Сребреница

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Город
Сребреница
Srebrenica
Герб
Страна
Босния и Герцеговина
Сообщество БиГ
Республика Сербская
Район
Община
Координаты
Градоначальник
Чамил Дуракович
Первое упоминание
Население
2607[1] человек (2013)
Часовой пояс
Телефонный код
+387 53
Официальный сайт
[www.srebrenica-opstina.org/ brenica-opstina.org]

Сре́бреница (серб. Сребреница, босн. Srebrenica) — город в Республике Сербской (Босния и Герцеговина). Центр одноимённой общины. Представляет собой небольшой шахтёрский населённый пункт. Основу экономики составляет добыча полезных ископаемых и сельское хозяйство. Известен прежде всего как место ожесточенных боев в ходе Боснийской войны 1992—1995, включая один из наиболее трагических её эпизодов — массовое убийство мусульман 11-13 июля 1995, широко признаваемое как случай геноцида.





География

Сребреница расположена в горной местности Сусица в восточной части Боснии. Город лежит в долине реки Крлевица (Krljevica) на высоте 448 метров над уровнем моря, на расстоянии около 160 км от Сараева и около 120 км от Тузлы. Граничит с общиной Баина-Башта в Сербии.

Население

Численность населения города по переписи 2013 года составила 2 607 человек, общины — 15 242 человек[1].

По переписи 1991 года.

Община Город
Сербы 8315 (22.67 %) Сербы 1632 (28.4 %)
Боснийцы 27572 (75.19 %) Боснийцы 3673 (63.92 %)
Югославы 380 (1.03 %) Югославы 328 (5.7 %)
Хорваты 38 (0.1 %) Хорваты 34 (0.59 %)
Другие 361 (1.01 %) Другие 79 (1.39 %)

История

В районе Сребреницы открыты следы жизни с древних времен, что было обусловлено выгодным географическим положением и богатыми залежами руд серебра. Первые исторические записи о поселениях на месте современной Сребреницы оставили римляне, которые основали здесь горную колонию Домавия (Domavium, Domavia) и занимались добычей серебра. На протяжении истории Сребреница сменила несколько названий, таких как Аргентария (Argentaria), Аргентум (Argentum), то есть серебро.

Средние века

Сребреница упоминается в 1378 г. как крупный центр рудного дела. Получила своё имя по серебряным рудникам, находившимся в её окрестностях. В средние века серебряные рудники Сребреницы были яблоком раздора между боснийскими, сербскими, а также венгерскими феодалами.

В 1463 г. Сребреница и большая часть Боснии попадает под власть Османской империи. Эта власть укрепилась на века с разгромом Венгрии в Мохачской битве 29 августа 1526. Во времена правления турок активно развивался нижний город в районе крепости.

Позднее серебряные рудники истощились и Сребреница стала приходить в упадок.

Дополнительной проблемой стал рост этнической напряженности в отношениях между боснийскими мусульманами и сербскими христианами.

XX век

Во время Первой мировой войны здесь развернулись кровопролитные бои между австрийскими войсками и сербами.

После окончания войны община, как и вся Босния, вошла в состав Королевства сербов, хорватов и словенцев

До Второй мировой войны сербы составляли большинство. После провозглашения нацистами «Независимого Хорватского государства» и подчинения ему Боснии, усташи осуществляли политику террора против сербского населения края.

Война в Боснии (1992—1995)

1992

С начала войны в Боснии (1992—1995) лояльная правительству Республики Босния и Герцеговина Сребреница стала одним из плацдармов боснийских мусульман. 19 апреля 1992 Сребреницу заняли войска боснийских сербов. В мае 1992 её опять взяли боснийцы, и город оставался под их контролем до 1995. Мусульмане устраивали засады на дорогах, пролегающих вблизи анклава. Сербские христиане производили жёсткие зачистки, уничтожив мусульман в нескольких сёлах. В ответ в сентябре 1992 люди бывшего полицейского Насера Орича захватили и вырезали сербское село Подраванье. Мусульманам удалось объединить анклав Жепа со Сребреницей.

