М-65

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
М-65
Тип: нарезная пушка
Страна:
История производства
Конструктор: Завод №172
Разработан: с 1955 по 1961
Производитель: Завод №172
Годы производства: 1956
Всего выпущено: не менее 10
Характеристики
Масса, кг: 4300
Длина ствола, мм: 7330
Калибр, мм: 130
Скорострельность,
выстрелов/мин:
10—15
Начальная скорость
снаряда, м/с
БС: 1030
Прицельная дальность, м: БС: 1250
Вид боепитания: раздельно-гильзовое
Прицел: ТПДС
К:Википедия:Статьи без изображений (тип: не указан)

М-65советская опытная нарезная танковая пушка. Разработана в конструкторском бюро Завода №172.





История создания

Создание новой 130-мм танковой пушки было начато совместно с началом разработок новых тяжёлых танков «Объект 277» и «Объект 770» по постановлению Совета министров СССР №1498-837 от 12 августа 1955 года. Разработка велась в СКБ-172 под руководством М. Ю. Цирульникова. Весной 1956 года был завершён технический проект, а уже к июню 1956 года начались испытания опытных образцов М-65. Работы по М-65 были остановлены в 1961 году постановлением Совета Министров СССР № 141-5 вместе с разработкой новых тяжёлых танков. Всего было выпущено не менее 10 образцов М-65[1].

Описание конструкции

Основными составляющими М-65 являлись: ствол, эжектор и дульный тормоз. Для облегчения заряжания в пушке использовалась механизированная боеукладка с электромеханическим досылателем. Механизм вертикального наведения гидравлический и состоял из двух цилиндров, расположенных с левой и правой стороны орудия. Левый гидроцилиндр выполнял также роль гидростопора, а правый стабилизировал пушку в вертикальной плоскости. В специальной проушине правой стенки ограждения размещался электромеханический стопор, включавшийся при постановке орудия на угол заряжания. Максимальная длина отката составляла 603 мм. М-65 снабжалась стабилизатором «Гроза»[2][1].

Применяемые боеприпасы

Для стрельбы по бронированным целям применялись выстрелы 53-ВБР-482 с бронебойно-трассирующим снарядом 53-БР-482 со взрывателем ДБР и полным переменным зарядом 54-ЖН-482. По живой силе противника и небронированным целям стрельба должна была вестись выстрелами 53-ВОФ-482В с осколочно-фугасными гранатами 53-ОФ-482М со взрывателем РГМ-2 и полным переменным зарядом 54-ЖН-482 или выстрелами 53-ВОФ-482ВУ с осколочно-фугасными гранатами 53-ОФ-482М и переменным зарядом 54-Ж-482У[2].

Таблица бронепробиваемости для М-65[3]
Угол наклона, град \ Расстояние, м 1000 2000 3000
0 280 245 215
30 240 206 175
60 114 97 85
Данные по советской методике измерения бронепробиваемости. Следует иметь в виду, что в разное время и в разных странах использовались различные методики определения бронепробиваемости. Как следствие, прямое сравнение с аналогичными данными других орудий часто оказывается невозможным либо некорректным.

Модификации

На базе пушки М-65 была разработана её модификация, получившая внутризаводское обозначение М-65ГЛ. Основным отличием М-65ГЛ от базового образца являлся калибр 140 мм и гладкий ствол. Дульный тормоз не устанавливался, а полная длина ствола была увеличена на 1250 мм. В пушке М-65ГЛ планировалось применение оперённых подкалиберных бронебойных снарядов массой 10 кг. Пушку предполагалось устанавливать в танки Объект 278, Объект 279 и Объект 770. Кроме того, М-65ГЛ предлагалась к установке в САУ «Таран» вместо пушки М-69, однако, данное предложение не получило одобрения в НИИ-24, так как изменение калибра потребовало бы перекомпоновать САУ и привело бы к сдвигу установленных на разработку сроков более чем на год[4].

Таблица ТТХ пушки М-65 и М-65-ГЛ[4]
Заводское обозначение орудия М-65 М-65ГЛ
Тип орудия нарезное гладкое
Калибр орудия, мм 130 140
Проектная масса орудия, кг 4300 4000
Масса БС, кг 33,4[сн 1] 10[сн 2]
Начальная скорость, м/с 1030[сн 3] 1651[сн 4]
Дальность прямого выстрела, м 1360[сн 5] около 2000[сн 6]

Куда устанавливалась

Напишите отзыв о статье "М-65"

Примечания

Сноски


Источники

  1. 1 2 Широкорад А. Б. Секретные монстры. Тяжёлые танки с пушкой М-65 // Техника и вооружение: вчера, сегодня завтра. — М.: Техинформ, 1999. — № 7. — С. 20—23.
  2. 1 2 М. В. Павлов, И. В. Павлов. Отечественные бронированные машины 1945—1965 гг. // Техника и вооружение: вчера, сегодня, завтра. — Москва: Техинформ, 2008. — № 9. — С. 49,50.
  3. М. В. Павлов, И. В. Павлов. Отечественные бронированные машины 1945—1965 гг. // Техника и вооружение: вчера, сегодня, завтра. — Москва: Техинформ, 2008. — № 8. — С. 55.
  4. 1 2 Павлов М. В.,Павлов И. В. Отечественные бронированные машины 1945—1965 гг. // Техника и вооружение: вчера, сегодня, завтра. — Москва: Техинформ, 2015. — № 8. — С. 48, 52.

