Меценат

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Меценат — лицо, способствующее на добровольной и безвозмездной основе развитию науки и искусства, оказывающее им материальную помощь из личных средств.
Меценатство — покровительство развитию науки и искусства.

Название происходит от имени знатного римлянина Гая Цильния Мецената (Мекената; лат. Gaius Cilnius Maecenas), который был покровителем искусств при императоре Августе. Будучи доверенным лицом императора Октавиана Августа он вёл государственные дела, не занимая никакой официальной должности, но будучи вместе с Агриппой самым влиятельным помощником Августа и принимая самое деятельное участие во всех действиях императора по устроению государства и упрочению власти. В своих отношениях к Августу он был свободен от низкопоклонства и заискивания и высказывал с полной свободой свои взгляды, нередко совершенно противоположные планам императора.

Его имя стало неспроста нарицательным — впервые в истории была реализована мощнейшая государственная политика, проводником которой и стал Меценат. Пользуясь поддержкой императора, Меценат направил значительную долю финансов, накопленных Римской империей, на поощрение и поддержку творческой индустрии. Так была создана система государственной финансовой поддержки культуры или мира искусств. С помощью инвестиций в искусство решались политические задачи великого Рима, укрепление позиции и мощи Римской империи и её власти. Поэтому нельзя считать, что меценат — это бессребреник, который безвозмездно делает добро людям. Меценат — это тот, кто, поддерживая искусство, развивает духовность общества как необходимое условие реализации стоящих перед ним задач.

журнал «Мир искусств»[1]

Со временем меценатами стали называть богатых покровителей культуры, искусства и науки. Многие из них вошли в историю культуры наравне с выдающимися художниками, писателями, актерами, ибо способствовали развитию их творчества, процветанию искусства, приобщению широких масс к лучшим культурным достижениям. В качестве яркого примера меценатства можно привести семейство Медичи, представители которого с XIII по XVIII век неоднократно становились правителями Флоренции. Наибольшую известность они приобрели как спонсоры самых выдающихся гениев эпохи Возрождения.

В качестве еще одного примера можноК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2985 дней] привести династию банкиров и общественных деятелей Ротшильдов, на протяжении XX века имевших наибольшее состояние в современной мировой истории. Они начинали своё восхождение к высшим слоям общества в конце XVIII века и в итоге опутали своей финансовой сетью практически все европейские дворы. История финансового успеха начиналась с антикварной лавки родоначальника династии Ротшильдов — Майера Амшеля. Скопив деньги, Майер открыл первый банк Ротшильдов, где можно было поменять деньги одних германских княжеств на другие, обменять и продать монеты и медали, антиквариат. Со временем эта тенденция лишь укрепилась — к середине XIX века половину своих активов Ротшильды вложили в произведения искусства. С одной стороны, эти инвестиции обеспечивали хороший фонд семьи на случай потрясения, а с другой — характеризовали Ротшильдов не столько как накопителей богатства, но и как людей, способных ценить прекрасное.К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2985 дней]

Развитие меценатства в России началось с XVIII, а во второй половине XIX века наступил его расцвет. В загородных дворянских усадьбах, в городских дворцах собирались замечательные коллекции памятников российского и западноевропейского искусства, обширные библиотеки.К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2985 дней] Среди известных русских меценатов значатся Мамонтов, Морозов, Рябушинский, Бахрушин и Третьяковы.К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2985 дней]



См. также

Напишите отзыв о статье "Меценат"

Примечания

  1. [int-ant.ru/docs/world_art1/#/8/ Журнал «Мир искусств» №1(01)2013 статья «Инвестиции в культурные ценности как базис формирования элиты современного российского общества»]
К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

