Малви, Шинейд

Поделись знанием:
(перенаправлено с «Шинэйд Малви»)
Перейти к: навигация, поиск
Шинейд Малви
Sinéad Mulvey
Основная информация
Годы активности

2005-настоящее время

Страна

Ирландия Ирландия

Профессии

Стюардесса, певица

Жанры

поп, рок

Шинейд Малви (ирл. Sinéad Mulvey) — полу-профессиональная певица и стюардесса из Ирландии. В 2009 году совместно с ирландской рок-группой Black Daisy представляла свою страну на конкурсе песни Евровидение с песней «Et Cetera»[1][2]. Шинейд выступала во втором полуфинале, но в финал пройти не смогла. До Евровидения 2009 участвовала в ирландском шоу You’re a Star (Ты звезда), но также не дошла до финала.





Биография

Ранняя жизнь

Шинейд дебютировала на сцене в возрасте 13 лет в мюзикле Cinderella (Золушка). В 2005 году приняла участие в конкурсе талантов, устраиваемым ирландской телекомпанией RTÉ, You’re a Star (Ты звезда)[3]. Также Шинейд работает стюардессой в Aer Lingus.[4]

Евровидение 2009

RTÉ принимала заявки на участие в отборочном туре на Евровидение 2009 со 20 декабря 2008 года по 2 февраля 2009.[5] 20 февраля 2009 Шинейд, совместно с рок-группой Black Daisy, победила в отборочном туре. Шинейд и Black Daisy выдержали конкуренцию со стороны пяти других претендентов в «The Late Late Show Eurosong Special», получив 78 баллов из 80 возможных. Шинейд «была потрясена победой», но «приняла её за честь».[6] Её семья и друзья сопровождали её в самолёте в Москву.[4]

В Москве до выступления Малви в компании с делегацией RTÉ посетила некоторые достопримечательности и была сфотографирована с Black Daisy и ирландским телекомментатором Евровидения 2009 Марти Уиланом и радиокомментатором Ларри Гоганом.[7] Во время репетиций Шинейд перемерила большое количество нарядов, но остановилась на чёрной рокерской куртке в стиле Кэти Перри и Аврил Лавин и наращивании волос.[4]

Шинейд Малви выступила с песней Et Cetera в стиле поп-рок под вторым номером во втором полуфинале в спорткомплексе Олимпийском 14 мая 2009, но в финал пройти не смогла.[8][9] Выступление проходило перед 20000 человек.[4] Малви и Black Daisy набрали 52 балла и заняли 11-е место.[10] Несмотря на проигрыш артисты были награждены «бурными аплодисментами».[9]

В интервью на радиошоу Morning Ireland Шинейд сказала: «Мы сделали всё, что могли. Мы вложили всю душу в это выступление».[11] Певица говорит, что с тех пор она и её группа получали множество предложений, но настаивает на том, что ни она, ни Black Daisy больше никогда не будут представлять Ирландию на Евровидении.[11]

Напишите отзыв о статье "Малви, Шинейд"

