Bucks Fizz

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Bucks Fizz — британская поп-группа, победившая на конкурсе Евровидение в 1981 году, одна из наиболее популярных групп Великобритании 1980-х ггК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1572 дня].





История группы

Была создана специально для участия в конкурсе Евровидение в 1981 году по инициативе рекламщика Энди Хилла и его жены, певицы Николы Мартин с целью продвижения написанной ими песни «Making Your Mind Up». После прослушивания в состав группы были включены четыре блондина — Майкл Нолан, Джей Астон, Шерил Бэйкер (настоящее имя — Рита Краджингтон) и Бобби Джи (настоящее имя — Роберт Габби). При этом, Бейкер уже участвовала в Евровидении 1978 года в составе группы Со-Со, занявшей 11-е место. Данное обстоятельство позволило говорить о подражании группы шведскому квартету «ABBA». Название коллектив получил по наименованию популярного лондонского коктейля, включающего в себя в качестве ингредиентов шампанское и апельсиновый сок.

Выступление группы на конкурсе запомнилось исчезновением юбок у обеих вокалисток в середине концертного номера, что в 2005 году по результатам голосоания зрителей BBC было признано самым запоминающимся моментом в его истории. После победы на конкурсе песня «Making Your Mind Up» три недели занимала первое место в британских чартах. После подобного успеха группа, которая была создана лишь для участия в конкурсе продолжила успешную совместную деятельность. В 1981 году группа записала ещё два хита — «Piece Of The Action» (12-е место в хит-параде) и «One Of Those Nights» (20-е место). В следующем году уже две песни поднимались на первое место в хит-парадах («Land Of Make Believe» и «My Camera Never Lies»).

В дальнейшем группа не добивалась подобных успехов, хотя их песни постоянно попадали в первую двадцатку в чартах на протяжении ещё нескольких лет. Затем Bucks Fizz стали в своём творчестве ориентироваться на более взрослую аудиторию. Но это не принесло ожидаемых результатов. Члены группы решили взять паузу, вернувшись к активной деятельности в 1985 году c песней «You And Your Heart So Blue». Это была последняя песня, которая вошла в чарты. Более у группы подобных успехов не было, однако коллектив продолжает свою деятельность вплоть до настоящего времени.

Текущий состав группы выглядит следующим образом: Бобби Джи, Хейди Мэнтон, Томми Чоат, Пол Фордхэм.

Синглы

В таблице указано место синглов группы в хит-парадах Великобритании, ФРГ, Австралии, Люксембурга, Австрии, Нидерландов и Ирландии.

Год Song GBR GER AUS LUX AUT NED IRL Альбом
1981 «Making Your Mind Up» 1 5 6 1 1 1 1 Bucks Fizz
«Piece of the Action» 12 35 26 - 11 - 10
«One of Those Nights» 20 - - - 6 - 29
«Another Night» N/A - - - - - - Are You Ready
«The Land of Make Believe» 1 3 15 - 5 1 1
1982 «My Camera Never Lies» 1 31 63 - 11 30 2
«Now Those Days are Gone» 8 - - - - - 5
«Are You Ready» N/A - 93 - - - -
«Easy Love» N/A - - - - - -
«If You Can’t Stand the Heat» 10 75 93 - - - 10 Hand Cut
1983 «Run for Your Life» 14 - - - - - 8
«When We Were Young» 10 52 - 8 19 14 6 Greatest Hits
«London Town» 34 64 - - 19 - 24
«Rules of the Game» 57 - - - - - -
1984 «Talking in Your Sleep» 15 - - 14 - - 14 I Hear Talk
«Golden Days» 42 - - - - - -
«I Hear Talk» 34 - - 25 - - 29
1985 «You and Your Heart so Blue» 43 - - 40 - - - Writing On The Wall
«Magical» 57 - - - - - -
1986 «New Beginning (Mamba Seyra)» 8 - - 5 - 32 11
«Love the One You’re With» 47 - - - - - -
«Keep Each Other Warm» 45 - - - - - -
1988 «Heart of Stone» 50 - - - - - - The Story So Far
1989 «You Love Love» - - - - - - -

Дискография

В таблице указано место альбомов группы в британском хит-параде.

Год Альбом GBR
1981 Bucks Fizz 14
1982 Are You Ready 10
1983 Hand Cut 17
Greatest Hits 25
1984 I Hear Talk 66
1986 Writing on the Wall 89
1988 The Story So Far -
1991 Live at Fairfield Halls -
2005 The Ultimate Anthology -
2006 The Lost Masters -
2007 The Very Best of Bucks Fizz 40
2008 The Lost Masters 2 — The Final Cut -

Напишите отзыв о статье "Bucks Fizz"

Ссылки

  • [www.bucksfizz.co.uk Официальный сайт]

