Дейтонское соглашение

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
 История Боснии и Герцеговины

Дославянский период

ИллирикДалмация

Средние века

Боснийский банатБоснийское королевство

Османская империя

Боснийский эялет, Боснийский вилайет

Австро-Венгрия

Кондоминиум Босния и Герцеговина

Югославия

Врбасская бановинаДринская бановинаЗетская бановинаХорватская бановина

Независимое государство Хорватия

СР Босния и Герцеговина

Период независимости

Республика Босния и Герцеговина, Хорватская республика Герцег-Босна, Республика Сербская, Республика Западная Босния

Босния и Герцеговина


Портал «Босния и Герцеговина»

Де́йтонское соглаше́ние — соглашение о прекращении огня, разделении враждующих сторон и обособлении территорий, положившее конец гражданской войне в Республике Босния и Герцеговина 19921995 гг. Согласовано 21 ноября 1995 года на военной базе США в Дейтоне (штат Огайо), подписано 14 декабря 1995 года в Париже лидером боснийцев Алиёй Изетбеговичем, президентом Сербии Слободаном Милошевичем и президентом Хорватии Франьо Туджманом.





Инициатива США

Мирные переговоры проходили при активном участии США, которые предложили создание боснийско-хорватской федерации. Договор о прекращении Хорватско-боснийского конфликта и создании Федерации Боснии и Герцеговины был подписан в Вашингтоне и Вене в марте 1994 года премьер-министром Республики Босния и Герцеговина Харисом Силайджичем, министром иностранных дел Хорватии Мате Граничем и президентом Герцег-Босны Крешимиром Зубаком. Боснийские сербы отказались присоединиться к этому договору.

Непосредственно перед подписанием Дейтонского соглашения, в августе-сентябре 1995 года авиация НАТО провела воздушную операцию «Обдуманная сила» против боснийских сербов, которая сыграла роль в остановке сербского наступления и некотором изменении военной ситуации в пользу боснийско-хорватских сил.

Переговоры в Дейтоне шли при участии стран-гарантов: США, России, Германии, Великобритании и Франции.

Содержание

Соглашение состояло из общей части и одиннадцати приложений. На территорию Республики Босния и Герцеговина вводился контингент войск НАТО (IFOR) — 60 тысяч солдат, половина из которых — американцы.

Предусматривалось, что государство Босния и Герцеговина должно состоять из двух частей — Федерации Боснии и Герцеговины и Республики Сербской. Столицей осталось Сараево. Житель Республики Босния и Герцеговина мог быть гражданином как объединённой республики, так и одного из двух образований. Сербы получили 49 % территории, боснийцы и хорваты — 51 %.

Горажде отходило боснийцам, оно соединялось с Сараево коридором, который контролировали международные силы. Сараево и прилегающие к нему сербские районы переходили в боснийскую часть. Точное прохождение границы внутри района Брчко должна была определить Арбитражная комиссия.

Соглашение запретило обвинённым Международным трибуналом по бывшей Югославии занимать государственные должности на территории Республики Босния и Герцеговина. Таким образом от власти были отстранены Радован Караджич, Ратко Младич, Дарио Кордич и другие лидеры боснийских сербов и хорватов.

Функции главы государства передавались Президиуму, состоящему из трёх человек — по одному от каждого народа.

Законодательная власть должна была принадлежать Парламентской скупщине, состоящей из Палаты народов и Палаты представителей. Треть депутатов избирается от Республики Сербской, две трети — от Федерации Боснии и Герцеговины. При этом вводилось «вето народа»: если большинство депутатов, избранных от одного из трёх народов, голосовали против того или иного предложения, оно считалось отвергнутым, несмотря на позицию других двух народов.

В целом, полномочия центральных властей, по соглашению, были весьма ограниченными. Реальная власть передавалась органам Федерации и Республики Сербской. Вся система должна была работать под наблюдением Верховного представителя по Боснии и Герцеговине.

Современный статус

Дейтонское соглашение заложило основу конституционного устройства Боснии и Герцеговины, которое сохраняется до сегодняшнего дня. Созданная ими система считается громоздкой и малоэффективной,К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 4537 дней] но до восстановления взаимного доверия между тремя народами её отмена затруднительна. В последние годы западные страны более активно призывают к пересмотру Дейтонской системы и введению традиционной конституции. Этот план, в частности, позволил бы ускорить сближение Боснии и Герцеговины с Европейским союзом. Однако на сегодня согласие по нему не достигнуто, причём в большей степени за перемены выступают боснийцы и хорватыК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2639 дней].

