Dassault Mirage 2000

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Mirage 2000»)
Перейти к: навигация, поиск
Mirage 2000
Mirage 2000 ВВС Франции, 2008 год
Тип истребитель
Разработчик Dassault Aviation
Производитель Dassault Aviation
Первый полёт 10 марта 1978 года[1]
Начало эксплуатации 2 июля 1984 года[1]
Статус эксплуатируется
Основные эксплуатанты ВВС Франции
ВВС Индии
ВВС ОАЭ
ВВС Тайваня
ВВС Греции</br>
ВВС Египта</br>
ВВС Катара</br>
Годы производства 19832007
Единиц произведено 614[1]
Варианты Dassault Mirage 4000
 Изображения на Викискладе
Dassault Mirage 2000Dassault Mirage 2000

Дассо «Мираж» 2000 (Dassault Mirage 2000) — французский многоцелевой истребитель четвёртого поколения[2], разработанный в 1970-х годах фирмой Дассо. На вооружении с 1984 года. Основной боевой самолёт ВВС Франции в конце XX — начале XXI века. Состоит на вооружении нескольких стран Азии, Европы и Латинской Америки.

Сборочная линия Mirage 2000 была остановлена в 2007 году после поставки последнего самолета (последний Mirage 2000 был поставлен ВВС Греции 23 ноября 2007). ВВС Франции производят замену самолета Mirage 2000 многоцелевым истребителем Dassault Rafale, принятом на вооружение в 2006 г.





История создания

Разработка самолёта началась в 1972 году по низкоприоритетной программе «Delta 1000». Официальное тактико-техническое задание на новый самолет было выдано в марте 1976 года.

На третьем поколении «Миражей» конструкторы компании «Дассо» сохранили треугольное крыло, но с целью устранения имеющихся недостатков сделали самолет неустойчивым по каналу тангажа и установили электродистанционную систему управления. От своих предшественников Mirage 2000 унаследовал крыло большой площади (Mirage 2000-5 41,00 м2) и планер со значительными внутренними объемами (для топлива и бортового оборудования).

Поставки в войска одноместных перехватчиков Mirage 2000С начались в апреле 1983 года, состояние первичной боеготовности самолеты достигли в июле 1984 года.

Конструкция

Самолет спроектирован по схеме «бесхвостка» с низкорасположенным треугольным в плане крылом, имеющим угол стреловидности по передней кромке 58 градусов, с одним килем. Крыло многолонжеронное цельнометаллической конструкции с низкой удельной нагрузкой; обшивка элеронов выполнена из углепластика, заполнитель — сотовой конструкции из алюминиевого сплава AG5. Сверху и снизу на каждой консоли крыла расположены воздушные тормоза.

Конструктивными особенностями самолета являются мощная и развитая механизация крыла (автоматически управляемые предкрылки по всей передней кромке и двухсекционные элевоны по всему размаху), а также широкое применение композиционных материалов. Практически вся обшивка киля и вся обшивка руля направления выполнена из эпоксидных боро- и углепластиков. Заполнитель руля направления сотовый из алюминиевого сплава. Панели отсека радиоэлектронного оборудования также слоистой конструкции с обшивкой из углепластика и сотовым заполнителем.

Воздухозаборники ТРДДФ SNECMA M53 имеют традиционную для «Миражей» конструкцию с подвижным полуконусом и установленными на внешних поверхностях небольшими генераторами вихрей.

Шасси трехстоечное, с носовой опорой.

Бортовые системы

Система управления самолетом электродистанционная, с четырёхкратным дублированием. Кроме того, имеется аварийный канал, питание которого осуществляется от отдельной аккумуляторной батареи. Она обеспечивает достаточную устойчивость и управляемость во всем диапазоне высот и скоростей, включая полеты на предельно малых высотах и на высоких скоростях, а также в экстремальных условиях на малых скоростях при больших углах атаки.

Две независимые гидравлические системы с рабочим давлением 280 атм обеспечивают работу приводов поверхностей управления, выпуск и уборку шасси и воздушных тормозов. Источниками электроэнергии являются два генератора переменного тока по 20 кВА и аккумуляторная батарея емкостью 40 амперчасов.

Варианты

  • Mirage 2000 — базовая модификация.
  • Mirage 2000В — двухместный учебно-боевой вариант модификации 2000С.
  • Mirage 2000С — одноместный истребитель-перехватчик.
  • Mirage 2000D — ударный истребитель-бомбардировщик, носитель обычного вооружения.
  • Mirage 2000Е — многоцелевой истребитель, предназначенный для экспорта.
  • Mirage 2000ED — двухместный учебно-боевой вариант модификации 2000 Е.
  • Mirage 2000N — ударный истребитель-бомбардировщик, носитель ядерного оружия.
  • Mirage 2000R — одноместный разведчик.
  • Mirage 2000S — экспортная версия 2000D, производимая с 1994 года.
  • Mirage 2000-5 — модернизированная экспортная версия

Mirage 2000D

Первый полет модификации Mirage 2000D состоялся 19 февраля 1991 года, первый полет серийной машины — 31 марта 1993 года. Введен в боевой состав французских ВВС в марте 1994 года. Машина является первым французским истребителем, предназначенным для преодоления системы ПВО на малых высотах и нанесения ударов по наземным целям в любых погодных условиях и ночью с использованием как ядерного, так и обычного высокоточного управляемого авиационного оружия с лазерными системами наведения. К числу других особенностей самолета, отличающих его от предыдущей модификации («Мираж-2000N»), относятся наличие усовершенствованного бортового радиоэлектронного оборудования, включающего системы управления полетом и прицельно-навигационную, средства РЭБ, а также возможность применения перспективных УР класса воздух-земля «Апаш».[3] Всего построено 86 машин.

Mirage 2000E

Общее наименование экспортной модификации самолета Mirage 2000. Машина оснащалась двигателем M53-P2, усовершенствованной РЛС RDM+ фирмы Thomson-CSF и станцией лазерной подсветки наземных целей ATLIS II, размещаемой в подвесном контейнере.

Mirage 2000N

В 1979 году «Дассо» заключила контракт на постройку двух прототипов ударного истребителя, получивших обозначение Mirage 2000Р, которое вскоре изменили на Mirage 2000N. Ударный вариант отличался усиленным планером, оптимизированным для полетов с высокой скоростью на малых высотах. Существенные отличия имелись и в БРЭО, самое значительное – установка РЛС Dasault Electronique/Thompson-CSF Antilope 5, способной работать в режимах картографирования, навигации, режиме следования рельефу местности, а также наведения на цель УР «воздух-воздух» и «воздух-поверхность». РЛС обеспечивает автоматический полет с огибанием рельефа местности на высоте около 90 м со скоростью до 1112 км/ч.

Боевое применение

8 октября 1996 года греческий Mirage 2000 сбил в воздушном бою над Эгейским морем турецкий истребитель F-16 Fighting Falcon.[www.youtube.com/watch?v=7hLsWKrEAhM Видео][4]

Индийские Mirage 2000 участвовали в Каргильском конфликте 1999 года. «Миражи» совершили более 500 вылетов: 274 сделали самолеты 1-й эскадрильи, решавшие задачи ПВО и эскорта ударных самолетов, а более 240 - самолеты 7-й эскадрильи, под прикрытием истребителей МиГ-29 наносившие удары по наземным целям, на которые ими было сброшено более 55 тонн бомб. Среди вылетов 7-й эскадрильи примечательны удары по Манто Дало, Тайгер Хилл и высоте 4388 в секторе Драс. На горе Манто Дало в секторе Баталик 17 июня ударом самолетов 7-й эскадрильи использовавших неуправляемые бомбы был уничтожен главный пункт снабжения противника: было ликвидировано более 50 строений и 100 человек. 24 июня на вершине горы Тайгер Хилл управляемыми авиабомбами с лазерным наведением, сброшенными с двух истребителей Mirage-2000, был поражен штаб батальона противника - это был первый случай боевого применения УАБ индийскими ВВС. В тот же день последовал удар по этой же цели неуправляемыми бомбами. 4го июля удар неуправляемыми бомбами был впервые нанесен по артиллерийским позициям и лагерю снабжения на высоте 4388 в секторе Драс. Следующая атака была выполнена четырьмя Mirage-2000 шестого июля, сбросившими 24 бомбы, а 10 июля три самолета сбросили еще 15 неуправляемых бомб. Эти удары сломили сопротивление противника и из-за высоких потерь среди офицерского состава существенно ослабили руководство.[5]

19 марта 2011 года 4 самолёта Mirage 2000 в составе французских ВВС участвовали в операции «Odyssey Dawn» против войск Каддафи в Ливии.К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 4758 дней]

Тактико-технические характеристики

Приведённые ниже характеристики соответствуют модификации Mirage 2000C.

Источник данных: Jane's, 2004.

Технические характеристики


Лётные характеристики

</ul> Вооружение

Близкие по назначению и характеристикам машины

В массовой культуре

Самолет присутствует во французском фильме "Рыцари неба", также на Мираже 2000 можно "полетать" в авиасимуляторах Jane`s Combat Simulations Fighters Anthology, DCS: World и Fighter Wing 1995 года

Напишите отзыв о статье "Dassault Mirage 2000"

Примечания

  1. 1 2 3 Jane's, 2004.
  2. Сергей Птичкин [www.rg.ru/2010/02/04/t-50.html «Пятерка» авансом] // «Российская газета» : № 23 (5102) от 4 февраля 2010. — Пермь, 2010. — С. 5.
  3. Французский тактический истребитель «Мираж-2000D». Зарубежное военное обозрение 1994, № 8, с. 40-44
  4. [www.acig.info/CMS/index.php?option=com_content&task=view&id=47&Itemid=47 Greek & Turkish Air-to-Air Victories]
  5. Philip Camp. The Mirage-2000 at Kargil

Литература

  • Jane's All The World's Aircraft 2004-2005 / Paul Jackson. — Jane's Information Group, 2004. — P. 131-135. — 860 p. — ISBN 0-7106-2614-2.

Ссылки

  • Передача «Военное дело». [youtube.com/watch?v=ngvhyUURUY0 Серия о Mirage 2000] на YouTube
  • [www.digitalcombatsimulator.com/ru/shop/modules/m2000c/ Mirage 2000] в авиасимуляторе DCS: World

Отрывок, характеризующий Dassault Mirage 2000

В четвертых, бессмысленно было желание взять в плен императора, королей, герцогов – людей, плен которых в высшей степени затруднил бы действия русских, как то признавали самые искусные дипломаты того времени (J. Maistre и другие). Еще бессмысленнее было желание взять корпуса французов, когда свои войска растаяли наполовину до Красного, а к корпусам пленных надо было отделять дивизии конвоя, и когда свои солдаты не всегда получали полный провиант и забранные уже пленные мерли с голода.
Весь глубокомысленный план о том, чтобы отрезать и поймать Наполеона с армией, был подобен тому плану огородника, который, выгоняя из огорода потоптавшую его гряды скотину, забежал бы к воротам и стал бы по голове бить эту скотину. Одно, что можно бы было сказать в оправдание огородника, было бы то, что он очень рассердился. Но это нельзя было даже сказать про составителей проекта, потому что не они пострадали от потоптанных гряд.
Но, кроме того, что отрезывание Наполеона с армией было бессмысленно, оно было невозможно.
Невозможно это было, во первых, потому что, так как из опыта видно, что движение колонн на пяти верстах в одном сражении никогда не совпадает с планами, то вероятность того, чтобы Чичагов, Кутузов и Витгенштейн сошлись вовремя в назначенное место, была столь ничтожна, что она равнялась невозможности, как то и думал Кутузов, еще при получении плана сказавший, что диверсии на большие расстояния не приносят желаемых результатов.
Во вторых, невозможно было потому, что, для того чтобы парализировать ту силу инерции, с которой двигалось назад войско Наполеона, надо было без сравнения большие войска, чем те, которые имели русские.
В третьих, невозможно это было потому, что военное слово отрезать не имеет никакого смысла. Отрезать можно кусок хлеба, но не армию. Отрезать армию – перегородить ей дорогу – никак нельзя, ибо места кругом всегда много, где можно обойти, и есть ночь, во время которой ничего не видно, в чем могли бы убедиться военные ученые хоть из примеров Красного и Березины. Взять же в плен никак нельзя без того, чтобы тот, кого берут в плен, на это не согласился, как нельзя поймать ласточку, хотя и можно взять ее, когда она сядет на руку. Взять в плен можно того, кто сдается, как немцы, по правилам стратегии и тактики. Но французские войска совершенно справедливо не находили этого удобным, так как одинаковая голодная и холодная смерть ожидала их на бегстве и в плену.
В четвертых же, и главное, это было невозможно потому, что никогда, с тех пор как существует мир, не было войны при тех страшных условиях, при которых она происходила в 1812 году, и русские войска в преследовании французов напрягли все свои силы и не могли сделать большего, не уничтожившись сами.
В движении русской армии от Тарутина до Красного выбыло пятьдесят тысяч больными и отсталыми, то есть число, равное населению большого губернского города. Половина людей выбыла из армии без сражений.
И об этом то периоде кампании, когда войска без сапог и шуб, с неполным провиантом, без водки, по месяцам ночуют в снегу и при пятнадцати градусах мороза; когда дня только семь и восемь часов, а остальное ночь, во время которой не может быть влияния дисциплины; когда, не так как в сраженье, на несколько часов только люди вводятся в область смерти, где уже нет дисциплины, а когда люди по месяцам живут, всякую минуту борясь с смертью от голода и холода; когда в месяц погибает половина армии, – об этом то периоде кампании нам рассказывают историки, как Милорадович должен был сделать фланговый марш туда то, а Тормасов туда то и как Чичагов должен был передвинуться туда то (передвинуться выше колена в снегу), и как тот опрокинул и отрезал, и т. д., и т. д.
Русские, умиравшие наполовину, сделали все, что можно сделать и должно было сделать для достижения достойной народа цели, и не виноваты в том, что другие русские люди, сидевшие в теплых комнатах, предполагали сделать то, что было невозможно.
Все это странное, непонятное теперь противоречие факта с описанием истории происходит только оттого, что историки, писавшие об этом событии, писали историю прекрасных чувств и слов разных генералов, а не историю событий.
Для них кажутся очень занимательны слова Милорадовича, награды, которые получил тот и этот генерал, и их предположения; а вопрос о тех пятидесяти тысячах, которые остались по госпиталям и могилам, даже не интересует их, потому что не подлежит их изучению.
А между тем стоит только отвернуться от изучения рапортов и генеральных планов, а вникнуть в движение тех сотен тысяч людей, принимавших прямое, непосредственное участие в событии, и все, казавшиеся прежде неразрешимыми, вопросы вдруг с необыкновенной легкостью и простотой получают несомненное разрешение.
Цель отрезывания Наполеона с армией никогда не существовала, кроме как в воображении десятка людей. Она не могла существовать, потому что она была бессмысленна, и достижение ее было невозможно.
Цель народа была одна: очистить свою землю от нашествия. Цель эта достигалась, во первых, сама собою, так как французы бежали, и потому следовало только не останавливать это движение. Во вторых, цель эта достигалась действиями народной войны, уничтожавшей французов, и, в третьих, тем, что большая русская армия шла следом за французами, готовая употребить силу в случае остановки движения французов.
Русская армия должна была действовать, как кнут на бегущее животное. И опытный погонщик знал, что самое выгодное держать кнут поднятым, угрожая им, а не по голове стегать бегущее животное.



Когда человек видит умирающее животное, ужас охватывает его: то, что есть он сам, – сущность его, в его глазах очевидно уничтожается – перестает быть. Но когда умирающее есть человек, и человек любимый – ощущаемый, тогда, кроме ужаса перед уничтожением жизни, чувствуется разрыв и духовная рана, которая, так же как и рана физическая, иногда убивает, иногда залечивается, но всегда болит и боится внешнего раздражающего прикосновения.
После смерти князя Андрея Наташа и княжна Марья одинаково чувствовали это. Они, нравственно согнувшись и зажмурившись от грозного, нависшего над ними облака смерти, не смели взглянуть в лицо жизни. Они осторожно берегли свои открытые раны от оскорбительных, болезненных прикосновений. Все: быстро проехавший экипаж по улице, напоминание об обеде, вопрос девушки о платье, которое надо приготовить; еще хуже, слово неискреннего, слабого участия болезненно раздражало рану, казалось оскорблением и нарушало ту необходимую тишину, в которой они обе старались прислушиваться к незамолкшему еще в их воображении страшному, строгому хору, и мешало вглядываться в те таинственные бесконечные дали, которые на мгновение открылись перед ними.
Только вдвоем им было не оскорбительно и не больно. Они мало говорили между собой. Ежели они говорили, то о самых незначительных предметах. И та и другая одинаково избегали упоминания о чем нибудь, имеющем отношение к будущему.
Признавать возможность будущего казалось им оскорблением его памяти. Еще осторожнее они обходили в своих разговорах все то, что могло иметь отношение к умершему. Им казалось, что то, что они пережили и перечувствовали, не могло быть выражено словами. Им казалось, что всякое упоминание словами о подробностях его жизни нарушало величие и святыню совершившегося в их глазах таинства.
Беспрестанные воздержания речи, постоянное старательное обхождение всего того, что могло навести на слово о нем: эти остановки с разных сторон на границе того, чего нельзя было говорить, еще чище и яснее выставляли перед их воображением то, что они чувствовали.

