывал. Не только ее взгляд, но восклицания и короткие вопросы, которые она делала, показывали Пьеру, что из того, что он рассказывал, она понимала именно то, что он хотел передать. Видно было, что она понимала не только то, что он рассказывал, но и то, что он хотел бы и не мог выразить словами. Про эпизод свой с ребенком и женщиной, за защиту которых он был взят, Пьер рассказал таким образом:
– Это было ужасное зрелище, дети брошены, некоторые в огне… При мне вытащили ребенка… женщины, с которых стаскивали вещи, вырывали серьги…
Пьер покраснел и замялся.
– Тут приехал разъезд, и всех тех, которые не грабили, всех мужчин забрали. И меня.
– Вы, верно, не все рассказываете; вы, верно, сделали что нибудь… – сказала Наташа и помолчала, – хорошее.
Пьер продолжал рассказывать дальше. Когда он рассказывал про казнь, он хотел обойти страшные подробности; но Наташа требовала, чтобы он ничего не пропускал.
Пьер начал было рассказывать про Каратаева (он уже встал из за стола и ходил, Наташа следила за ним глазами) и остановился.
– Нет, вы не можете понять, чему я научился у этого безграмотного человека – дурачка.
– Нет, нет, говорите, – сказала Наташа. – Он где же?
– Его убили почти при мне. – И Пьер стал рассказывать последнее время их отступления, болезнь Каратаева (голос его дрожал беспрестанно) и его смерть.
Пьер рассказывал свои похождения так, как он никогда их еще не рассказывал никому, как он сам с собою никогда еще не вспоминал их. Он видел теперь как будто новое значение во всем том, что он пережил. Теперь, когда он рассказывал все это Наташе, он испытывал то редкое наслаждение, которое дают женщины, слушая мужчину, – не умные женщины, которые, слушая, стараются или запомнить, что им говорят, для того чтобы обогатить свой ум и при случае пересказать то же или приладить рассказываемое к своему и сообщить поскорее свои умные речи, выработанные в своем маленьком умственном хозяйстве; а то наслажденье, которое дают настоящие женщины, одаренные способностью выбирания и всасыванья в себя всего лучшего, что только есть в проявлениях мужчины. Наташа, сама не зная этого, была вся внимание: она не упускала ни слова, ни колебания голоса, ни взгляда, ни вздрагиванья мускула лица, ни жеста Пьера. Она на лету ловила еще не высказанное слово и прямо вносила в свое раскрытое сердце, угадывая тайный смысл всей душевной работы Пьера.