11 декабря 1992 довольно крупный отряд мусульман попытался атаковать Главный Штаб боснийских сербов-христиан, но отступил с большими потерямиК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 3059 дней]. 6 мая, в день Святого Георгия (Джурджеван), отряды мусульман, подчинявшиеся Насеру Оричу, сожгли сербское село Блечево в общине Братунац и вырезали село Гнион. Потом пришел черед сел Скелане, Опарица, Чосиче, Ратковац, Крушиче. Убивали изощренно, чаще всего жертвам перерезали горло, вытаскивая через разрез язык: это называется «колумбийский галстук». Спасаясь от расправы, многие сербские жители Сребреницы покинули город. К концу 1992 года в общине Сребреница было уничтожено 21 сербское село, в общине Братунац — 22 села. На «кровавое рождество» (в январе 1993 года) боевики Орича вырезали большое сербское село Кравице — только за один день 7 января там было зверски убито 46 и ранено 36 мирных жителей. Те, кто могли бежать, бежали. Тех, кто не хотел или не мог бежать, убивали без пощады. К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1063 дня]

1993

Жепа составляла часть единого со Сребреницей анклава, но в конце марта 1993 Войско Республики Сербской (ВРС) перерезало коридор между ними. Резолюцией 824 Совета безопасности ООН от 6 мая 1993 Сребреница была объявлена демилитаризованной зоной под защитой ООН. Тогда сербское командование решило ликвидировать Жепский анклав (речь также шла о безопасности штаб-квартиры ВРС в Хан Пьесаке). Для наступления на Жепу сербы сформировали отряд в 2000 бойцов под командованием подполковника Радислава Крстича.

Используя условия местности, мусульмане несколько дней сдерживали атаки сербов. 6 мая оборона бошняков рухнула. В этот момент военно-политическое руководство Жепы обратилось за помощью к мировому сообществу. ООН провозгласило Жепу, как ранее Сребреницу, «зоной безопасности». 8 мая генерал Ратко Младич согласился на размещение в анклаве контингента наблюдателей, полагая, что мусульманский гарнизон будет разоружён и Жепский анклав нейтрализован.К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 3059 дней]

1995

Армия боснийских сербов под командованием генерала Ратко Младича напала на Сребреницу 6 июля 1995 и за пять дней полностью заняла город[2]. Около 30 тыс. женщин и детей были депортированы из города[2]. Международным трибуналом по бывшей Югославии и Международным Судом ООН установлено, что в июле 1995 свыше 8000 боснийцев-мусульман было убито сербскими карательными подразделениями под руководством генерала Ратко Младича[2][3][4]. Сербская сторона оспаривает количество погибших[2].

Населённые пункты общины

Бабулице, Байрамовичи, Беширевичи, Блажиевичи, Бостаховине, Божичи, Браковци, Брезовице, Брежани, Бучиновичи, Бучье, Буяковичи, Црвица, Чичевци, Димничи, Добрак, Дони-Поточари, Фойхар, Гай, Гладовичи, Годжевичи, Горни Поточари, Гостиль, Калиманичи, Карачичи, Клотиевац, Костоломци, Крничи, Крушев-До, Кутузеро, Лиешче, Ликари, Липовац, Лука, Лесковик, Мала Далегошта, Мече, Михолевине, Милачевичи, Мочевичи, Ногачевичи, Обади, Опетци, Ораховица, Осатица, Осмаче, Осредак, Пале, Палеж, Печи, Печишта, Петрича, Подгай, Подосое, Подравно, Постоле, Познановичи, Прибидоли, Прибоевичи, Прохичи, Пусмуличи, Радошевичи, Радовчичи, Радженовичи, Ратковичи, Сасе, Скелани, Скендеровичи, Слатина, Сребреница, Староглавице, Сутеска, Сулице, Шубин, Токолак, Топлица, Урисичи, Велика Дачегошта, Виогор, Жабоквица и Жеданьско.

Памятники

Сегодня многие средневековые памятники находятся в окрестностях Сребреницы, в том числе Доньи и Горньи Сребреник (Donji, Gornji Srebrenik), Джурдевац (Đurđevac), Цубина (Cubina), наряду с 43 различными местами и более чем 815 некрополей с подлинными боснийскими надгробиями называемые «stecak».

Курорт

Вблизи Сребреницы на высоте 560 метров над уровнем моря находится Губер, самый известный курорт Сребреницы. Путь до курорта Губер украшают великолепные хвойные и лиственные леса.

