HMS Repulse (1916)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
<tr><th colspan="2" style="text-align:center; padding:6px 10px; font-size: 120%; background: #A1CCE7; text-align: center;">«Рипалс»</th></tr><tr><th colspan="2" style="text-align:center; padding:4px 10px; background: #E7F2F8; text-align: center; font-weight:normal;">HMS Repulse</th></tr><tr><th colspan="2" style="text-align:center; ">
</th></tr><tr><th colspan="2" style="text-align:center; ">
</th></tr>

<tr><th style="padding:6px 10px;background: #D0E5F3;text-align:left;">Служба:</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;background: #D0E5F3;text-align:left;"> Великобритания Великобритания </td></tr> <tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Класс и тип судна</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> Линейный крейсер </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Организация</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> ВМС Великобритании </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Изготовитель</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> John Brown & Company, Клайдбэнк, Шотландия </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Строительство начато</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 25 января 1915 г. </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Спущен на воду</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 8 января 1916 г. </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Введён в эксплуатацию</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 18 августа 1916 г. </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Статус</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> Потоплен японской авиацией 10 декабря 1941 г. </td></tr> <tr><th colspan="2" style="text-align:center; padding:6px 10px;background: #D0E5F3;">Основные характеристики</th></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Водоизмещение</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 27 420 тонн полн. загрузка </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Длина</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 242,2 м максимальная,
240,2 м по ВЛ </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Осадка</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 8,5 м </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Бронирование</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> Пояс — 76…152 мм;
Палубы — 25…64 мм;
Барбеты — 102…178 мм;
Башни — 178…229 мм;
Рубка — 254 мм;
Переборки — 76…100 мм </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Двигатели</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> Паровые турбины, 42 водотрубных котла </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Мощность</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 110 000 л. с. (80 905 КВт)(полная)
125 000 л. с. (92 МВт) </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Движитель</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 4 винта </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Скорость хода</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 32,1 узла (59,45 км/ч) </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Экипаж</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> Обычно — 967 человек,
со штабом (как флагман) — 1057 человек </td></tr> <tr><th colspan="2" style="text-align:center; padding:6px 10px;background: #D0E5F3;">Вооружение</th></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Артиллерия</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 6 × 381-мм Mk I,
17 × 102-мм Mk IX </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Зенитная артиллерия</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 2 × 76-мм </td></tr><tr><th style="padding:6px 10px;font-weight:normal; background: #E7F2F8;border-bottom: 1px solid #D9EAF4;">Минно-торпедное вооружение</th><td class="" style="padding:6px 2px 6px 8px;border-bottom: 1px solid #E7F2F8;"> 2 × 533-мм торпедных аппарата (10 торпед) </td></tr>

HMS Repulse (Корабль Его Величества «Рипа́лс») — британский линейный крейсер типа «Ринаун».

Потоплен налётом японских самолётов 10 декабря 1941 года вместе с линкором «Принц Уэльский»[1].





История создания

Кораблестроительная программа 1914 г. предусматривала постройку трёх линкоров типа «Роял Соверен», линейных крейсеров «Ринаун», «Рипалс», «Резистанс» (не закладывался). 13 мая 1914 года Адмиралтейский Комитет утвердил проектные документы на строительство и в июне объявили конкурс по результатам которого строительство «Рипалс» досталось частной судостроительной верфи «Пальмерс Шипбилдинг и Инжиниринг, К°», в Гринок, Ньюкасл. 30 ноября 1914 года был заложен киль «Рипалса»К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 3276 дней]. С началом войны работы были приостановлены, так как предполагалось, что война не затянется более 6 месяцев и к её окончанию строительство не закончат.

18 декабря Черчиль, под давлением им же назначенного Первого морского лорда адмирала Фишера (занимал пост с 30 октября 1914 — по январь 1916), добился от Кабинета министров согласия на постройку двух линейных крейсеров. Фишер обещал обеспечить постройку за 15 месяцев (фактически — 20).

19 декабря 1914 года начали разработку проекта, приняв за основу «Инвинсибл».

21 декабря отдел проектирования представил теоретические чертежи, а 24 декабря модель. 28 — Адмиралтейский Комитет одобрил проект. 29 декабря — Фишер провёл переговоры с представителями заинтересованных верфей. Решили возобновить аннулированные заказы на постройку «Рипалс», и «Ринаун» но строить их по другому проекту. 30 декабря — выдали официальное разрешение на постройку.

После этого контракт на постройку модифицированного «Рипалса» передали на «Джон Браун и К°» в Клайдбанке — «John Brawn & Co.Ltd, Shipbuilding & Engine Works» (Clydebank)

21 января 1915 года верфи получили документацию для начала работ.

25 января закладка киля (случайно ли — день рождения Фишера).

К 28 февраля отдел проектирования закончил разработку проектной документации.

