Камское побоище

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

Перейти к: навигация, поиск

«Камское побоище» (или «Гибель богатырей»[комм. 1]; «Как перевелись богатыри на Руси»[1]; «Илья и Мамай»[2]) — русская былина о том, как перевелись богатыри на Руси[3].

Под названием «Камское побоище» былина была записана А. В. Марковым в Архангельской губернии[4] летом 1899 года в трёх вариантах и названа им (со слов сказателя) «Камское побоище». Марков опубликовал былину в своей статье «Беломорская былина о походе новгородцев в Югру в XIV веке» (1900[5]), а затем в основанном на собственных записях сборнике «Беломорские былины» (1901)[6].

По предположению Б. А. Рыбакова, былина о гибели богатырей «не отображение событий, а придуманный сказителями-скоморохами, или, вернее, каликами, стилизованный под былину ответ на вопрос — куда делись русские богатыри»[7].





Историческая основа

В своей статье «Беломорская былина о походе новгородцев в Югру в XIV веке» (1900) А. В. Марков увидел в основе былины рассказ об историческом событии из новгородского прошлого — одном из неудачных походов новгородцев в Югру в 1357 году, который окончился поражением новгородской дружины и убиением её предводителя Самсона Колыванова. Так, в Новгородской четвёртой летописи под 1357 годов кратко сообщается: «Тогда Самсона Колыванова с дружиною на Югре побиша». Марков находит предположительно и объяснение названия былины: «Если в названии „Камское побоище“, говорит он, можно видеть указание на речку Каму, левый приток реки Конды, впадающей слева в Иртыш недалеко от его устья, — то наша былина точнее летописи определяет место битвы…»[8].

Ряд исследователей (А. Н. Веселовский, В. Ф. Миллер, Н. П. Дашкевич) предполагали, что былина была посвящена поражению русских от татар в битве на Калке в 1223 году. Эта гипотеза воспроизводилась в литературе до 1950-х годов[9]. Ряд исследователей не признавали былину отдельным произведением: так, по мнению В. Я. Проппа её текст относится к былине «Илья Муромец и Калин-царь» с другой версией конца. Однако сопоставление эпизодов и в центральной части былины свидетельствует о разном содержании двух былин[10].

Объяснение Азбелевым

Былина «Камское побоище» содержит 11 основных эпизодов:

  1. Татарский царь подступает к Киеву.
  2. Татарский посол направляется к князю Владимиру с дерзкими требованиями.
  3. Обсуждение условий татар и переговоры с ними.
  4. Распространение по Руси вести о татарской угрозе и призыв к богатырям встать на защиту Киева.
  5. Богатыри собираются в Киеве.
  6. Богатыри выезжают в поле и разбивают лагерь.
  7. Перед сражением богатыри условливаются о своих действиях.
  8. Столкновение между Ильёй Муромцем и татарским царём.
  9. Сражение богатырей с войском татар, победа богатырей.
  10. Двое богатырей своим хвастовством навлекают воскрешение татар.
  11. Богатыри снова сражаются с татарами.

Далее богатыри уезжают (в 13 вариантах былины), одерживают победу (14 вариантов), татарская сила «пропадает» (5 вариантов), либо исход сражения не ясен[11].

Вероятно, былина была создана на основе какой-то другой былины о Калкской битве. Противопоставление победы в Куликовской битве именно поражению в битве при Калке имело место в Сказании о Мамаевом побоище и в Задонщине. По всей видимости, былина выросла из нескольких произведений[12]. Главные эпизоды былины соответствуют событиям 1380—1382 годов, изложенным в летописи и Повести о Мамаевом побоище:

  1. Мамай со своим войском подошёл к русским границам.
  2. По Руси было разослано известие об угрозе, призыв оказать отпор.
  3. Русские войска собрались в городе Коломне.
  4. Прибытие посольства Мамая к великому князю Дмитрию Ивановичу с требованием уплаты дани в прежнем размере.
  5. Отказ великого князя от требования татар; переговоры не дали результата.
  6. Русские войска пришли на Дон, готовясь к бою.
  7. Военный совет в русском лагере, разработавший план расположения сил во время сражения.
  8. Поединок между русским и татарским воинами ознаменовал начало Куликовской битвы.
  9. Победа русских и возвращение русских сил на родину.
  10. Два года спустя татарский хан Тохтамыш подошёл к Москве. Суздальские княжичи пришли вместе с татарами.
  11. Русские князья и воеводы отбыли для сбора подкрепления. Отряд русского войска разбил часть татар. После чего Тохтамыш ушёл вместе с войском[13].

