Euro Players Tour Championship 2010/2011 — Этап 4

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Euro Players Tour Championship 2010/2011 – Этап 4»)
Перейти к: навигация, поиск

Снукерные
турниры
Players Tour Championship
Глостер, Англия
28 — 31 октября 2010
South West Academy
Призовой фонд — 50 000
Победитель — € 10 000
Высший брейк — 136 (Стивен Магуайр)
Статус — низкорейтинговый
Финальный матч
Победитель — Стивен Ли
Финалист — Стивен Магуайр

Euro Players Tour Championship 2010/2011 – Этап 4 (также известен, как 2010 MIUS (Mount International Ultrasound Services) Cup[1]) — снукерный низкорейтинговый турнир, который прошёл с 28 по 31 октября 2010 года в Глостере, Англия.[2]

Победителем стал Стивен Ли, со счётом 4:2 переигравший в финале Стивена Магуайра.





Призовой фонд и рейтинговые очки

Чемпион: 10 000 (2000 очков)[3]
Финалист: € 5 000 (1600 очков)
Полуфиналисты: € 2 500 (1280 очков)
Четвертьфиналисты: € 1 500 (1000 очков)
Участники 1/8: € 1 000 (760 очков)
Участники 1/16: € 600 (560 очков)
Участники 1/32: € 200 (360 очков)

Призовой фонд: € 50 000.

Результаты

  • Все матчи турнира играются до 4-х побед.

Предварительный раунд

Люка Бресель 0:4 Стюарт Каррингтон
Мартин О'Доннэлл 4:1 Дэвид Сингх
Эндрю Миллъярд П:отказ Джейми Кларк

Секция 1

  1/64 1/32 1/16 1/8 1/4
  Барри Пинчес 1  
  Дэвид Грэйс 4       Дэвид Грэйс 4  
  Лян Вэньбо П       Лян Вэньбо 2  
  Дэнни Дуэйн отказ         Дэвид Грэйс 2  
  Марк Аллен П       Эндрю Норман 4  
  Майк Данн отказ       Марк Аллен 3  
  Дин Цзюньхуэй 3       Эндрю Норман 4  
  Эндрю Норман 4         Эндрю Норман 3  
  Лю Сун 4       Стивен Ли 4  
  Сэм Бэйрд 3       Лю Сун 4  
  Нил Робертсон 4       Нил Робертсон 2  
  Дэвид Моррис 1       Лю Сун 2
  Джимми Уайт 4       Стивен Ли 4  
  Дуэйн Джонс 1       Джимми Уайт 3  
  Стивен Ли 4       Стивен Ли 4  
  Джейми Браун 2         Стивен Ли 4
  Эдриан Ганнэл отказ       Марк Дэвис 2
  Стюарт Каррингтон П       Стюарт Каррингтон 4
  Патрик Уоллес 0       Марк Кинг 3  
  Марк Кинг 4       Стюарт Каррингтон 0
  Джимми Робертсон 4       Питер Эбдон 4  
  Джек Джонс 1       Джимми Робертсон 3  
  Питер Эбдон 4       Питер Эбдон 4  
  Джо Делэни 0       Питер Эбдон 1  
  Марк Дэвис 4       Марк Дэвис 4  
  Патрик Айнсле 0       Марк Дэвис 4       
  Рики Уолден 4       Рики Уолден 1       
  Джейми Уокер 0       Марк Дэвис 4
  Джейми Джонс 4       Джейми Джонс 2  
  Иэн Гловер 2       Джейми Джонс 4
  Алистер Картер 4       Алистер Картер 1  
  Риан Эванс 0  