Вес корабля при спуске на воду 15156 тонн. Стоимость постройки около 2,8 млн фунтов стерлингов

Конструкция

Корпус

Клёпанная конструкция, смешанный набор. Корпус разделён водонепроницаемыми переборками на 26 основных отсеков, а по высоте шестью палубами.

Двойное дно простирается на 83 % длины корабля.

Противоторпедных переборок не было.

Один полубалансирный руль.

Главный калибр

Шесть орудий калибром 381 мм типа Mk.I.

  • Длина орудия — 16,52 м (42 калибра).
  • Масса ствола 97,3 т, механизма запирания — 2,7 т, снаряда — 872 кг (начальная скорость ~750 m/s)
  • Скорострельность около 2 выстрелов/мин.
  • Живучесть ствола 350 выстрелов.
  • Боекомплект 120 снарядов на ствол.

Вес орудийной башни — 1039 т, включая 422 т вращающейся брони. Орудия в башне отделены бронированной перегородкой.

Диаметр барбета — 9,3 метра.

Расчёт башни — 75 человек.

Противоминный калибр

При выборе калибра вспомогательной артиллерии на «Ринауне» и «Рипалсе» произошёл возврат к 102-мм орудиям. Фишер всегда протестовал против тяжёлой противоминной артиллерии на дредноутах, и в случае с новыми линейными крейсерами он смог настоять на замене вернувшегося было на линкоры и линейные крейсера 152-мм калибра более лёгким 102-мм.

Перед отделом вооружений стояла серьёзная задача. Для уверенного поражения новых эсминцев противника разрушительного действия 14-кг 102-мм снаряда было совершенно недостаточно (по сравнению с 45-кг снарядом 152-мм установки). Решить проблему можно было, только обеспечив возможно большую плотность огня, для чего требовалось разместить на корабле как можно больше орудий, что при использовании одиночных станков вызывало массу трудностей. Выход из положения появился после создания трёхорудийного лафета под 102-мм орудие, что теоретически позволяло без труда разместить достаточно мощную противоминную батарею. Первоначально в новой установке предполагалось использовать скорострельные 102-мм орудия типа MK.V, однако эта во всех отношениях удачная артсистема плохо совмещалась с оборудованием управления стрельбой. Отказываться от системы центральной наводки противоминного калибра по этой причине в Адмиралтействе посчитали неразумным, и Mk.V было решено заменить на модель Mk.VIII того же калибра. Эта артсистема значительно лучше сочеталась с оборудованием управления стрельбой, правда её надёжность уступала Mk.V. Первый морской лорд был за принятие Mk.VIII, но отдел вооружений предложил создать новое орудие, взяв ствол от Mk.V, а затвор — от Mk.VIII. Эта идея была одобрена в апреле 1915 года, и в качестве орудия на строенный лафет попали Mk.lX. Тройной лафет, получивший обозначение T.I-MK.I, обеспечивал трём своим орудиям независимое наведение по вертикали (угол возвышения 30°, склонения — 10°). При угле возвышения 30° дальность стрельбы 10-кг выстрелом составляла 12 344 м (66,5 кбт). Установка оказалась неудачной — она требовала увеличенного до 32 человек обслуживающего персонала (для сравнения — башню ГК обслуживали 64) и, не имея силового привода при собственном весе 17,5 т, была очень неповоротливой. Теоретически её скорострельность составляла 10 — 12 выст./мин на ствол, однако на практике темп стрельбы среднего орудия оказался заметно ниже, поскольку его прислуге мешали расчёты боковых орудий.

Всего на «Ринауне» и «Рипалсе» разместили по пять таких установок, причём их расположение нужно признать удачным — две установки побортно на платформе боевой рубки достаточно высоко над палубой полубака, вне зоны действия пороховых газов носовых орудий ГК при стрельбе за траверз; три остальные — в диаметральной плоскости: одна между кормовой трубой и грот-мачтой, две другие на кормовой надстройке линейно-возвышенно. Кроме строенных установок, каждый корабль получил ещё по два орудия той же модели Mk.lX на одиночных станках CP.I — по краям от носовой надстройки, сразу за башней ГК «В». Подобная схема размещения противоминной артиллерии обеспечивала хорошее распределение огня, что отчасти компенсировало неповоротливость установок.

Стрельба противоминной артиллерии контролировалась двумя приборами управления стрельбой, один из которых находился на платформе фок-мачты, под постом управления стрельбой главного калибра, а другой — на грот-мачте.

Зенитное вооружение

Две 76-мм пушки образца Mk.I длиной канала ствола 20 калибров, боекомплект 150 выстрелов на ствол. Обе 76-мм зенитки были установлены на палубе надстройки по бокам от второй дымовой трубы. Зенитный дальномер с базой 2 м стоял на грот-мачте, поверх поста управления стрельбой 102-мм артиллерии.