Округ Брчко и нарушение Дейтонского соглашения

Статья 5 Приложения 2 Дейтонского соглашения гласит, что третейский суд в лице 3 судей должен в обозначенные сроки определить точную границу между Республикой Сербской и Федерацией Боснии и Герцеговины в её спорной части, проходящей через округ Брчко,[1] который к тому времени уже был разделён на сербскую (48 %, включая город Брчко) и боснийско-хорватскую (52 %) части.

Вместо этого суд вынес решение, в котором сохранил округ Брчко в виде единой административной единицы в составе Боснии и Герцеговины, наделил его статусом автономии и таким образом фактически исключил его из состава как Федерации Боснии и Герцеговины, так и Республики Сербской. При этом Республика Сербская потеряла непрерывность своих территорий, а Федерация получила коридор для доступа к своим северным анклавам напрямую и через территорию Хорватии.

См. также

Напишите отзыв о статье "Дейтонское соглашение"

Примечания

  1. [www.ohr.int/dpa/default.asp?content_id=370 The General Framework Agreement: Annex 2 // Article V: Arbitration for the Brcko Area]

Ссылки

  • [www.ohr.int/dpa/default.asp?content_id=380 Office of the High Representative and EU Special Representative: The General Framework Agreement]  (англ.)
  • [www.observer.materik.ru/observer/N8_2010/057_065.pdf «Балканы -- ахиллесова пята евро-атлантической безопасности] - А.Абашидзе, А.Солнцев, статья из журнала "Обозреватель", №8 за 2010 год

Отрывок, характеризующий Дейтонское соглашение

«Что то очень важное происходит между ними», думал Пьер, и радостное и вместе горькое чувство заставляло его волноваться и забывать об игре.
После 6 ти роберов генерал встал, сказав, что эдак невозможно играть, и Пьер получил свободу. Наташа в одной стороне говорила с Соней и Борисом, Вера о чем то с тонкой улыбкой говорила с князем Андреем. Пьер подошел к своему другу и спросив не тайна ли то, что говорится, сел подле них. Вера, заметив внимание князя Андрея к Наташе, нашла, что на вечере, на настоящем вечере, необходимо нужно, чтобы были тонкие намеки на чувства, и улучив время, когда князь Андрей был один, начала с ним разговор о чувствах вообще и о своей сестре. Ей нужно было с таким умным (каким она считала князя Андрея) гостем приложить к делу свое дипломатическое искусство.
Когда Пьер подошел к ним, он заметил, что Вера находилась в самодовольном увлечении разговора, князь Андрей (что с ним редко бывало) казался смущен.
– Как вы полагаете? – с тонкой улыбкой говорила Вера. – Вы, князь, так проницательны и так понимаете сразу характер людей. Что вы думаете о Натали, может ли она быть постоянна в своих привязанностях, может ли она так, как другие женщины (Вера разумела себя), один раз полюбить человека и навсегда остаться ему верною? Это я считаю настоящею любовью. Как вы думаете, князь?
– Я слишком мало знаю вашу сестру, – отвечал князь Андрей с насмешливой улыбкой, под которой он хотел скрыть свое смущение, – чтобы решить такой тонкий вопрос; и потом я замечал, что чем менее нравится женщина, тем она бывает постояннее, – прибавил он и посмотрел на Пьера, подошедшего в это время к ним.
– Да это правда, князь; в наше время, – продолжала Вера (упоминая о нашем времени, как вообще любят упоминать ограниченные люди, полагающие, что они нашли и оценили особенности нашего времени и что свойства людей изменяются со временем), в наше время девушка имеет столько свободы, что le plaisir d'etre courtisee [удовольствие иметь поклонников] часто заглушает в ней истинное чувство. Et Nathalie, il faut l'avouer, y est tres sensible. [И Наталья, надо признаться, на это очень чувствительна.] Возвращение к Натали опять заставило неприятно поморщиться князя Андрея; он хотел встать, но Вера продолжала с еще более утонченной улыбкой.
– Я думаю, никто так не был courtisee [предметом ухаживанья], как она, – говорила Вера; – но никогда, до самого последнего времени никто серьезно ей не нравился. Вот вы знаете, граф, – обратилась она к Пьеру, – даже наш милый cousin Борис, который был, entre nous [между нами], очень и очень dans le pays du tendre… [в стране нежностей…]
Князь Андрей нахмурившись молчал.
– Вы ведь дружны с Борисом? – сказала ему Вера.
– Да, я его знаю…
– Он верно вам говорил про свою детскую любовь к Наташе?
– А была детская любовь? – вдруг неожиданно покраснев, спросил князь Андрей.
– Да. Vous savez entre cousin et cousine cette intimite mene quelquefois a l'amour: le cousinage est un dangereux voisinage, N'est ce pas? [Знаете, между двоюродным братом и сестрой эта близость приводит иногда к любви. Такое родство – опасное соседство. Не правда ли?]
– О, без сомнения, – сказал князь Андрей, и вдруг, неестественно оживившись, он стал шутить с Пьером о том, как он должен быть осторожным в своем обращении с своими 50 ти летними московскими кузинами, и в середине шутливого разговора встал и, взяв под руку Пьера, отвел его в сторону.
– Ну что? – сказал Пьер, с удивлением смотревший на странное оживление своего друга и заметивший взгляд, который он вставая бросил на Наташу.
– Мне надо, мне надо поговорить с тобой, – сказал князь Андрей. – Ты знаешь наши женские перчатки (он говорил о тех масонских перчатках, которые давались вновь избранному брату для вручения любимой женщине). – Я… Но нет, я после поговорю с тобой… – И с странным блеском в глазах и беспокойством в движениях князь Андрей подошел к Наташе и сел подле нее. Пьер видел, как князь Андрей что то спросил у нее, и она вспыхнув отвечала ему.
Но в это время Берг подошел к Пьеру, настоятельно упрашивая его принять участие в споре между генералом и полковником об испанских делах.
Берг был доволен и счастлив. Улыбка радости не сходила с его лица. Вечер был очень хорош и совершенно такой, как и другие вечера, которые он видел. Всё было похоже. И дамские, тонкие разговоры, и карты, и за картами генерал, возвышающий голос, и самовар, и печенье; но одного еще недоставало, того, что он всегда видел на вечерах, которым он желал подражать.
Недоставало громкого разговора между мужчинами и спора о чем нибудь важном и умном. Генерал начал этот разговор и к нему то Берг привлек Пьера.


