Евхаристическое общение

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Евхаристическое общение (Полное сопричастие, Интеркоммунион) — возможность совместного служения литургии двумя епископами или священниками. То есть два епископа, которые могут согласно канонам и догматам служить вместе, находятся в евхаристическом общении. В разных христианских доктринах этот термин употребляется в разных значениях.





Православие

В православной экклезиологии этот термин обычно употребляется для обозначения принципа единства между автокефальными православными церквями в единой Вселенской православной церкви. Поскольку автокефальные церкви (а также автономные и с другими типами самоуправления) являются административно, экономически, юридически независимыми, то единственным явным признаком единства православных церквей является наличие евхаристического общения между ними. То же касается единства между епархиями и, на ещё более низком уровне, между приходами. Евхаристическое общение также свидетельствует о реальных пределах Православной церкви как единого сообщества, достаточно чётко отделяя от церкви общины и организации, находящиеся вне её.

В светских источниках таким термином часто обозначают «признание» одной церковью другой. Такое название не совсем корректно, поскольку одна церковь может не признавать другую (её организацию, иерархию или иное) и при этом находиться с ней в евхаристическом общении, признавая её как часть Вселенской церкви. Например, Константинопольский патриархат не признает автокефальную Православную церковь в Америке (собственно, не признает её автокефалии), но при этом находится с ней в евхаристическом общении; Московский патриархат не признаёт автономную Эстонскую апостольскую православную церковь (ЭАПЦ) в юрисдикции Константинопольского патриархата, но находится в общении с последним, и, через него, с ЭАПЦ.

Церкви, не имеющие евхаристического общения со всем Вселенским православием (или хотя бы с несколькими поместными церквями) с точки зрения Православия считаются неправославными или канонически изолированными, находящимися за пределами Вселенской Православной Церкви. Подобные организации часто образуют параллельные Вселенскому православию объединения, за что часто называются «альтернативным православием». Эти сообщества обычно объединяются в группы, имеющие евхаристическое общение между собой, признают друг друга, или более или менее тесно сотрудничают. Выделяют, в частности: Украинская православная церковь Киевского патриархата, Черногорская Православная Церковь, Болгарский альтернативный синод, Итальянская православная церковь, часть греческих старостильников взаимно признают друг другу и находятся между собой в евхаристическом общении.

Наиболее значительными среди таких организаций является Киевский патриархат, Македонская православная церковь, некоторые старообрядческие юрисдикции. Все эти организации с точки зрения канонов Вселенской Церкви считаются расколами.

Католицизм

Римско-католическая церковь различает полное и частичное евхаристическое общение.

В полном евхаристическом общении Римско-католическая церковь находится с автономными католическими церквями александрийского обряда (Коптская католическая церковь и Эфиопская католическая церковь), антиохийского обряда (Маронитская католическая церковь, Сирийская католическая церковь, Сиро-маланкарская католическая церковь), с Армянской католической церковью, с католическими церквями византийского обряда (Албанская католическая церковь, Греческая католическая церковь, Итало-албанская католическая церковь, прочие грекокатолические церкви), с католическими церквями восточно-сирийского обряда (Халдейской, Сиро-Малабарской).

Что касается остальных христианских церквей, включая православные, то с ними Римско-католическая церковь находится в частичном евхаристическом общении. В Катехизисе католической церкви сказано:«С теми, кто крещен и носит прекрасное имя христиан, но не исповедует веру в её целости или не хранит единства общения с преемником Петра, Церковь осознает себя связанной по многим причинам». «Те, кто верует во Христа и принял действительное крещение, находятся в некоем, хотя и неполном, общении с Католической Церковью». С Православными Церквами это общение так глубоко, «что малого недостает, чтобы оно достигло полноты, которая позволит совместное совершение Евхаристии Господней».[1]

Напишите отзыв о статье "Евхаристическое общение"

Примечания

  1. [cathmos.ru/files/docs/vatican_documents/cce4/0123.htm#s2 Катехизис Католической Церкви]

Ссылки

  • [azbuka-hrist.narod.ru/new/je/evharisticheskoe_obshchenie.html Евхаристическое общение]
  • Филоненко А. С. [www.bogoslov.ru/text/print/876935.html Богословие общения и евхаристическая антропология] // Богослов.ру, 14.06.2010 г.