Энергетическая установка

Выполнена по типу линейного крейсера «Tiger».

Форсированная мощность 120 WPS при 275 об/мин.

Турбины системы Brown-Curtis изготовлялись заводами фирм строителя. Турбинные агрегаты были расположены в двух турбинных отделениях, в каждом по две турбины высокого давления в общем корпусе (одна переднего хода, другая — заднего), действующие на внешние валы и по две турбины низкого давления в общем корпусе (также переднего и заднего хода), действующие на внутренние валы.

42 водотрубных (с широкими трубками) котла Бабкока и Вилькокса (Babcock-Wilcox), с рабочим давлением 16,5 ат. и максимальным 20 ат. Котлы размещались в 6 машинных отделения: 3 — в отделении «А», 7 — в отделении «И», остальные располагались по 8 котлов в остальных отделениях. Суммарная нагревательная поверхность 14 604 м².

15 августа 1916 года выполняя программу заводских испытаний с одновременным переходм в Портсмут, ЭУ корабля развила форсированную мощность 125 000 л. с.

Запас топлива 4273 тонн нефти и 104 тонн угля.

Палубы не были обшиты деревом.

Три 7,37 тонных якоря без штока (два носовых и одни запасной) и один 3,05 тонный кормовой.

Служба в составе Гранд-флита

Фактически сразу с 10 ноября 1916 по 29 января 1917 прошёл модернизацию (увеличение бронирования палуб — установили 550 тонн)на верфи в Розайт.

Первая мировая война

«Рипалс» вошёл в состав 1-й эскадры линейных крейсеров Гранд-флита, заменил «Лайон» и стал вместо него флагманским кораблём. С сентября 1917 по март 1918 он являлся флагманским кораблём как 1-й эскадры линейных крейсеров, так и всего Гранд-флита (чередуясь с «Ринауном»). 17 ноября 1917 принял участие в бою у Гельголанда. Выпустил 54 снаряда — попав одним в лёгкий крейсер «Кёнигсберг — II». Затем попал под обстрел линкоров «Кайзер» и «Кайзерин» попаданий не получил и вышел из боя за счет скорости хода.
Корабль один из первых получил стартовую платформу для запусков самолётов. На башне «В» была сооружена площадка (широкая платформа длиной более 15 м), с которой 1 октября 1917 года командир эскадрильи майор Рутланд (Rutland) успешно поднял в воздух самолёт «Sopwith Pup». Вторая такая же платформа была сооружена поверх башни «Y». Корабль был вооружён двумя самолётами — «Струттер» («В») и «Сопвич Кэмел» («Y»).

В 1917 году был оборудован спасательными плотами системы Carley. К концу войны корабль имел 8 914-см прожекторов

В июле 1918 года было решено перевести корабль на военно-морскую верфь в Портсмут, где предполагалось установить на него броневые плиты с «Alvirante Cochrane».

Между войнами

В декабре 1918 года корабль был подвергнут модернизации в доке:

  1. Наделка булей; от 31-го до 296-го шпангоута. Були наполнялись герметическими пустотелыми трубами. Увеличение ширины корабля на 3,5 м потребовало удлинения грузовых стрел на 1,22 м. В нескольких местах на булях установили привальные брусья.
  2. Усиление бронирования: установка нового 229-мм главного броневого пояса (вместо 152-мм, который был перемещен на уровень выше, между главной и верхней палубами), установили дополнительный 102-мм броневой траверз, который, начинаясь от борта, огибал с кормы барбет башни «Y» и заканчивался у противоположного борта. Над погребами боезапаса толщину палубы довели до 76 мм (добавили 25 мм брони).
  3. На верхней палубе попарно установили 4 533-мм сдвоенных торпедных аппарата (16 торпед).
  4. Демонтаж взлётных платформ с башен.
  5. Установили 3 дальномера с базой 9,14 м (один — в задней части орудийной башни «А» (дополнительно к имеющемуся с базой 4,57 м), второй — в башне «Y» (вместо старого с базой 4,57 м), третий — во вращающемся бронированном посту управления огнём главного калибра на боевой рубке (дополнительно к имеющемуся с базой 4,57 м).

Смонтировали дополнительные турбогенераторы. Палубу бака до шпилей и открытую часть кормовой палубы покрыли деревянным настилом. В результате реконструкции водоизмещение увеличилось на 4500 тонн, осадка на 0,3 метра. В январе 1921 года крейсер вернулся в строй. Стоимость работ оценивалась в 860 684 фн.ст.

С 4 по 9 февраля 1922 года в Средиземном море участвовал в маневрах.

В 1925 году принц Уэльский совершил поездку на этом корабле в Южную Африку и Южную Америку. После возвращения крейсер был выведен из состава действующего флота для проведения текущего ремонта с ноября 1925 года до июля 1926 года.