Секция 2

  1/64 1/32 1/16 1/8 1/4
  Джеймс Макбейн 4  
  Крис Норбери 1       Джеймс Макбейн 0  
  Энди Хикс 4       Энди Хикс 4  
  Майкл Уайт 2         Энди Хикс 0  
  Сяо Годун 4       Джо Джогия 4  
  Джеймс Уоттана 0       Сяо Годун 3  
  Джо Джогия 4       Джо Джогия 4  
  Марк Харман 1         Джо Джогия 4  
  Пол Дэвисон 4       Кен Доэрти 2  
  Адам Уичерд 0       Пол Дэвисон 1  
  Мэттью Стивенс 4       Мэттью Стивенс 4  
  Мартин О'Доннэлл 1       Мэттью Стивенс 2
  Дэниел Уэллс 4       Кен Доэрти 4  
  Дермот Макглинчи 0       Дэниел Уэллс 3  
  Бьёрн Ханевеер 1       Кен Доэрти 4  
  Кен Доэрти 4         Джо Джогия 4
  Маркус Кэмпбелл 3       Лю Чуан 2
  Танават Тирапонгпайбун 4       Танават Тирапонгпайбун 1
  Джадд Трамп 4       Джадд Трамп 4  
  Лес Додд 1       Джадд Трамп 0
  Игор Фигэйредо 4       Шон Мёрфи 4  
  Робби Уильямс 1       Игор Фигэйредо 1  
  Шон Мёрфи 4       Шон Мёрфи 4  
  Гэри Томсон 0       Шон Мёрфи 1  
  Эндрю Хиггинсон 4       Лю Чуан 4  
  Алекс Тобмэн 0       Эндрю Хиггинсон 2       
  Лю Чуан 4       Лю Чуан 4       
  Джо Свэйл 0       Лю Чуан 4
  Доминик Дэйл 2       Райан Дэй 2  
  Райан Дэй 4       Райан Дэй 4
  Барри Хокинс 4       Барри Хокинс 0  
  Джастин Эстли 1  

Секция 3

  1/64 1/32 1/16 1/8 1/4
  Марк Уильямс отказ  
  Майкл Холт П       Майкл Холт 1  
  Энтони Макгилл 4       Энтони Макгилл 4  
  Ханс Бланкерт 1         Энтони Макгилл 3  
  Фергал О'Брайен 4       Лиам Хайфилд 4  
  Кулдеш Джохал 2       Фергал О'Брайен 2  
  Лиам Хайфилд 4       Лиам Хайфилд 4  
  Кристофер Хенри 0         Лиам Хайфилд 4  
  Алан Макманус 2       Джерард Грин 2  
  Иссара Качайвон 4       Иссара Качайвон 2  
  Майкл Уэсли 4       Майкл Уэсли 4  
  Паскаль Ришар 0       Майкл Уэсли 1
  Рори Маклауд 4       Джерард Грин 4  
  Бен Харрисон 1       Рори Маклауд 3  
  Джерард Грин П       Джерард Грин 4  
  Штефан Герст отказ         Лиам Хайфилд 4
  Тони Драго 4       Грэм Дотт 3
  Митчелл Манн 1       Тони Драго 2
  Мэттью Коуч 4       Мэттью Коуч 4  
  Дэл Смит 0       Мэттью Коуч 2
  Дэйв Харольд отказ       Бен Вулластон 4  
  Лео Фернандес П       Лео Фернандес 3  
  Бен Вулластон 4       Бен Вулластон 4  
  Чжан Аньда 1       Бен Вулластон 3  
  Питер Лайнс 1       Грэм Дотт 4  
  Джейми Бёрнетт 4       Джейми Бёрнетт 2       
  Грэм Дотт 4       Грэм Дотт 4       
  Джейми О'Нил 1       Грэм Дотт 4
  Мартин Гоулд 4       Том Форд 0  
  Льюис Джон Колкатт 0       Мартин Гоулд 2
  Том Форд 4       Том Форд 4  
  Эндрю Миллъярд 3  

