Гершвин (театр)

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Gershwin Theatre

Здание театра в 2007 году: прокат мюзикла «Злая».
Прежние названия

«Uris Theatre»

Основан

1972

Здание театра
Местоположение

Нью-Йорк, США

Вместимость

1933

Ссылки

[gershwintheatre.com/ www.gershwintheatre.com]

Гершвин на Викискладе

К:Театры, основанные в 1972 годуКоординаты: 40°45′45″ с. ш. 73°59′06″ з. д. / 40.7625500° с. ш. 73.9851000° з. д. / 40.7625500; -73.9851000 (G) [www.openstreetmap.org/?mlat=40.7625500&mlon=-73.9851000&zoom=16 (O)] (Я)

«Ге́ршвин» (англ. The Gershwin Theatre) — бродвейский театр, расположенный в западной части 51-й улицы в здании «Парамаунт-Плаза» в театральном квартале Манхэттена, Нью-Йорк, США. Зрительный зал рассчитан на 1933 человека, — это самый вместительный театр Бродвея. Управляется компанией «The Nederlander Organization». В фойе театра находится Зал славы Американского театра.





История

Помещения театра находятся на первых уровнях небоскрёба «Парамаунт-Плаза» на историческом месте театра «Капитолий». Интерьеры в стиле модерн были оформлены по проекту сценографа Ральфа Алсванга. Строительство обошлось примерно $12,5 миллионами[1].

Театр открылся 28 ноября 1972 года под названием «Урис» (англ. Uris Theatre) (по фамилии братьев-антрепренёров Гарольда и Перси). В день открытия здесь состоялась премьера мюзикла «Виа Галактика». Постановка не имела успеха и с первого же шоу приносила значительные убытки. Мюзикл закрылся после семи спектаклей.

В 1974-76 годах театр использовался в качестве концертной площадки для поп и джазовых исполнителей. Здесь выступали Фрэнк Синатра, Элла Фицджеральд, Каунт Бэйси, Рафаэль, Мишель Легран, Энди Уильямс, Джонни Мэтис, Энтони Ньюли, «Queen» и другие.

5 июня 1983 года здесь прошла 37-я церемония награждения премии Тони. В связи с чем театр был переименован в «Гершвин» — по фамилии братьев Айра (поэт-песенник) и Джорджа (композитор)[2].

С 30 октября 2003 года и по сей день в «Гершвине» идёт прокат одного из самых успешных американских мюзиклов — «Злая». Он установил кассовый рекорд театра в последнюю полную неделю 2013 года, собрав 3 201 333 доллара. Это также: 1) рекорд недельной кассы за всю историю бродвейских постановок; 2) впервые за неделю сумма сборов составила более $3 млн[3].

Основные постановки

Напишите отзыв о статье "Гершвин (театр)"

Примечания

  1. [gershwintheatre.com/about.php The Gershwin Theatre]. Gershwin Theatre. Проверено 11 декабря 2014.
  2. Carol Lawson. [www.nytimes.com/1983/06/06/theater/cats-and-torch-song-trilogy-win-top-tonys.html?scp=1&sq=%22Tony+Award%22&st=nyt 'Cats' and 'Torch song trilogy' win top Tonys] (6 июня 1983). Проверено 11 декабря 2014.
  3. Erik Piepenburg. [artsbeat.blogs.nytimes.com/2013/12/30/a-record-setting-week-on-broadway/?_php=true&_type=blogs&_r=1 A Record-Setting Week on Broadway] (30 декабря 2013). Проверено 11 декабря 2014.

Ссылки

  • [gershwintheatre.com/ Официальный сайт театра]  (англ.)
  • [www.ibdb.com/venue.php?id=1369 Страница театра] на Internet Broadway Database  (англ.)


