AMC 34

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Прототип AMC 34
AMC 34YR
Классификация

лёгкий танк

Боевая масса, т

10,8

Компоновочная схема

классическая

Экипаж, чел.

3

История
Производитель

Renault

Годы разработки

1934

Годы производства

1935

Годы эксплуатации

1935—1945

Количество выпущенных, шт.

12

Основные операторы

Франция Франция

Размеры
Длина корпуса, мм

3976

Ширина корпуса, мм

2055

Высота, мм

2280

Бронирование
Тип брони

стальная катаная

Лоб корпуса, мм/град.

20

Корма корпуса, мм/град.

5

Вооружение
Калибр и марка пушки

25-мм Hotchkiss

Пулемёты

1 × 7,5-мм Ribeaux

Подвижность
Тип двигателя
Мощность двигателя, л. с.

120

Скорость по шоссе, км/ч

40

Запас хода по шоссе, км

200

AMC 34 или Auto-mitrailleuse de combat AMC 34YR — французский лёгкий танк огневой поддержки кавалерии, выпускавшимся фирмой Рено в конце 1935 года. Всего было выпущено 12 штук. Танки находились в строю до 1940 года, в составе французских вооружённых сил в Марокко. В сентябре 1939 года предполагалось вывести их из боевого состава и заменить на Н39.
Развитие этого танка привело к создание улучшенной версии — AMC 35.






История создания

AMC 34 задумывался как замена AMR 33VM. Рабочий прототип был изготовлен в 1934 году. По сравнению с AMR 33VM были серьёзно усилены защита и вооружение. Однако в массовое производство пошла другая разработка фирмы Renault — вариант под обозначением AMR 35. AMC 34 же был выпущен небольшой установочной серией в количестве 12 экземпляров.

Серийное производство

В конце 1935 года на фирме Renault была выпущена небольшая серия из 12 машин AMC 34YR.

Модификации

Тактико-технические характеристики

Серийные образцы

Опытные образцы

Описание конструкции

Танк классической компоновки, со смещением отделения управления и боевого отделения к одному борту, а двигателя и трансмиссии — к другому. Впервые была применена двухместная башня.

Броневой корпус и башня

Корпус и башня танка собирались из катаных броневых листов методом клёпочного соединения и крепились к каркасу из уголков. Бронелисты устанавливались с рациональными углами наклона.

Вооружение

Вооружение танка состояло из 25-мм танковой пушки Hotchkiss с боезапасом 75 артиллерийских выстрелов и одного пулемёта Ribeaux калибра 7,5 мм с боезапасом 1750 патронов. Орудие танка было основано на буксируемой противотанковой пушке французского производства и являлось достаточно современным образцом вооружения на тот момент времени. Пушка могла пробить броню практически любого существующего в то время танка мира на разумных дистанциях огневого соприкосновения.

Средства наблюдения и связи

Двигатель и трансмиссия

Четырёхцилиндровый карбюраторный рядный двигатель жидкостного охлаждения Renault мощностью 120 лошадиных сил использовал в качестве горючего автомобильный бензин. По сравнению с предыдущими моделями танков фирмы Рено был существенно повышен объём и увеличена мощность двигателя.

Ходовая часть

В танке AMC 34YR был применён гусеничный движитель и подвеска, к тому времени уже хорошо себя зарекомендовавшая на моделях AMR 33/AMR 35. Применительно к одному борту ходовая часть состояла из четырёх опорных обрезиненных катков, четырёх поддерживающих катков, направляющего колеса заднего расположения. Ведущее колесо находилось спереди. Подвеска была маятниковая, с поперечными рессорами из каучука.

Специальное оборудование

Машины на базе

Операторы

Данная модель танка стояла на вооружении только во французской армии.

Служба и боевое применение

Организационная структура

После завершения производства всех машин из этой модификации, они были отправлены во Французскую Африку и поступили на вооружение 1-го полка африканских стрелков, который был дислоцирован в городе Рабат.

