Калькилия (город)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Калькилия
араб. قلقيلية
Регион
Западный берег реки Иордан
Координаты
Население
41739[1] человек (2007)
Показать/скрыть карты

Калькилия (араб. قلقيلية‎; ивр.קַלְקִילִיָה‏‎) — город в Палестинской автономии, на территории Западного берега реки Иордан, в исторической области Самария. Административный центр одноименной провинции Калькилия.



География

Калькилия расположена у зелёной линии, границы Западного берега р. Иордан. Западнее города расположена Кфар-Сава (Израиль), севернее Кохав-Яир (Израиль), восточнее Альфей-Менаше (израильское поселение).

История

После Арабо-израильской войны 1947—1949 годов под контролем Иордании. В ходе шестидневной войны в 1967 году занят Израилем.

В результате соглашений в Осло город перешел под гражданский и военный контроль Палестинской национальной администрации.

Напишите отзыв о статье "Калькилия (город)"

Примечания

  1. [www.pcbs.gov.ps/Portals/_PCBS/Downloads/book1487.pdf Population, Housing and Establishment Census 2007 : Census Final Results in The West Bank Summary (Population and Housing).]. Palestinian Central Bureau of Statistics (2008). Проверено 16 июня 2010. [www.webcitation.org/6AkCmvaON Архивировано из первоисточника 17 сентября 2012].

Отрывок, характеризующий Калькилия (город)

«Стало быть, он жив», – подумала княжна и тихо спросила: что он?
– Люди сказывали, все в том же положении.
Что значило «все в том же положении», княжна не стала спрашивать и мельком только, незаметно взглянув на семилетнего Николушку, сидевшего перед нею и радовавшегося на город, опустила голову и не поднимала ее до тех пор, пока тяжелая карета, гремя, трясясь и колыхаясь, не остановилась где то. Загремели откидываемые подножки.
Отворились дверцы. Слева была вода – река большая, справа было крыльцо; на крыльце были люди, прислуга и какая то румяная, с большой черной косой, девушка, которая неприятно притворно улыбалась, как показалось княжне Марье (это была Соня). Княжна взбежала по лестнице, притворно улыбавшаяся девушка сказала: – Сюда, сюда! – и княжна очутилась в передней перед старой женщиной с восточным типом лица, которая с растроганным выражением быстро шла ей навстречу. Это была графиня. Она обняла княжну Марью и стала целовать ее.
– Mon enfant! – проговорила она, – je vous aime et vous connais depuis longtemps. [Дитя мое! я вас люблю и знаю давно.]
Несмотря на все свое волнение, княжна Марья поняла, что это была графиня и что надо было ей сказать что нибудь. Она, сама не зная как, проговорила какие то учтивые французские слова, в том же тоне, в котором были те, которые ей говорили, и спросила: что он?
– Доктор говорит, что нет опасности, – сказала графиня, но в то время, как она говорила это, она со вздохом подняла глаза кверху, и в этом жесте было выражение, противоречащее ее словам.
– Где он? Можно его видеть, можно? – спросила княжна.
– Сейчас, княжна, сейчас, мой дружок. Это его сын? – сказала она, обращаясь к Николушке, который входил с Десалем. – Мы все поместимся, дом большой. О, какой прелестный мальчик!
Графиня ввела княжну в гостиную. Соня разговаривала с m lle Bourienne. Графиня ласкала мальчика. Старый граф вошел в комнату, приветствуя княжну. Старый граф чрезвычайно переменился с тех пор, как его последний раз видела княжна. Тогда он был бойкий, веселый, самоуверенный старичок, теперь он казался жалким, затерянным человеком. Он, говоря с княжной, беспрестанно оглядывался, как бы спрашивая у всех, то ли он делает, что надобно. После разорения Москвы и его имения, выбитый из привычной колеи, он, видимо, потерял сознание своего значения и чувствовал, что ему уже нет места в жизни.
Несмотря на то волнение, в котором она находилась, несмотря на одно желание поскорее увидать брата и на досаду за то, что в эту минуту, когда ей одного хочется – увидать его, – ее занимают и притворно хвалят ее племянника, княжна замечала все, что делалось вокруг нее, и чувствовала необходимость на время подчиниться этому новому порядку, в который она вступала. Она знала, что все это необходимо, и ей было это трудно, но она не досадовала на них.