Апрель 1933 года — май 1936 года модернизация в Портсмуте.

  1. Усиление бронирования: установка дополнительной палубной брони над МО (верхний слой (из трех имеющихся, толщина всех-25мм) заменили плитами из нецементированной брони толщиной 95 мм), два верхних слоя над машинным отделением заменили нецементированными плитами толщиной 63 мм, по бокам от машинных отделений, между верхней кромкой скоса главной палубы и стеной борта, в горизонтальной плоскости дополнительно уложили нецементированные плиты толщиной 89 мм, в носовой части корпуса, над погребами 102-мм орудий и боеголовок торпед имевшиеся 44-мм плиты на уровне нижней палубы заменили на 89-мм плиты из нецементированной брони.
  2. Установка поперечной палубной катапульты жёсткого типа (не вращающаяся) и двух ангаров для самолётов (между грот-мачтой и второй трубой (на месте снятой трехствольной 102-мм артустановки)), всего корабль мог принять 4 самолёта: 1 на катапульту и по одному в каждый ангар и 1 на палубу («Суордфиш TSR» или амфибии «Волрус»). В носу корабля под ВЛ был оборудован танк для авиационного топлива (ранее на корабле были размещены транспортабельные и выбрасываемые при необходимости ёмкости).
  3. С крейсера сняли носовые подводные торпедные аппараты и бронированный пост управления их огнём.
  4. На крыльях платформы побортно смонтировали по одному пеленгатору «Эвершед», с мостика сняли дальномеры с базой 2,74 м (их перенесли на нижний мостик), а вместо них установили два дальномера с базой 3,65 м.
  5. Зенитное вооружение состояло:

8 универсальных 102-мм орудий: из них 4 орудия «Mk.IX» были установлены на одиночных лафетах «Mk.I» и «Mk.II» — два на крышах авиационных ангаров по бокам от второй дымовой трубы и два — на специально устранённых спонсонах на палубе бака. 4 других орудия «Мк. XV» смонтировали на двух спаренных установках универсального огня типа «Mk.XVII». Они были размещены на специальных платформах кормовой надстройки, по бокам грот-мачты. 2 8-ствольных установки «Pom-Pom Mk.VI» были размещены на специальных площадках платформы боевой рубки (побортно), в этом же месте но выше (на сигнальной палубе) установили 2 4-ствольных лафета «Mk.II» с 12,7 мм пулемётами «Mk.III».

После окончания работ крейсер 31 января 1936 года провёл ходовые испытания на которых развил скорость 28,36 узла при мощности турбин на валах 112400 л.с. Эта модернизация обошлась казне в 1 377 748 фн.ст.

8 июня 1936 года перешёл из Портсмута в Средиземное море в состав эскадры линейных крейсеров Средиземноморского флота, где находился по сентябрь 1938 года. В конце 1936 года перевёз около 500 беженцев с островов Пальма и Майорка в Марсель.

C 1938 по апрель 1939 года крейсер на верфи в Портсмуте.
В 1940 году (вероятнее всего, летом, после окончания Норвежской кампании) кормовую трехствольную противоминную 102-мм орудийную установку на спардеке заменили третьим 8-ствольным зенитным автоматом «пом-пом». С июня по август 1941 года корабль находился в ремонте на верфи в Клайде. На нём установили РЛС типа 284 для управления стрельбой главного калибра. На борта корпуса и надстройки нанесли светло-серый и темно серый камуфляж.
Из-за частых переделок, ремонтов и т. п., производившихся на «Рипалс» и однотипном «Ринаун», оба получили на флоте прозвища «Ребилд» и «Рипейр» (англ. rebuild and repair — перестройка и переделка).

Вторая мировая война

30 августа 1941 года вышел из Клайда в составе эскорта конвоя, направлявшегося вокруг Африки в Индокитай. 3 октября прибыл в Дурбан. 28 ноября встретил в Коломбо пришедший из Клайда линкор «Принц Уэльский». 2 декабря соединение «Z» в составе: линкор «Принц Уэльский», крейсер «Рипалс» эсминцы «Электра», «Экспресс», «Тендос» и «Вампир», прибыло в Сингапур.

Последний бой

9 декабря:

  • 17:20 — соединение «Z» было обнаружено японской летающей лодкой;
  • 20:15 — взят курс на Сингапур.