Боевое применение

Трофейные машины

Сохранившиеся экземпляры

Оценка машины

Машина в массовой культуре

Напишите отзыв о статье "AMC 34"

Примечания

Литература

  • М. Коломиец, И. Мощанский. Бронетанковая техника Франции и Италии 1939—1945 / М. Б. Барятинский. — М.: Моделист-конструктор, 1998. — 32 с. — (Бронеколлекция № 4(19)).
  • Игорь Павлович Шмелев. История танка (1916—1996) / Александр Перевозчиков. — М.: Техника — молодёжи, 1996. — 208 с. — 20 000 экз. — ISBN 5-88573-001-6.


Отрывок, характеризующий AMC 34

Наполеон чуть поворотил голову назад и отвел назад свою маленькую пухлую ручку, как будто желая взять что то. Лица его свиты, догадавшись в ту же секунду в чем дело, засуетились, зашептались, передавая что то один другому, и паж, тот самый, которого вчера видел Ростов у Бориса, выбежал вперед и почтительно наклонившись над протянутой рукой и не заставив ее дожидаться ни одной секунды, вложил в нее орден на красной ленте. Наполеон, не глядя, сжал два пальца. Орден очутился между ними. Наполеон подошел к Лазареву, который, выкатывая глаза, упорно продолжал смотреть только на своего государя, и оглянулся на императора Александра, показывая этим, что то, что он делал теперь, он делал для своего союзника. Маленькая белая рука с орденом дотронулась до пуговицы солдата Лазарева. Как будто Наполеон знал, что для того, чтобы навсегда этот солдат был счастлив, награжден и отличен от всех в мире, нужно было только, чтобы его, Наполеонова рука, удостоила дотронуться до груди солдата. Наполеон только прило жил крест к груди Лазарева и, пустив руку, обратился к Александру, как будто он знал, что крест должен прилипнуть к груди Лазарева. Крест действительно прилип.
Русские и французские услужливые руки, мгновенно подхватив крест, прицепили его к мундиру. Лазарев мрачно взглянул на маленького человечка, с белыми руками, который что то сделал над ним, и продолжая неподвижно держать на караул, опять прямо стал глядеть в глаза Александру, как будто он спрашивал Александра: всё ли еще ему стоять, или не прикажут ли ему пройтись теперь, или может быть еще что нибудь сделать? Но ему ничего не приказывали, и он довольно долго оставался в этом неподвижном состоянии.
Государи сели верхами и уехали. Преображенцы, расстроивая ряды, перемешались с французскими гвардейцами и сели за столы, приготовленные для них.
Лазарев сидел на почетном месте; его обнимали, поздравляли и жали ему руки русские и французские офицеры. Толпы офицеров и народа подходили, чтобы только посмотреть на Лазарева. Гул говора русского французского и хохота стоял на площади вокруг столов. Два офицера с раскрасневшимися лицами, веселые и счастливые прошли мимо Ростова.
– Каково, брат, угощенье? Всё на серебре, – сказал один. – Лазарева видел?
– Видел.
– Завтра, говорят, преображенцы их угащивать будут.
– Нет, Лазареву то какое счастье! 10 франков пожизненного пенсиона.
– Вот так шапка, ребята! – кричал преображенец, надевая мохнатую шапку француза.
– Чудо как хорошо, прелесть!
– Ты слышал отзыв? – сказал гвардейский офицер другому. Третьего дня было Napoleon, France, bravoure; [Наполеон, Франция, храбрость;] вчера Alexandre, Russie, grandeur; [Александр, Россия, величие;] один день наш государь дает отзыв, а другой день Наполеон. Завтра государь пошлет Георгия самому храброму из французских гвардейцев. Нельзя же! Должен ответить тем же.
Борис с своим товарищем Жилинским тоже пришел посмотреть на банкет преображенцев. Возвращаясь назад, Борис заметил Ростова, который стоял у угла дома.
– Ростов! здравствуй; мы и не видались, – сказал он ему, и не мог удержаться, чтобы не спросить у него, что с ним сделалось: так странно мрачно и расстроено было лицо Ростова.
– Ничего, ничего, – отвечал Ростов.
– Ты зайдешь?
– Да, зайду.
Ростов долго стоял у угла, издалека глядя на пирующих. В уме его происходила мучительная работа, которую он никак не мог довести до конца. В душе поднимались страшные сомнения. То ему вспоминался Денисов с своим изменившимся выражением, с своей покорностью и весь госпиталь с этими оторванными руками и ногами, с этой грязью и болезнями. Ему так живо казалось, что он теперь чувствует этот больничный запах мертвого тела, что он оглядывался, чтобы понять, откуда мог происходить этот запах. То ему вспоминался этот самодовольный Бонапарте с своей белой ручкой, который был теперь император, которого любит и уважает император Александр. Для чего же оторванные руки, ноги, убитые люди? То вспоминался ему награжденный Лазарев и Денисов, наказанный и непрощенный. Он заставал себя на таких странных мыслях, что пугался их.
Запах еды преображенцев и голод вызвали его из этого состояния: надо было поесть что нибудь, прежде чем уехать. Он пошел к гостинице, которую видел утром. В гостинице он застал так много народу, офицеров, так же как и он приехавших в статских платьях, что он насилу добился обеда. Два офицера одной с ним дивизии присоединились к нему. Разговор естественно зашел о мире. Офицеры, товарищи Ростова, как и большая часть армии, были недовольны миром, заключенным после Фридланда. Говорили, что еще бы подержаться, Наполеон бы пропал, что у него в войсках ни сухарей, ни зарядов уж не было. Николай молча ел и преимущественно пил. Он выпил один две бутылки вина. Внутренняя поднявшаяся в нем работа, не разрешаясь, всё также томила его. Он боялся предаваться своим мыслям и не мог отстать от них. Вдруг на слова одного из офицеров, что обидно смотреть на французов, Ростов начал кричать с горячностью, ничем не оправданною, и потому очень удивившею офицеров.
– И как вы можете судить, что было бы лучше! – закричал он с лицом, вдруг налившимся кровью. – Как вы можете судить о поступках государя, какое мы имеем право рассуждать?! Мы не можем понять ни цели, ни поступков государя!
– Да я ни слова не говорил о государе, – оправдывался офицер, не могший иначе как тем, что Ростов пьян, объяснить себе его вспыльчивости.
Но Ростов не слушал.
– Мы не чиновники дипломатические, а мы солдаты и больше ничего, – продолжал он. – Умирать велят нам – так умирать. А коли наказывают, так значит – виноват; не нам судить. Угодно государю императору признать Бонапарте императором и заключить с ним союз – значит так надо. А то, коли бы мы стали обо всем судить да рассуждать, так этак ничего святого не останется. Этак мы скажем, что ни Бога нет, ничего нет, – ударяя по столу кричал Николай, весьма некстати, по понятиям своих собеседников, но весьма последовательно по ходу своих мыслей.
– Наше дело исполнять свой долг, рубиться и не думать, вот и всё, – заключил он.
– И пить, – сказал один из офицеров, не желавший ссориться.
– Да, и пить, – подхватил Николай. – Эй ты! Еще бутылку! – крикнул он.



