89-я гвардейская стрелковая дивизия

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
89-я гвардейская стрелковая Белгородско-Харьковская Краснознамённая ордена Суворова дивизия
89 гв.сд
Награды:

Почётные наименования:

«Белгородская»
«Харьковская»

Войска:

сухопутные

Род войск:

стрелковые

Формирование:

18 апреля 1943

Расформирование (преобразование):

(1946)

Предшественник:

160-я стрелковая дивизия (1-го формирования)

Преемник:

89-я гвардейская механизированная дивизия

89-я гварде́йская стрелко́вая диви́зия — гвардейское формирование (соединение, стрелковая дивизия) РККА ВС СССР, принимавшее участие в Великой Отечественной войне.

Полное действительное наименование, после окончания войны — 89-я гвардейская стрелковая Белгородско-Харьковская Краснознамённая ордена Суворова дивизия. Условное наименование — полевая почта № 52500.





История

За мужество и героизм личного состава 160-й стрелковой дивизии (160 сд), проявленные в боях с немецко-фашистскими захватчиками, 18 апреля 1943 года, было было присвоено почётное звание «Гвардейская» и новый войсковой № 89[1]. Эта дивизия первая, в ВС СССР, получила почётные наименования от двух городов[2]5 августа 1943 года после освобождения Белгорода[3] и 23 августа 1943 года после освобождения Харькова[4].

Участвовала в освобождении Белгорода, Харькова, Ясско-Кишинёвской, Варшавско-Познанской и Берлинской наступательной операциях.

Боевой путь

1943 год

Дивизия участвовала в оборонительном сражении под Курском, а затем совместно с другими соединениями Степного фронта — в освобождении Белгорода (5 августа) и Харькова (23 августа). За боевые отличия ей были присвоены почётные наименования Белгородской и Харьковской. Развивая наступление, части дивизии 29 — 30 сентября с ходу форсировали Днепр и захватили плацдарм на его западном берегу в 25 км юго-восточнее Кременчуга. За этот подвиг 25 воинов соединения удостоены звания Героя Советского Союза. После форсирования Днепра дивизия в составе 37-й, затем 53-й армий Степного (с 20 октября 1943 2-го Украинского) фронта вела бои по освобождению Правобережной Украины, действуя на Криворожском направлении.

1944 год

За успешное выполнение боевых заданий командования 8 января 1944 дивизия награждена орденом Красного Знамени. В январе — феврале участвовала в Кировоградской и Корсунь-Шевченковской операциях, форсировала реки Южный Буг (19 марта), Днестр (7 апреля) и во взаимодействии с другими дивизиями 5-й ударной армии 3-го Украинского фронта участвовала в освобождении Кишинёва (24 августа). В октябре дивизия была переброшена в Польшу.

1945 год

В январе, в составе 5-й ударной армии 1-го Белорусского фронта прорывала оборону гитлеровцев южнее Варшавы. 21 января пересекла государственную границу Польши с Германией и 1 февраля форсировала реку Одер. Завершающим этапом боевого пути дивизии был штурм Берлина, за что она награждена орденом Суворова 2 степени.

В последних схватках с гитлеровцами многие воины дивизии проявили высокую дисциплину, героизм и мужество. Командир отделения 6-й стрелковой роты 270-го стрелкового полка сержант А. С. Манита 23 апреля во время штурма одного из кварталов города закрыл грудью амбразуру вражеской огневой точки, которая преграждала путь атакующим подразделениям. А. С. Манита посмертно удостоен звания Героя Советского Союза.

За годы войны дивизия нанесла противнику большой урон в живой силе и технике. 10 880 воинов дивизии награждены орденами и медалями, а 55 — удостоены звания Героя Советского Союза.

1946 год

В период демобилизации СССР 89 гв.сд была переформирована в 89-ю гвардейскую механизированную дивизию.