В непосредственной близости от Губера находятся минеральные воды Сребреницы, знаменитые во всем регионе за их целебные свойства. Наиболее известен источник Црни Губер (Черный Губер), вода питьевая здесь постоянно держится на температуре 12,4 градусов по Цельсию, а эксперты утверждают, что здесь можно вылечиться от многих заболеваний. Минеральные источники содержат железо, медь, кобальт, никель и марганец. Особенно часто здесь лечат такие недуги, как недостаток железа, утомление, усталость, болезни кожи, ревматизм, рассеянный склероз и т. д. Ежедневное потребление воды из Црни Губер рекомендуется только под наблюдением врача.

Галерея

Напишите отзыв о статье "Сребреница"

Примечания

  1. 1 2 [www2.rzs.rs.ba/static/uploads/bilteni/popis/PreliminarniRezultati_Popis2013.pdf Попис становништва, домаћинстава и станова у Босни и Херцеговини 2013 на територији Републике Српске — Прелиминарни резултати, Републички завод за статистику, Бања Лука, 2013.]
  2. 1 2 3 4 [lenta.ru/news/2013/07/11/bury/ В Боснии перезахоронили останки 409 жертв резни в Сребренице]
  3. [www.un.org/icty/krstic/Appeal/judgement/krs-aj040419e.pdf Home | International Criminal Tribunal for the former Yugoslavia]
  4. www.icj-cij.org/docket/files/91/13685.pdf

Ссылки

  • [www.srebrenica-opstina.org/ Službena web prezentacija opštine Srebrenica]  (босн.)


Отрывок, характеризующий Сребреница

– Ну что там! – проговорил он сердито, и выслушав словесные приказания от отца и взяв подаваемые конверты и письмо отца, вернулся в детскую.
– Ну что? – спросил князь Андрей.
– Всё то же, подожди ради Бога. Карл Иваныч всегда говорит, что сон всего дороже, – прошептала со вздохом княжна Марья. – Князь Андрей подошел к ребенку и пощупал его. Он горел.
– Убирайтесь вы с вашим Карлом Иванычем! – Он взял рюмку с накапанными в нее каплями и опять подошел.
– Andre, не надо! – сказала княжна Марья.
Но он злобно и вместе страдальчески нахмурился на нее и с рюмкой нагнулся к ребенку. – Ну, я хочу этого, сказал он. – Ну я прошу тебя, дай ему.
Княжна Марья пожала плечами, но покорно взяла рюмку и подозвав няньку, стала давать лекарство. Ребенок закричал и захрипел. Князь Андрей, сморщившись, взяв себя за голову, вышел из комнаты и сел в соседней, на диване.
Письма всё были в его руке. Он машинально открыл их и стал читать. Старый князь, на синей бумаге, своим крупным, продолговатым почерком, употребляя кое где титлы, писал следующее:
«Весьма радостное в сей момент известие получил через курьера, если не вранье. Бенигсен под Эйлау над Буонапартием якобы полную викторию одержал. В Петербурге все ликуют, e наград послано в армию несть конца. Хотя немец, – поздравляю. Корчевский начальник, некий Хандриков, не постигну, что делает: до сих пор не доставлены добавочные люди и провиант. Сейчас скачи туда и скажи, что я с него голову сниму, чтобы через неделю всё было. О Прейсиш Эйлауском сражении получил еще письмо от Петиньки, он участвовал, – всё правда. Когда не мешают кому мешаться не следует, то и немец побил Буонапартия. Сказывают, бежит весьма расстроен. Смотри ж немедля скачи в Корчеву и исполни!»
Князь Андрей вздохнул и распечатал другой конверт. Это было на двух листочках мелко исписанное письмо от Билибина. Он сложил его не читая и опять прочел письмо отца, кончавшееся словами: «скачи в Корчеву и исполни!» «Нет, уж извините, теперь не поеду, пока ребенок не оправится», подумал он и, подошедши к двери, заглянул в детскую. Княжна Марья всё стояла у кроватки и тихо качала ребенка.
«Да, что бишь еще неприятное он пишет? вспоминал князь Андрей содержание отцовского письма. Да. Победу одержали наши над Бонапартом именно тогда, когда я не служу… Да, да, всё подшучивает надо мной… ну, да на здоровье…» и он стал читать французское письмо Билибина. Он читал не понимая половины, читал только для того, чтобы хоть на минуту перестать думать о том, о чем он слишком долго исключительно и мучительно думал.


