Академия кинематографических искусств и наук

Поделись знанием:


Ты - не раб!
Закрытый образовательный курс для детей элиты: "Истинное обустройство мира".
http://noslave.org

(перенаправлено с «Американская киноакадемия»)
Перейти к: навигация, поиск
Американская академия кинематографических искусств и наук
Членство:

более 6 000 человек

Штаб-квартира:

США США
Беверли-Хиллз, Калифорния

Тип организации:

киноорганизация

Руководители
Президент:

Шерил Бун Айзекс (англ.)

Основание

11 мая 1927 года

[www.oscars.org/ ars.org]

Америка́нская акаде́мия кинематографи́ческих иску́сств и нау́к (англ. Academy of Motion Picture Arts and Sciences, A.M.P.A.S.) основана 11 мая 1927 года в штате Калифорния (США) как организация профессионалов на общественных началах, посвящённая продвижению кинематографа.

Академия объединяет более 6000 профессионалов киноиндустрии. Общее количество членов Академии, имеющих право голоса, на данный момент — 6028 человек:

  • средний возраст членов Академии — 63 года,
  • 76 % членов Академии — мужчины,
  • 94 % членов Академии — белые,
  • общее число академиков-актёров — 1176 человек,
  • общее число академиков-режиссёров — 377 человек.

Несмотря на то, что большинство академиков проживает в Соединённых Штатах Америки, возможность присоединиться к академии открыта и для деятелей кино всего остального мира.

Академия известна по всему миру своей ежегодной кинопремией «Оскар». Помимо этого, Академия также производит награждение студенческой премией Академии и поощрение не более пяти кинодраматургов премией «Никол», управляет библиотекой Маргарет Херик (в Центре обучения киноискусству имени Фэрбенкса), расположенной в Беверли-Хиллз (штат Калифорния), и Центром обучения киноискусству имени Пикфорд в Голливуде.

Президентом Академии на данный момент является продюсер Шерил Бун Айзекс — первая афроамериканская женщина-президент Академии в истории[1].





Отбор номинантов на «Оскар»

Академия имеет 15 подразделений, имеющих право голоса (актёры, режиссёры, композиторы, специалисты по монтажу и пр.). У каждого подразделения есть председатель (например, у подразделения актёров — Аннет Бенинг, а у режиссёров — Кэтрин Бигелоу). Каждое из 15 подразделений выбирает 5 номинантов в своей сфере. Например, актёры выбирают номинантов в четырёх актёрских категориях. Без исключения все академики голосуют за номинантов в категории «Лучший фильм». Этим, например, объясняются расхождения в номинациях «Лучший фильм» и «Лучший режиссёр» Для того, чтобы попасть в номинацию в категории «Лучший фильм» нужно набрать более 5 % голосов (то есть более 300 голосов). Количество номинантов в главной категории может варьироваться от 5 до 10. Для того, чтобы попасть в номинацию в актёрских категориях необходимо набрать более 100 голосов. Для остальных категорий лимит не установлен. После того, как все 15 подразделений проголосовали, они направляют бюллетени в одну из крупнейших аудиторских компаний — «PricewaterhouseCoopers», которая занимается подсчётом голосов. Компания использует сложную, многоуровневую систему подсчёта, которая исключает подлог и любые технические погрешности.

История

Создание Академии было задумано Луисом Бартом Майером, главой компании «Metro-Goldwyn-Mayer» (MGM). Он хотел создать организацию, которая выступала бы посредником в профессиональных спорах и улучшала образ индустрии. Итак, воскресным вечером, Майер и три других студийных воротилы — актёр Конрад Найджел, режиссёр Фред Нибло и глава Ассоциации кинопродюсеров Фред Битсон — засели поговорить о деле. Идея этого элитного клуба заключалась в организации ежегодного банкета, а о наградах пока разговора не было. Они также постановили, что членство в их организации должно быть открыто только для представителей пяти профессиональных категорий: актёров, режиссёров, сценаристов, операторов и продюсеров[2].

После этой встречи Майер собрал группу из тридцати шести влиятельных представителей киноиндустрии и пригласил их на официальный банкет, который должен был пройти 11 января 1927 года в лос-анджелесском отеле «Амбассадор»[3]. Там он объявил собравшимся о своём решении создать американскую академию кинематографических искусств и наук, которая будет открыта для внесших вклад в кинематограф. Все гости, находившиеся на банкете, стали её основателями.