Состав

  • управление дивизии
  • 267-й гвардейский стрелковый полк
  • 270-й гвардейский стрелковый полк
  • 273-й гвардейский стрелковый полк
  • 196-й гвардейский артиллерийский полк
  • 98-й отдельный гвардейский истребительно-противотанковый дивизион.
  • 91-я отдельная гвардейская разведывательная рота.
  • 104-й отдельный гвардейский сапёрный батальон
  • 158-й отдельный гвардейский батальон связи ( 6 отдельная гвардейская рота связи)
  • 595-й (94-й) отдельный медико-санитарный батальон
  • 93-я отдельная гвардейская рота химической защиты
  • 745-я (95-я) автотранспортная рота
  • 670-я (92-я) полевая хлебопекарня
  • 697-й (96-й) дивизионный ветеринарный лазарет
  • 519-я полевая почтовая станция (полевая почта № 52500)
  • 437-я полевая касса Государственного банка СССР

Командование

Командиры дивизии (период)

Командиры полков

267-й гвардейский стрелковый полк

  • Тимошенко, Дмитрий Кузьмич (18.04.1943 - 25.05.1944)
  • Середа, Григорий Алексеевич (с 13.06.1943)
  • Красноплахтов, Павел Митрофанович (31.05.1944 - 11.11.1944)
  • Иньков, Фёдор Иванович (11.11.1944 - 24.03.1946)
  • Степаненко, Фёдор Емельянович (08.12.1944 - 03.08.1945)
  • Телегин, Яков Иванович (с 03.08.1945)
  • Чапаев, Константин Васильевич (с 24.03.1946)

270-й гвардейский стрелковый полк[6]

  • Цыганков, Петр Трофимович (18.04.1943 - 03.05.1943)
  • Прошунин, Николай Эммануилович (13.06.1943 - 13.12.1943), ранен
  • Сергиенко, Иван Яковлевич (13.12.1943 - 27.09.1944)
  • Петров, Евгений Андреевич (с 03.04.1944)
  • Андреев, Константин Ефимович (с 04.05.1945)

273-й гвардейский стрелковый полк

  • Бунин, Василий Васильевич (13.06.1943 - 17.09.1943)
  • Смирнов, Василий Федорович (17.09.1943 - 29.12.1945), (19 октября 1943 майор, и.о. комполка).

Знаки отличия

Отличившиеся воины дивизии

10 880 воинов дивизии награждены орденами и медалями, а 55 — удостоены звания Героя Советского Союза.

Герои Советского Союза.

Награда Ф. И.О. Должность Звание Дата награждения Примечания
Агалиев, Аллаберды стрелок 267-го гвардейского стрелкового полка гвардии ефрейтор 27.02.1945
<center> Андреенков, Николай Никонович командир 1-го штурмового батальона 273-го гвардейского стрелкового полка гвардии майор 27.02.1945
<center> Астафьев, Василий Михайлович заместитель командира 104-го гвардейского отдельного сапёрного батальона гвардии капитан 20.12.1943
<center> Баженов, Анатолий Васильевич помощник командира взвода пешей разведки 270-го гвардейского стрелкового полка гвардии сержант 20.12.1943
<center> Бахарев, Иван Иванович командир отделения взвода пешей разведки 267-го гвардейского стрелкового полка гвардии старший сержант 20.12.1943 посмертно
<center> Белошапкин, Клавдий Флегонтович командир взвода управления батареи 196-го гвардейского артиллерийского полка гвардии младший лейтенант 20.12.1943
<center> Бельский, Алексей Ильич командир батальона 273-го гвардейского стрелкового полка гвардии майор 20.12.1943
<center> Болтенков, Пётр Михайлович командир сапёрного взвода 270-го гвардейского стрелкового полка гвардии старший сержант 22.2.1944
<center> Горелов, Василий Павлович связист роты связи 273-го гвардейского стрелкового полка гвардии младший сержант 22.02.1944
<center> Горелов, Пётр Тимофеевич разведчик 270-го гвардейского стрелкового полка гвардии красноармеец 20.12.1943
<center> Гулин, Юрий Иванович стрелок 267-го гвардейского стрелкового полка гвардии красноармеец 27.02.1945
<center> Гусельников, Денис Семёнович командир орудия 196-го гвардейского артиллерийского полка гвардии старший сержант 20.12.1943
<center> Дачко, Фёдор Терентьевич наводчик орудия 99-го гвардейского отдельного истребительно-противотанкового дивизиона гвардии старший сержант 20.12.1943
<center> Джумалиев, Кильмаш Дюсегалиевич помощник командира взвода 267-го гвардейского стрелкового полка гвардии младший сержант 27.02.1945
<center> Жеварченков, Александр Андреевич помощник командира взвода 267-го гвардейского стрелкового полка гвардии сержант 27.02.1945
<center> Жолудев, Наум Ильич командир миномётного расчёта 273-го гвардейского стрелкового полка гвардии младший сержант 20.12.1943
<center> Зорин, Алексей Иванович командир взвода гвардейского учебного батальона гвардии младший лейтенант 20.12.1943 посмертно
<center> Игнатьев, Импануил Никифорович старший радиотелеграфист 196-го гвардейского артиллерийского полка гвардии красноармеец 20.12.1943 лишён звания 28.12.1953
<center> Кабак, Николай Пантелеевич командир отделения 104-го гвардейского отдельного сапёрного батальона гвардии сержант 20.12.1943
<center> Колесниченко, Михаил Федотович помощник командира взвода 91-й гвардейской отдельной разведывательной роты гвардии сержант 20.12.1943
<center> Пузанов, Иван Терентьевич командир 2-й батареи 196-го гвардейского артиллерийского полка гвардии старший лейтенант 27.02.1945
<center> Сазонов, Михаил Петрович командир 267-го гвардейского стрелкового полка гвардии лейтенант 20.12.1943
<center> Стрельцов, Виктор Николаевич разведчик взвода пешей разведки 273-го гвардейского стрелкового полка гвардии красноармеец 20.12.1943
<center> Шахворостов, Сергей Михайлович командир отделения сапёрного взвода 273-го гвардейского стрелкового полка гвардии младший сержант 22.02.1944

