Флёровская гимназия

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Частная мужская гимназия
А. Е. Флёрова
Координаты: 55°45′22″ с. ш. 37°35′50″ в. д. / 55.7562° с. ш. 37.5973° в. д. / 55.7562; 37.5973 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=55.7562&mlon=37.5973&zoom=17 (O)] (Я)

Частная мужская гимназия А. Е. Флёрова — учебное заведение в Москве, образована из прогимназии в 1907 году, а открыта в 1910 году.





История гимназии

Сначала прогимназия, а затем гимназия, размещалась в нанятых помещениях дома Элькинда на углу Мерзляковского переулка и Большой Никитской улицы. Одновременно Александр Ефимович Флёров начал строительство собственного здания для гимназии. Прогимназия давала шестилетнее образование. Флёров собрал сильный педагогический коллектив из 12 педагогов. Из прогимназии в гимназию перешли все 118 человек, которые на тот момент учились в ней. Построенное по проекту архитектора Н. И. Жерихова собственное здание гимназии протянулось вдоль Мерзляковского переулка; на углу с Медвежьим переулком был вход для педагогов; на верхнем этаже проживала часть гимназистов. Гимназия была дорогая.

С 1911 года директором стал Александр Сергеевич Барков. В этом же году было создано Общество попечения об учениках гимназии; в его Правление вошли многие значительные в те годы лица, так, в комиссии по организации концертов были Вера Николаевна Обухова, Варвара Николаевна и Иван Андреевич Рыжовы — эта комиссия устраивала платные концерты, доход от которых шёл на благоустройство школы и на оплату обучения нескольких малоимущих учеников.

Плата за обучение в гимназии была вдвое выше, чем в казённой, поэтому там учились дети состоятельных, интеллигентных родителей.

В 1918 году вместо гимназии была открыта семилетняя общеобразовательная школа с совместным обучением мальчиков и девочек, которая в 1921 году стала называться «Единая трудовая опытно-показательная школа №10 МОНО».

Знаменитые выпускники

Также учились

Михаил Заборский (Начал учиться во Флёровской гимназии, а окончил уже школу № 10 МОНО)[7]

Преподаватели

В 1912 году в гимназии работали 26 человек, в том числе 3 женщины.

Во Флёровской гимназии был необычайно высокий даже для столичных гимназий — московских, петербургских, харьковских, одесских — процент талантливых учителей. Ну, просто талантливых в каком-то смысле! Многие из них были талантливые люди кроме всего прочего, некоторые были чудаки, другие были действительно довольно крупными специалистами. У нас, в сущности, в каждом классе было по меньшей мере три-четыре очень хороших талантливых учителя.

Николай Владимирович Тимофеев-Ресовский Воспоминания

  • А. С. Барков, директор — география[8]
  • С. Н. Блажко[7]
  • К. И. Горбачевский — латинский язык (до 1915)[9]
  • Борис Эсперович и Анатолий Эсперович Жадовские — зоология и ботаника, соответственно
  • Н. Т. Зерченинов — математика[10]
  • А. П. Калитинский — география и естествознание (с 1914)[11]
  • Н. Н. Лузин — математика (с 1914)
  • О. В. Львова — французский язык (с 1910)[12]
  • С. И. Огнёв — зоология (с 1911)
  • Б. Ф. Розанов — физика[13]
  • А. Н. Славянов — химия[14]
  • В. М. Фишер — русский язык и литература (с 1913)[15]

См. также

Напишите отзыв о статье "Флёровская гимназия"