Примечания

  1. [esctoday.com/news/read/13315 Esco today article]
  2. [www.eurovision.tv/page/news?id=1944 Eurovision TV article]
  3. myspace.com/sineadmulvey Sinéad’s Biography on myspace
  4. 1 2 3 4 [www.herald.ie/entertainment/music/air-hostess-sinead-on-song-for-tonights-euro-challenge-1738898.html Air hostess Sinead on song for tonight's Euro challenge]. Evening Herald (14 мая 2009). Проверено 15 мая 2009. [www.webcitation.org/66rcpK9BJ Архивировано из первоисточника 12 апреля 2012].
  5. [www.rte.ie/arts/2008/1220/eurovision.html RTÉ in call for eurovision entries]. RTÉ (20 декабря 2008). Проверено 15 мая 2009. [www.webcitation.org/66rcr2EdS Архивировано из первоисточника 12 апреля 2012].
  6. [www.rte.ie/arts/2009/0221/eurovision.html Et Cetera chosen as Eurovision entry]. RTÉ (21 февраля 2009). Проверено 15 мая 2009. [www.webcitation.org/66rcs02Ga Архивировано из первоисточника 12 апреля 2012].
  7. [www.rte.ie/arts/artsgallery/1275726.html From Russia with Love!]. RTÉ. Проверено 15 мая 2009. [www.webcitation.org/66rcsmHiN Архивировано из первоисточника 12 апреля 2012].
  8. [news.bbc.co.uk/2/hi/entertainment/8051392.stm Ireland dumped out of Eurovision]. BBC (15 мая 2009). Проверено 15 мая 2009. [www.webcitation.org/66rcuH5lP Архивировано из первоисточника 12 апреля 2012].
  9. 1 2 [www.belfasttelegraph.co.uk/entertainment/music/news/irish-band-is-dumped-out-of-eurovision-song-contest-14303320.html Irish band is dumped out of Eurovision Song Contest]. The Belfast Telegraph (15 мая 2009). Проверено 15 мая 2009. [www.webcitation.org/66rcvaZL6 Архивировано из первоисточника 12 апреля 2012].
  10. [www.eurovision.tv/page/moscow2009/the-participants/semifinal2 Eurovision Song Contest 2009 Semi-Final (2)]
  11. 1 2 [www.rte.ie/arts/2009/0515/eurovision.html Irish Eurovision dream is over]. RTÉ (15 мая 2009). Проверено 15 мая 2009. [www.webcitation.org/66rcxyM4L Архивировано из первоисточника 12 апреля 2012].

См. также

Ссылки

  • [www.facebook.com/people/Sinead-Mulvey/1264018335 Sinéad Mulvey] на Facebook
  • [myspace.com/sineadmulvey Официальная страница Малви, Шинейд] (англ.) на сайте Myspace
  • [www.rte.ie/arts/artsgallery/1275726.html Moscow photo gallery] на RTÉ
  • [www.rte.ie/arts/2009/0515/eurovision_av.html?2541797,null,228 Video] «Et Cetera»
  • [www.rte.ie/tv/eurovision2009/ Eurovision page] на RTÉ
  • [sports.williamhill.com/bet/EN/betting/e/1329/Eurovision-Song-Contest-2009.html Betting Odds for Eurovision 2009]
Предшественник:
Dustin the Turkey
Ирландия на конкурсе песни Евровидение
2009
Преемник:
Нив Кавана

Отрывок, характеризующий Малви, Шинейд

Накануне своего отъезда из Петербурга, князь Андрей привез с собой Пьера, со времени бала ни разу не бывшего у Ростовых. Пьер казался растерянным и смущенным. Он разговаривал с матерью. Наташа села с Соней у шахматного столика, приглашая этим к себе князя Андрея. Он подошел к ним.
– Вы ведь давно знаете Безухого? – спросил он. – Вы любите его?
– Да, он славный, но смешной очень.
И она, как всегда говоря о Пьере, стала рассказывать анекдоты о его рассеянности, анекдоты, которые даже выдумывали на него.
– Вы знаете, я поверил ему нашу тайну, – сказал князь Андрей. – Я знаю его с детства. Это золотое сердце. Я вас прошу, Натали, – сказал он вдруг серьезно; – я уеду, Бог знает, что может случиться. Вы можете разлю… Ну, знаю, что я не должен говорить об этом. Одно, – чтобы ни случилось с вами, когда меня не будет…
– Что ж случится?…
– Какое бы горе ни было, – продолжал князь Андрей, – я вас прошу, m lle Sophie, что бы ни случилось, обратитесь к нему одному за советом и помощью. Это самый рассеянный и смешной человек, но самое золотое сердце.
Ни отец и мать, ни Соня, ни сам князь Андрей не могли предвидеть того, как подействует на Наташу расставанье с ее женихом. Красная и взволнованная, с сухими глазами, она ходила этот день по дому, занимаясь самыми ничтожными делами, как будто не понимая того, что ожидает ее. Она не плакала и в ту минуту, как он, прощаясь, последний раз поцеловал ее руку. – Не уезжайте! – только проговорила она ему таким голосом, который заставил его задуматься о том, не нужно ли ему действительно остаться и который он долго помнил после этого. Когда он уехал, она тоже не плакала; но несколько дней она не плача сидела в своей комнате, не интересовалась ничем и только говорила иногда: – Ах, зачем он уехал!
Но через две недели после его отъезда, она так же неожиданно для окружающих ее, очнулась от своей нравственной болезни, стала такая же как прежде, но только с измененной нравственной физиогномией, как дети с другим лицом встают с постели после продолжительной болезни.