Кавалеры ордена Славы трёх степеней.[7]

Память

Внешние изображения
[www.shukach.com/sites/default/files/imagecache/node-gallery-display/post_images/141/tan-tol_89_strelkovoy_divizii_p1170394-85211.jpg Памятный знак 89-й гв. мсд в посёлке Песочин]

Напишите отзыв о статье "89-я гвардейская стрелковая дивизия"

Примечания

  1. [samsv.narod.ru/Div/Sd/gvsd089/main.html 89-я гвардейская Белгородско-Харьковская стрелковая дивизия]
  2. [gorod-nizhniy-novgorod.ru/gorod-gorkiy/vov/89-division.shtml 89-я дивизия города Горького]
  3. [grachev62.narod.ru/stalin/orders/chapt002.htm Сталин И. В. Приказ Верховного Главнокомандующего 5 августа 1943 года № 2]
  4. [grachev62.narod.ru/stalin/orders/chapt004.htm Сталин И.В. Приказ Верховного Главнокомандующего № 4, от 23 августа 1943 года.]
  5. [samsv.narod.ru/Div/Sd/gvsd089/main.html 89-я гвардейская Белгородско-Харьковская стрелковая дивизия]
  6. до 18 апреля 1943 года — 537-й стрелковый полк 160 сд
  7. Кавалеры ордена Славы трех степеней. Краткий биографический словарь — М..: Военное издательство, 2000.

Литература

  • Пред. Гл. ред. комиссии А. А. Гречко. «Белгородско-Харьковская стрелковая дивизия» // Советская Военная Энциклопедия (В 8 томах). — М.: Воениздат, 1976. — Т. 1. — С. 421. — 640 с. — 106 000 экз.
  • Борисенко Н. Днепровский рубеж: трагическое лето 1941-го. — Могилёв, 2005.
  • Борисенко Н. 1941-й: Пылающие рубежи Днепра и Сожа. — Могилёв: АмелияПринт, 2011. — 660 с. — ISBN 978-985-6891-18-5.
  • Мурадян В. А., "Боевое братство", Москва, 1979.
  • "В боях за Харьковщину", Харьков, "Прапор", 1973, 3-е изд., с. 327-332.
  • Боев М. В боях за Белгород. Воронеж, 1973;
  • Боев М. В боях за Харьковщину. Воспоминания участника Великой Отечественной войны. Изд. 3-е, Харьков, 1973 г.

Ссылки

  • Форум о 160 сд/ 89 гв.сд www.soldat.ru/forum/viewtopic.php?f=2&t=20971
  • Сайт о 160 сд/ 89 гв.сд sd-160.ucoz.com/
  • [samsv.narod.ru/Div/Sd/gvsd089/main.html 89-я гв. сд]
  • [samsv.narod.ru/Div/Sd/sd160/main1.html 160-я (89-я гв) сд]


Отрывок, характеризующий 89-я гвардейская стрелковая дивизия

Наташа и княжна Марья плакали тоже теперь, но они плакали не от своего личного горя; они плакали от благоговейного умиления, охватившего их души перед сознанием простого и торжественного таинства смерти, совершившегося перед ними.



