Аухадов, Хамзат Ахмаевич

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Хамзат Ахмаевич Аухадов
Личная информация
Гражданство

СССР СССРРоссия Россия

Специализация

Тяжёлая атлетика

Дата рождения

13 мая 1965(1965-05-13) (59 лет)

Место рождения

Урус-Мартан, Чечено-Ингушская АССР, РСФСР, СССР

Тренер

Эли Кунаев

Спортивное звание

Хамза́т Ахма́евич Ауха́дов (13 мая 1965 года, Урус-Мартан, Чечено-Ингушская АССР, РСФСР, СССР) — российский чеченский тренер по тяжёлой атлетике, мастер спорта СССР, Заслуженный тренер России.





Биография

Родился 13 мая 1965 года в Урус-Мартане. В 6 классе стал заниматься тяжёлой атлетикой. В 1982 году окончил школу. В 1983 году начал работать учителем физкультуры в школе. В 1987 году перешёл на работу в Урус-Мартановскую детско-юношескую спортивную школу. В том же году выполнил норматив мастера спорта СССР. В 1991 году окончил Чечено-Ингушский государственный университет.

В начале 2000 года в ходе боевых действий его дом был разрушен. Во дворе своего дома на собственные деньги он построил спортивный зал и стал тренировать детей, среди которых был и его сын Апти Аухадов. Впоследствии Апти стал чемпионом России, Европы и мира, победителем летней Универсиады 2013 года в Казани.

Награды

Напишите отзыв о статье "Аухадов, Хамзат Ахмаевич"

Литература

  • С-А. М. Аслаханов, Х. Х. Хизриев. Физическая культура и спорт Чечни: истоки и современность. — Москва: «Перо», 2015. — С. 93. — 240 с. — ISBN 978-500086-997-0.

Ссылки

  • Мовлади Абдулаев. [wsport.su/xamzat-auxadov/ Хамзат Аухадов]. Энциклопедия чеченского спорта (4 июня 2006). Проверено 12 июня 2015.

Отрывок, характеризующий Аухадов, Хамзат Ахмаевич

«Всё кончено, я пропал! думал он. Теперь пуля в лоб – одно остается», и вместе с тем он сказал веселым голосом:
– Ну, еще одну карточку.
– Хорошо, – отвечал Долохов, окончив итог, – хорошо! 21 рубль идет, – сказал он, указывая на цифру 21, рознившую ровный счет 43 тысяч, и взяв колоду, приготовился метать. Ростов покорно отогнул угол и вместо приготовленных 6.000, старательно написал 21.
– Это мне всё равно, – сказал он, – мне только интересно знать, убьешь ты, или дашь мне эту десятку.
Долохов серьезно стал метать. О, как ненавидел Ростов в эту минуту эти руки, красноватые с короткими пальцами и с волосами, видневшимися из под рубашки, имевшие его в своей власти… Десятка была дана.
– За вами 43 тысячи, граф, – сказал Долохов и потягиваясь встал из за стола. – А устаешь однако так долго сидеть, – сказал он.
– Да, и я тоже устал, – сказал Ростов.
Долохов, как будто напоминая ему, что ему неприлично было шутить, перебил его: Когда прикажете получить деньги, граф?
Ростов вспыхнув, вызвал Долохова в другую комнату.
– Я не могу вдруг заплатить всё, ты возьмешь вексель, – сказал он.
– Послушай, Ростов, – сказал Долохов, ясно улыбаясь и глядя в глаза Николаю, – ты знаешь поговорку: «Счастлив в любви, несчастлив в картах». Кузина твоя влюблена в тебя. Я знаю.
«О! это ужасно чувствовать себя так во власти этого человека», – думал Ростов. Ростов понимал, какой удар он нанесет отцу, матери объявлением этого проигрыша; он понимал, какое бы было счастье избавиться от всего этого, и понимал, что Долохов знает, что может избавить его от этого стыда и горя, и теперь хочет еще играть с ним, как кошка с мышью.
– Твоя кузина… – хотел сказать Долохов; но Николай перебил его.
– Моя кузина тут ни при чем, и о ней говорить нечего! – крикнул он с бешенством.
– Так когда получить? – спросил Долохов.
– Завтра, – сказал Ростов, и вышел из комнаты.


Сказать «завтра» и выдержать тон приличия было не трудно; но приехать одному домой, увидать сестер, брата, мать, отца, признаваться и просить денег, на которые не имеешь права после данного честного слова, было ужасно.
Дома еще не спали. Молодежь дома Ростовых, воротившись из театра, поужинав, сидела у клавикорд. Как только Николай вошел в залу, его охватила та любовная, поэтическая атмосфера, которая царствовала в эту зиму в их доме и которая теперь, после предложения Долохова и бала Иогеля, казалось, еще более сгустилась, как воздух перед грозой, над Соней и Наташей. Соня и Наташа в голубых платьях, в которых они были в театре, хорошенькие и знающие это, счастливые, улыбаясь, стояли у клавикорд. Вера с Шиншиным играла в шахматы в гостиной. Старая графиня, ожидая сына и мужа, раскладывала пасьянс с старушкой дворянкой, жившей у них в доме. Денисов с блестящими глазами и взъерошенными волосами сидел, откинув ножку назад, у клавикорд, и хлопая по ним своими коротенькими пальцами, брал аккорды, и закатывая глаза, своим маленьким, хриплым, но верным голосом, пел сочиненное им стихотворение «Волшебница», к которому он пытался найти музыку.
Волшебница, скажи, какая сила