Минх, Александр Николаевич

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Александр Николаевич Минх
Дата рождения:

4 апреля 1833(1833-04-04)

Место рождения:

село Елизаветино, Липецкий уезд, Тамбовская губерния, Российская империя

Подданство:

Российская империя Российская империя

Дата смерти:

21 июля 1912(1912-07-21) (79 лет)

Место смерти:

село Колено, Аткарский уезд, Саратовская губерния

Александр Николаевич Минх (18331912) — российский историк, краевед, этнограф, археолог, член Императорского Российского географического общества.

Брат Григория Минха (18361896).





Биография

Родился 4 апреля (по старому стилю) 1833 года в селе Елизаветино Липецкого уезда Тамбовской губернии в семье потомственного дворянина из обрусевшего немецкого рода.

В десятилетнем возрасте вместе с семьей переехал в село Колено Аткарского уезда Саратовской губернии в новое имение, купленное его отцом — майором Николам Андреевичем Минхом.

В середине 1840-х годов после домашнего образования был отправлен в Москву — в пансион бывшего капитана наполеоновской армии Адольфа Стори.

В 1854 году поступил юнкером в Московский драгунский полк, с которым участвовал в Крымской войне 1854—1856 годов, где за участие в сражениях 7 декабря 1855 года был произведен в офицеры. После войны окончил офицерскую школу в Царском Селе.

В 1861 году вышел в отставку и был назначен мировым посредником по Аткарскому уезду Саратовской губернии. Позднее был избран мировым судьей по Аткарскому, а с 1875 года — по Саратовскому уезду, где прослужил до 1896 года. В мае 1896 по состоянию здоровья вышел в отставку.

Живя в Аткарском и Саратовском уездах, Александр Николаевич собирал материалы по этнографии народов, населявших губернию, фольклор, сведения по археологии и топонимике Саратовского Поволжья. Результаты его исследований вышли отдельными изданиями в виде заметок и статей, а за книгу «Народные обычаи, суеверия, предрассудки и обряды крестьян Саратовской губернии» он получил в 1888 году серебряную медаль Русского географического общества.

После революции 1905 года была разграблена и уничтожена усадьба Минх в селе Колено. Александр Минх перебрался на постоянное жительство в г. Аткарск. В 1906 году после неудачно проведенной операции он лишился зрения и подвижности ног.

Умер Александр Николаевич 21 июля 1912 года. Похоронен при церкви в селе Колено, где покоятся и его родители.

Историко-географический словарь Саратовской губернии. Южные уезды: Камышинский и Царицынский

Издан в 1898—1902 годах в Саратове. Одна из основных работ Александра Николаевича. В алфавитном порядке даны словарные статьи о населенных пунктах; реках, дорогах, местных дворянских родах уездов Камышинского и Царицынского Саратовской губернии. Это одно из самых подробных описаний северной части современной Волгоградской области рубежа 19-20 веков. Книга переиздана в 2011 году в Волгограде.

В книге представлены подробные сведения на момент примерно 1880—1900 годах о населенных пунктах, находящихся на территории современной Волгоградской области:

Географические сведения

Волость Населенный пункт
Ерзовская волость Ерзовка
Ерзовская волость Орловка
Отрадинская Волость Отрада (теперь — Старая Отрада г. Волгограда)
 ? Дубовка

Библиография

  1. Минхъ А. Н. Историко-географическiй словарь Саратовской губернiи. Томъ I. Выпускъ 1. Лит. А. — Г. Южные уѣзды: Камышинскiй и Царицынскiй. — Саратовъ: Типографiя Губернскаго Земства. — 207 (1 — 207) с.
  2. Минхъ А. Н. Историко-географическiй словарь Саратовской губернiи. Томъ I. Выпускъ 2. Лит. Е. — К. Южные уѣзды: Камышинскiй и Царицынскiй. — Саратовъ: Типографiя Губернскаго Земства, 1900. — 276 (279 — 555) с.
  3. Минхъ А. Н. Историко-географическiй словарь Саратовской губернiи. Томъ I. Выпускъ 3. Лит. Л. — Ф. Южные уѣзды: Камышинскiй и Царицынскiй. — Саратовъ: Типографiя Губернскаго Земства, 1901. — 534 (557 — 1091) с.
  4. Минхъ А. Н. Историко-географическiй словарь Саратовской губернiи. Томъ I. Выпускъ 4. Лит. Х. — Ѳ. Южные уѣзды: Камышинскiй и Царицынскiй. — Аткарскъ: Аткарская Типографiя, 1902. — 314 (1093 — 1407) с.

Напишите отзыв о статье "Минх, Александр Николаевич"

Ссылки

  • [saratov.rusarchives.ru/exhgaso/minh/minh_bio/slides/minh.html Александр Николаевич Минх]
  • [www.atkarsk.ru/?page=minh_aleksandr_nikolaevich Актарск — Минх Александр Николаевич]
  • [минх.шелз.рф/ Минх Александр Николаевич — сайт о нём]
  • [wolgadeutsche.ru/lexikon/_Muench.htm DIE GESCHICHTE DER WOLGADEUTSCHEN — Александр МИНХ]

Отрывок, характеризующий Минх, Александр Николаевич

– Да, я очень рад Николушке. Он здоров?