Отрывок, характеризующий Евхаристическое общение

Человек пять, больших и малых, дворовых мужчин выбежало на парадное крыльцо встречать барина. Десятки женщин, старых, больших и малых, высунулись с заднего крыльца смотреть на подъезжавших охотников. Присутствие Наташи, женщины, барыни верхом, довело любопытство дворовых дядюшки до тех пределов, что многие, не стесняясь ее присутствием, подходили к ней, заглядывали ей в глаза и при ней делали о ней свои замечания, как о показываемом чуде, которое не человек, и не может слышать и понимать, что говорят о нем.
– Аринка, глянь ка, на бочькю сидит! Сама сидит, а подол болтается… Вишь рожок!
– Батюшки светы, ножик то…
– Вишь татарка!
– Как же ты не перекувыркнулась то? – говорила самая смелая, прямо уж обращаясь к Наташе.
Дядюшка слез с лошади у крыльца своего деревянного заросшего садом домика и оглянув своих домочадцев, крикнул повелительно, чтобы лишние отошли и чтобы было сделано всё нужное для приема гостей и охоты.
Всё разбежалось. Дядюшка снял Наташу с лошади и за руку провел ее по шатким досчатым ступеням крыльца. В доме, не отштукатуренном, с бревенчатыми стенами, было не очень чисто, – не видно было, чтобы цель живших людей состояла в том, чтобы не было пятен, но не было заметно запущенности.
В сенях пахло свежими яблоками, и висели волчьи и лисьи шкуры. Через переднюю дядюшка провел своих гостей в маленькую залу с складным столом и красными стульями, потом в гостиную с березовым круглым столом и диваном, потом в кабинет с оборванным диваном, истасканным ковром и с портретами Суворова, отца и матери хозяина и его самого в военном мундире. В кабинете слышался сильный запах табаку и собак. В кабинете дядюшка попросил гостей сесть и расположиться как дома, а сам вышел. Ругай с невычистившейся спиной вошел в кабинет и лег на диван, обчищая себя языком и зубами. Из кабинета шел коридор, в котором виднелись ширмы с прорванными занавесками. Из за ширм слышался женский смех и шопот. Наташа, Николай и Петя разделись и сели на диван. Петя облокотился на руку и тотчас же заснул; Наташа и Николай сидели молча. Лица их горели, они были очень голодны и очень веселы. Они поглядели друг на друга (после охоты, в комнате, Николай уже не считал нужным выказывать свое мужское превосходство перед своей сестрой); Наташа подмигнула брату и оба удерживались недолго и звонко расхохотались, не успев еще придумать предлога для своего смеха.
Немного погодя, дядюшка вошел в казакине, синих панталонах и маленьких сапогах. И Наташа почувствовала, что этот самый костюм, в котором она с удивлением и насмешкой видала дядюшку в Отрадном – был настоящий костюм, который был ничем не хуже сюртуков и фраков. Дядюшка был тоже весел; он не только не обиделся смеху брата и сестры (ему в голову не могло притти, чтобы могли смеяться над его жизнию), а сам присоединился к их беспричинному смеху.
– Вот так графиня молодая – чистое дело марш – другой такой не видывал! – сказал он, подавая одну трубку с длинным чубуком Ростову, а другой короткий, обрезанный чубук закладывая привычным жестом между трех пальцев.
– День отъездила, хоть мужчине в пору и как ни в чем не бывало!
Скоро после дядюшки отворила дверь, по звуку ног очевидно босая девка, и в дверь с большим уставленным подносом в руках вошла толстая, румяная, красивая женщина лет 40, с двойным подбородком, и полными, румяными губами. Она, с гостеприимной представительностью и привлекательностью в глазах и каждом движеньи, оглянула гостей и с ласковой улыбкой почтительно поклонилась им. Несмотря на толщину больше чем обыкновенную, заставлявшую ее выставлять вперед грудь и живот и назад держать голову, женщина эта (экономка дядюшки) ступала чрезвычайно легко. Она подошла к столу, поставила поднос и ловко своими белыми, пухлыми руками сняла и расставила по столу бутылки, закуски и угощенья. Окончив это она отошла и с улыбкой на лице стала у двери. – «Вот она и я! Теперь понимаешь дядюшку?» сказало Ростову ее появление. Как не понимать: не только Ростов, но и Наташа поняла дядюшку и значение нахмуренных бровей, и счастливой, самодовольной улыбки, которая чуть морщила его губы в то время, как входила Анисья Федоровна. На подносе были травник, наливки, грибки, лепешечки черной муки на юраге, сотовой мед, мед вареный и шипучий, яблоки, орехи сырые и каленые и орехи в меду. Потом принесено было Анисьей Федоровной и варенье на меду и на сахаре, и ветчина, и курица, только что зажаренная.
Всё это было хозяйства, сбора и варенья Анисьи Федоровны. Всё это и пахло и отзывалось и имело вкус Анисьи Федоровны. Всё отзывалось сочностью, чистотой, белизной и приятной улыбкой.
– Покушайте, барышня графинюшка, – приговаривала она, подавая Наташе то то, то другое. Наташа ела все, и ей показалось, что подобных лепешек на юраге, с таким букетом варений, на меду орехов и такой курицы никогда она нигде не видала и не едала. Анисья Федоровна вышла. Ростов с дядюшкой, запивая ужин вишневой наливкой, разговаривали о прошедшей и о будущей охоте, о Ругае и Илагинских собаках. Наташа с блестящими глазами прямо сидела на диване, слушая их. Несколько раз она пыталась разбудить Петю, чтобы дать ему поесть чего нибудь, но он говорил что то непонятное, очевидно не просыпаясь. Наташе так весело было на душе, так хорошо в этой новой для нее обстановке, что она только боялась, что слишком скоро за ней приедут дрожки. После наступившего случайно молчания, как это почти всегда бывает у людей в первый раз принимающих в своем доме своих знакомых, дядюшка сказал, отвечая на мысль, которая была у его гостей: