T.N.T. (песня)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
«T.N.T.»
Сингл AC/DC
с альбома High Voltage
Сторона «Б»

«Rocker»

Выпущен

1 марта 1976

Формат

7"

Записан

1975

Жанр

хард-рок, хеви-метал

Продюсер

Гарри Ванда, Джордж Янг

Автор песни

Бон Скотт, Ангус Янг, Малькольм Янг

Лейбл

Albert Productions

Хронология синглов AC/DC
«It’s a Long Way to the Top (If You Wanna Rock ’n’ Roll)»
(1975)
«T.N.T.»
(1976)
«Jailbreak»
(1976)

«T.N.T.» (рус. Тринитротолуол) — песня австралийской хард-рок-группы AC/DC, записанная в 1975 году. Была включена в австралийский релиз одноимённого альбома (1975) и в международный релиз альбома High Voltage (1976). Неоднократно исполнялась на концертах группы; присутствует на концертных альбомах AC/DC Live и Live: 2 CD Collector’s Edition, где вокальную партию исполняет Брайан Джонсон.

Авторы песни — Бон Скотт, Ангус Янг и Малькольм Янг.

Фраза из песни «Lock up your daughters» (рус. Заприте своих дочерей) была использована для названия дебютного тура AC/DC по Великобритании, стартовавшего после переезда группы из Мельбурна в Лондон.



Участники записи

Продюсеры

В популярной культуре

  • Песня включена в саундтрек компьютерной игры Tony Hawk’s Pro Skater 4.
  • Песня звучит в рекламном трейлере фильма «Наполеон Динамит», в фильмах «Король дороги» и «Билли-Фингал», а также в рождественском эпизоде телесериала «Шоу 70-х».
  • Песня используется в качестве гимна несколькими спортивными командами разных стран, в том числе «Сан-Франциско Джайентс», «Оттава Сенаторз», «Кливленд Индианс», «Сан-Хосе Сэйбркэтс», Fremantle Football Club, «Висконсин Бэджерс», «Лос-Анджелес Кингз», «Портленд Винтерхокс» и Prince George Cougars.
  • В 1980-х — начале 1990-х годов песня использовалась в качестве мелодии, сопровождавшей выход на ринг британского профессионального рестлера Марка «Роллерболла» Рокко (Марк Хасси) на не-телевизионном шоу для All Star Promotions. С начала 2000-х годов рестлер Робби «Тело» Динамит (Роб Бензинс) также использует эту песню в качестве своей «выходной» музыки.
  • Ванкуверской радиостанцией Classic Rock 101 создана пародия на песню под названием «P.N.E.», что расшифровывается как Pacific National Exhibition («Национальная Тихоокеанская выставка») — название мероприятия, проходящего в Ванкувере.
  • Песня используется клубом «Атланта Брэйвз» во время выхода на поле австралийца Питера Мойлана и клубом «Техас Рейнджерс» перед вступлением в игру Тейлора Тигардена.
  • Американская дэт-метал-группа Six Feet Under записала кавер-версию песни для своего альбома Graveyard Classics.
  • Песня была использована в нескольких акциях на американском телеканале TNT в середине 1990-х годов, а также для трансляции летней серии гонок NASCAR с 2010 года.
  • После террористических актов 11 сентября 2001 года песня была включена в список неуместных к распространению на радио композиций по версии Clear Channel[1].
  • Кид Рок ссылается на часть текста из песни: «I’m T.N.T., I’m dynamite» в своей композиции «Welcome 2 the Party (Ode 2 the Old School)» из альбома Devil Without a Cause.

Напишите отзыв о статье "T.N.T. (песня)"

Примечания

  1. [www.snopes.com/rumors/radio.asp Clear Channel Banned Songs]. Snopes.com (15 апреля 2008). Проверено 4 июня 2012. [www.webcitation.org/6AFqOZ8Jf Архивировано из первоисточника 28 августа 2012].

Отрывок, характеризующий T.N.T. (песня)

Наташа не отвечала на ее вопрос.
– Ради Бога, Соня, никому не говори, не мучай меня, – упрашивала Наташа. – Ты помни, что нельзя вмешиваться в такие дела. Я тебе открыла…
– Но зачем эти тайны! Отчего же он не ездит в дом? – спрашивала Соня. – Отчего он прямо не ищет твоей руки? Ведь князь Андрей дал тебе полную свободу, ежели уж так; но я не верю этому. Наташа, ты подумала, какие могут быть тайные причины ?
Наташа удивленными глазами смотрела на Соню. Видно, ей самой в первый раз представлялся этот вопрос и она не знала, что отвечать на него.
– Какие причины, не знаю. Но стало быть есть причины!
Соня вздохнула и недоверчиво покачала головой.
– Ежели бы были причины… – начала она. Но Наташа угадывая ее сомнение, испуганно перебила ее.
– Соня, нельзя сомневаться в нем, нельзя, нельзя, ты понимаешь ли? – прокричала она.
– Любит ли он тебя?
– Любит ли? – повторила Наташа с улыбкой сожаления о непонятливости своей подруги. – Ведь ты прочла письмо, ты видела его?
– Но если он неблагородный человек?
– Он!… неблагородный человек? Коли бы ты знала! – говорила Наташа.
– Если он благородный человек, то он или должен объявить свое намерение, или перестать видеться с тобой; и ежели ты не хочешь этого сделать, то я сделаю это, я напишу ему, я скажу папа, – решительно сказала Соня.
– Да я жить не могу без него! – закричала Наташа.
– Наташа, я не понимаю тебя. И что ты говоришь! Вспомни об отце, о Nicolas.
– Мне никого не нужно, я никого не люблю, кроме его. Как ты смеешь говорить, что он неблагороден? Ты разве не знаешь, что я его люблю? – кричала Наташа. – Соня, уйди, я не хочу с тобой ссориться, уйди, ради Бога уйди: ты видишь, как я мучаюсь, – злобно кричала Наташа сдержанно раздраженным и отчаянным голосом. Соня разрыдалась и выбежала из комнаты.
Наташа подошла к столу и, не думав ни минуты, написала тот ответ княжне Марье, который она не могла написать целое утро. В письме этом она коротко писала княжне Марье, что все недоразуменья их кончены, что, пользуясь великодушием князя Андрея, который уезжая дал ей свободу, она просит ее забыть всё и простить ее ежели она перед нею виновата, но что она не может быть его женой. Всё это ей казалось так легко, просто и ясно в эту минуту.

В пятницу Ростовы должны были ехать в деревню, а граф в среду поехал с покупщиком в свою подмосковную.
В день отъезда графа, Соня с Наташей были званы на большой обед к Карагиным, и Марья Дмитриевна повезла их. На обеде этом Наташа опять встретилась с Анатолем, и Соня заметила, что Наташа говорила с ним что то, желая не быть услышанной, и всё время обеда была еще более взволнована, чем прежде. Когда они вернулись домой, Наташа начала первая с Соней то объяснение, которого ждала ее подруга.
– Вот ты, Соня, говорила разные глупости про него, – начала Наташа кротким голосом, тем голосом, которым говорят дети, когда хотят, чтобы их похвалили. – Мы объяснились с ним нынче.
– Ну, что же, что? Ну что ж он сказал? Наташа, как я рада, что ты не сердишься на меня. Говори мне всё, всю правду. Что же он сказал?
Наташа задумалась.
– Ах Соня, если бы ты знала его так, как я! Он сказал… Он спрашивал меня о том, как я обещала Болконскому. Он обрадовался, что от меня зависит отказать ему.
Соня грустно вздохнула.
– Но ведь ты не отказала Болконскому, – сказала она.
– А может быть я и отказала! Может быть с Болконским всё кончено. Почему ты думаешь про меня так дурно?
– Я ничего не думаю, я только не понимаю этого…
– Подожди, Соня, ты всё поймешь. Увидишь, какой он человек. Ты не думай дурное ни про меня, ни про него.
– Я ни про кого не думаю дурное: я всех люблю и всех жалею. Но что же мне делать?
Соня не сдавалась на нежный тон, с которым к ней обращалась Наташа. Чем размягченнее и искательнее было выражение лица Наташи, тем серьезнее и строже было лицо Сони.