Примечания

  1. [www.rujen.ru/index.php/ГИНДИН_Иосиф_Фролович Иосиф Фролович Гиндин (1900—1980)], историк
  2. Г. Г. Залогин (1900—1976), реставратор; работал в Третьяковской галерее — [ashipunov.info/shipunov/school/books/timofeev-resovskij_2002.pdf Бабков В.В., Саканян Е.С. Николай Тимофеев-Ресовский М.: Памятники исторической мысли, 2002. - 672 с. С.217.].
  3. сын В. А. Обручева
  4. С. Д. Перелешин (1900—1959), зоолог-охотовед ([guides.rusarchives.ru/browse/gbfond.html?bid=104&fund_id=55801 Ф.516 РГАЭ])
  5. См. [www.1archive-online.com/archive/kel/memuar.htm Воспоминания С. Н. Келя].
  6. сын Ф. И. Шаляпина
  7. 1 2 См. Собака Баскервилей / Заборский Михаил Александрович // Голубые «разговоры». — М.: Московский рабочий, 1979.
  8. В младших классах географию преподавал П. Н. Пашин — см. [lrb.jinr.ru/Timofeeff/auto/reformat_r.html Реформатская М. А. Юные годы ровесников века.]
  9. К. И. Горбачевский (умер в 1915 году) так увлекал своих учеников, что они готовы были писать ему письма по-латыни.
  10. Николай Тимофеевич Зерченинов
  11. Александр Петрович Калитинский (1879/1880—1946), географ, историк. Окончил Новороссийский университет (математика) и Московский Императорский археологический институт, стал специалистом по истории древнерусского искусства; директор Семинария им. Н. П. Кондакова в Праге (1925—1931). Член общества «Икона» в Париже. Скончался 27 мая 1946 года в Париже.
  12. Ольга Владимировна Львова окончила курсы в Нанси
  13. Борис Федорович Розанов — доцент Петровской сельскохозяйственной академии
  14. Александр Николаевич Славянов (1880—1958), сын инженера Н. Г. Славянова — см. [weld.pfo-perm.ru/Date/Slavjanov3.htm Изобретатель и рабочие.]
  15. В. М.Фишер после 1920 года уехал в Польшу и во время второй мировой войны погиб в варшавском гетто. Основные труды: Гёте. М., 1912; Поэтика Лермонтова. «Венок Лермонтову». М.-Пг., 1914; Опыты систематического прохождения литературы в средней школе. М., 1914; Учебник по истории русской литературы. М., 1916—1918.

Литература

  • Сам о себе. — АСТ, Зебра Е, ВКТ, 2008. — 672 с. — (Актерская книга). — 3000 экз. — ISBN 978-5-17-053287-2.

Ссылки

  • Николай Садкович. [biblio.narod.ru/gyrnal/ist_hkol/mygck_vet.htm Летопись одной московской школы. Мужская ветка]. Проверено 11 января 2012. [www.webcitation.org/67jhfGlZR Архивировано из первоисточника 18 мая 2012].

