MARC

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

MARC (англ. Machine-Readable Cataloging, «машиночитаемая каталогизация») — формат машиночитаемой каталогизационной записи.





История

Впервые программа MARC I была разработана Библиотекой Конгресса США в 1965-1966 годах с целью получения данных каталогизации в машиночитаемой форме. Аналогичная работа выполнялась в Великобритании Советом по Британской национальной каталогизации для обеспечения использования машиночитаемых данных при подготовке печатного издания Британской национальной библиографии — British national Bibliography (проект BNB MARC). На основе указанных разработок в 1968 г. начал создаваться коммуникативный англо-американский формат MARC (проект MARC II). Целями его создания стало обеспечение:

  • гибкости решения каталогизационных и других библиотечных задач,
  • пригодности для национального библиографического описания любых видов документов и использования структуры записи в автоматизированных системах.

В процессе развития использования формата в 1970-х гг. появились более 20 его различных версий, ориентированных на национальные правила каталогизации (в том числе UKMARC, INTERMARC, USMARC, AUSMARC, CANMARC, DanMARC, LCMARC, NorMARCV SwaMARC и др.).

В своих последних редакциях формат USMARC превратился в комплекс специализированных форматов (USMARC Concise Formats) для записи библиографических, авторитетных, классификационных данных, данных о фондах и общественной информации (соответственно — USMARC for Bibliographic Date; USMARC Format for Authority Data, USMARC for Classification Data, USMARC Format for Holding Data, USMARC Format for Community information). Каждый из указанных форматов опубликован, содержит подобное описание полей, инструкции по применению и правила, обеспечивающие ввод и идентификацию данных. Для преодоления несовместимости этих форматов в 1977 г. Международной федерацией библиотечных ассоциаций (ИФЛА) было выпущено издание «Универсальный формат MARC» (Universal MARC Format, UNIMARC). Его целью провозглашено « …содействие международному обмену данными в машиночитаемой форме между национальными библиографическими службами». Предполагалось, что этот формат должен стать посредником между любыми национальными версиями форматов MARC и, следовательно, обеспечивать конвертирование данных из национального формата в него, а из него — в другой национальный формат. В 1980 г. вышло в свет второе издание UNIMARC, а в 1983 г. — UNIMARC Handbook, в которых основное внимание уделялось каталогизации монографий и сериальных изданий. При этом были использованы требования Международного стандарта библиографических описаний (International Standard Bibliographic Description, ISBD).

В 1987 году издана новая версия формата UNIMARC, отраженная в Руководстве по применению UNIMARC — «UNIMARC Manual», которая расширила его действие на другие виды документов. Кроме того, Руководство предусмотрело возможность использования данного формата «как модели для разработки новых машиночитаемых библиографических форматов».

В 1999 году в результате согласования и последующего слияния библиографических форматов США и Канады (USMARC и CANMARC) объявлено об образовании на их основе нового формата («Формата XXI века») — MARC-21. С этого времени организации, ориентировавшиеся на формат USMARC, должны перейти на формат MARC-21 и отслеживать все его последующие изменения, включая новые дополнения к нему (ранее подобные требования отсутствовали). MARC-21 включает в себя форматы:

  • библиографических данных;
  • авторитетных данных;
  • данных о фондах;
  • классификационных данных;
  • общественной информации.

В настоящее время формат MARC-21 используется в США, Канаде, Австралии, Новой Зеландии, в университетских библиотеках Великобритании и Франции, Венгрии, Дании, Испании, Швеции, Финляндии, а также в Национальной библиотеке Италии.

Форматы

Сейчас существует целое семейство форматов MARC. Два основных ответвления в развитии формата, конкурирующие между собой: MARC21 и UNIMARC.

MARC21

Поддерживается библиотекой конгресса США, использующийся в основном в США и Великобритании

UNIMARC

Поддерживается международной организацией IFLA и использующийся в основном в Европе и Азии.