10 декабря:

  • 11:15 — в «Рипалс» попала первая бомба за второй дымовой трубой в ангар по левому борту рядом с катапультой, разорвавшись в отсеке «F» котельного отделения; корабль продолжал двигаться со скоростью 26 узлов.
  • 12:22 — в кормовую оконечность корабля попала первая торпеда, выведя из строя рулевое управление. Менее чем за 5 минут в корабль попали ещё четыре торпеды: три — в левый борт (две — напротив башни «Y», одна — в районе фок-мачты) и одна в правый в середине корабля.
  • 12:30 — корабль погружался вертикально носом вверх. (По другим данным, в 12:33 после достижения крена 60° — перевернулся)

Эсминцам эскорта удалось спасти с «Рипалса» 796 человек (включая капитана Теннанта). Место гибели: 3°45´ с. ш. 104°24´ в. д.

Напишите отзыв о статье "HMS Repulse (1916)"

Примечания

  1. [www.lingvotech.com/br_flot Британский флот] // lingvotech.ru.

Ссылки

  • www.wunderwaffe.narod.ru/Magazine/BKM/GB_BC_3/index.htm
  • [www.youtube.com/watch?v=DRMLFy67VEw Гибель «Рипалса»] // Короткий документальный ролик в цвете.
  • [www.youtube.com/watch?v=qhUByERf7iE Рипалс] // Видеокадры.

Отрывок, характеризующий HMS Repulse (1916)

Он посмотрел прямо на князя Андрея и вдруг спустил собранную кожу со лба.
– Теперь мой черед спросить вас «отчего», мой милый, – сказал Болконский. – Я вам признаюсь, что не понимаю, может быть, тут есть дипломатические тонкости выше моего слабого ума, но я не понимаю: Мак теряет целую армию, эрцгерцог Фердинанд и эрцгерцог Карл не дают никаких признаков жизни и делают ошибки за ошибками, наконец, один Кутузов одерживает действительную победу, уничтожает charme [очарование] французов, и военный министр не интересуется даже знать подробности.
– Именно от этого, мой милый. Voyez vous, mon cher: [Видите ли, мой милый:] ура! за царя, за Русь, за веру! Tout ca est bel et bon, [все это прекрасно и хорошо,] но что нам, я говорю – австрийскому двору, за дело до ваших побед? Привезите вы нам свое хорошенькое известие о победе эрцгерцога Карла или Фердинанда – un archiduc vaut l'autre, [один эрцгерцог стоит другого,] как вам известно – хоть над ротой пожарной команды Бонапарте, это другое дело, мы прогремим в пушки. А то это, как нарочно, может только дразнить нас. Эрцгерцог Карл ничего не делает, эрцгерцог Фердинанд покрывается позором. Вену вы бросаете, не защищаете больше, comme si vous nous disiez: [как если бы вы нам сказали:] с нами Бог, а Бог с вами, с вашей столицей. Один генерал, которого мы все любили, Шмит: вы его подводите под пулю и поздравляете нас с победой!… Согласитесь, что раздразнительнее того известия, которое вы привозите, нельзя придумать. C'est comme un fait expres, comme un fait expres. [Это как нарочно, как нарочно.] Кроме того, ну, одержи вы точно блестящую победу, одержи победу даже эрцгерцог Карл, что ж бы это переменило в общем ходе дел? Теперь уж поздно, когда Вена занята французскими войсками.
– Как занята? Вена занята?
– Не только занята, но Бонапарте в Шенбрунне, а граф, наш милый граф Врбна отправляется к нему за приказаниями.
Болконский после усталости и впечатлений путешествия, приема и в особенности после обеда чувствовал, что он не понимает всего значения слов, которые он слышал.
– Нынче утром был здесь граф Лихтенфельс, – продолжал Билибин, – и показывал мне письмо, в котором подробно описан парад французов в Вене. Le prince Murat et tout le tremblement… [Принц Мюрат и все такое…] Вы видите, что ваша победа не очень то радостна, и что вы не можете быть приняты как спаситель…
