Пратс, Карлос

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Карлос Пратс»)
Перейти к: навигация, поиск
Карлос Пратс Гонсалес
Carlos Prats González<tr><td colspan="2" style="text-align: center; border-top: solid darkgray 1px;"></td></tr>
министр национальной обороны Чили
5 июля 1973 — 9 августа 1973
Предшественник: Клодомиро Альмейда
Преемник: Орландо Летельер
министр внутренних дел Чили
2 ноября 1972 — 27 марта 1973
Предшественник: Хайме Суарес
Преемник: Херардо Эспиноза
 
Рождение: Талькауано, Чили
Смерть: Буэнос-Айрес, Аргентина
Супруга: Исабель Маргарита Морель Гумусио
Партия: Социалистическая партия Чили
Образование: Университет Чили
Профессия: Адвокат
 
Автограф:

Карлос Пратс Гонсалес (исп. Carlos Prats González, 24 февраля 1915, Талькауано, Чили — 30 сентября 1974, Буэнос-Айрес, Аргентина) — чилийский военный и политический деятель, министр и вице-президент Чили в правительстве Сальвадора Альенде, главнокомандующий Чилийской армии. Отправился в добровольное изгнание в Аргентину сразу же после переворота, организованного Аугусто Пиночетом 11 сентября 1973 года. Год спустя он погиб в Буэнос-Айресе в результате подрыва начинённого взрывчаткой автомобиля, покушение было организовано чилийским Управлением национальной разведки.





Биография

Карлос Пратс Гонсалес родился в городе Талькауано 24 февраля 1915 года, будучи старшим сыном Карлоса Пратса Ризопатрона и Хильды Гонсалес Суарес. Он поступил в армию в 1931 году, став одним из лучших среди курсантов.

В 1935 году он поступил на службу офицером артиллерии. Три года спустя он стал младшим лейтенантом. Вскоре Карлос Пратс вернулся в Военную академию, на этот раз в качестве преподавателя. Он преподавал там до 1954 года. В 1944 году он женился на Софии Кутберт, которая родила ему 3 дочери.

В 1954 году Карлос Пратс был повышен до звания майора и отправился в составе военной миссии в США, где он служил до 1958 года. В 1958 году же он получает звание подполковника и вновь возвращается в качестве преподавателя Военной академии. В 1961 году он становится командиром Артиллерийского полка Nº3 «Чоррильос» («Chorrillos»), а в 1963 году — командиром Артиллерийского полка Nº1 «Такна» («Tacna»).

В 1964 году он был произведён в звание полковника и отправлен в качестве военного атташе в Аргентину. Карлос Пратс возвращается в Чили в 1967 году, став командиром III Армейской дивизии. В 1968 году он был повышен до звания бригадного генерала и должности начальника Генерального штаба армии. в следующем году он был произведён в звание дивизионного генерала.

Карлос Пратс был назначен главнокомандующим Чилийской армии 26 октября 1970 года президентом Эдуардо Фреем Монтальвой, на место убитого несколькими днями раньше генерала Рене Шнайдера, 22 октября. Репутация Пратса, как уважаемого в армейских кругах генерала, почти гарантировала невмешательство армии после избрания Сальвадора Альенде, социалиста, на должность президента страны.

Роль Пратса в годы правления Альенде

Генерал Пратс стал главой «конституционалистов», состоящих из военных, поддерживающих Доктрину Шнайдера. В то же время он стал самым влиятельным сторонником президента Альенде в армии, входя несколько раз в состав кабинета его министров. Альенде назначил Пратса вице-президентом в 1972 году (Конституция Чили не предусматривает постоянную должность вице-президента; однако, как правило, действующий министр внутренних дел, как важный министр в кабинете, временно становится «вице-президентом» только в период зарубежных поездок президента).

Верность Пратса доктрине Шнайдера, как полагается, ослабевала со времени его прихода в кабинет министров при правительстве Альенде.

Инцидент с Алехандриной Кокс

Инцидент с Алехандриной Кокс, случившийся 27 июня 1973 года, когда путь автомобилю Пратса пытались перекрыть несколько машин, после чего Пратс открыл огонь по колёсам одного из этих автомобилей, красного «Рено» чилийской аристократки Алехандрины Кокс, провоцировавшей его, нанёс огромный урон репутации генерала. В результате Пратс потерял авторитет в офицерском корпусе армииК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2117 дней], члены которого, независимо от своих политических убеждений, считали потерю контроля над собой проявлением крайнего непрофессионализма, способную привести в сложных ситуациях к фатальным последствиям.