Напишите отзыв о статье "Камское побоище"

Примечания

Комментарии
  1. Название былины «Гибель богатырей» не достаточно обосновано, так как об их гибели рассказывается лишь в 12 из 41 варианта былины. См.: Азбелев, С. Н. Историзм былин и специфика фольклора. — Л.: Наука, 1982. — С. 144.
Источники
  1. Чичеров, В. И. Русское народное творчество. — Изд-во Московского университета, 1959. — С. 216.
  2. Рыбаков, Б. А. Древняя Русь: сказания, былины летописи. — Академия наук СССР, 1963. — С. 153.
  3. Былины. — М.: Терра — Книжный клуб, 1998. — С. 312.
  4. Скафтымов, А. П. Поэтика и генезис былин. — Издательство Саратовского университета, 1994. — С. 250.
  5. Бѣломорскія былины. — Т-во Скоропечатни А. А. Левенсонъ, 1901. — С. XI.
  6. Миллер, В. Ф. [e-heritage.ru/ras/view/publication/general.html?id=48526931 Очерки русской народной словесности]. — М.: Тип. т-ва И. Д. Сытина, 1910. — Т. 2. — С. 32.
  7. Азбелев, С. Н. Историзм былин и специфика фольклора. — Л.: Наука, 1982. — С. 148, 149.
  8. Миллер, В. Ф. [e-heritage.ru/ras/view/publication/general.html?id=48526931 Очерки русской народной словесности]. — М.: Тип. т-ва И. Д. Сытина, 1910. — Т. 2. — С. 32, 33, 49.
  9. Азбелев, С. Н. Историзм былин и специфика фольклора. — Л.: Наука, 1982. — С. 144, 145.
  10. Азбелев, С. Н. Историзм былин и специфика фольклора. — Л.: Наука, 1982. — С. 143.
  11. Азбелев, С. Н. Историзм былин и специфика фольклора. — Л.: Наука, 1982. — С. 143, 144.
  12. Азбелев, С. Н. Историзм былин и специфика фольклора. — Л.: Наука, 1982. — С. 145—149.
  13. Азбелев, С. Н. Историзм былин и специфика фольклора. — Л.: Наука, 1982. — С. 146, 147.

Литература

  • Бѣломорскія былины / записанныя А. Марковымъ. — Т-во Скоропечатни А. А. Левенсонъ, 1901. — С. 434—444, 478—491, 523.

Отрывок, характеризующий Камское побоище

Невысокий полный человек лет 30, в белых панталонах, ботфортах и в одной, видно только что надетой, батистовой рубашке, стоял в этой комнате; камердинер застегивал ему сзади шитые шелком прекрасные новые помочи, которые почему то заметил Ростов. Человек этот разговаривал с кем то бывшим в другой комнате.
– Bien faite et la beaute du diable, [Хорошо сложена и красота молодости,] – говорил этот человек и увидав Ростова перестал говорить и нахмурился.
– Что вам угодно? Просьба?…
– Qu'est ce que c'est? [Что это?] – спросил кто то из другой комнаты.
– Encore un petitionnaire, [Еще один проситель,] – отвечал человек в помочах.
– Скажите ему, что после. Сейчас выйдет, надо ехать.
– После, после, завтра. Поздно…
Ростов повернулся и хотел выйти, но человек в помочах остановил его.
– От кого? Вы кто?
– От майора Денисова, – отвечал Ростов.
– Вы кто? офицер?
– Поручик, граф Ростов.
– Какая смелость! По команде подайте. А сами идите, идите… – И он стал надевать подаваемый камердинером мундир.
Ростов вышел опять в сени и заметил, что на крыльце было уже много офицеров и генералов в полной парадной форме, мимо которых ему надо было пройти.
Проклиная свою смелость, замирая от мысли, что всякую минуту он может встретить государя и при нем быть осрамлен и выслан под арест, понимая вполне всю неприличность своего поступка и раскаиваясь в нем, Ростов, опустив глаза, пробирался вон из дома, окруженного толпой блестящей свиты, когда чей то знакомый голос окликнул его и чья то рука остановила его.
– Вы, батюшка, что тут делаете во фраке? – спросил его басистый голос.
Это был кавалерийский генерал, в эту кампанию заслуживший особенную милость государя, бывший начальник дивизии, в которой служил Ростов.
Ростов испуганно начал оправдываться, но увидав добродушно шутливое лицо генерала, отойдя к стороне, взволнованным голосом передал ему всё дело, прося заступиться за известного генералу Денисова. Генерал выслушав Ростова серьезно покачал головой.
– Жалко, жалко молодца; давай письмо.
Едва Ростов успел передать письмо и рассказать всё дело Денисова, как с лестницы застучали быстрые шаги со шпорами и генерал, отойдя от него, подвинулся к крыльцу. Господа свиты государя сбежали с лестницы и пошли к лошадям. Берейтор Эне, тот самый, который был в Аустерлице, подвел лошадь государя, и на лестнице послышался легкий скрип шагов, которые сейчас узнал Ростов. Забыв опасность быть узнанным, Ростов подвинулся с несколькими любопытными из жителей к самому крыльцу и опять, после двух лет, он увидал те же обожаемые им черты, то же лицо, тот же взгляд, ту же походку, то же соединение величия и кротости… И чувство восторга и любви к государю с прежнею силою воскресло в душе Ростова. Государь в Преображенском мундире, в белых лосинах и высоких ботфортах, с звездой, которую не знал Ростов (это была legion d'honneur) [звезда почетного легиона] вышел на крыльцо, держа шляпу под рукой и надевая перчатку. Он остановился, оглядываясь и всё освещая вокруг себя своим взглядом. Кое кому из генералов он сказал несколько слов. Он узнал тоже бывшего начальника дивизии Ростова, улыбнулся ему и подозвал его к себе.
Вся свита отступила, и Ростов видел, как генерал этот что то довольно долго говорил государю.
Государь сказал ему несколько слов и сделал шаг, чтобы подойти к лошади. Опять толпа свиты и толпа улицы, в которой был Ростов, придвинулись к государю. Остановившись у лошади и взявшись рукою за седло, государь обратился к кавалерийскому генералу и сказал громко, очевидно с желанием, чтобы все слышали его.
– Не могу, генерал, и потому не могу, что закон сильнее меня, – сказал государь и занес ногу в стремя. Генерал почтительно наклонил голову, государь сел и поехал галопом по улице. Ростов, не помня себя от восторга, с толпою побежал за ним.