Отрывок, характеризующий Меценат



Ростов своим зорким охотничьим глазом один из первых увидал этих синих французских драгун, преследующих наших улан. Ближе, ближе подвигались расстроенными толпами уланы, и французские драгуны, преследующие их. Уже можно было видеть, как эти, казавшиеся под горой маленькими, люди сталкивались, нагоняли друг друга и махали руками или саблями.
Ростов, как на травлю, смотрел на то, что делалось перед ним. Он чутьем чувствовал, что ежели ударить теперь с гусарами на французских драгун, они не устоят; но ежели ударить, то надо было сейчас, сию минуту, иначе будет уже поздно. Он оглянулся вокруг себя. Ротмистр, стоя подле него, точно так же не спускал глаз с кавалерии внизу.
– Андрей Севастьяныч, – сказал Ростов, – ведь мы их сомнем…
– Лихая бы штука, – сказал ротмистр, – а в самом деле…
Ростов, не дослушав его, толкнул лошадь, выскакал вперед эскадрона, и не успел он еще скомандовать движение, как весь эскадрон, испытывавший то же, что и он, тронулся за ним. Ростов сам не знал, как и почему он это сделал. Все это он сделал, как он делал на охоте, не думая, не соображая. Он видел, что драгуны близко, что они скачут, расстроены; он знал, что они не выдержат, он знал, что была только одна минута, которая не воротится, ежели он упустит ее. Пули так возбудительно визжали и свистели вокруг него, лошадь так горячо просилась вперед, что он не мог выдержать. Он тронул лошадь, скомандовал и в то же мгновение, услыхав за собой звук топота своего развернутого эскадрона, на полных рысях, стал спускаться к драгунам под гору. Едва они сошли под гору, как невольно их аллюр рыси перешел в галоп, становившийся все быстрее и быстрее по мере того, как они приближались к своим уланам и скакавшим за ними французским драгунам. Драгуны были близко. Передние, увидав гусар, стали поворачивать назад, задние приостанавливаться. С чувством, с которым он несся наперерез волку, Ростов, выпустив во весь мах своего донца, скакал наперерез расстроенным рядам французских драгун. Один улан остановился, один пеший припал к земле, чтобы его не раздавили, одна лошадь без седока замешалась с гусарами. Почти все французские драгуны скакали назад. Ростов, выбрав себе одного из них на серой лошади, пустился за ним. По дороге он налетел на куст; добрая лошадь перенесла его через него, и, едва справясь на седле, Николай увидал, что он через несколько мгновений догонит того неприятеля, которого он выбрал своей целью. Француз этот, вероятно, офицер – по его мундиру, согнувшись, скакал на своей серой лошади, саблей подгоняя ее. Через мгновенье лошадь Ростова ударила грудью в зад лошади офицера, чуть не сбила ее с ног, и в то же мгновенье Ростов, сам не зная зачем, поднял саблю и ударил ею по французу.
В то же мгновение, как он сделал это, все оживление Ростова вдруг исчезло. Офицер упал не столько от удара саблей, который только слегка разрезал ему руку выше локтя, сколько от толчка лошади и от страха. Ростов, сдержав лошадь, отыскивал глазами своего врага, чтобы увидать, кого он победил. Драгунский французский офицер одной ногой прыгал на земле, другой зацепился в стремени. Он, испуганно щурясь, как будто ожидая всякую секунду нового удара, сморщившись, с выражением ужаса взглянул снизу вверх на Ростова. Лицо его, бледное и забрызганное грязью, белокурое, молодое, с дырочкой на подбородке и светлыми голубыми глазами, было самое не для поля сражения, не вражеское лицо, а самое простое комнатное лицо. Еще прежде, чем Ростов решил, что он с ним будет делать, офицер закричал: «Je me rends!» [Сдаюсь!] Он, торопясь, хотел и не мог выпутать из стремени ногу и, не спуская испуганных голубых глаз, смотрел на Ростова. Подскочившие гусары выпростали ему ногу и посадили его на седло. Гусары с разных сторон возились с драгунами: один был ранен, но, с лицом в крови, не давал своей лошади; другой, обняв гусара, сидел на крупе его лошади; третий взлеаал, поддерживаемый гусаром, на его лошадь. Впереди бежала, стреляя, французская пехота. Гусары торопливо поскакали назад с своими пленными. Ростов скакал назад с другими, испытывая какое то неприятное чувство, сжимавшее ему сердце. Что то неясное, запутанное, чего он никак не мог объяснить себе, открылось ему взятием в плен этого офицера и тем ударом, который он нанес ему.