Танкетасо

29 июня 1973 года Пратс был ключевой фигурой в подавлении попытки переворота, известного как Танкетасо (Tanquetazo). Этот путч был плохо организован, но военные и другие были обеспокоены относительной легкой возможности достижения ворот президентского дворца. Путч Танкетасо не удался и был подавлен, но эта попытка продемонстрировала с тактической точки зрения лёгкость осуществления государственного переворота.

Отставка

К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

22 августа 1973 года жёны генералов и офицеров, находящихся под командованием Пратса, устроили митинг у его дома, обвиняя его в неспособности в восстановлении гражданского мира в Чили. Это событие убедило Пратса, что он утратил поддержку среди своих товарищей-офицеров. На следующий день он ушёл в отставку с постов министра внутренних дел и главнокомандующего армии Чили. Только ещё 2 генерала, в целях конституционного урегулирования политического кризиса, Марио Сепульведа Скелья и Гильермо Пикеринг (оба занимали ключевые командные посты), также подали в отставку в поддержку Пратсу. Генерал Аугусто Пиночет, бывший ранее вторым в команде Альенде и как полагалось — верным ему, занял пост главнокомандующего армии.

Генерал Пиночет вступил в должность 23 августа 1973 года. Отставка Пратса стала последним серьёзным преодолённым препятствием для военного переворота, осуществлённого 3 недели спустя, 11 сентября. Сразу же после этого переворота, 15 сентября 1973, генерал Пратс отправился в добровольное изгнание со своей женой в Аргентину.

Убийство

30 сентября 1974 года в Буэнос-Айресе Пратс и его супруга София были убиты в результате радиоуправляемого подрыва заминированного автомобиля. Ошмётки от взрыва в том числе достигли и балконов на девятом этаже здания на противоположной стороне улицы. Позже стало известно, что убийство было спланировано сотрудниками чилийского Управления национальной разведки. Осуществлено же оно было американским экспатриантом и чилийским гражданином Майклом Таунли, совершившего также убийство Орландо Летельера в Вашингтоне в 1976 году.

После переворота 11 сентября 1973 года Карлос Пратс выступал как публично, так и в частных беседах, с критикой чилийской хунты и Пиночета. Он также заявлял о своей готовности стать главнокомандующим вооружёнными силами в изгнании или президента теневого правительства или правительства в изгнании.

Последствия и расследования убийства

Бывшие чины Управления национальной разведки, включая главу Мануэля Контрераса, экс-главу оперативного отдела Рауля Итурриагу, его брата Рожера Итурриагу и экс-бригадиров Педро Эспиносу и Хосе Сару, были обвинены в убийстве Пратса.

См. также

Напишите отзыв о статье "Пратс, Карлос"

Примечания

Ссылки

  • [www.ejercito.cl/nuestro_ejercito/com-jef_1931.php Официальная биография]  (исп.)
  • [www.icarito.cl/medio/articulo/0,0,38035857_172985963_183737849_1,00.html Biography]  (исп.)
  • [www.memoriayjusticia.cl/english/en_focus-carlosprats.htm The Carlos Prats Assassination]
  • [www.cidh.org/countryrep/Chile85eng/chap.3a.htm Human rights report on the case]
  • [www.memoriaviva.com/Ejecutados/Ejecutados%20P/prats_gonzalez_carlos_.htm Non-official account of murder]  (исп.)
  • [news.bbc.co.uk/2/hi/americas/1033329.stm Chilean agent convicted over Prats' killing]
  • [www.trial-ch.org/en/trial-watch/profile/db/legal-procedures/augusto-jose-ramon_pinochet-ugarte_90.html Trial watch]
  • [www.stormpages.com/marting/cartaalgral.htm Letter from Allende thanking him after his resignation]  (исп.)