Билибин находился теперь в качестве дипломатического чиновника при главной квартире армии и хоть и на французском языке, с французскими шуточками и оборотами речи, но с исключительно русским бесстрашием перед самоосуждением и самоосмеянием описывал всю кампанию. Билибин писал, что его дипломатическая discretion [скромность] мучила его, и что он был счастлив, имея в князе Андрее верного корреспондента, которому он мог изливать всю желчь, накопившуюся в нем при виде того, что творится в армии. Письмо это было старое, еще до Прейсиш Эйлауского сражения.
«Depuis nos grands succes d'Austerlitz vous savez, mon cher Prince, писал Билибин, que je ne quitte plus les quartiers generaux. Decidement j'ai pris le gout de la guerre, et bien m'en a pris. Ce que j'ai vu ces trois mois, est incroyable.
«Je commence ab ovo. L'ennemi du genre humain , comme vous savez, s'attaque aux Prussiens. Les Prussiens sont nos fideles allies, qui ne nous ont trompes que trois fois depuis trois ans. Nous prenons fait et cause pour eux. Mais il se trouve que l'ennemi du genre humain ne fait nulle attention a nos beaux discours, et avec sa maniere impolie et sauvage se jette sur les Prussiens sans leur donner le temps de finir la parade commencee, en deux tours de main les rosse a plate couture et va s'installer au palais de Potsdam.
«J'ai le plus vif desir, ecrit le Roi de Prusse a Bonaparte, que V. M. soit accueillie еt traitee dans mon palais d'une maniere, qui lui soit agreable et c'est avec еmpres sement, que j'ai pris a cet effet toutes les mesures que les circonstances me permettaient. Puisse je avoir reussi! Les generaux Prussiens se piquent de politesse envers les Francais et mettent bas les armes aux premieres sommations.
«Le chef de la garienison de Glogau avec dix mille hommes, demande au Roi de Prusse, ce qu'il doit faire s'il est somme de se rendre?… Tout cela est positif.
«Bref, esperant en imposer seulement par notre attitude militaire, il se trouve que nous voila en guerre pour tout de bon, et ce qui plus est, en guerre sur nos frontieres avec et pour le Roi de Prusse . Tout est au grand complet, il ne nous manque qu'une petite chose, c'est le general en chef. Comme il s'est trouve que les succes d'Austerlitz aurant pu etre plus decisifs si le general en chef eut ete moins jeune, on fait la revue des octogenaires et entre Prosorofsky et Kamensky, on donne la preference au derienier. Le general nous arrive en kibik a la maniere Souvoroff, et est accueilli avec des acclamations de joie et de triomphe.
«Le 4 arrive le premier courrier de Petersbourg. On apporte les malles dans le cabinet du Marieechal, qui aime a faire tout par lui meme. On m'appelle pour aider a faire le triage des lettres et prendre celles qui nous sont destinees. Le Marieechal nous regarde faire et attend les paquets qui lui sont adresses. Nous cherchons – il n'y en a point. Le Marieechal devient impatient, se met lui meme a la besogne et trouve des lettres de l'Empereur pour le comte T., pour le prince V. et autres. Alors le voila qui se met dans une de ses coleres bleues. Il jette feu et flamme contre tout le monde, s'empare des lettres, les decachete et lit celles de l'Empereur adressees a d'autres. А, так со мною поступают! Мне доверия нет! А, за мной следить велено, хорошо же; подите вон! Et il ecrit le fameux ordre du jour au general Benigsen
«Я ранен, верхом ездить не могу, следственно и командовать армией. Вы кор д'арме ваш привели разбитый в Пултуск: тут оно открыто, и без дров, и без фуража, потому пособить надо, и я так как вчера сами отнеслись к графу Буксгевдену, думать должно о ретираде к нашей границе, что и выполнить сегодня.
«От всех моих поездок, ecrit il a l'Empereur, получил ссадину от седла, которая сверх прежних перевозок моих совсем мне мешает ездить верхом и командовать такой обширной армией, а потому я командованье оной сложил на старшего по мне генерала, графа Буксгевдена, отослав к нему всё дежурство и всё принадлежащее к оному, советовав им, если хлеба не будет, ретироваться ближе во внутренность Пруссии, потому что оставалось хлеба только на один день, а у иных полков ничего, как о том дивизионные командиры Остерман и Седморецкий объявили, а у мужиков всё съедено; я и сам, пока вылечусь, остаюсь в гошпитале в Остроленке. О числе которого ведомость всеподданнейше подношу, донеся, что если армия простоит в нынешнем биваке еще пятнадцать дней, то весной ни одного здорового не останется.