Для человеческого ума недоступна совокупность причин явлений. Но потребность отыскивать причины вложена в душу человека. И человеческий ум, не вникнувши в бесчисленность и сложность условий явлений, из которых каждое отдельно может представляться причиною, хватается за первое, самое понятное сближение и говорит: вот причина. В исторических событиях (где предметом наблюдения суть действия людей) самым первобытным сближением представляется воля богов, потом воля тех людей, которые стоят на самом видном историческом месте, – исторических героев. Но стоит только вникнуть в сущность каждого исторического события, то есть в деятельность всей массы людей, участвовавших в событии, чтобы убедиться, что воля исторического героя не только не руководит действиями масс, но сама постоянно руководима. Казалось бы, все равно понимать значение исторического события так или иначе. Но между человеком, который говорит, что народы Запада пошли на Восток, потому что Наполеон захотел этого, и человеком, который говорит, что это совершилось, потому что должно было совершиться, существует то же различие, которое существовало между людьми, утверждавшими, что земля стоит твердо и планеты движутся вокруг нее, и теми, которые говорили, что они не знают, на чем держится земля, но знают, что есть законы, управляющие движением и ее, и других планет. Причин исторического события – нет и не может быть, кроме единственной причины всех причин. Но есть законы, управляющие событиями, отчасти неизвестные, отчасти нащупываемые нами. Открытие этих законов возможно только тогда, когда мы вполне отрешимся от отыскиванья причин в воле одного человека, точно так же, как открытие законов движения планет стало возможно только тогда, когда люди отрешились от представления утвержденности земли.

После Бородинского сражения, занятия неприятелем Москвы и сожжения ее, важнейшим эпизодом войны 1812 года историки признают движение русской армии с Рязанской на Калужскую дорогу и к Тарутинскому лагерю – так называемый фланговый марш за Красной Пахрой. Историки приписывают славу этого гениального подвига различным лицам и спорят о том, кому, собственно, она принадлежит. Даже иностранные, даже французские историки признают гениальность русских полководцев, говоря об этом фланговом марше. Но почему военные писатели, а за ними и все, полагают, что этот фланговый марш есть весьма глубокомысленное изобретение какого нибудь одного лица, спасшее Россию и погубившее Наполеона, – весьма трудно понять. Во первых, трудно понять, в чем состоит глубокомыслие и гениальность этого движения; ибо для того, чтобы догадаться, что самое лучшее положение армии (когда ее не атакуют) находиться там, где больше продовольствия, – не нужно большого умственного напряжения. И каждый, даже глупый тринадцатилетний мальчик, без труда мог догадаться, что в 1812 году самое выгодное положение армии, после отступления от Москвы, было на Калужской дороге. Итак, нельзя понять, во первых, какими умозаключениями доходят историки до того, чтобы видеть что то глубокомысленное в этом маневре. Во вторых, еще труднее понять, в чем именно историки видят спасительность этого маневра для русских и пагубность его для французов; ибо фланговый марш этот, при других, предшествующих, сопутствовавших и последовавших обстоятельствах, мог быть пагубным для русского и спасительным для французского войска. Если с того времени, как совершилось это движение, положение русского войска стало улучшаться, то из этого никак не следует, чтобы это движение было тому причиною.
Этот фланговый марш не только не мог бы принести какие нибудь выгоды, но мог бы погубить русскую армию, ежели бы при том не было совпадения других условий. Что бы было, если бы не сгорела Москва? Если бы Мюрат не потерял из виду русских? Если бы Наполеон не находился в бездействии? Если бы под Красной Пахрой русская армия, по совету Бенигсена и Барклая, дала бы сражение? Что бы было, если бы французы атаковали русских, когда они шли за Пахрой? Что бы было, если бы впоследствии Наполеон, подойдя к Тарутину, атаковал бы русских хотя бы с одной десятой долей той энергии, с которой он атаковал в Смоленске? Что бы было, если бы французы пошли на Петербург?.. При всех этих предположениях спасительность флангового марша могла перейти в пагубность.
В третьих, и самое непонятное, состоит в том, что люди, изучающие историю, умышленно не хотят видеть того, что фланговый марш нельзя приписывать никакому одному человеку, что никто никогда его не предвидел, что маневр этот, точно так же как и отступление в Филях, в настоящем никогда никому не представлялся в его цельности, а шаг за шагом, событие за событием, мгновение за мгновением вытекал из бесчисленного количества самых разнообразных условий, и только тогда представился во всей своей цельности, когда он совершился и стал прошедшим.
На совете в Филях у русского начальства преобладающею мыслью было само собой разумевшееся отступление по прямому направлению назад, то есть по Нижегородской дороге. Доказательствами тому служит то, что большинство голосов на совете было подано в этом смысле, и, главное, известный разговор после совета главнокомандующего с Ланским, заведовавшим провиантскою частью. Ланской донес главнокомандующему, что продовольствие для армии собрано преимущественно по Оке, в Тульской и Калужской губерниях и что в случае отступления на Нижний запасы провианта будут отделены от армии большою рекою Окой, через которую перевоз в первозимье бывает невозможен. Это был первый признак необходимости уклонения от прежде представлявшегося самым естественным прямого направления на Нижний. Армия подержалась южнее, по Рязанской дороге, и ближе к запасам. Впоследствии бездействие французов, потерявших даже из виду русскую армию, заботы о защите Тульского завода и, главное, выгоды приближения к своим запасам заставили армию отклониться еще южнее, на Тульскую дорогу. Перейдя отчаянным движением за Пахрой на Тульскую дорогу, военачальники русской армии думали оставаться у Подольска, и не было мысли о Тарутинской позиции; но бесчисленное количество обстоятельств и появление опять французских войск, прежде потерявших из виду русских, и проекты сражения, и, главное, обилие провианта в Калуге заставили нашу армию еще более отклониться к югу и перейти в середину путей своего продовольствия, с Тульской на Калужскую дорогу, к Тарутину. Точно так же, как нельзя отвечать на тот вопрос, когда оставлена была Москва, нельзя отвечать и на то, когда именно и кем решено было перейти к Тарутину. Только тогда, когда войска пришли уже к Тарутину вследствие бесчисленных дифференциальных сил, тогда только стали люди уверять себя, что они этого хотели и давно предвидели.