Отрывок, характеризующий Пратс, Карлос

– Имею честь доложить, господин полковник, зарядов имеется только восемь, прикажете ли продолжать огонь? – спросил он.
– Картечь! – не отвечая, крикнул старший офицер, смотревший через вал.
Вдруг что то случилось; офицерик ахнул и, свернувшись, сел на землю, как на лету подстреленная птица. Все сделалось странно, неясно и пасмурно в глазах Пьера.
Одно за другим свистели ядра и бились в бруствер, в солдат, в пушки. Пьер, прежде не слыхавший этих звуков, теперь только слышал одни эти звуки. Сбоку батареи, справа, с криком «ура» бежали солдаты не вперед, а назад, как показалось Пьеру.
Ядро ударило в самый край вала, перед которым стоял Пьер, ссыпало землю, и в глазах его мелькнул черный мячик, и в то же мгновенье шлепнуло во что то. Ополченцы, вошедшие было на батарею, побежали назад.
– Все картечью! – кричал офицер.
Унтер офицер подбежал к старшему офицеру и испуганным шепотом (как за обедом докладывает дворецкий хозяину, что нет больше требуемого вина) сказал, что зарядов больше не было.
– Разбойники, что делают! – закричал офицер, оборачиваясь к Пьеру. Лицо старшего офицера было красно и потно, нахмуренные глаза блестели. – Беги к резервам, приводи ящики! – крикнул он, сердито обходя взглядом Пьера и обращаясь к своему солдату.
– Я пойду, – сказал Пьер. Офицер, не отвечая ему, большими шагами пошел в другую сторону.
– Не стрелять… Выжидай! – кричал он.
Солдат, которому приказано было идти за зарядами, столкнулся с Пьером.
– Эх, барин, не место тебе тут, – сказал он и побежал вниз. Пьер побежал за солдатом, обходя то место, на котором сидел молоденький офицерик.
Одно, другое, третье ядро пролетало над ним, ударялось впереди, с боков, сзади. Пьер сбежал вниз. «Куда я?» – вдруг вспомнил он, уже подбегая к зеленым ящикам. Он остановился в нерешительности, идти ему назад или вперед. Вдруг страшный толчок откинул его назад, на землю. В то же мгновенье блеск большого огня осветил его, и в то же мгновенье раздался оглушающий, зазвеневший в ушах гром, треск и свист.
Пьер, очнувшись, сидел на заду, опираясь руками о землю; ящика, около которого он был, не было; только валялись зеленые обожженные доски и тряпки на выжженной траве, и лошадь, трепля обломками оглобель, проскакала от него, а другая, так же как и сам Пьер, лежала на земле и пронзительно, протяжно визжала.


Пьер, не помня себя от страха, вскочил и побежал назад на батарею, как на единственное убежище от всех ужасов, окружавших его.
В то время как Пьер входил в окоп, он заметил, что на батарее выстрелов не слышно было, но какие то люди что то делали там. Пьер не успел понять того, какие это были люди. Он увидел старшего полковника, задом к нему лежащего на валу, как будто рассматривающего что то внизу, и видел одного, замеченного им, солдата, который, прорываясь вперед от людей, державших его за руку, кричал: «Братцы!» – и видел еще что то странное.
Но он не успел еще сообразить того, что полковник был убит, что кричавший «братцы!» был пленный, что в глазах его был заколон штыком в спину другой солдат. Едва он вбежал в окоп, как худощавый, желтый, с потным лицом человек в синем мундире, со шпагой в руке, набежал на него, крича что то. Пьер, инстинктивно обороняясь от толчка, так как они, не видав, разбежались друг против друга, выставил руки и схватил этого человека (это был французский офицер) одной рукой за плечо, другой за гордо. Офицер, выпустив шпагу, схватил Пьера за шиворот.
Несколько секунд они оба испуганными глазами смотрели на чуждые друг другу лица, и оба были в недоумении о том, что они сделали и что им делать. «Я ли взят в плен или он взят в плен мною? – думал каждый из них. Но, очевидно, французский офицер более склонялся к мысли, что в плен взят он, потому что сильная рука Пьера, движимая невольным страхом, все крепче и крепче сжимала его горло. Француз что то хотел сказать, как вдруг над самой головой их низко и страшно просвистело ядро, и Пьеру показалось, что голова французского офицера оторвана: так быстро он согнул ее.
Пьер тоже нагнул голову и отпустил руки. Не думая более о том, кто кого взял в плен, француз побежал назад на батарею, а Пьер под гору, спотыкаясь на убитых и раненых, которые, казалось ему, ловят его за ноги. Но не успел он сойти вниз, как навстречу ему показались плотные толпы бегущих русских солдат, которые, падая, спотыкаясь и крича, весело и бурно бежали на батарею. (Это была та атака, которую себе приписывал Ермолов, говоря, что только его храбрости и счастью возможно было сделать этот подвиг, и та атака, в которой он будто бы кидал на курган Георгиевские кресты, бывшие у него в кармане.)
Французы, занявшие батарею, побежали. Наши войска с криками «ура» так далеко за батарею прогнали французов, что трудно было остановить их.
С батареи свезли пленных, в том числе раненого французского генерала, которого окружили офицеры. Толпы раненых, знакомых и незнакомых Пьеру, русских и французов, с изуродованными страданием лицами, шли, ползли и на носилках неслись с батареи. Пьер вошел на курган, где он провел более часа времени, и из того семейного кружка, который принял его к себе, он не нашел никого. Много было тут мертвых, незнакомых ему. Но некоторых он узнал. Молоденький офицерик сидел, все так же свернувшись, у края вала, в луже крови. Краснорожий солдат еще дергался, но его не убирали.
Пьер побежал вниз.
«Нет, теперь они оставят это, теперь они ужаснутся того, что они сделали!» – думал Пьер, бесцельно направляясь за толпами носилок, двигавшихся с поля сражения.
Но солнце, застилаемое дымом, стояло еще высоко, и впереди, и в особенности налево у Семеновского, кипело что то в дыму, и гул выстрелов, стрельба и канонада не только не ослабевали, но усиливались до отчаянности, как человек, который, надрываясь, кричит из последних сил.