Секция 4

  1/64 1/32 1/16 1/8 1/4
  Джек Лисовски 4  
  Саймон Бедфорд 1       Джек Лисовски 4  
  Джейми Коуп 0       Дэвид Гилберт 1  
  Дэвид Гилберт 4         Джек Лисовски 4  
  Иан Маккалох 4       Марк Джойс 2  
  Джефф Канди 3       Иан Маккалох 1  
  Марк Джойс 4       Марк Джойс 4  
  Чэнь Чже 2         Джек Лисовски 2  
  Стивен Магуайр 4       Стивен Магуайр 4  
  Тони Ноулз 2       Стивен Магуайр 4  
  Марко Фу 4       Марко Фу 3  
  Роберт Милкинс 1       Стивен Магуайр 4
  Эндрю Паджетт 4       Джо Перри 2  
  Лассе Мюнстерманн 1       Эндрю Паджетт 1  
  Джо Перри 4       Джо Перри 4  
  Стивен Хендри 3         Стивен Магуайр 4
  Найджел Бонд 4       Энтони Хэмилтон 2
  Род Лоулер 3       Найджел Бонд 2
  Стюарт Бинэм 4       Стюарт Бинэм 4  
  Джек Каллигэн 0       Стюарт Бинэм 2
  Аллан Тейлор 4       Энтони Хэмилтон 4  
  Энди Ли 1       Аллан Тейлор 2  
  Энтони Хэмилтон 4       Энтони Хэмилтон 4  
  Кишан Хирани 0       Энтони Хэмилтон 4  
  Эльфи Бёрден 0       Марк Селби 2  
  Стив Дэвис 4       Стив Дэвис 3       
  Мэттью Селт 4       Мэттью Селт 4       
  Курт Мэфлин 0       Мэттью Селт 2
  Ронни О'Салливан отказ       Марк Селби 4  
  Ноппон Саенгхам П       Ноппон Саенгхам 1
  Марк Селби 4       Марк Селби 4  
  Кирен Уилсон 2  

Финальная часть

  Полуфиналы
Матчи до 4 побед
Финал
Матч до 4 побед
                 

<td colspan="2" style="border:1px solid #aaa;" bgcolor=#f9f9f9>   Стивен Ли</td>

4  

<td colspan="2" style="border:1px solid #aaa;" bgcolor=#f9f9f9>   Джо Джогия</td>

1  
   

<td colspan="2" style="border:1px solid #aaa;" bgcolor=#f9f9f9>   Стивен Ли</td>

4
 

<td colspan="2" style="border:1px solid #aaa;" bgcolor=#f9f9f9>   Стивен Магуайр</td>

2

<td colspan="2" style="border:1px solid #aaa;" bgcolor=#f9f9f9>   Лиам Хайфилд</td>

2

<td colspan="2" style="border:1px solid #aaa;" bgcolor=#f9f9f9>   Стивен Магуайр</td>

4  


Сенчури-брейки[4]

Напишите отзыв о статье "Euro Players Tour Championship 2010/2011 — Этап 4"

Примечания

  1. [www.worldsnooker.com/PTC8_news%28EPTC4_Draw%29-2745.htm?tid=190 EPTC4]. worldsnooker.com. WPBSA. Проверено 18 октября 2010.
  2. [www.worldsnooker.com/site_files/EPTC4%20Draw.pdf ЕPTC-4 — турнирная таблица]. worldsnooker.com. WPBSA.
  3. Рейтинговые очки начисляются только участникам мэйн-тура.
  4. [www.global-snooker.com/2010-PTC-Centuries.asp РТС: Сенчури брейки] (англ.). Global Snooker. [www.webcitation.org/66O1O7Lc7 Архивировано из первоисточника 23 марта 2012].

Ссылки

  • [www.global-snooker.com/professional-eptc-4-results.asp Результаты финальной стадии на Global-Snooker]  (англ.)