В своей второй редакции 1994 г. и с учетом дополнений последних лет формат UNIMARC включает поля, необходимые для описания таких видов документов, как текстовые документы монографические (прежде всего, современные книги), старопечатные издания, сериальные издания, нотные документы, графические материалы на непрозрачной основе, аудиоматериалы, видео- и проекционные материалы, электронные ресурсы, картографические материалы.

Поля формата UNIMARC можно подразделить на общие и специфические. Общие поля используются при описании любых видов документов, специфические — только при описании определенных видов. Специфические поля встречаются в блоках полей формата 0ХХ, 1ХХ, 2ХХ. В блоке 0ХХ имеются поля для записи уникальных международных идентифицирующих номеров документов (ISBN, ISSN, ISMN и т. д.). В блоке 1ХХ существуют поля кодированных данных отдельно для книг (105), сериальных изданий (110), видеоматериалов (115), графических материалов (116), электронных ресурсов (135). В блоке описательной информации 2ХХ специфическое поле 230 отражает область специфических сведений об электронных ресурсах.

UNIMARC включает достаточно большой перечень полей, однако даже этого перечня не хватает для описания специальных видов научной и технической литературы: диссертаций, отчетов по НИОКР, патентных, нормативно-технических документов и промышленных каталогов, причем не хватает именно специфических полей.

Формат UNIMARC разрабатывался на протяжении ряда лет, он постоянно совершенствуется и теперь, но очень медленно. Это связано с тем, что Постоянный комитет при ИФЛА, поддерживающий UNIMARC, малочислен и работает на общественных началах по принципу консенсуса, используя в основном переписку для взаимных консультаций. Одним из последних крупных изменений, внесенных в структуру формата Постоянным комитетом, является утверждение комплекса полей для описания электронных ресурсов, многие из которых имели статус предварительных еще в редакции формата 1987 г. Все перечисленные обстоятельства побудили разрабатывать свою версию формата, добавляя поля и подполя национального использования, что допускается данным международным стандартом. Кроме того, для большинства видов документов было решено разработать руководства по применению MARC-формата, которые должны были бы включать описания особенностей заполнении специфических и общих полей для каждого вида, а также содержать рекомендации по описанию в национальной версии формата типовых документов, относящихся к каждому виду, то есть была поставлена задача разработки образцов, или моделей, описания документов.

Национальные версии

Существуют различные национальные версии MARC. Одной из них является RUSMARC[1] — официальная российская версия UNIMARC.

Белорусский коммуникативный формат представления библиографических записей в машиночитаемой форме — BELMARC [2][3], также разработанный на основе UNIMARC.

См. также

Напишите отзыв о статье "MARC"

Примечания

  1. [www.rusmarc.ru/ Национальная служба развития системы форматов RUSMARC]
  2. [www.nlb.by/portal/page/portal/index/content?lang=ru&classId=148FA2C2FEB14084864BD443B6B0A6A6 BELMARC на Интернет-портале Национальной библиотеки Беларуси]
  3. [www.nbuv.gov.ua/Library/ukrmarc.html УКРМАРК Національний формат представлення бібліографічних даних (проект) (укр.)]

Литература

  • Воройский, Ф. С. Основы проектирования автоматизированных библиотечно-информационных систем / Ф. С. Воройский. — Москва: Физматлит, 2002.

Ссылки

  • [www.loc.gov/marc/unimarctomarc21.html Спецификации конверсии UNIMARC в MARC 21, версия. 3.0, 2001 (англ.)] (англ.)
  • [www.loc.gov/marc/marcdocz.html MARC 21] (англ.)
  • [www.loc.gov/standards/marcxml/ MARC 21 XML Schema] (англ.)