Главное действие Бородинского сражения произошло на пространстве тысячи сажен между Бородиным и флешами Багратиона. (Вне этого пространства с одной стороны была сделана русскими в половине дня демонстрация кавалерией Уварова, с другой стороны, за Утицей, было столкновение Понятовского с Тучковым; но это были два отдельные и слабые действия в сравнении с тем, что происходило в середине поля сражения.) На поле между Бородиным и флешами, у леса, на открытом и видном с обеих сторон протяжении, произошло главное действие сражения, самым простым, бесхитростным образом.
Сражение началось канонадой с обеих сторон из нескольких сотен орудий.
Потом, когда дым застлал все поле, в этом дыму двинулись (со стороны французов) справа две дивизии, Дессе и Компана, на флеши, и слева полки вице короля на Бородино.
От Шевардинского редута, на котором стоял Наполеон, флеши находились на расстоянии версты, а Бородино более чем в двух верстах расстояния по прямой линии, и поэтому Наполеон не мог видеть того, что происходило там, тем более что дым, сливаясь с туманом, скрывал всю местность. Солдаты дивизии Дессе, направленные на флеши, были видны только до тех пор, пока они не спустились под овраг, отделявший их от флеш. Как скоро они спустились в овраг, дым выстрелов орудийных и ружейных на флешах стал так густ, что застлал весь подъем той стороны оврага. Сквозь дым мелькало там что то черное – вероятно, люди, и иногда блеск штыков. Но двигались ли они или стояли, были ли это французы или русские, нельзя было видеть с Шевардинского редута.
Солнце взошло светло и било косыми лучами прямо в лицо Наполеона, смотревшего из под руки на флеши. Дым стлался перед флешами, и то казалось, что дым двигался, то казалось, что войска двигались. Слышны были иногда из за выстрелов крики людей, но нельзя было знать, что они там делали.
Наполеон, стоя на кургане, смотрел в трубу, и в маленький круг трубы он видел дым и людей, иногда своих, иногда русских; но где было то, что он видел, он не знал, когда смотрел опять простым глазом.
Он сошел с кургана и стал взад и вперед ходить перед ним.
Изредка он останавливался, прислушивался к выстрелам и вглядывался в поле сражения.
Не только с того места внизу, где он стоял, не только с кургана, на котором стояли теперь некоторые его генералы, но и с самых флешей, на которых находились теперь вместе и попеременно то русские, то французские, мертвые, раненые и живые, испуганные или обезумевшие солдаты, нельзя было понять того, что делалось на этом месте. В продолжение нескольких часов на этом месте, среди неумолкаемой стрельбы, ружейной и пушечной, то появлялись одни русские, то одни французские, то пехотные, то кавалерийские солдаты; появлялись, падали, стреляли, сталкивались, не зная, что делать друг с другом, кричали и бежали назад.