Здоровье и характер князя Николая Андреича Болконского, в этот последний год после отъезда сына, очень ослабели. Он сделался еще более раздражителен, чем прежде, и все вспышки его беспричинного гнева большей частью обрушивались на княжне Марье. Он как будто старательно изыскивал все больные места ее, чтобы как можно жесточе нравственно мучить ее. У княжны Марьи были две страсти и потому две радости: племянник Николушка и религия, и обе были любимыми темами нападений и насмешек князя. О чем бы ни заговорили, он сводил разговор на суеверия старых девок или на баловство и порчу детей. – «Тебе хочется его (Николеньку) сделать такой же старой девкой, как ты сама; напрасно: князю Андрею нужно сына, а не девку», говорил он. Или, обращаясь к mademoiselle Bourime, он спрашивал ее при княжне Марье, как ей нравятся наши попы и образа, и шутил…
Он беспрестанно больно оскорблял княжну Марью, но дочь даже не делала усилий над собой, чтобы прощать его. Разве мог он быть виноват перед нею, и разве мог отец ее, который, она всё таки знала это, любил ее, быть несправедливым? Да и что такое справедливость? Княжна никогда не думала об этом гордом слове: «справедливость». Все сложные законы человечества сосредоточивались для нее в одном простом и ясном законе – в законе любви и самоотвержения, преподанном нам Тем, Который с любовью страдал за человечество, когда сам он – Бог. Что ей было за дело до справедливости или несправедливости других людей? Ей надо было самой страдать и любить, и это она делала.
Зимой в Лысые Горы приезжал князь Андрей, был весел, кроток и нежен, каким его давно не видала княжна Марья. Она предчувствовала, что с ним что то случилось, но он не сказал ничего княжне Марье о своей любви. Перед отъездом князь Андрей долго беседовал о чем то с отцом и княжна Марья заметила, что перед отъездом оба были недовольны друг другом.
Вскоре после отъезда князя Андрея, княжна Марья писала из Лысых Гор в Петербург своему другу Жюли Карагиной, которую княжна Марья мечтала, как мечтают всегда девушки, выдать за своего брата, и которая в это время была в трауре по случаю смерти своего брата, убитого в Турции.
«Горести, видно, общий удел наш, милый и нежный друг Julieie».
«Ваша потеря так ужасна, что я иначе не могу себе объяснить ее, как особенную милость Бога, Который хочет испытать – любя вас – вас и вашу превосходную мать. Ах, мой друг, религия, и только одна религия, может нас, уже не говорю утешить, но избавить от отчаяния; одна религия может объяснить нам то, чего без ее помощи не может понять человек: для чего, зачем существа добрые, возвышенные, умеющие находить счастие в жизни, никому не только не вредящие, но необходимые для счастия других – призываются к Богу, а остаются жить злые, бесполезные, вредные, или такие, которые в тягость себе и другим. Первая смерть, которую я видела и которую никогда не забуду – смерть моей милой невестки, произвела на меня такое впечатление. Точно так же как вы спрашиваете судьбу, для чего было умирать вашему прекрасному брату, точно так же спрашивала я, для чего было умирать этому ангелу Лизе, которая не только не сделала какого нибудь зла человеку, но никогда кроме добрых мыслей не имела в своей душе. И что ж, мой друг, вот прошло с тех пор пять лет, и я, с своим ничтожным умом, уже начинаю ясно понимать, для чего ей нужно было умереть, и каким образом эта смерть была только выражением бесконечной благости Творца, все действия Которого, хотя мы их большею частью не понимаем, суть только проявления Его бесконечной любви к Своему творению. Может быть, я часто думаю, она была слишком ангельски невинна для того, чтобы иметь силу перенести все обязанности матери. Она была безупречна, как молодая жена; может быть, она не могла бы быть такою матерью. Теперь, мало того, что она оставила нам, и в особенности князю Андрею, самое