Отрывок, характеризующий Флёровская гимназия

Ростов сам так же, как немец, взмахнул фуражкой над головой и, смеясь, закричал: «Und Vivat die ganze Welt»! Хотя не было никакой причины к особенной радости ни для немца, вычищавшего свой коровник, ни для Ростова, ездившего со взводом за сеном, оба человека эти с счастливым восторгом и братскою любовью посмотрели друг на друга, потрясли головами в знак взаимной любви и улыбаясь разошлись – немец в коровник, а Ростов в избу, которую занимал с Денисовым.
– Что барин? – спросил он у Лаврушки, известного всему полку плута лакея Денисова.
– С вечера не бывали. Верно, проигрались, – отвечал Лаврушка. – Уж я знаю, коли выиграют, рано придут хвастаться, а коли до утра нет, значит, продулись, – сердитые придут. Кофею прикажете?
– Давай, давай.
Через 10 минут Лаврушка принес кофею. Идут! – сказал он, – теперь беда. – Ростов заглянул в окно и увидал возвращающегося домой Денисова. Денисов был маленький человек с красным лицом, блестящими черными глазами, черными взлохмоченными усами и волосами. На нем был расстегнутый ментик, спущенные в складках широкие чикчиры, и на затылке была надета смятая гусарская шапочка. Он мрачно, опустив голову, приближался к крыльцу.
– Лавг'ушка, – закричал он громко и сердито. – Ну, снимай, болван!
– Да я и так снимаю, – отвечал голос Лаврушки.
– А! ты уж встал, – сказал Денисов, входя в комнату.
– Давно, – сказал Ростов, – я уже за сеном сходил и фрейлен Матильда видел.
– Вот как! А я пг'одулся, бг'ат, вчег'а, как сукин сын! – закричал Денисов, не выговаривая р . – Такого несчастия! Такого несчастия! Как ты уехал, так и пошло. Эй, чаю!
Денисов, сморщившись, как бы улыбаясь и выказывая свои короткие крепкие зубы, начал обеими руками с короткими пальцами лохматить, как пес, взбитые черные, густые волосы.
– Чог'т меня дег'нул пойти к этой кг'ысе (прозвище офицера), – растирая себе обеими руками лоб и лицо, говорил он. – Можешь себе пг'едставить, ни одной каг'ты, ни одной, ни одной каг'ты не дал.
Денисов взял подаваемую ему закуренную трубку, сжал в кулак, и, рассыпая огонь, ударил ею по полу, продолжая кричать.
– Семпель даст, паг'оль бьет; семпель даст, паг'оль бьет.
Он рассыпал огонь, разбил трубку и бросил ее. Денисов помолчал и вдруг своими блестящими черными глазами весело взглянул на Ростова.
– Хоть бы женщины были. А то тут, кг'оме как пить, делать нечего. Хоть бы дг'аться ског'ей.
– Эй, кто там? – обратился он к двери, заслышав остановившиеся шаги толстых сапог с бряцанием шпор и почтительное покашливанье.
– Вахмистр! – сказал Лаврушка.
Денисов сморщился еще больше.
– Сквег'но, – проговорил он, бросая кошелек с несколькими золотыми. – Г`остов, сочти, голубчик, сколько там осталось, да сунь кошелек под подушку, – сказал он и вышел к вахмистру.
Ростов взял деньги и, машинально, откладывая и ровняя кучками старые и новые золотые, стал считать их.
– А! Телянин! Здог'ово! Вздули меня вчег'а! – послышался голос Денисова из другой комнаты.
– У кого? У Быкова, у крысы?… Я знал, – сказал другой тоненький голос, и вслед за тем в комнату вошел поручик Телянин, маленький офицер того же эскадрона.
Ростов кинул под подушку кошелек и пожал протянутую ему маленькую влажную руку. Телянин был перед походом за что то переведен из гвардии. Он держал себя очень хорошо в полку; но его не любили, и в особенности Ростов не мог ни преодолеть, ни скрывать своего беспричинного отвращения к этому офицеру.
– Ну, что, молодой кавалерист, как вам мой Грачик служит? – спросил он. (Грачик была верховая лошадь, подъездок, проданная Теляниным Ростову.)
Поручик никогда не смотрел в глаза человеку, с кем говорил; глаза его постоянно перебегали с одного предмета на другой.
– Я видел, вы нынче проехали…
– Да ничего, конь добрый, – отвечал Ростов, несмотря на то, что лошадь эта, купленная им за 700 рублей, не стоила и половины этой цены. – Припадать стала на левую переднюю… – прибавил он. – Треснуло копыто! Это ничего. Я вас научу, покажу, заклепку какую положить.
– Да, покажите пожалуйста, – сказал Ростов.
– Покажу, покажу, это не секрет. А за лошадь благодарить будете.
– Так я велю привести лошадь, – сказал Ростов, желая избавиться от Телянина, и вышел, чтобы велеть привести лошадь.
В сенях Денисов, с трубкой, скорчившись на пороге, сидел перед вахмистром, который что то докладывал. Увидав Ростова, Денисов сморщился и, указывая через плечо большим пальцем в комнату, в которой сидел Телянин, поморщился и с отвращением тряхнулся.
– Ох, не люблю молодца, – сказал он, не стесняясь присутствием вахмистра.
Ростов пожал плечами, как будто говоря: «И я тоже, да что же делать!» и, распорядившись, вернулся к Телянину.
Телянин сидел всё в той же ленивой позе, в которой его оставил Ростов, потирая маленькие белые руки.
«Бывают же такие противные лица», подумал Ростов, входя в комнату.
– Что же, велели привести лошадь? – сказал Телянин, вставая и небрежно оглядываясь.
– Велел.
– Да пойдемте сами. Я ведь зашел только спросить Денисова о вчерашнем приказе. Получили, Денисов?
– Нет еще. А вы куда?
– Вот хочу молодого человека научить, как ковать лошадь, – сказал Телянин.
Они вышли на крыльцо и в конюшню. Поручик показал, как делать заклепку, и ушел к себе.
Когда Ростов вернулся, на столе стояла бутылка с водкой и лежала колбаса. Денисов сидел перед столом и трещал пером по бумаге. Он мрачно посмотрел в лицо Ростову.
– Ей пишу, – сказал он.
Он облокотился на стол с пером в руке, и, очевидно обрадованный случаю быстрее сказать словом всё, что он хотел написать, высказывал свое письмо Ростову.
– Ты видишь ли, дг'уг, – сказал он. – Мы спим, пока не любим. Мы дети пг`axa… а полюбил – и ты Бог, ты чист, как в пег'вый день создания… Это еще кто? Гони его к чог'ту. Некогда! – крикнул он на Лаврушку, который, нисколько не робея, подошел к нему.
– Да кому ж быть? Сами велели. Вахмистр за деньгами пришел.
Денисов сморщился, хотел что то крикнуть и замолчал.
– Сквег'но дело, – проговорил он про себя. – Сколько там денег в кошельке осталось? – спросил он у Ростова.
– Семь новых и три старых.
– Ах,сквег'но! Ну, что стоишь, чучела, пошли вахмистг'а, – крикнул Денисов на Лаврушку.
– Пожалуйста, Денисов, возьми у меня денег, ведь у меня есть, – сказал Ростов краснея.