Знаменитый фланговый марш состоял только в том, что русское войско, отступая все прямо назад по обратному направлению наступления, после того как наступление французов прекратилось, отклонилось от принятого сначала прямого направления и, не видя за собой преследования, естественно подалось в ту сторону, куда его влекло обилие продовольствия.
Если бы представить себе не гениальных полководцев во главе русской армии, но просто одну армию без начальников, то и эта армия не могла бы сделать ничего другого, кроме обратного движения к Москве, описывая дугу с той стороны, с которой было больше продовольствия и край был обильнее.
Передвижение это с Нижегородской на Рязанскую, Тульскую и Калужскую дороги было до такой степени естественно, что в этом самом направлении отбегали мародеры русской армии и что в этом самом направлении требовалось из Петербурга, чтобы Кутузов перевел свою армию. В Тарутине Кутузов получил почти выговор от государя за то, что он отвел армию на Рязанскую дорогу, и ему указывалось то самое положение против Калуги, в котором он уже находился в то время, как получил письмо государя.
Откатывавшийся по направлению толчка, данного ему во время всей кампании и в Бородинском сражении, шар русского войска, при уничтожении силы толчка и не получая новых толчков, принял то положение, которое было ему естественно.
Заслуга Кутузова не состояла в каком нибудь гениальном, как это называют, стратегическом маневре, а в том, что он один понимал значение совершавшегося события. Он один понимал уже тогда значение бездействия французской армии, он один продолжал утверждать, что Бородинское сражение была победа; он один – тот, который, казалось бы, по своему положению главнокомандующего, должен был быть вызываем к наступлению, – он один все силы свои употреблял на то, чтобы удержать русскую армию от бесполезных сражений.
Подбитый зверь под Бородиным лежал там где то, где его оставил отбежавший охотник; но жив ли, силен ли он был, или он только притаился, охотник не знал этого. Вдруг послышался стон этого зверя.
Стон этого раненого зверя, французской армии, обличивший ее погибель, была присылка Лористона в лагерь Кутузова с просьбой о мире.
Наполеон с своей уверенностью в том, что не то хорошо, что хорошо, а то хорошо, что ему пришло в голову, написал Кутузову слова, первые пришедшие ему в голову и не имеющие никакого смысла. Он писал:

«Monsieur le prince Koutouzov, – писал он, – j'envoie pres de vous un de mes aides de camps generaux pour vous entretenir de plusieurs objets interessants. Je desire que Votre Altesse ajoute foi a ce qu'il lui dira, surtout lorsqu'il exprimera les sentiments d'estime et de particuliere consideration que j'ai depuis longtemps pour sa personne… Cette lettre n'etant a autre fin, je prie Dieu, Monsieur le prince Koutouzov, qu'il vous ait en sa sainte et digne garde,
Moscou, le 3 Octobre, 1812. Signe:
Napoleon».
[Князь Кутузов, посылаю к вам одного из моих генерал адъютантов для переговоров с вами о многих важных предметах. Прошу Вашу Светлость верить всему, что он вам скажет, особенно когда, станет выражать вам чувствования уважения и особенного почтения, питаемые мною к вам с давнего времени. Засим молю бога о сохранении вас под своим священным кровом.
Москва, 3 октября, 1812.
Наполеон. ]

«Je serais maudit par la posterite si l'on me regardait comme le premier moteur d'un accommodement quelconque. Tel est l'esprit actuel de ma nation», [Я бы был проклят, если бы на меня смотрели как на первого зачинщика какой бы то ни было сделки; такова воля нашего народа. ] – отвечал Кутузов и продолжал употреблять все свои силы на то, чтобы удерживать войска от наступления.
В месяц грабежа французского войска в Москве и спокойной стоянки русского войска под Тарутиным совершилось изменение в отношении силы обоих войск (духа и численности), вследствие которого преимущество силы оказалось на стороне русских. Несмотря на то, что положение французского войска и его численность были неизвестны русским, как скоро изменилось отношение, необходимость наступления тотчас же выразилась в бесчисленном количестве признаков. Признаками этими были: и присылка Лористона, и изобилие провианта в Тарутине, и сведения, приходившие со всех сторон о бездействии и беспорядке французов, и комплектование наших полков рекрутами, и хорошая погода, и продолжительный отдых русских солдат, и обыкновенно возникающее в войсках вследствие отдыха нетерпение исполнять то дело, для которого все собраны, и любопытство о том, что делалось во французской армии, так давно потерянной из виду, и смелость, с которою теперь шныряли русские аванпосты около стоявших в Тарутине французов, и известия о легких победах над французами мужиков и партизанов, и зависть, возбуждаемая этим, и чувство мести, лежавшее в душе каждого человека до тех пор, пока французы были в Москве, и (главное) неясное, но возникшее в душе каждого солдата сознание того, что отношение силы изменилось теперь и преимущество находится на нашей стороне. Существенное отношение сил изменилось, и наступление стало необходимым. И тотчас же, так же верно, как начинают бить и играть в часах куранты, когда стрелка совершила полный круг, в высших сферах, соответственно существенному изменению сил, отразилось усиленное движение, шипение и игра курантов.


Русская армия управлялась Кутузовым с его штабом и государем из Петербурга. В Петербурге, еще до получения известия об оставлении Москвы, был составлен подробный план всей войны и прислан Кутузову для руководства. Несмотря на то, что план этот был составлен в предположении того, что Москва еще в наших руках, план этот был одобрен штабом и принят к исполнению. Кутузов писал только, что дальние диверсии всегда трудно исполнимы. И для разрешения встречавшихся трудностей присылались новые наставления и лица, долженствовавшие следить за его действиями и доносить о них.
Кроме того, теперь в русской армии преобразовался весь штаб. Замещались места убитого Багратиона и обиженного, удалившегося Барклая. Весьма серьезно обдумывали, что будет лучше: А. поместить на место Б., а Б. на место Д., или, напротив, Д. на место А. и т. д., как будто что нибудь, кроме удовольствия А. и Б., могло зависеть от этого.
В штабе армии, по случаю враждебности Кутузова с своим начальником штаба, Бенигсеном, и присутствия доверенных лиц государя и этих перемещений, шла более, чем обыкновенно, сложная игра партий: А. подкапывался под Б., Д. под С. и т. д., во всех возможных перемещениях и сочетаниях. При всех этих подкапываниях предметом интриг большей частью было то военное дело, которым думали руководить все эти люди; но это военное дело шло независимо от них, именно так, как оно должно было идти, то есть никогда не совпадая с тем, что придумывали люди, а вытекая из сущности отношения масс. Все эти придумыванья, скрещиваясь, перепутываясь, представляли в высших сферах только верное отражение того, что должно было совершиться.