– Право, для меня всё равно, совершенно всё равно! – сказал князь Андрей, начиная понимать,что известие его о сражении под Кремсом действительно имело мало важности ввиду таких событий, как занятие столицы Австрии. – Как же Вена взята? А мост и знаменитый tete de pont, [мостовое укрепление,] и князь Ауэрсперг? У нас были слухи, что князь Ауэрсперг защищает Вену, – сказал он.
– Князь Ауэрсперг стоит на этой, на нашей, стороне и защищает нас; я думаю, очень плохо защищает, но всё таки защищает. А Вена на той стороне. Нет, мост еще не взят и, надеюсь, не будет взят, потому что он минирован, и его велено взорвать. В противном случае мы были бы давно в горах Богемии, и вы с вашею армией провели бы дурную четверть часа между двух огней.
– Но это всё таки не значит, чтобы кампания была кончена, – сказал князь Андрей.
– А я думаю, что кончена. И так думают большие колпаки здесь, но не смеют сказать этого. Будет то, что я говорил в начале кампании, что не ваша echauffouree de Durenstein, [дюренштейнская стычка,] вообще не порох решит дело, а те, кто его выдумали, – сказал Билибин, повторяя одно из своих mots [словечек], распуская кожу на лбу и приостанавливаясь. – Вопрос только в том, что скажет берлинское свидание императора Александра с прусским королем. Ежели Пруссия вступит в союз, on forcera la main a l'Autriche, [принудят Австрию,] и будет война. Ежели же нет, то дело только в том, чтоб условиться, где составлять первоначальные статьи нового Саmро Formio. [Кампо Формио.]
– Но что за необычайная гениальность! – вдруг вскрикнул князь Андрей, сжимая свою маленькую руку и ударяя ею по столу. – И что за счастие этому человеку!
– Buonaparte? [Буонапарте?] – вопросительно сказал Билибин, морща лоб и этим давая чувствовать, что сейчас будет un mot [словечко]. – Bu onaparte? – сказал он, ударяя особенно на u . – Я думаю, однако, что теперь, когда он предписывает законы Австрии из Шенбрунна, il faut lui faire grace de l'u . [надо его избавить от и.] Я решительно делаю нововведение и называю его Bonaparte tout court [просто Бонапарт].
– Нет, без шуток, – сказал князь Андрей, – неужели вы думаете,что кампания кончена?
– Я вот что думаю. Австрия осталась в дурах, а она к этому не привыкла. И она отплатит. А в дурах она осталась оттого, что, во первых, провинции разорены (on dit, le православное est terrible pour le pillage), [говорят, что православное ужасно по части грабежей,] армия разбита, столица взята, и всё это pour les beaux yeux du [ради прекрасных глаз,] Сардинское величество. И потому – entre nous, mon cher [между нами, мой милый] – я чутьем слышу, что нас обманывают, я чутьем слышу сношения с Францией и проекты мира, тайного мира, отдельно заключенного.
– Это не может быть! – сказал князь Андрей, – это было бы слишком гадко.
– Qui vivra verra, [Поживем, увидим,] – сказал Билибин, распуская опять кожу в знак окончания разговора.
Когда князь Андрей пришел в приготовленную для него комнату и в чистом белье лег на пуховики и душистые гретые подушки, – он почувствовал, что то сражение, о котором он привез известие, было далеко, далеко от него. Прусский союз, измена Австрии, новое торжество Бонапарта, выход и парад, и прием императора Франца на завтра занимали его.
Он закрыл глаза, но в то же мгновение в ушах его затрещала канонада, пальба, стук колес экипажа, и вот опять спускаются с горы растянутые ниткой мушкатеры, и французы стреляют, и он чувствует, как содрогается его сердце, и он выезжает вперед рядом с Шмитом, и пули весело свистят вокруг него, и он испытывает то чувство удесятеренной радости жизни, какого он не испытывал с самого детства.
Он пробудился…
«Да, всё это было!…» сказал он, счастливо, детски улыбаясь сам себе, и заснул крепким, молодым сном.