Отрывок, характеризующий Bucks Fizz

Михаил Иваныч встал и пошел в кабинет. Но только что он вышел, старый князь, беспокойно оглядывавшийся, бросил салфетку и пошел сам.
– Ничего то не умеют, все перепутают.
Пока он ходил, княжна Марья, Десаль, m lle Bourienne и даже Николушка молча переглядывались. Старый князь вернулся поспешным шагом, сопутствуемый Михаилом Иванычем, с письмом и планом, которые он, не давая никому читать во время обеда, положил подле себя.
Перейдя в гостиную, он передал письмо княжне Марье и, разложив пред собой план новой постройки, на который он устремил глаза, приказал ей читать вслух. Прочтя письмо, княжна Марья вопросительно взглянула на отца.
Он смотрел на план, очевидно, погруженный в свои мысли.
– Что вы об этом думаете, князь? – позволил себе Десаль обратиться с вопросом.
– Я! я!.. – как бы неприятно пробуждаясь, сказал князь, не спуская глаз с плана постройки.
– Весьма может быть, что театр войны так приблизится к нам…
– Ха ха ха! Театр войны! – сказал князь. – Я говорил и говорю, что театр войны есть Польша, и дальше Немана никогда не проникнет неприятель.
Десаль с удивлением посмотрел на князя, говорившего о Немане, когда неприятель был уже у Днепра; но княжна Марья, забывшая географическое положение Немана, думала, что то, что ее отец говорит, правда.
– При ростепели снегов потонут в болотах Польши. Они только могут не видеть, – проговорил князь, видимо, думая о кампании 1807 го года, бывшей, как казалось, так недавно. – Бенигсен должен был раньше вступить в Пруссию, дело приняло бы другой оборот…
– Но, князь, – робко сказал Десаль, – в письме говорится о Витебске…
– А, в письме, да… – недовольно проговорил князь, – да… да… – Лицо его приняло вдруг мрачное выражение. Он помолчал. – Да, он пишет, французы разбиты, при какой это реке?
Десаль опустил глаза.
– Князь ничего про это не пишет, – тихо сказал он.
– А разве не пишет? Ну, я сам не выдумал же. – Все долго молчали.
– Да… да… Ну, Михайла Иваныч, – вдруг сказал он, приподняв голову и указывая на план постройки, – расскажи, как ты это хочешь переделать…
Михаил Иваныч подошел к плану, и князь, поговорив с ним о плане новой постройки, сердито взглянув на княжну Марью и Десаля, ушел к себе.
Княжна Марья видела смущенный и удивленный взгляд Десаля, устремленный на ее отца, заметила его молчание и была поражена тем, что отец забыл письмо сына на столе в гостиной; но она боялась не только говорить и расспрашивать Десаля о причине его смущения и молчания, но боялась и думать об этом.
Ввечеру Михаил Иваныч, присланный от князя, пришел к княжне Марье за письмом князя Андрея, которое забыто было в гостиной. Княжна Марья подала письмо. Хотя ей это и неприятно было, она позволила себе спросить у Михаила Иваныча, что делает ее отец.
– Всё хлопочут, – с почтительно насмешливой улыбкой, которая заставила побледнеть княжну Марью, сказал Михаил Иваныч. – Очень беспокоятся насчет нового корпуса. Читали немножко, а теперь, – понизив голос, сказал Михаил Иваныч, – у бюра, должно, завещанием занялись. (В последнее время одно из любимых занятий князя было занятие над бумагами, которые должны были остаться после его смерти и которые он называл завещанием.)
– А Алпатыча посылают в Смоленск? – спросила княжна Марья.
– Как же с, уж он давно ждет.


Когда Михаил Иваныч вернулся с письмом в кабинет, князь в очках, с абажуром на глазах и на свече, сидел у открытого бюро, с бумагами в далеко отставленной руке, и в несколько торжественной позе читал свои бумаги (ремарки, как он называл), которые должны были быть доставлены государю после его смерти.
Когда Михаил Иваныч вошел, у него в глазах стояли слезы воспоминания о том времени, когда он писал то, что читал теперь. Он взял из рук Михаила Иваныча письмо, положил в карман, уложил бумаги и позвал уже давно дожидавшегося Алпатыча.
На листочке бумаги у него было записано то, что нужно было в Смоленске, и он, ходя по комнате мимо дожидавшегося у двери Алпатыча, стал отдавать приказания.
– Первое, бумаги почтовой, слышишь, восемь дестей, вот по образцу; золотообрезной… образчик, чтобы непременно по нем была; лаку, сургучу – по записке Михаила Иваныча.
Он походил по комнате и заглянул в памятную записку.
– Потом губернатору лично письмо отдать о записи.
Потом были нужны задвижки к дверям новой постройки, непременно такого фасона, которые выдумал сам князь. Потом ящик переплетный надо было заказать для укладки завещания.
Отдача приказаний Алпатычу продолжалась более двух часов. Князь все не отпускал его. Он сел, задумался и, закрыв глаза, задремал. Алпатыч пошевелился.
– Ну, ступай, ступай; ежели что нужно, я пришлю.
Алпатыч вышел. Князь подошел опять к бюро, заглянув в него, потрогал рукою свои бумаги, опять запер и сел к столу писать письмо губернатору.
Уже было поздно, когда он встал, запечатав письмо. Ему хотелось спать, но он знал, что не заснет и что самые дурные мысли приходят ему в постели. Он кликнул Тихона и пошел с ним по комнатам, чтобы сказать ему, где стлать постель на нынешнюю ночь. Он ходил, примеривая каждый уголок.
Везде ему казалось нехорошо, но хуже всего был привычный диван в кабинете. Диван этот был страшен ему, вероятно по тяжелым мыслям, которые он передумал, лежа на нем. Нигде не было хорошо, но все таки лучше всех был уголок в диванной за фортепиано: он никогда еще не спал тут.