Нагуа

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Город и муниципалитет
Нагуа
Nagua
Страна
Доминиканская Республика
Провинция
Мария-Тринидад-Санчес
Координаты
Основан
Площадь
552,71[1] км²
Высота центра
183 м
Население
76 993[2] человек (2010)
Часовой пояс
Показать/скрыть карты
К:Населённые пункты, основанные в 1938 году

Нагуа (исп. Nagua) - город и муниципалитет в Доминиканской Республике, столица провинции Мария-Тринидад-Санчес[3]. Он граничит с муниципалитетами: Рио-Сан-Хуан и Кабрера на севере, Эль-Фактор на юге, а также с провинциями Дуарте на западе и юге, Самана на востоке. Нагуа расположена в 180 км от столицы страны Санто-Доминго.

Первоначально Нагуа представлял собой небольшое поселение у впадения реки Нагуа в океан и носил соответствующее название Бока-де-Нагуа. Он входил в состав провинции Дуарте. В 1938 году был создан муниципалитет с центром в Нагуа под названием Вилья-Хулия-Молина (исп. Villa Julia Molina) в честь матери тогдашнего доминиканского диктатора Рафаэля Трухильо. В 1945 году муниципалитет стал частью провинции Самана. 4 августа 1946 года волна цунами разрушила близлежащий город Матансас, сделав тем самым будущий Нагуа важнейшим городом региона. А вскоре была создана новая провинция Хулия Молина с центром в Вилья-Хулия-Молине, которая после убийства Трухильо в 1961 году сменила название на своё нынешнее: Мария-Тринидад-Санчес. Муниципалитет также был переименован в Нагуа.



Известные уроженцы

Напишите отзыв о статье "Нагуа"

Примечания

  1. Superficies a nivel de municipios, [one.gob.do/index.php?option=com_content&task=view&id=63&Itemid=283 Oficina Nacional de Estadistica]
  2. Censo 2012 de Población y Vivienda, [one.gob.do/ Oficina Nacional de Estadistica]
  3. Oficina Nacional de Estadistica, Departamento de Cartografia, Division de Limites y Linderos. [www.one.gob.do/index.php?option=com_docman&task=cat_view&gid=113 Listado de Codigos de Provincias, Municipio y Distritos Municipales, Actualizada a Junio 20 del 2006] (Spanish). Проверено 27 октября 2014.

Отрывок, характеризующий Нагуа

– У графини просите, а я не распоряжаюсь.
– Ежели затруднительно, пожалуйста, не надо, – сказал Берг. – Мне для Верушки только очень бы хотелось.
– Ах, убирайтесь вы все к черту, к черту, к черту и к черту!.. – закричал старый граф. – Голова кругом идет. – И он вышел из комнаты.
Графиня заплакала.
– Да, да, маменька, очень тяжелые времена! – сказал Берг.
Наташа вышла вместе с отцом и, как будто с трудом соображая что то, сначала пошла за ним, а потом побежала вниз.
На крыльце стоял Петя, занимавшийся вооружением людей, которые ехали из Москвы. На дворе все так же стояли заложенные подводы. Две из них были развязаны, и на одну из них влезал офицер, поддерживаемый денщиком.
– Ты знаешь за что? – спросил Петя Наташу (Наташа поняла, что Петя разумел: за что поссорились отец с матерью). Она не отвечала.
– За то, что папенька хотел отдать все подводы под ранепых, – сказал Петя. – Мне Васильич сказал. По моему…
– По моему, – вдруг закричала почти Наташа, обращая свое озлобленное лицо к Пете, – по моему, это такая гадость, такая мерзость, такая… я не знаю! Разве мы немцы какие нибудь?.. – Горло ее задрожало от судорожных рыданий, и она, боясь ослабеть и выпустить даром заряд своей злобы, повернулась и стремительно бросилась по лестнице. Берг сидел подле графини и родственно почтительно утешал ее. Граф с трубкой в руках ходил по комнате, когда Наташа, с изуродованным злобой лицом, как буря ворвалась в комнату и быстрыми шагами подошла к матери.
– Это гадость! Это мерзость! – закричала она. – Это не может быть, чтобы вы приказали.
Берг и графиня недоумевающе и испуганно смотрели на нее. Граф остановился у окна, прислушиваясь.
– Маменька, это нельзя; посмотрите, что на дворе! – закричала она. – Они остаются!..
– Что с тобой? Кто они? Что тебе надо?
– Раненые, вот кто! Это нельзя, маменька; это ни на что не похоже… Нет, маменька, голубушка, это не то, простите, пожалуйста, голубушка… Маменька, ну что нам то, что мы увезем, вы посмотрите только, что на дворе… Маменька!.. Это не может быть!..
Граф стоял у окна и, не поворачивая лица, слушал слова Наташи. Вдруг он засопел носом и приблизил свое лицо к окну.
Графиня взглянула на дочь, увидала ее пристыженное за мать лицо, увидала ее волнение, поняла, отчего муж теперь не оглядывался на нее, и с растерянным видом оглянулась вокруг себя.
– Ах, да делайте, как хотите! Разве я мешаю кому нибудь! – сказала она, еще не вдруг сдаваясь.
– Маменька, голубушка, простите меня!
Но графиня оттолкнула дочь и подошла к графу.
– Mon cher, ты распорядись, как надо… Я ведь не знаю этого, – сказала она, виновато опуская глаза.
– Яйца… яйца курицу учат… – сквозь счастливые слезы проговорил граф и обнял жену, которая рада была скрыть на его груди свое пристыженное лицо.
– Папенька, маменька! Можно распорядиться? Можно?.. – спрашивала Наташа. – Мы все таки возьмем все самое нужное… – говорила Наташа.
Граф утвердительно кивнул ей головой, и Наташа тем быстрым бегом, которым она бегивала в горелки, побежала по зале в переднюю и по лестнице на двор.
Люди собрались около Наташи и до тех пор не могли поверить тому странному приказанию, которое она передавала, пока сам граф именем своей жены не подтвердил приказания о том, чтобы отдавать все подводы под раненых, а сундуки сносить в кладовые. Поняв приказание, люди с радостью и хлопотливостью принялись за новое дело. Прислуге теперь это не только не казалось странным, но, напротив, казалось, что это не могло быть иначе, точно так же, как за четверть часа перед этим никому не только не казалось странным, что оставляют раненых, а берут вещи, но казалось, что не могло быть иначе.