Отрывок, характеризующий MARC

– Да, – сказал Николай. – Тебе не холодно?
– Нет, мне отлично, отлично. Мне так хорошо, – с недоумением даже cказала Наташа. Они долго молчали.
Ночь была темная и сырая. Лошади не видны были; только слышно было, как они шлепали по невидной грязи.
Что делалось в этой детской, восприимчивой душе, так жадно ловившей и усвоивавшей все разнообразнейшие впечатления жизни? Как это всё укладывалось в ней? Но она была очень счастлива. Уже подъезжая к дому, она вдруг запела мотив песни: «Как со вечера пороша», мотив, который она ловила всю дорогу и наконец поймала.
– Поймала? – сказал Николай.
– Ты об чем думал теперь, Николенька? – спросила Наташа. – Они любили это спрашивать друг у друга.
– Я? – сказал Николай вспоминая; – вот видишь ли, сначала я думал, что Ругай, красный кобель, похож на дядюшку и что ежели бы он был человек, то он дядюшку всё бы еще держал у себя, ежели не за скачку, так за лады, всё бы держал. Как он ладен, дядюшка! Не правда ли? – Ну а ты?
– Я? Постой, постой. Да, я думала сначала, что вот мы едем и думаем, что мы едем домой, а мы Бог знает куда едем в этой темноте и вдруг приедем и увидим, что мы не в Отрадном, а в волшебном царстве. А потом еще я думала… Нет, ничего больше.
– Знаю, верно про него думала, – сказал Николай улыбаясь, как узнала Наташа по звуку его голоса.
– Нет, – отвечала Наташа, хотя действительно она вместе с тем думала и про князя Андрея, и про то, как бы ему понравился дядюшка. – А еще я всё повторяю, всю дорогу повторяю: как Анисьюшка хорошо выступала, хорошо… – сказала Наташа. И Николай услыхал ее звонкий, беспричинный, счастливый смех.
– А знаешь, – вдруг сказала она, – я знаю, что никогда уже я не буду так счастлива, спокойна, как теперь.
– Вот вздор, глупости, вранье – сказал Николай и подумал: «Что за прелесть эта моя Наташа! Такого другого друга у меня нет и не будет. Зачем ей выходить замуж, всё бы с ней ездили!»
«Экая прелесть этот Николай!» думала Наташа. – А! еще огонь в гостиной, – сказала она, указывая на окна дома, красиво блестевшие в мокрой, бархатной темноте ночи.


