Соразмерный образ мой

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Соразмерный образ мой
Her fearful symmetry
Автор:

Одри Ниффенеггер

Жанр:

роман

Язык оригинала:

русский

Оригинал издан:

2010

Переводчик:

Елена Петрова

Издатель:

Эксмо

Страниц:

560 стр.

Носитель:

книга

ISBN:

978-5-699-41481-9

Соразмерный образ мой — второй роман[1] американской писательницы Одри Ниффенеггер.

Книга была издана 1 октября 2009 года[2], а написана в Лондоне, на Хайгейтском кладбище, где Ниффенегер работала экскурсоводом во время поиска материалов для книги.[3]





Название

Название романа навеяно стихотворением английского поэта Уильяма Блейка «Тигр» («The Tyger»), которое начинается словами

Тигр, о тигр, светло горящий
В глубине полночной чащи,
Кем задуман огневой
Соразмерный образ твой?

— Перевод: Маршак C.Я.[4]

Синопсис

Элспет, тётка двух зеркальных близнецов Джулии и Валентины, умирает от лейкемии. Она оставляет им квартиру, расположенную недалеко от Хайгейтского кладбища. Валентина страдает от астмы и порока сердца. Квартирой ниже живёт Роберт, любовник Элспет. Квартирой выше живёт Мартин, которого бросила жена из-за его невроза навязчивых состояний.

Всем обитателям становится ясно, что призрак Элспет, невидимый и неслышимый, всё ещё присутствует в квартире. Вскоре Джулия заводит дружбу с Мартином, а Валентина влюбляется в Роберта. Роберт отвечает ей взаимностью, в большей степени из-за её сходства с Элспет.

Призраку-Элспет удается вступить в контакт с близнецами и Робертом.

Напишите отзыв о статье "Соразмерный образ мой"

Примечания

  1. [www.nytimes.com/2009/03/11/books/11niff.html?_r=1&ref=arts Одри Ниффенеггер получила 5 миллионов долларов за второй роман]
  2. Олфри, Клэр. [www.metro.co.uk/metrolife/books/article.html?Niffenegger_goes_on_a_timely_journey&in_article_id=745977&in_page_id=28 Ниффенеггер отправляется в путешествие во времени], Metro (1 октября 2009). Проверено 15 октября 2009.
  3. Ниффенеггер, Одри. [www.guardian.co.uk/books/2009/oct/03/audrey-niffenegger-highgate-cemetery-novel Одри Ниффенеггер на Хайгейтском кладбище], The Guardian (3 октября 2009). Проверено 15 октября 2009.
  4. Маршак С. Я. Соб. соч. в 8 т. Т. 3. М.: Художественная литература, 1969.

Ссылки

  • [audreyniffenegger.com/her-fearful-symmetry Интервью с автором о книге]
  • [www.guardian.co.uk/books/2009/oct/10/her-fearful-symmetry-niffenegger-review Обзор книги в Guardian]
  • [www.nytimes.com/2009/09/27/books/review/Cokal-t.html Обзор книги в New York Times]

Отрывок, характеризующий Соразмерный образ мой


«Кто они? Зачем они? Что им нужно? И когда всё это кончится?» думал Ростов, глядя на переменявшиеся перед ним тени. Боль в руке становилась всё мучительнее. Сон клонил непреодолимо, в глазах прыгали красные круги, и впечатление этих голосов и этих лиц и чувство одиночества сливались с чувством боли. Это они, эти солдаты, раненые и нераненые, – это они то и давили, и тяготили, и выворачивали жилы, и жгли мясо в его разломанной руке и плече. Чтобы избавиться от них, он закрыл глаза.
Он забылся на одну минуту, но в этот короткий промежуток забвения он видел во сне бесчисленное количество предметов: он видел свою мать и ее большую белую руку, видел худенькие плечи Сони, глаза и смех Наташи, и Денисова с его голосом и усами, и Телянина, и всю свою историю с Теляниным и Богданычем. Вся эта история была одно и то же, что этот солдат с резким голосом, и эта то вся история и этот то солдат так мучительно, неотступно держали, давили и все в одну сторону тянули его руку. Он пытался устраняться от них, но они не отпускали ни на волос, ни на секунду его плечо. Оно бы не болело, оно было бы здорово, ежели б они не тянули его; но нельзя было избавиться от них.
Он открыл глаза и поглядел вверх. Черный полог ночи на аршин висел над светом углей. В этом свете летали порошинки падавшего снега. Тушин не возвращался, лекарь не приходил. Он был один, только какой то солдатик сидел теперь голый по другую сторону огня и грел свое худое желтое тело.
«Никому не нужен я! – думал Ростов. – Некому ни помочь, ни пожалеть. А был же и я когда то дома, сильный, веселый, любимый». – Он вздохнул и со вздохом невольно застонал.
– Ай болит что? – спросил солдатик, встряхивая свою рубаху над огнем, и, не дожидаясь ответа, крякнув, прибавил: – Мало ли за день народу попортили – страсть!
Ростов не слушал солдата. Он смотрел на порхавшие над огнем снежинки и вспоминал русскую зиму с теплым, светлым домом, пушистою шубой, быстрыми санями, здоровым телом и со всею любовью и заботою семьи. «И зачем я пошел сюда!» думал он.
На другой день французы не возобновляли нападения, и остаток Багратионова отряда присоединился к армии Кутузова.



Князь Василий не обдумывал своих планов. Он еще менее думал сделать людям зло для того, чтобы приобрести выгоду. Он был только светский человек, успевший в свете и сделавший привычку из этого успеха. У него постоянно, смотря по обстоятельствам, по сближениям с людьми, составлялись различные планы и соображения, в которых он сам не отдавал себе хорошенько отчета, но которые составляли весь интерес его жизни. Не один и не два таких плана и соображения бывало у него в ходу, а десятки, из которых одни только начинали представляться ему, другие достигались, третьи уничтожались. Он не говорил себе, например: «Этот человек теперь в силе, я должен приобрести его доверие и дружбу и через него устроить себе выдачу единовременного пособия», или он не говорил себе: «Вот Пьер богат, я должен заманить его жениться на дочери и занять нужные мне 40 тысяч»; но человек в силе встречался ему, и в ту же минуту инстинкт подсказывал ему, что этот человек может быть полезен, и князь Василий сближался с ним и при первой возможности, без приготовления, по инстинкту, льстил, делался фамильярен, говорил о том, о чем нужно было.