G.728

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

G.728 — это стандарт ITU-T для операции кодирования речи на 16 кбит/с. Официально он описывается как кодирование речи на 16 кбит/с, используя линейное предсказание с мультикодовым управлением и с низкой задержкой.

Технология использует алгоритм CELP с низкой задержкой. При этом задержка кодека составляет всего 5 семплов, или 0,625 мс. Линейное предсказание вычисляется с 50 позиции назад фильтром кодирования с линейным предсказанием (англ.). Возбуждение генерируется с усиленным масштабированием векторным квантованием. Стандарт был разработан в 1992 году в виде алгоритма кода с плавающей запятой. В 1994 году был выпущен кодек, в котором использовалось число с фиксированной запятой. G.728 обрабатывал модемные сигналы с малым битрейтом до скоростей 2400 бит/сек. Также через него проходили сигналы компьютерных сетей. Сложность кодека составляет 30 MIPS. Для кодовой книги в работе кодека требуется 2 Кб оперативной памяти. Средний балл эффективности (англ. Mean opinion score) G.728 составляет 3,61.

Сущность метода сводится к аналитически-синтетическому подходу при поиске в кодовой книге, хранящейся в CELP. Однако CELP с низкой задержкой использует адаптивное предсказание назад для достижения алгоритмической задержки в 0,625 мс.

Формат RealAudio 28,8 является вариантом с уменьшенным битрейтом этого стандарта с использованием 15,2 кбит/с.[1]



См. также

Напишите отзыв о статье "G.728"

Примечания

  1. [wiki.multimedia.cx/index.php?title=RealAudio_28.8 Multimedia-Wiki's entry for RealAudio 28.8]

Ссылки

  • [www.itu.int/rec/recommendation.asp?type=folders&lang=e&parent=T-REC-G.728 ITU-T G.728 page]
  • C source code for G.728

Отрывок, характеризующий G.728

Вызванный этим вопросом, Пьер поднял голову и почувствовал необходимость высказать занимавшие его мысли; он стал объяснять, как он несколько иначе понимает любовь к женщине. Он сказал, что он во всю свою жизнь любил и любит только одну женщину и что эта женщина никогда не может принадлежать ему.
– Tiens! [Вишь ты!] – сказал капитан.
Потом Пьер объяснил, что он любил эту женщину с самых юных лет; но не смел думать о ней, потому что она была слишком молода, а он был незаконный сын без имени. Потом же, когда он получил имя и богатство, он не смел думать о ней, потому что слишком любил ее, слишком высоко ставил ее над всем миром и потому, тем более, над самим собою. Дойдя до этого места своего рассказа, Пьер обратился к капитану с вопросом: понимает ли он это?
Капитан сделал жест, выражающий то, что ежели бы он не понимал, то он все таки просит продолжать.
– L'amour platonique, les nuages… [Платоническая любовь, облака…] – пробормотал он. Выпитое ли вино, или потребность откровенности, или мысль, что этот человек не знает и не узнает никого из действующих лиц его истории, или все вместе развязало язык Пьеру. И он шамкающим ртом и маслеными глазами, глядя куда то вдаль, рассказал всю свою историю: и свою женитьбу, и историю любви Наташи к его лучшему другу, и ее измену, и все свои несложные отношения к ней. Вызываемый вопросами Рамбаля, он рассказал и то, что скрывал сначала, – свое положение в свете и даже открыл ему свое имя.
Более всего из рассказа Пьера поразило капитана то, что Пьер был очень богат, что он имел два дворца в Москве и что он бросил все и не уехал из Москвы, а остался в городе, скрывая свое имя и звание.
Уже поздно ночью они вместе вышли на улицу. Ночь была теплая и светлая. Налево от дома светлело зарево первого начавшегося в Москве, на Петровке, пожара. Направо стоял высоко молодой серп месяца, и в противоположной от месяца стороне висела та светлая комета, которая связывалась в душе Пьера с его любовью. У ворот стояли Герасим, кухарка и два француза. Слышны были их смех и разговор на непонятном друг для друга языке. Они смотрели на зарево, видневшееся в городе.