Когда привели к князю Андрею Николушку, испуганно смотревшего на отца, но не плакавшего, потому что никто не плакал, князь Андрей поцеловал его и, очевидно, не знал, что говорить с ним.
Когда Николушку уводили, княжна Марья подошла еще раз к брату, поцеловала его и, не в силах удерживаться более, заплакала.
Он пристально посмотрел на нее.
– Ты об Николушке? – сказал он.
Княжна Марья, плача, утвердительно нагнула голову.
– Мари, ты знаешь Еван… – но он вдруг замолчал.
– Что ты говоришь?
– Ничего. Не надо плакать здесь, – сказал он, тем же холодным взглядом глядя на нее.

Когда княжна Марья заплакала, он понял, что она плакала о том, что Николушка останется без отца. С большим усилием над собой он постарался вернуться назад в жизнь и перенесся на их точку зрения.
«Да, им это должно казаться жалко! – подумал он. – А как это просто!»
«Птицы небесные ни сеют, ни жнут, но отец ваш питает их», – сказал он сам себе и хотел то же сказать княжне. «Но нет, они поймут это по своему, они не поймут! Этого они не могут понимать, что все эти чувства, которыми они дорожат, все наши, все эти мысли, которые кажутся нам так важны, что они – не нужны. Мы не можем понимать друг друга». – И он замолчал.

Маленькому сыну князя Андрея было семь лет. Он едва умел читать, он ничего не знал. Он многое пережил после этого дня, приобретая знания, наблюдательность, опытность; но ежели бы он владел тогда всеми этими после приобретенными способностями, он не мог бы лучше, глубже понять все значение той сцены, которую он видел между отцом, княжной Марьей и Наташей, чем он ее понял теперь. Он все понял и, не плача, вышел из комнаты, молча подошел к Наташе, вышедшей за ним, застенчиво взглянул на нее задумчивыми прекрасными глазами; приподнятая румяная верхняя губа его дрогнула, он прислонился к ней головой и заплакал.
С этого дня он избегал Десаля, избегал ласкавшую его графиню и либо сидел один, либо робко подходил к княжне Марье и к Наташе, которую он, казалось, полюбил еще больше своей тетки, и тихо и застенчиво ласкался к ним.
Княжна Марья, выйдя от князя Андрея, поняла вполне все то, что сказало ей лицо Наташи. Она не говорила больше с Наташей о надежде на спасение его жизни. Она чередовалась с нею у его дивана и не плакала больше, но беспрестанно молилась, обращаясь душою к тому вечному, непостижимому, которого присутствие так ощутительно было теперь над умиравшим человеком.


Князь Андрей не только знал, что он умрет, но он чувствовал, что он умирает, что он уже умер наполовину. Он испытывал сознание отчужденности от всего земного и радостной и странной легкости бытия. Он, не торопясь и не тревожась, ожидал того, что предстояло ему. То грозное, вечное, неведомое и далекое, присутствие которого он не переставал ощущать в продолжение всей своей жизни, теперь для него было близкое и – по той странной легкости бытия, которую он испытывал, – почти понятное и ощущаемое.
Прежде он боялся конца. Он два раза испытал это страшное мучительное чувство страха смерти, конца, и теперь уже не понимал его.
Первый раз он испытал это чувство тогда, когда граната волчком вертелась перед ним и он смотрел на жнивье, на кусты, на небо и знал, что перед ним была смерть. Когда он очнулся после раны и в душе его, мгновенно, как бы освобожденный от удерживавшего его гнета жизни, распустился этот цветок любви, вечной, свободной, не зависящей от этой жизни, он уже не боялся смерти и не думал о ней.
Чем больше он, в те часы страдальческого уединения и полубреда, которые он провел после своей раны, вдумывался в новое, открытое ему начало вечной любви, тем более он, сам не чувствуя того, отрекался от земной жизни. Всё, всех любить, всегда жертвовать собой для любви, значило никого не любить, значило не жить этою земною жизнию. И чем больше он проникался этим началом любви, тем больше он отрекался от жизни и тем совершеннее уничтожал ту страшную преграду, которая без любви стоит между жизнью и смертью. Когда он, это первое время, вспоминал о том, что ему надо было умереть, он говорил себе: ну что ж, тем лучше.
Но после той ночи в Мытищах, когда в полубреду перед ним явилась та, которую он желал, и когда он, прижав к своим губам ее руку, заплакал тихими, радостными слезами, любовь к одной женщине незаметно закралась в его сердце и опять привязала его к жизни. И радостные и тревожные мысли стали приходить ему. Вспоминая ту минуту на перевязочном пункте, когда он увидал Курагина, он теперь не мог возвратиться к тому чувству: его мучил вопрос о том, жив ли он? И он не смел спросить этого.