Литература

  • Широкорад А. Б. Секретные монстры. Тяжёлые танки с пушкой М-65 // Техника и вооружение: вчера, сегодня завтра. — М.: Техинформ, 1999. — № 7. — С. 20—23.
  • М. В. Павлов, И. В. Павлов. Отечественные бронированные машины 1945—1965 гг. // Техника и вооружение: вчера, сегодня, завтра. — Москва: Техинформ, 2008. — № 9. — С. 49,50.
  • М. В. Павлов, И. В. Павлов. Отечественные бронированные машины 1945—1965 гг. // Техника и вооружение: вчера, сегодня, завтра. — Москва: Техинформ, 2008. — № 8. — С. 55.

Отрывок, характеризующий М-65

– Да что ж, я так…
– Ну, и я так.
– Прощай.
– Будь здоров…
… и высоко, и далеко,
На родиму сторону…
Жерков тронул шпорами лошадь, которая раза три, горячась, перебила ногами, не зная, с какой начать, справилась и поскакала, обгоняя роту и догоняя коляску, тоже в такт песни.


Возвратившись со смотра, Кутузов, сопутствуемый австрийским генералом, прошел в свой кабинет и, кликнув адъютанта, приказал подать себе некоторые бумаги, относившиеся до состояния приходивших войск, и письма, полученные от эрцгерцога Фердинанда, начальствовавшего передовою армией. Князь Андрей Болконский с требуемыми бумагами вошел в кабинет главнокомандующего. Перед разложенным на столе планом сидели Кутузов и австрийский член гофкригсрата.
– А… – сказал Кутузов, оглядываясь на Болконского, как будто этим словом приглашая адъютанта подождать, и продолжал по французски начатый разговор.
– Я только говорю одно, генерал, – говорил Кутузов с приятным изяществом выражений и интонации, заставлявшим вслушиваться в каждое неторопливо сказанное слово. Видно было, что Кутузов и сам с удовольствием слушал себя. – Я только одно говорю, генерал, что ежели бы дело зависело от моего личного желания, то воля его величества императора Франца давно была бы исполнена. Я давно уже присоединился бы к эрцгерцогу. И верьте моей чести, что для меня лично передать высшее начальство армией более меня сведущему и искусному генералу, какими так обильна Австрия, и сложить с себя всю эту тяжкую ответственность для меня лично было бы отрадой. Но обстоятельства бывают сильнее нас, генерал.
И Кутузов улыбнулся с таким выражением, как будто он говорил: «Вы имеете полное право не верить мне, и даже мне совершенно всё равно, верите ли вы мне или нет, но вы не имеете повода сказать мне это. И в этом то всё дело».
Австрийский генерал имел недовольный вид, но не мог не в том же тоне отвечать Кутузову.
– Напротив, – сказал он ворчливым и сердитым тоном, так противоречившим лестному значению произносимых слов, – напротив, участие вашего превосходительства в общем деле высоко ценится его величеством; но мы полагаем, что настоящее замедление лишает славные русские войска и их главнокомандующих тех лавров, которые они привыкли пожинать в битвах, – закончил он видимо приготовленную фразу.
Кутузов поклонился, не изменяя улыбки.
– А я так убежден и, основываясь на последнем письме, которым почтил меня его высочество эрцгерцог Фердинанд, предполагаю, что австрийские войска, под начальством столь искусного помощника, каков генерал Мак, теперь уже одержали решительную победу и не нуждаются более в нашей помощи, – сказал Кутузов.
Генерал нахмурился. Хотя и не было положительных известий о поражении австрийцев, но было слишком много обстоятельств, подтверждавших общие невыгодные слухи; и потому предположение Кутузова о победе австрийцев было весьма похоже на насмешку. Но Кутузов кротко улыбался, всё с тем же выражением, которое говорило, что он имеет право предполагать это. Действительно, последнее письмо, полученное им из армии Мака, извещало его о победе и о самом выгодном стратегическом положении армии.
– Дай ка сюда это письмо, – сказал Кутузов, обращаясь к князю Андрею. – Вот изволите видеть. – И Кутузов, с насмешливою улыбкой на концах губ, прочел по немецки австрийскому генералу следующее место из письма эрцгерцога Фердинанда: «Wir haben vollkommen zusammengehaltene Krafte, nahe an 70 000 Mann, um den Feind, wenn er den Lech passirte, angreifen und schlagen zu konnen. Wir konnen, da wir Meister von Ulm sind, den Vortheil, auch von beiden Uferien der Donau Meister zu bleiben, nicht verlieren; mithin auch jeden Augenblick, wenn der Feind den Lech nicht passirte, die Donau ubersetzen, uns auf seine Communikations Linie werfen, die Donau unterhalb repassiren