«Увольте старика в деревню, который и так обесславлен остается, что не смог выполнить великого и славного жребия, к которому был избран. Всемилостивейшего дозволения вашего о том ожидать буду здесь при гошпитале, дабы не играть роль писарскую , а не командирскую при войске. Отлучение меня от армии ни малейшего разглашения не произведет, что ослепший отъехал от армии. Таковых, как я – в России тысячи».
«Le Marieechal se fache contre l'Empereur et nous punit tous; n'est ce pas que с'est logique!
«Voila le premier acte. Aux suivants l'interet et le ridicule montent comme de raison. Apres le depart du Marieechal il se trouve que nous sommes en vue de l'ennemi, et qu'il faut livrer bataille. Boukshevden est general en chef par droit d'anciennete, mais le general Benigsen n'est pas de cet avis; d'autant plus qu'il est lui, avec son corps en vue de l'ennemi, et qu'il veut profiter de l'occasion d'une bataille „aus eigener Hand“ comme disent les Allemands. Il la donne. C'est la bataille de Poultousk qui est sensee etre une grande victoire, mais qui a mon avis ne l'est pas du tout. Nous autres pekins avons, comme vous savez, une tres vilaine habitude de decider du gain ou de la perte d'une bataille. Celui qui s'est retire apres la bataille, l'a perdu, voila ce que nous disons, et a ce titre nous avons perdu la bataille de Poultousk. Bref, nous nous retirons apres la bataille, mais nous envoyons un courrier a Petersbourg, qui porte les nouvelles d'une victoire, et le general ne cede pas le commandement en chef a Boukshevden, esperant recevoir de Petersbourg en reconnaissance de sa victoire le titre de general en chef. Pendant cet interregne, nous commencons un plan de man?uvres excessivement interessant et original. Notre but ne consiste pas, comme il devrait l'etre, a eviter ou a attaquer l'ennemi; mais uniquement a eviter le general Boukshevden, qui par droit d'ancnnete serait notre chef. Nous poursuivons ce but avec tant d'energie, que meme en passant une riviere qui n'est рas gueable, nous brulons les ponts pour nous separer de notre ennemi, qui pour le moment, n'est pas Bonaparte, mais Boukshevden. Le general Boukshevden a manque etre attaque et pris par des forces ennemies superieures a cause d'une de nos belles man?uvres qui nous sauvait de lui. Boukshevden nous poursuit – nous filons. A peine passe t il de notre cote de la riviere, que nous repassons de l'autre. A la fin notre ennemi Boukshevden nous attrappe et s'attaque a nous. Les deux generaux se fachent. Il y a meme une provocation en duel de la part de Boukshevden et une attaque d'epilepsie de la part de Benigsen. Mais au moment critique le courrier, qui porte la nouvelle de notre victoire de Poultousk, nous apporte de Petersbourg notre nomination de general en chef, et le premier ennemi Boukshevden est enfonce: nous pouvons penser au second, a Bonaparte. Mais ne voila t il pas qu'a ce moment se leve devant nous un troisieme ennemi, c'est le православное qui demande a grands cris du pain, de la viande, des souchary, du foin, – que sais je! Les magasins sont vides, les сhemins impraticables. Le православное se met a la Marieaude, et d'une maniere dont la derieniere campagne ne peut vous donner la moindre idee. La moitie des regiments forme des troupes libres, qui parcourent la contree en mettant tout a feu et a sang. Les habitants sont ruines de fond en comble, les hopitaux regorgent de malades, et la disette est partout. Deux fois le quartier general a ete attaque par des troupes de Marieaudeurs et le general en chef a ete oblige lui meme de demander un bataillon pour les chasser. Dans une de ces attaques on m'a еmporte ma malle vide et ma robe de chambre. L'Empereur veut donner le droit a tous les chefs de divisions de fusiller les Marieaudeurs, mais je crains fort que cela n'oblige une moitie de l'armee de fusiller l'autre.