На другой день он проснулся поздно. Возобновляя впечатления прошедшего, он вспомнил прежде всего то, что нынче надо представляться императору Францу, вспомнил военного министра, учтивого австрийского флигель адъютанта, Билибина и разговор вчерашнего вечера. Одевшись в полную парадную форму, которой он уже давно не надевал, для поездки во дворец, он, свежий, оживленный и красивый, с подвязанною рукой, вошел в кабинет Билибина. В кабинете находились четыре господина дипломатического корпуса. С князем Ипполитом Курагиным, который был секретарем посольства, Болконский был знаком; с другими его познакомил Билибин.
Господа, бывавшие у Билибина, светские, молодые, богатые и веселые люди, составляли и в Вене и здесь отдельный кружок, который Билибин, бывший главой этого кружка, называл наши, les nфtres. В кружке этом, состоявшем почти исключительно из дипломатов, видимо, были свои, не имеющие ничего общего с войной и политикой, интересы высшего света, отношений к некоторым женщинам и канцелярской стороны службы. Эти господа, повидимому, охотно, как своего (честь, которую они делали немногим), приняли в свой кружок князя Андрея. Из учтивости, и как предмет для вступления в разговор, ему сделали несколько вопросов об армии и сражении, и разговор опять рассыпался на непоследовательные, веселые шутки и пересуды.
– Но особенно хорошо, – говорил один, рассказывая неудачу товарища дипломата, – особенно хорошо то, что канцлер прямо сказал ему, что назначение его в Лондон есть повышение, и чтоб он так и смотрел на это. Видите вы его фигуру при этом?…
– Но что всего хуже, господа, я вам выдаю Курагина: человек в несчастии, и этим то пользуется этот Дон Жуан, этот ужасный человек!
Князь Ипполит лежал в вольтеровском кресле, положив ноги через ручку. Он засмеялся.
– Parlez moi de ca, [Ну ка, ну ка,] – сказал он.
– О, Дон Жуан! О, змея! – послышались голоса.
– Вы не знаете, Болконский, – обратился Билибин к князю Андрею, – что все ужасы французской армии (я чуть было не сказал – русской армии) – ничто в сравнении с тем, что наделал между женщинами этот человек.
– La femme est la compagne de l'homme, [Женщина – подруга мужчины,] – произнес князь Ипполит и стал смотреть в лорнет на свои поднятые ноги.
Билибин и наши расхохотались, глядя в глаза Ипполиту. Князь Андрей видел, что этот Ипполит, которого он (должно было признаться) почти ревновал к своей жене, был шутом в этом обществе.
– Нет, я должен вас угостить Курагиным, – сказал Билибин тихо Болконскому. – Он прелестен, когда рассуждает о политике, надо видеть эту важность.
Он подсел к Ипполиту и, собрав на лбу свои складки, завел с ним разговор о политике. Князь Андрей и другие обступили обоих.
– Le cabinet de Berlin ne peut pas exprimer un sentiment d'alliance, – начал Ипполит, значительно оглядывая всех, – sans exprimer… comme dans sa derieniere note… vous comprenez… vous comprenez… et puis si sa Majeste l'Empereur ne deroge pas au principe de notre alliance… [Берлинский кабинет не может выразить свое мнение о союзе, не выражая… как в своей последней ноте… вы понимаете… вы понимаете… впрочем, если его величество император не изменит сущности нашего союза…]
– Attendez, je n'ai pas fini… – сказал он князю Андрею, хватая его за руку. – Je suppose que l'intervention sera plus forte que la non intervention. Et… – Он помолчал. – On ne pourra pas imputer a la fin de non recevoir notre depeche du 28 novembre. Voila comment tout cela finira. [Подождите, я не кончил. Я думаю, что вмешательство будет прочнее чем невмешательство И… Невозможно считать дело оконченным непринятием нашей депеши от 28 ноября. Чем то всё это кончится.]
И он отпустил руку Болконского, показывая тем, что теперь он совсем кончил.
– Demosthenes, je te reconnais au caillou que tu as cache dans ta bouche d'or! [Демосфен, я узнаю тебя по камешку, который ты скрываешь в своих золотых устах!] – сказал Билибин, y которого шапка волос подвинулась на голове от удовольствия.
Все засмеялись. Ипполит смеялся громче всех. Он, видимо, страдал, задыхался, но не мог удержаться от дикого смеха, растягивающего его всегда неподвижное лицо.
– Ну вот что, господа, – сказал Билибин, – Болконский мой гость в доме и здесь в Брюнне, и я хочу его угостить, сколько могу, всеми радостями здешней жизни. Ежели бы мы были в Брюнне, это было бы легко; но здесь, dans ce vilain trou morave [в этой скверной моравской дыре], это труднее, и я прошу у всех вас помощи. Il faut lui faire les honneurs de Brunn. [Надо ему показать Брюнн.] Вы возьмите на себя театр, я – общество, вы, Ипполит, разумеется, – женщин.
– Надо ему показать Амели, прелесть! – сказал один из наших, целуя кончики пальцев.
– Вообще этого кровожадного солдата, – сказал Билибин, – надо обратить к более человеколюбивым взглядам.
– Едва ли я воспользуюсь вашим гостеприимством, господа, и теперь мне пора ехать, – взглядывая на часы, сказал Болконский.
– Куда?
– К императору.
– О! о! о!
– Ну, до свидания, Болконский! До свидания, князь; приезжайте же обедать раньше, – пocлшaлиcь голоса. – Мы беремся за вас.
– Старайтесь как можно более расхваливать порядок в доставлении провианта и маршрутов, когда будете говорить с императором, – сказал Билибин, провожая до передней Болконского.
– И желал бы хвалить, но не могу, сколько знаю, – улыбаясь отвечал Болконский.
– Ну, вообще как можно больше говорите. Его страсть – аудиенции; а говорить сам он не любит и не умеет, как увидите.