Дуглас Фэрбенкс-старший был избран первым президентом академии.

Основатели Академии

Актёры

Продюсеры

Режиссёры

Сценаристы

Технические работники

Юристы

Президенты Академии

Президенты избираются сроком на один год и не могут быть избраны более, чем на четыре срока подряд.

Напишите отзыв о статье "Академия кинематографических искусств и наук"

Примечания

  1. [variety.com/2013/film/news/cheryl-boone-isaacs-elected-president-of-academy-of-motion-picture-arts-and-sciences-1200569440/ Cheryl Boone Isaacs Elected President of Academy of Motion Picture Arts and Sciences]
  2. Wiley, Mason, and Damien Bona. Inside Oscar. New York: Ballantine Books, 1986 pg. 2
  3. Levy, Emanuel. And The Winner Is…. New York: Ungar Publishing, 1987 pg. 1

Ссылки

  • [www.oscars.org/index.html Сайт Академии киноискусства] (англ.)

Отрывок, характеризующий Академия кинематографических искусств и наук

– Можете передать его величеству, – поспешно перебивая Багратиона, сказал Долгоруков.
Сменившись из цепи, Ростов успел соснуть несколько часов перед утром и чувствовал себя веселым, смелым, решительным, с тою упругостью движений, уверенностью в свое счастие и в том расположении духа, в котором всё кажется легко, весело и возможно.
Все желания его исполнялись в это утро; давалось генеральное сражение, он участвовал в нем; мало того, он был ординарцем при храбрейшем генерале; мало того, он ехал с поручением к Кутузову, а может быть, и к самому государю. Утро было ясное, лошадь под ним была добрая. На душе его было радостно и счастливо. Получив приказание, он пустил лошадь и поскакал вдоль по линии. Сначала он ехал по линии Багратионовых войск, еще не вступавших в дело и стоявших неподвижно; потом он въехал в пространство, занимаемое кавалерией Уварова и здесь заметил уже передвижения и признаки приготовлений к делу; проехав кавалерию Уварова, он уже ясно услыхал звуки пушечной и орудийной стрельбы впереди себя. Стрельба всё усиливалась.
В свежем, утреннем воздухе раздавались уже, не как прежде в неравные промежутки, по два, по три выстрела и потом один или два орудийных выстрела, а по скатам гор, впереди Працена, слышались перекаты ружейной пальбы, перебиваемой такими частыми выстрелами из орудий, что иногда несколько пушечных выстрелов уже не отделялись друг от друга, а сливались в один общий гул.
Видно было, как по скатам дымки ружей как будто бегали, догоняя друг друга, и как дымы орудий клубились, расплывались и сливались одни с другими. Видны были, по блеску штыков между дымом, двигавшиеся массы пехоты и узкие полосы артиллерии с зелеными ящиками.
Ростов на пригорке остановил на минуту лошадь, чтобы рассмотреть то, что делалось; но как он ни напрягал внимание, он ничего не мог ни понять, ни разобрать из того, что делалось: двигались там в дыму какие то люди, двигались и спереди и сзади какие то холсты войск; но зачем? кто? куда? нельзя было понять. Вид этот и звуки эти не только не возбуждали в нем какого нибудь унылого или робкого чувства, но, напротив, придавали ему энергии и решительности.
«Ну, еще, еще наддай!» – обращался он мысленно к этим звукам и опять пускался скакать по линии, всё дальше и дальше проникая в область войск, уже вступивших в дело.
«Уж как это там будет, не знаю, а всё будет хорошо!» думал Ростов.
Проехав какие то австрийские войска, Ростов заметил, что следующая за тем часть линии (это была гвардия) уже вступила в дело.
«Тем лучше! посмотрю вблизи», подумал он.
Он поехал почти по передней линии. Несколько всадников скакали по направлению к нему. Это были наши лейб уланы, которые расстроенными рядами возвращались из атаки. Ростов миновал их, заметил невольно одного из них в крови и поскакал дальше.