В 1808 году император Александр ездил в Эрфурт для нового свидания с императором Наполеоном, и в высшем Петербургском обществе много говорили о величии этого торжественного свидания.
В 1809 году близость двух властелинов мира, как называли Наполеона и Александра, дошла до того, что, когда Наполеон объявил в этом году войну Австрии, то русский корпус выступил за границу для содействия своему прежнему врагу Бонапарте против прежнего союзника, австрийского императора; до того, что в высшем свете говорили о возможности брака между Наполеоном и одной из сестер императора Александра. Но, кроме внешних политических соображений, в это время внимание русского общества с особенной живостью обращено было на внутренние преобразования, которые были производимы в это время во всех частях государственного управления.
Жизнь между тем, настоящая жизнь людей с своими существенными интересами здоровья, болезни, труда, отдыха, с своими интересами мысли, науки, поэзии, музыки, любви, дружбы, ненависти, страстей, шла как и всегда независимо и вне политической близости или вражды с Наполеоном Бонапарте, и вне всех возможных преобразований.
Князь Андрей безвыездно прожил два года в деревне. Все те предприятия по именьям, которые затеял у себя Пьер и не довел ни до какого результата, беспрестанно переходя от одного дела к другому, все эти предприятия, без выказыванья их кому бы то ни было и без заметного труда, были исполнены князем Андреем.