Отрывок, характеризующий Euro Players Tour Championship 2010/2011 — Этап 4

Наташа не дала ей договорить, притянула к себе большую руку графини и поцеловала ее сверху, потом в ладонь, потом опять повернула и стала целовать ее в косточку верхнего сустава пальца, потом в промежуток, потом опять в косточку, шопотом приговаривая: «январь, февраль, март, апрель, май».
– Говорите, мама, что же вы молчите? Говорите, – сказала она, оглядываясь на мать, которая нежным взглядом смотрела на дочь и из за этого созерцания, казалось, забыла всё, что она хотела сказать.
– Это не годится, душа моя. Не все поймут вашу детскую связь, а видеть его таким близким с тобой может повредить тебе в глазах других молодых людей, которые к нам ездят, и, главное, напрасно мучает его. Он, может быть, нашел себе партию по себе, богатую; а теперь он с ума сходит.
– Сходит? – повторила Наташа.
– Я тебе про себя скажу. У меня был один cousin…
– Знаю – Кирилла Матвеич, да ведь он старик?
– Не всегда был старик. Но вот что, Наташа, я поговорю с Борей. Ему не надо так часто ездить…
– Отчего же не надо, коли ему хочется?
– Оттого, что я знаю, что это ничем не кончится.
– Почему вы знаете? Нет, мама, вы не говорите ему. Что за глупости! – говорила Наташа тоном человека, у которого хотят отнять его собственность.
– Ну не выйду замуж, так пускай ездит, коли ему весело и мне весело. – Наташа улыбаясь поглядела на мать.
– Не замуж, а так , – повторила она.
– Как же это, мой друг?
– Да так . Ну, очень нужно, что замуж не выйду, а… так .
– Так, так, – повторила графиня и, трясясь всем своим телом, засмеялась добрым, неожиданным старушечьим смехом.
– Полноте смеяться, перестаньте, – закричала Наташа, – всю кровать трясете. Ужасно вы на меня похожи, такая же хохотунья… Постойте… – Она схватила обе руки графини, поцеловала на одной кость мизинца – июнь, и продолжала целовать июль, август на другой руке. – Мама, а он очень влюблен? Как на ваши глаза? В вас были так влюблены? И очень мил, очень, очень мил! Только не совсем в моем вкусе – он узкий такой, как часы столовые… Вы не понимаете?…Узкий, знаете, серый, светлый…
– Что ты врешь! – сказала графиня.
Наташа продолжала:
– Неужели вы не понимаете? Николенька бы понял… Безухий – тот синий, темно синий с красным, и он четвероугольный.
– Ты и с ним кокетничаешь, – смеясь сказала графиня.
– Нет, он франмасон, я узнала. Он славный, темно синий с красным, как вам растолковать…
– Графинюшка, – послышался голос графа из за двери. – Ты не спишь? – Наташа вскочила босиком, захватила в руки туфли и убежала в свою комнату.
Она долго не могла заснуть. Она всё думала о том, что никто никак не может понять всего, что она понимает, и что в ней есть.
«Соня?» подумала она, глядя на спящую, свернувшуюся кошечку с ее огромной косой. «Нет, куда ей! Она добродетельная. Она влюбилась в Николеньку и больше ничего знать не хочет. Мама, и та не понимает. Это удивительно, как я умна и как… она мила», – продолжала она, говоря про себя в третьем лице и воображая, что это говорит про нее какой то очень умный, самый умный и самый хороший мужчина… «Всё, всё в ней есть, – продолжал этот мужчина, – умна необыкновенно, мила и потом хороша, необыкновенно хороша, ловка, – плавает, верхом ездит отлично, а голос! Можно сказать, удивительный голос!» Она пропела свою любимую музыкальную фразу из Херубиниевской оперы, бросилась на постель, засмеялась от радостной мысли, что она сейчас заснет, крикнула Дуняшу потушить свечку, и еще Дуняша не успела выйти из комнаты, как она уже перешла в другой, еще более счастливый мир сновидений, где всё было так же легко и прекрасно, как и в действительности, но только было еще лучше, потому что было по другому.