Но чистая, полная печаль так же невозможна, как чистая и полная радость. Княжна Марья, по своему положению одной независимой хозяйки своей судьбы, опекунши и воспитательницы племянника, первая была вызвана жизнью из того мира печали, в котором она жила первые две недели. Она получила письма от родных, на которые надо было отвечать; комната, в которую поместили Николеньку, была сыра, и он стал кашлять. Алпатыч приехал в Ярославль с отчетами о делах и с предложениями и советами переехать в Москву в Вздвиженский дом, который остался цел и требовал только небольших починок. Жизнь не останавливалась, и надо было жить. Как ни тяжело было княжне Марье выйти из того мира уединенного созерцания, в котором она жила до сих пор, как ни жалко и как будто совестно было покинуть Наташу одну, – заботы жизни требовали ее участия, и она невольно отдалась им. Она поверяла счеты с Алпатычем, советовалась с Десалем о племяннике и делала распоряжения и приготовления для своего переезда в Москву.
Наташа оставалась одна и с тех пор, как княжна Марья стала заниматься приготовлениями к отъезду, избегала и ее.
Княжна Марья предложила графине отпустить с собой Наташу в Москву, и мать и отец радостно согласились на это предложение, с каждым днем замечая упадок физических сил дочери и полагая для нее полезным и перемену места, и помощь московских врачей.
– Я никуда не поеду, – отвечала Наташа, когда ей сделали это предложение, – только, пожалуйста, оставьте меня, – сказала она и выбежала из комнаты, с трудом удерживая слезы не столько горя, сколько досады и озлобления.
После того как она почувствовала себя покинутой княжной Марьей и одинокой в своем горе, Наташа большую часть времени, одна в своей комнате, сидела с ногами в углу дивана, и, что нибудь разрывая или переминая своими тонкими, напряженными пальцами, упорным, неподвижным взглядом смотрела на то, на чем останавливались глаза. Уединение это изнуряло, мучило ее; но оно было для нее необходимо. Как только кто нибудь входил к ней, она быстро вставала, изменяла положение и выражение взгляда и бралась за книгу или шитье, очевидно с нетерпением ожидая ухода того, кто помешал ей.
Ей все казалось, что она вот вот сейчас поймет, проникнет то, на что с страшным, непосильным ей вопросом устремлен был ее душевный взгляд.
В конце декабря, в черном шерстяном платье, с небрежно связанной пучком косой, худая и бледная, Наташа сидела с ногами в углу дивана, напряженно комкая и распуская концы пояса, и смотрела на угол двери.
Она смотрела туда, куда ушел он, на ту сторону жизни. И та сторона жизни, о которой она прежде никогда не думала, которая прежде ей казалась такою далекою, невероятною, теперь была ей ближе и роднее, понятнее, чем эта сторона жизни, в которой все было или пустота и разрушение, или страдание и оскорбление.
Она смотрела туда, где она знала, что был он; но она не могла его видеть иначе, как таким, каким он был здесь. Она видела его опять таким же, каким он был в Мытищах, у Троицы, в Ярославле.
Она видела его лицо, слышала его голос и повторяла его слова и свои слова, сказанные ему, и иногда придумывала за себя и за него новые слова, которые тогда могли бы быть сказаны.
Вот он лежит на кресле в своей бархатной шубке, облокотив голову на худую, бледную руку. Грудь его страшно низка и плечи подняты. Губы твердо сжаты, глаза блестят, и на бледном лбу вспрыгивает и исчезает морщина. Одна нога его чуть заметно быстро дрожит. Наташа знает, что он борется с мучительной болью. «Что такое эта боль? Зачем боль? Что он чувствует? Как у него болит!» – думает Наташа. Он заметил ее вниманье, поднял глаза и, не улыбаясь, стал говорить.
«Одно ужасно, – сказал он, – это связать себя навеки с страдающим человеком. Это вечное мученье». И он испытующим взглядом – Наташа видела теперь этот взгляд – посмотрел на нее. Наташа, как и всегда, ответила тогда прежде, чем успела подумать о том, что она отвечает; она сказала: «Это не может так продолжаться, этого не будет, вы будете здоровы – совсем».
Она теперь сначала видела его и переживала теперь все то, что она чувствовала тогда. Она вспомнила продолжительный, грустный, строгий взгляд его при этих словах и поняла значение упрека и отчаяния этого продолжительного взгляда.