чистое сожаление и воспоминание, она там вероятно получит то место, которого я не смею надеяться для себя. Но, не говоря уже о ней одной, эта ранняя и страшная смерть имела самое благотворное влияние, несмотря на всю печаль, на меня и на брата. Тогда, в минуту потери, эти мысли не могли притти мне; тогда я с ужасом отогнала бы их, но теперь это так ясно и несомненно. Пишу всё это вам, мой друг, только для того, чтобы убедить вас в евангельской истине, сделавшейся для меня жизненным правилом: ни один волос с головы не упадет без Его воли. А воля Его руководствуется только одною беспредельною любовью к нам, и потому всё, что ни случается с нами, всё для нашего блага. Вы спрашиваете, проведем ли мы следующую зиму в Москве? Несмотря на всё желание вас видеть, не думаю и не желаю этого. И вы удивитесь, что причиною тому Буонапарте. И вот почему: здоровье отца моего заметно слабеет: он не может переносить противоречий и делается раздражителен. Раздражительность эта, как вы знаете, обращена преимущественно на политические дела. Он не может перенести мысли о том, что Буонапарте ведет дело как с равными, со всеми государями Европы и в особенности с нашим, внуком Великой Екатерины! Как вы знаете, я совершенно равнодушна к политическим делам, но из слов моего отца и разговоров его с Михаилом Ивановичем, я знаю всё, что делается в мире, и в особенности все почести, воздаваемые Буонапарте, которого, как кажется, еще только в Лысых Горах на всем земном шаре не признают ни великим человеком, ни еще менее французским императором. И мой отец не может переносить этого. Мне кажется, что мой отец, преимущественно вследствие своего взгляда на политические дела и предвидя столкновения, которые у него будут, вследствие его манеры, не стесняясь ни с кем, высказывать свои мнения, неохотно говорит о поездке в Москву. Всё, что он выиграет от лечения, он потеряет вследствие споров о Буонапарте, которые неминуемы. Во всяком случае это решится очень скоро. Семейная жизнь наша идет по старому, за исключением присутствия брата Андрея. Он, как я уже писала вам, очень изменился последнее время. После его горя, он теперь только, в нынешнем году, совершенно нравственно ожил. Он стал таким, каким я его знала ребенком: добрым, нежным, с тем золотым сердцем, которому я не знаю равного. Он понял, как мне кажется, что жизнь для него не кончена. Но вместе с этой нравственной переменой, он физически очень ослабел. Он стал худее чем прежде, нервнее. Я боюсь за него и рада, что он предпринял эту поездку за границу, которую доктора уже давно предписывали ему. Я надеюсь, что это поправит его. Вы мне пишете, что в Петербурге о нем говорят, как об одном из самых деятельных, образованных и умных молодых людей. Простите за самолюбие родства – я никогда в этом не сомневалась. Нельзя счесть добро, которое он здесь сделал всем, начиная с своих мужиков и до дворян. Приехав в Петербург, он взял только то, что ему следовало. Удивляюсь, каким образом вообще доходят слухи из Петербурга в Москву и особенно такие неверные, как тот, о котором вы мне пишете, – слух о мнимой женитьбе брата на маленькой Ростовой. Я не думаю, чтобы Андрей когда нибудь женился на ком бы то ни было и в особенности на ней. И вот почему: во первых я знаю, что хотя он и редко говорит о покойной жене, но печаль этой потери слишком глубоко вкоренилась в его сердце, чтобы когда нибудь он решился дать ей преемницу и мачеху нашему маленькому ангелу. Во вторых потому, что, сколько я знаю, эта девушка не из того разряда женщин, которые могут нравиться князю Андрею. Не думаю, чтобы князь Андрей выбрал ее своею женою, и откровенно скажу: я не желаю этого. Но я заболталась, кончаю свой второй листок. Прощайте, мой милый друг; да сохранит вас Бог под Своим святым и могучим покровом. Моя милая подруга, mademoiselle Bourienne, целует вас.