На другой день графиня, пригласив к себе Бориса, переговорила с ним, и с того дня он перестал бывать у Ростовых.


31 го декабря, накануне нового 1810 года, le reveillon [ночной ужин], был бал у Екатерининского вельможи. На бале должен был быть дипломатический корпус и государь.
На Английской набережной светился бесчисленными огнями иллюминации известный дом вельможи. У освещенного подъезда с красным сукном стояла полиция, и не одни жандармы, но полицеймейстер на подъезде и десятки офицеров полиции. Экипажи отъезжали, и всё подъезжали новые с красными лакеями и с лакеями в перьях на шляпах. Из карет выходили мужчины в мундирах, звездах и лентах; дамы в атласе и горностаях осторожно сходили по шумно откладываемым подножкам, и торопливо и беззвучно проходили по сукну подъезда.
Почти всякий раз, как подъезжал новый экипаж, в толпе пробегал шопот и снимались шапки.
– Государь?… Нет, министр… принц… посланник… Разве не видишь перья?… – говорилось из толпы. Один из толпы, одетый лучше других, казалось, знал всех, и называл по имени знатнейших вельмож того времени.
Уже одна треть гостей приехала на этот бал, а у Ростовых, долженствующих быть на этом бале, еще шли торопливые приготовления одевания.
Много было толков и приготовлений для этого бала в семействе Ростовых, много страхов, что приглашение не будет получено, платье не будет готово, и не устроится всё так, как было нужно.
Вместе с Ростовыми ехала на бал Марья Игнатьевна Перонская, приятельница и родственница графини, худая и желтая фрейлина старого двора, руководящая провинциальных Ростовых в высшем петербургском свете.
В 10 часов вечера Ростовы должны были заехать за фрейлиной к Таврическому саду; а между тем было уже без пяти минут десять, а еще барышни не были одеты.
Наташа ехала на первый большой бал в своей жизни. Она в этот день встала в 8 часов утра и целый день находилась в лихорадочной тревоге и деятельности. Все силы ее, с самого утра, были устремлены на то, чтобы они все: она, мама, Соня были одеты как нельзя лучше. Соня и графиня поручились вполне ей. На графине должно было быть масака бархатное платье, на них двух белые дымковые платья на розовых, шелковых чехлах с розанами в корсаже. Волоса должны были быть причесаны a la grecque [по гречески].
Все существенное уже было сделано: ноги, руки, шея, уши были уже особенно тщательно, по бальному, вымыты, надушены и напудрены; обуты уже были шелковые, ажурные чулки и белые атласные башмаки с бантиками; прически были почти окончены. Соня кончала одеваться, графиня тоже; но Наташа, хлопотавшая за всех, отстала. Она еще сидела перед зеркалом в накинутом на худенькие плечи пеньюаре. Соня, уже одетая, стояла посреди комнаты и, нажимая до боли маленьким пальцем, прикалывала последнюю визжавшую под булавкой ленту.
– Не так, не так, Соня, – сказала Наташа, поворачивая голову от прически и хватаясь руками за волоса, которые не поспела отпустить державшая их горничная. – Не так бант, поди сюда. – Соня присела. Наташа переколола ленту иначе.
– Позвольте, барышня, нельзя так, – говорила горничная, державшая волоса Наташи.
– Ах, Боже мой, ну после! Вот так, Соня.
– Скоро ли вы? – послышался голос графини, – уж десять сейчас.
– Сейчас, сейчас. – А вы готовы, мама?
– Только току приколоть.
– Не делайте без меня, – крикнула Наташа: – вы не сумеете!