Граф Илья Андреич вышел из предводителей, потому что эта должность была сопряжена с слишком большими расходами. Но дела его всё не поправлялись. Часто Наташа и Николай видели тайные, беспокойные переговоры родителей и слышали толки о продаже богатого, родового Ростовского дома и подмосковной. Без предводительства не нужно было иметь такого большого приема, и отрадненская жизнь велась тише, чем в прежние годы; но огромный дом и флигеля всё таки были полны народом, за стол всё так же садилось больше человек. Всё это были свои, обжившиеся в доме люди, почти члены семейства или такие, которые, казалось, необходимо должны были жить в доме графа. Таковы были Диммлер – музыкант с женой, Иогель – танцовальный учитель с семейством, старушка барышня Белова, жившая в доме, и еще многие другие: учителя Пети, бывшая гувернантка барышень и просто люди, которым лучше или выгоднее было жить у графа, чем дома. Не было такого большого приезда как прежде, но ход жизни велся тот же, без которого не могли граф с графиней представить себе жизни. Та же была, еще увеличенная Николаем, охота, те же 50 лошадей и 15 кучеров на конюшне, те же дорогие подарки в именины, и торжественные на весь уезд обеды; те же графские висты и бостоны, за которыми он, распуская всем на вид карты, давал себя каждый день на сотни обыгрывать соседям, смотревшим на право составлять партию графа Ильи Андреича, как на самую выгодную аренду.
Граф, как в огромных тенетах, ходил в своих делах, стараясь не верить тому, что он запутался и с каждым шагом всё более и более запутываясь и чувствуя себя не в силах ни разорвать сети, опутавшие его, ни осторожно, терпеливо приняться распутывать их. Графиня любящим сердцем чувствовала, что дети ее разоряются, что граф не виноват, что он не может быть не таким, каким он есть, что он сам страдает (хотя и скрывает это) от сознания своего и детского разорения, и искала средств помочь делу. С ее женской точки зрения представлялось только одно средство – женитьба Николая на богатой невесте. Она чувствовала, что это была последняя надежда, и что если Николай откажется от партии, которую она нашла ему, надо будет навсегда проститься с возможностью поправить дела. Партия эта была Жюли Карагина, дочь прекрасных, добродетельных матери и отца, с детства известная Ростовым, и теперь богатая невеста по случаю смерти последнего из ее братьев.
Графиня писала прямо к Карагиной в Москву, предлагая ей брак ее дочери с своим сыном и получила от нее благоприятный ответ. Карагина отвечала, что она с своей стороны согласна, что всё будет зависеть от склонности ее дочери. Карагина приглашала Николая приехать в Москву.
Несколько раз, со слезами на глазах, графиня говорила сыну, что теперь, когда обе дочери ее пристроены – ее единственное желание состоит в том, чтобы видеть его женатым. Она говорила, что легла бы в гроб спокойной, ежели бы это было. Потом говорила, что у нее есть прекрасная девушка на примете и выпытывала его мнение о женитьбе.
В других разговорах она хвалила Жюли и советовала Николаю съездить в Москву на праздники повеселиться. Николай догадывался к чему клонились разговоры его матери, и в один из таких разговоров вызвал ее на полную откровенность. Она высказала ему, что вся надежда поправления дел основана теперь на его женитьбе на Карагиной.
– Что ж, если бы я любил девушку без состояния, неужели вы потребовали бы, maman, чтобы я пожертвовал чувством и честью для состояния? – спросил он у матери, не понимая жестокости своего вопроса и желая только выказать свое благородство.
– Нет, ты меня не понял, – сказала мать, не зная, как оправдаться. – Ты меня не понял, Николинька. Я желаю твоего счастья, – прибавила она и почувствовала, что она говорит неправду, что она запуталась. – Она заплакала.
– Маменька, не плачьте, а только скажите мне, что вы этого хотите, и вы знаете, что я всю жизнь свою, всё отдам для того, чтобы вы были спокойны, – сказал Николай. Я всем пожертвую для вас, даже своим чувством.
Но графиня не так хотела поставить вопрос: она не хотела жертвы от своего сына, она сама бы хотела жертвовать ему.
– Нет, ты меня не понял, не будем говорить, – сказала она, утирая слезы.
«Да, может быть, я и люблю бедную девушку, говорил сам себе Николай, что ж, мне пожертвовать чувством и честью для состояния? Удивляюсь, как маменька могла мне сказать это. Оттого что Соня бедна, то я и не могу любить ее, думал он, – не могу отвечать на ее верную, преданную любовь. А уж наверное с ней я буду счастливее, чем с какой нибудь куклой Жюли. Пожертвовать своим чувством я всегда могу для блага своих родных, говорил он сам себе, но приказывать своему чувству я не могу. Ежели я люблю Соню, то чувство мое сильнее и выше всего для меня».
Николай не поехал в Москву, графиня не возобновляла с ним разговора о женитьбе и с грустью, а иногда и озлоблением видела признаки всё большего и большего сближения между своим сыном и бесприданной Соней. Она упрекала себя за то, но не могла не ворчать, не придираться к Соне, часто без причины останавливая ее, называя ее «вы», и «моя милая». Более всего добрая графиня за то и сердилась на Соню, что эта бедная, черноглазая племянница была так кротка, так добра, так преданно благодарна своим благодетелям, и так верно, неизменно, с самоотвержением влюблена в Николая, что нельзя было ни в чем упрекнуть ее.