«Мне до этого дела нет!» подумал он. Не успел он проехать нескольких сот шагов после этого, как влево от него, наперерез ему, показалась на всем протяжении поля огромная масса кавалеристов на вороных лошадях, в белых блестящих мундирах, которые рысью шли прямо на него. Ростов пустил лошадь во весь скок, для того чтоб уехать с дороги от этих кавалеристов, и он бы уехал от них, ежели бы они шли всё тем же аллюром, но они всё прибавляли хода, так что некоторые лошади уже скакали. Ростову всё слышнее и слышнее становился их топот и бряцание их оружия и виднее становились их лошади, фигуры и даже лица. Это были наши кавалергарды, шедшие в атаку на французскую кавалерию, подвигавшуюся им навстречу.
Кавалергарды скакали, но еще удерживая лошадей. Ростов уже видел их лица и услышал команду: «марш, марш!» произнесенную офицером, выпустившим во весь мах свою кровную лошадь. Ростов, опасаясь быть раздавленным или завлеченным в атаку на французов, скакал вдоль фронта, что было мочи у его лошади, и всё таки не успел миновать их.
Крайний кавалергард, огромный ростом рябой мужчина, злобно нахмурился, увидав перед собой Ростова, с которым он неминуемо должен был столкнуться. Этот кавалергард непременно сбил бы с ног Ростова с его Бедуином (Ростов сам себе казался таким маленьким и слабеньким в сравнении с этими громадными людьми и лошадьми), ежели бы он не догадался взмахнуть нагайкой в глаза кавалергардовой лошади. Вороная, тяжелая, пятивершковая лошадь шарахнулась, приложив уши; но рябой кавалергард всадил ей с размаху в бока огромные шпоры, и лошадь, взмахнув хвостом и вытянув шею, понеслась еще быстрее. Едва кавалергарды миновали Ростова, как он услыхал их крик: «Ура!» и оглянувшись увидал, что передние ряды их смешивались с чужими, вероятно французскими, кавалеристами в красных эполетах. Дальше нельзя было ничего видеть, потому что тотчас же после этого откуда то стали стрелять пушки, и всё застлалось дымом.
В ту минуту как кавалергарды, миновав его, скрылись в дыму, Ростов колебался, скакать ли ему за ними или ехать туда, куда ему нужно было. Это была та блестящая атака кавалергардов, которой удивлялись сами французы. Ростову страшно было слышать потом, что из всей этой массы огромных красавцев людей, из всех этих блестящих, на тысячных лошадях, богачей юношей, офицеров и юнкеров, проскакавших мимо его, после атаки осталось только осьмнадцать человек.
«Что мне завидовать, мое не уйдет, и я сейчас, может быть, увижу государя!» подумал Ростов и поскакал дальше.
Поровнявшись с гвардейской пехотой, он заметил, что чрез нее и около нее летали ядры, не столько потому, что он слышал звук ядер, сколько потому, что на лицах солдат он увидал беспокойство и на лицах офицеров – неестественную, воинственную торжественность.
Проезжая позади одной из линий пехотных гвардейских полков, он услыхал голос, назвавший его по имени.
– Ростов!
– Что? – откликнулся он, не узнавая Бориса.
– Каково? в первую линию попали! Наш полк в атаку ходил! – сказал Борис, улыбаясь той счастливой улыбкой, которая бывает у молодых людей, в первый раз побывавших в огне.
Ростов остановился.
– Вот как! – сказал он. – Ну что?
– Отбили! – оживленно сказал Борис, сделавшийся болтливым. – Ты можешь себе представить?
И Борис стал рассказывать, каким образом гвардия, ставши на место и увидав перед собой войска, приняла их за австрийцев и вдруг по ядрам, пущенным из этих войск, узнала, что она в первой линии, и неожиданно должна была вступить в дело. Ростов, не дослушав Бориса, тронул свою лошадь.
– Ты куда? – спросил Борис.
– К его величеству с поручением.
– Вот он! – сказал Борис, которому послышалось, что Ростову нужно было его высочество, вместо его величества.
И он указал ему на великого князя, который в ста шагах от них, в каске и в кавалергардском колете, с своими поднятыми плечами и нахмуренными бровями, что то кричал австрийскому белому и бледному офицеру.
– Да ведь это великий князь, а мне к главнокомандующему или к государю, – сказал Ростов и тронул было лошадь.