– Да уж десять.
На бале решено было быть в половине одиннадцатого, a надо было еще Наташе одеться и заехать к Таврическому саду.
Окончив прическу, Наташа в коротенькой юбке, из под которой виднелись бальные башмачки, и в материнской кофточке, подбежала к Соне, осмотрела ее и потом побежала к матери. Поворачивая ей голову, она приколола току, и, едва успев поцеловать ее седые волосы, опять побежала к девушкам, подшивавшим ей юбку.
Дело стояло за Наташиной юбкой, которая была слишком длинна; ее подшивали две девушки, обкусывая торопливо нитки. Третья, с булавками в губах и зубах, бегала от графини к Соне; четвертая держала на высоко поднятой руке всё дымковое платье.
– Мавруша, скорее, голубушка!
– Дайте наперсток оттуда, барышня.
– Скоро ли, наконец? – сказал граф, входя из за двери. – Вот вам духи. Перонская уж заждалась.
– Готово, барышня, – говорила горничная, двумя пальцами поднимая подшитое дымковое платье и что то обдувая и потряхивая, высказывая этим жестом сознание воздушности и чистоты того, что она держала.
Наташа стала надевать платье.
– Сейчас, сейчас, не ходи, папа, – крикнула она отцу, отворившему дверь, еще из под дымки юбки, закрывавшей всё ее лицо. Соня захлопнула дверь. Через минуту графа впустили. Он был в синем фраке, чулках и башмаках, надушенный и припомаженный.
– Ах, папа, ты как хорош, прелесть! – сказала Наташа, стоя посреди комнаты и расправляя складки дымки.
– Позвольте, барышня, позвольте, – говорила девушка, стоя на коленях, обдергивая платье и с одной стороны рта на другую переворачивая языком булавки.
– Воля твоя! – с отчаянием в голосе вскрикнула Соня, оглядев платье Наташи, – воля твоя, опять длинно!
Наташа отошла подальше, чтоб осмотреться в трюмо. Платье было длинно.
– Ей Богу, сударыня, ничего не длинно, – сказала Мавруша, ползавшая по полу за барышней.
– Ну длинно, так заметаем, в одну минутую заметаем, – сказала решительная Дуняша, из платочка на груди вынимая иголку и опять на полу принимаясь за работу.
В это время застенчиво, тихими шагами, вошла графиня в своей токе и бархатном платье.
– Уу! моя красавица! – закричал граф, – лучше вас всех!… – Он хотел обнять ее, но она краснея отстранилась, чтоб не измяться.
– Мама, больше на бок току, – проговорила Наташа. – Я переколю, и бросилась вперед, а девушки, подшивавшие, не успевшие за ней броситься, оторвали кусочек дымки.
– Боже мой! Что ж это такое? Я ей Богу не виновата…
– Ничего, заметаю, не видно будет, – говорила Дуняша.
– Красавица, краля то моя! – сказала из за двери вошедшая няня. – А Сонюшка то, ну красавицы!…
В четверть одиннадцатого наконец сели в кареты и поехали. Но еще нужно было заехать к Таврическому саду.
Перонская была уже готова. Несмотря на ее старость и некрасивость, у нее происходило точно то же, что у Ростовых, хотя не с такой торопливостью (для нее это было дело привычное), но также было надушено, вымыто, напудрено старое, некрасивое тело, также старательно промыто за ушами, и даже, и так же, как у Ростовых, старая горничная восторженно любовалась нарядом своей госпожи, когда она в желтом платье с шифром вышла в гостиную. Перонская похвалила туалеты Ростовых.
Ростовы похвалили ее вкус и туалет, и, бережа прически и платья, в одиннадцать часов разместились по каретам и поехали.