На другой день князь Андрей поехал к Ростовым обедать, так как его звал граф Илья Андреич, и провел у них целый день.
Все в доме чувствовали для кого ездил князь Андрей, и он, не скрывая, целый день старался быть с Наташей. Не только в душе Наташи испуганной, но счастливой и восторженной, но во всем доме чувствовался страх перед чем то важным, имеющим совершиться. Графиня печальными и серьезно строгими глазами смотрела на князя Андрея, когда он говорил с Наташей, и робко и притворно начинала какой нибудь ничтожный разговор, как скоро он оглядывался на нее. Соня боялась уйти от Наташи и боялась быть помехой, когда она была с ними. Наташа бледнела от страха ожидания, когда она на минуты оставалась с ним с глазу на глаз. Князь Андрей поражал ее своей робостью. Она чувствовала, что ему нужно было сказать ей что то, но что он не мог на это решиться.
Когда вечером князь Андрей уехал, графиня подошла к Наташе и шопотом сказала:
– Ну что?
– Мама, ради Бога ничего не спрашивайте у меня теперь. Это нельзя говорить, – сказала Наташа.
Но несмотря на то, в этот вечер Наташа, то взволнованная, то испуганная, с останавливающимися глазами лежала долго в постели матери. То она рассказывала ей, как он хвалил ее, то как он говорил, что поедет за границу, то, что он спрашивал, где они будут жить это лето, то как он спрашивал ее про Бориса.
– Но такого, такого… со мной никогда не бывало! – говорила она. – Только мне страшно при нем, мне всегда страшно при нем, что это значит? Значит, что это настоящее, да? Мама, вы спите?
– Нет, душа моя, мне самой страшно, – отвечала мать. – Иди.
– Все равно я не буду спать. Что за глупости спать? Maмаша, мамаша, такого со мной никогда не бывало! – говорила она с удивлением и испугом перед тем чувством, которое она сознавала в себе. – И могли ли мы думать!…
Наташе казалось, что еще когда она в первый раз увидала князя Андрея в Отрадном, она влюбилась в него. Ее как будто пугало это странное, неожиданное счастье, что тот, кого она выбрала еще тогда (она твердо была уверена в этом), что тот самый теперь опять встретился ей, и, как кажется, неравнодушен к ней. «И надо было ему нарочно теперь, когда мы здесь, приехать в Петербург. И надо было нам встретиться на этом бале. Всё это судьба. Ясно, что это судьба, что всё это велось к этому. Еще тогда, как только я увидала его, я почувствовала что то особенное».