На выходе император Франц только пристально вгляделся в лицо князя Андрея, стоявшего в назначенном месте между австрийскими офицерами, и кивнул ему своей длинной головой. Но после выхода вчерашний флигель адъютант с учтивостью передал Болконскому желание императора дать ему аудиенцию.
Император Франц принял его, стоя посредине комнаты. Перед тем как начинать разговор, князя Андрея поразило то, что император как будто смешался, не зная, что сказать, и покраснел.
– Скажите, когда началось сражение? – спросил он поспешно.
Князь Андрей отвечал. После этого вопроса следовали другие, столь же простые вопросы: «здоров ли Кутузов? как давно выехал он из Кремса?» и т. п. Император говорил с таким выражением, как будто вся цель его состояла только в том, чтобы сделать известное количество вопросов. Ответы же на эти вопросы, как было слишком очевидно, не могли интересовать его.
– В котором часу началось сражение? – спросил император.
– Не могу донести вашему величеству, в котором часу началось сражение с фронта, но в Дюренштейне, где я находился, войско начало атаку в 6 часу вечера, – сказал Болконский, оживляясь и при этом случае предполагая, что ему удастся представить уже готовое в его голове правдивое описание всего того, что он знал и видел.
Но император улыбнулся и перебил его:
– Сколько миль?
– Откуда и докуда, ваше величество?
– От Дюренштейна до Кремса?
– Три с половиною мили, ваше величество.
– Французы оставили левый берег?
– Как доносили лазутчики, в ночь на плотах переправились последние.
– Достаточно ли фуража в Кремсе?
– Фураж не был доставлен в том количестве…
Император перебил его.
– В котором часу убит генерал Шмит?…
– В семь часов, кажется.
– В 7 часов. Очень печально! Очень печально!
Император сказал, что он благодарит, и поклонился. Князь Андрей вышел и тотчас же со всех сторон был окружен придворными. Со всех сторон глядели на него ласковые глаза и слышались ласковые слова. Вчерашний флигель адъютант делал ему упреки, зачем он не остановился во дворце, и предлагал ему свой дом. Военный министр подошел, поздравляя его с орденом Марии Терезии З й степени, которым жаловал его император. Камергер императрицы приглашал его к ее величеству. Эрцгерцогиня тоже желала его видеть. Он не знал, кому отвечать, и несколько секунд собирался с мыслями. Русский посланник взял его за плечо, отвел к окну и стал говорить с ним.
Вопреки словам Билибина, известие, привезенное им, было принято радостно. Назначено было благодарственное молебствие. Кутузов был награжден Марией Терезией большого креста, и вся армия получила награды. Болконский получал приглашения со всех сторон и всё утро должен был делать визиты главным сановникам Австрии. Окончив свои визиты в пятом часу вечера, мысленно сочиняя письмо отцу о сражении и о своей поездке в Брюнн, князь Андрей возвращался домой к Билибину. У крыльца дома, занимаемого Билибиным, стояла до половины уложенная вещами бричка, и Франц, слуга Билибина, с трудом таща чемодан, вышел из двери.
Прежде чем ехать к Билибину, князь Андрей поехал в книжную лавку запастись на поход книгами и засиделся в лавке.
– Что такое? – спросил Болконский.
– Ach, Erlaucht? – сказал Франц, с трудом взваливая чемодан в бричку. – Wir ziehen noch weiter. Der Bosewicht ist schon wieder hinter uns her! [Ах, ваше сиятельство! Мы отправляемся еще далее. Злодей уж опять за нами по пятам.]
– Что такое? Что? – спрашивал князь Андрей.
Билибин вышел навстречу Болконскому. На всегда спокойном лице Билибина было волнение.
– Non, non, avouez que c'est charmant, – говорил он, – cette histoire du pont de Thabor (мост в Вене). Ils l'ont passe sans coup ferir. [Нет, нет, признайтесь, что это прелесть, эта история с Таборским мостом. Они перешли его без сопротивления.]
Князь Андрей ничего не понимал.
– Да откуда же вы, что вы не знаете того, что уже знают все кучера в городе?
– Я от эрцгерцогини. Там я ничего не слыхал.
– И не видали, что везде укладываются?
– Не видал… Да в чем дело? – нетерпеливо спросил князь Андрей.
– В чем дело? Дело в том, что французы перешли мост, который защищает Ауэсперг, и мост не взорвали, так что Мюрат бежит теперь по дороге к Брюнну, и нынче завтра они будут здесь.
– Как здесь? Да как же не взорвали мост, когда он минирован?
– А это я у вас спрашиваю. Этого никто, и сам Бонапарте, не знает.
Болконский пожал плечами.
– Но ежели мост перейден, значит, и армия погибла: она будет отрезана, – сказал он.
– В этом то и штука, – отвечал Билибин. – Слушайте. Вступают французы в Вену, как я вам говорил. Всё очень хорошо. На другой день, то есть вчера, господа маршалы: Мюрат Ланн и Бельяр, садятся верхом и отправляются на мост. (Заметьте, все трое гасконцы.) Господа, – говорит один, – вы знаете, что Таборский мост минирован и контраминирован, и что перед ним грозный tete de pont и пятнадцать тысяч войска, которому велено взорвать мост и нас не пускать. Но нашему государю императору Наполеону будет приятно, ежели мы возьмем этот мост. Проедемте втроем и возьмем этот мост. – Поедемте, говорят другие; и они отправляются и берут мост, переходят его и теперь со всею армией по сю сторону Дуная направляются на нас, на вас и на ваши сообщения.