На площади куда поехал государь, стояли лицом к лицу справа батальон преображенцев, слева батальон французской гвардии в медвежьих шапках.
В то время как государь подъезжал к одному флангу баталионов, сделавших на караул, к противоположному флангу подскакивала другая толпа всадников и впереди их Ростов узнал Наполеона. Это не мог быть никто другой. Он ехал галопом в маленькой шляпе, с Андреевской лентой через плечо, в раскрытом над белым камзолом синем мундире, на необыкновенно породистой арабской серой лошади, на малиновом, золотом шитом, чепраке. Подъехав к Александру, он приподнял шляпу и при этом движении кавалерийский глаз Ростова не мог не заметить, что Наполеон дурно и не твердо сидел на лошади. Батальоны закричали: Ура и Vive l'Empereur! [Да здравствует Император!] Наполеон что то сказал Александру. Оба императора слезли с лошадей и взяли друг друга за руки. На лице Наполеона была неприятно притворная улыбка. Александр с ласковым выражением что то говорил ему.
Ростов не спуская глаз, несмотря на топтание лошадьми французских жандармов, осаживавших толпу, следил за каждым движением императора Александра и Бонапарте. Его, как неожиданность, поразило то, что Александр держал себя как равный с Бонапарте, и что Бонапарте совершенно свободно, как будто эта близость с государем естественна и привычна ему, как равный, обращался с русским царем.
Александр и Наполеон с длинным хвостом свиты подошли к правому флангу Преображенского батальона, прямо на толпу, которая стояла тут. Толпа очутилась неожиданно так близко к императорам, что Ростову, стоявшему в передних рядах ее, стало страшно, как бы его не узнали.
– Sire, je vous demande la permission de donner la legion d'honneur au plus brave de vos soldats, [Государь, я прошу у вас позволенья дать орден Почетного легиона храбрейшему из ваших солдат,] – сказал резкий, точный голос, договаривающий каждую букву. Это говорил малый ростом Бонапарте, снизу прямо глядя в глаза Александру. Александр внимательно слушал то, что ему говорили, и наклонив голову, приятно улыбнулся.
– A celui qui s'est le plus vaillament conduit dans cette derieniere guerre, [Тому, кто храбрее всех показал себя во время войны,] – прибавил Наполеон, отчеканивая каждый слог, с возмутительным для Ростова спокойствием и уверенностью оглядывая ряды русских, вытянувшихся перед ним солдат, всё держащих на караул и неподвижно глядящих в лицо своего императора.
– Votre majeste me permettra t elle de demander l'avis du colonel? [Ваше Величество позволит ли мне спросить мнение полковника?] – сказал Александр и сделал несколько поспешных шагов к князю Козловскому, командиру батальона. Бонапарте стал между тем снимать перчатку с белой, маленькой руки и разорвав ее, бросил. Адъютант, сзади торопливо бросившись вперед, поднял ее.
– Кому дать? – не громко, по русски спросил император Александр у Козловского.