und dem Feinde, wenn er sich gegen unsere treue Allirte mit ganzer Macht wenden wollte, seine Absicht alabald vereitelien. Wir werden auf solche Weise den Zeitpunkt, wo die Kaiserlich Ruseische Armee ausgerustet sein wird, muthig entgegenharren, und sodann leicht gemeinschaftlich die Moglichkeit finden, dem Feinde das Schicksal zuzubereiten, so er verdient». [Мы имеем вполне сосредоточенные силы, около 70 000 человек, так что мы можем атаковать и разбить неприятеля в случае переправы его через Лех. Так как мы уже владеем Ульмом, то мы можем удерживать за собою выгоду командования обоими берегами Дуная, стало быть, ежеминутно, в случае если неприятель не перейдет через Лех, переправиться через Дунай, броситься на его коммуникационную линию, ниже перейти обратно Дунай и неприятелю, если он вздумает обратить всю свою силу на наших верных союзников, не дать исполнить его намерение. Таким образом мы будем бодро ожидать времени, когда императорская российская армия совсем изготовится, и затем вместе легко найдем возможность уготовить неприятелю участь, коей он заслуживает».]
Кутузов тяжело вздохнул, окончив этот период, и внимательно и ласково посмотрел на члена гофкригсрата.
– Но вы знаете, ваше превосходительство, мудрое правило, предписывающее предполагать худшее, – сказал австрийский генерал, видимо желая покончить с шутками и приступить к делу.
Он невольно оглянулся на адъютанта.
– Извините, генерал, – перебил его Кутузов и тоже поворотился к князю Андрею. – Вот что, мой любезный, возьми ты все донесения от наших лазутчиков у Козловского. Вот два письма от графа Ностица, вот письмо от его высочества эрцгерцога Фердинанда, вот еще, – сказал он, подавая ему несколько бумаг. – И из всего этого чистенько, на французском языке, составь mеmorandum, записочку, для видимости всех тех известий, которые мы о действиях австрийской армии имели. Ну, так то, и представь его превосходительству.
Князь Андрей наклонил голову в знак того, что понял с первых слов не только то, что было сказано, но и то, что желал бы сказать ему Кутузов. Он собрал бумаги, и, отдав общий поклон, тихо шагая по ковру, вышел в приемную.
Несмотря на то, что еще не много времени прошло с тех пор, как князь Андрей оставил Россию, он много изменился за это время. В выражении его лица, в движениях, в походке почти не было заметно прежнего притворства, усталости и лени; он имел вид человека, не имеющего времени думать о впечатлении, какое он производит на других, и занятого делом приятным и интересным. Лицо его выражало больше довольства собой и окружающими; улыбка и взгляд его были веселее и привлекательнее.
Кутузов, которого он догнал еще в Польше, принял его очень ласково, обещал ему не забывать его, отличал от других адъютантов, брал с собою в Вену и давал более серьезные поручения. Из Вены Кутузов писал своему старому товарищу, отцу князя Андрея:
«Ваш сын, – писал он, – надежду подает быть офицером, из ряду выходящим по своим занятиям, твердости и исполнительности. Я считаю себя счастливым, имея под рукой такого подчиненного».
В штабе Кутузова, между товарищами сослуживцами и вообще в армии князь Андрей, так же как и в петербургском обществе, имел две совершенно противоположные репутации.
Одни, меньшая часть, признавали князя Андрея чем то особенным от себя и от всех других людей, ожидали от него больших успехов, слушали его, восхищались им и подражали ему; и с этими людьми князь Андрей был прост и приятен. Другие, большинство, не любили князя Андрея, считали его надутым, холодным и неприятным человеком. Но с этими людьми князь Андрей умел поставить себя так, что его уважали и даже боялись.
Выйдя в приемную из кабинета Кутузова, князь Андрей с бумагами подошел к товарищу,дежурному адъютанту Козловскому, который с книгой сидел у окна.
– Ну, что, князь? – спросил Козловский.
– Приказано составить записку, почему нейдем вперед.
– А почему?
Князь Андрей пожал плечами.
– Нет известия от Мака? – спросил Козловский.
– Нет.
– Ежели бы правда, что он разбит, так пришло бы известие.
– Вероятно, – сказал князь Андрей и направился к выходной двери; но в то же время навстречу ему, хлопнув дверью, быстро вошел в приемную высокий, очевидно приезжий, австрийский генерал в сюртуке, с повязанною черным платком головой и с орденом Марии Терезии на шее. Князь Андрей остановился.