Наташа с утра этого дня не имела ни минуты свободы, и ни разу не успела подумать о том, что предстоит ей.
В сыром, холодном воздухе, в тесноте и неполной темноте колыхающейся кареты, она в первый раз живо представила себе то, что ожидает ее там, на бале, в освещенных залах – музыка, цветы, танцы, государь, вся блестящая молодежь Петербурга. То, что ее ожидало, было так прекрасно, что она не верила даже тому, что это будет: так это было несообразно с впечатлением холода, тесноты и темноты кареты. Она поняла всё то, что ее ожидает, только тогда, когда, пройдя по красному сукну подъезда, она вошла в сени, сняла шубу и пошла рядом с Соней впереди матери между цветами по освещенной лестнице. Только тогда она вспомнила, как ей надо было себя держать на бале и постаралась принять ту величественную манеру, которую она считала необходимой для девушки на бале. Но к счастью ее она почувствовала, что глаза ее разбегались: она ничего не видела ясно, пульс ее забил сто раз в минуту, и кровь стала стучать у ее сердца. Она не могла принять той манеры, которая бы сделала ее смешною, и шла, замирая от волнения и стараясь всеми силами только скрыть его. И эта то была та самая манера, которая более всего шла к ней. Впереди и сзади их, так же тихо переговариваясь и так же в бальных платьях, входили гости. Зеркала по лестнице отражали дам в белых, голубых, розовых платьях, с бриллиантами и жемчугами на открытых руках и шеях.
Наташа смотрела в зеркала и в отражении не могла отличить себя от других. Всё смешивалось в одну блестящую процессию. При входе в первую залу, равномерный гул голосов, шагов, приветствий – оглушил Наташу; свет и блеск еще более ослепил ее. Хозяин и хозяйка, уже полчаса стоявшие у входной двери и говорившие одни и те же слова входившим: «charme de vous voir», [в восхищении, что вижу вас,] так же встретили и Ростовых с Перонской.
Две девочки в белых платьях, с одинаковыми розами в черных волосах, одинаково присели, но невольно хозяйка остановила дольше свой взгляд на тоненькой Наташе. Она посмотрела на нее, и ей одной особенно улыбнулась в придачу к своей хозяйской улыбке. Глядя на нее, хозяйка вспомнила, может быть, и свое золотое, невозвратное девичье время, и свой первый бал. Хозяин тоже проводил глазами Наташу и спросил у графа, которая его дочь?
– Charmante! [Очаровательна!] – сказал он, поцеловав кончики своих пальцев.
В зале стояли гости, теснясь у входной двери, ожидая государя. Графиня поместилась в первых рядах этой толпы. Наташа слышала и чувствовала, что несколько голосов спросили про нее и смотрели на нее. Она поняла, что она понравилась тем, которые обратили на нее внимание, и это наблюдение несколько успокоило ее.
«Есть такие же, как и мы, есть и хуже нас» – подумала она.
Перонская называла графине самых значительных лиц, бывших на бале.
– Вот это голландский посланик, видите, седой, – говорила Перонская, указывая на старичка с серебряной сединой курчавых, обильных волос, окруженного дамами, которых он чему то заставлял смеяться.
– А вот она, царица Петербурга, графиня Безухая, – говорила она, указывая на входившую Элен.
– Как хороша! Не уступит Марье Антоновне; смотрите, как за ней увиваются и молодые и старые. И хороша, и умна… Говорят принц… без ума от нее. А вот эти две, хоть и нехороши, да еще больше окружены.
Она указала на проходивших через залу даму с очень некрасивой дочерью.
– Это миллионерка невеста, – сказала Перонская. – А вот и женихи.
– Это брат Безуховой – Анатоль Курагин, – сказала она, указывая на красавца кавалергарда, который прошел мимо их, с высоты поднятой головы через дам глядя куда то. – Как хорош! неправда ли? Говорят, женят его на этой богатой. .И ваш то соusin, Друбецкой, тоже очень увивается. Говорят, миллионы. – Как же, это сам французский посланник, – отвечала она о Коленкуре на вопрос графини, кто это. – Посмотрите, как царь какой нибудь. А всё таки милы, очень милы французы. Нет милей для общества. А вот и она! Нет, всё лучше всех наша Марья то Антоновна! И как просто одета. Прелесть! – А этот то, толстый, в очках, фармазон всемирный, – сказала Перонская, указывая на Безухова. – С женою то его рядом поставьте: то то шут гороховый!