Отрывок, характеризующий Гершвин (театр)

После своего свидания в Москве с Пьером князь Андреи уехал в Петербург по делам, как он сказал своим родным, но, в сущности, для того, чтобы встретить там князя Анатоля Курагина, которого он считал необходимым встретить. Курагина, о котором он осведомился, приехав в Петербург, уже там не было. Пьер дал знать своему шурину, что князь Андрей едет за ним. Анатоль Курагин тотчас получил назначение от военного министра и уехал в Молдавскую армию. В это же время в Петербурге князь Андрей встретил Кутузова, своего прежнего, всегда расположенного к нему, генерала, и Кутузов предложил ему ехать с ним вместе в Молдавскую армию, куда старый генерал назначался главнокомандующим. Князь Андрей, получив назначение состоять при штабе главной квартиры, уехал в Турцию.
Князь Андрей считал неудобным писать к Курагину и вызывать его. Не подав нового повода к дуэли, князь Андрей считал вызов с своей стороны компрометирующим графиню Ростову, и потому он искал личной встречи с Курагиным, в которой он намерен был найти новый повод к дуэли. Но в Турецкой армии ему также не удалось встретить Курагина, который вскоре после приезда князя Андрея в Турецкую армию вернулся в Россию. В новой стране и в новых условиях жизни князю Андрею стало жить легче. После измены своей невесты, которая тем сильнее поразила его, чем старательнее он скрывал ото всех произведенное на него действие, для него были тяжелы те условия жизни, в которых он был счастлив, и еще тяжелее были свобода и независимость, которыми он так дорожил прежде. Он не только не думал тех прежних мыслей, которые в первый раз пришли ему, глядя на небо на Аустерлицком поле, которые он любил развивать с Пьером и которые наполняли его уединение в Богучарове, а потом в Швейцарии и Риме; но он даже боялся вспоминать об этих мыслях, раскрывавших бесконечные и светлые горизонты. Его интересовали теперь только самые ближайшие, не связанные с прежними, практические интересы, за которые он ухватывался с тем большей жадностью, чем закрытое были от него прежние. Как будто тот бесконечный удаляющийся свод неба, стоявший прежде над ним, вдруг превратился в низкий, определенный, давивший его свод, в котором все было ясно, но ничего не было вечного и таинственного.
Из представлявшихся ему деятельностей военная служба была самая простая и знакомая ему. Состоя в должности дежурного генерала при штабе Кутузова, он упорно и усердно занимался делами, удивляя Кутузова своей охотой к работе и аккуратностью. Не найдя Курагина в Турции, князь Андрей не считал необходимым скакать за ним опять в Россию; но при всем том он знал, что, сколько бы ни прошло времени, он не мог, встретив Курагина, несмотря на все презрение, которое он имел к нему, несмотря на все доказательства, которые он делал себе, что ему не стоит унижаться до столкновения с ним, он знал, что, встретив его, он не мог не вызвать его, как не мог голодный человек не броситься на пищу. И это сознание того, что оскорбление еще не вымещено, что злоба не излита, а лежит на сердце, отравляло то искусственное спокойствие, которое в виде озабоченно хлопотливой и несколько честолюбивой и тщеславной деятельности устроил себе князь Андрей в Турции.
В 12 м году, когда до Букарешта (где два месяца жил Кутузов, проводя дни и ночи у своей валашки) дошла весть о войне с Наполеоном, князь Андрей попросил у Кутузова перевода в Западную армию. Кутузов, которому уже надоел Болконский своей деятельностью, служившей ему упреком в праздности, Кутузов весьма охотно отпустил его и дал ему поручение к Барклаю де Толли.
Прежде чем ехать в армию, находившуюся в мае в Дрисском лагере, князь Андрей заехал в Лысые Горы, которые были на самой его дороге, находясь в трех верстах от Смоленского большака. Последние три года и жизни князя Андрея было так много переворотов, так много он передумал, перечувствовал, перевидел (он объехал и запад и восток), что его странно и неожиданно поразило при въезде в Лысые Горы все точно то же, до малейших подробностей, – точно то же течение жизни. Он, как в заколдованный, заснувший замок, въехал в аллею и в каменные ворота лысогорского дома. Та же степенность, та же чистота, та же тишина были в этом доме, те же мебели, те же стены, те же звуки, тот же запах и те же робкие лица, только несколько постаревшие. Княжна Марья была все та же робкая, некрасивая, стареющаяся девушка, в страхе и вечных нравственных страданиях, без пользы и радости проживающая лучшие годы своей жизни. Bourienne была та же радостно пользующаяся каждой минутой своей жизни и исполненная самых для себя радостных надежд, довольная собой, кокетливая девушка. Она только стала увереннее, как показалось князю Андрею. Привезенный им из Швейцарии воспитатель Десаль был одет в сюртук русского покроя, коверкая язык, говорил по русски со слугами, но был все тот же ограниченно умный, образованный, добродетельный и педантический воспитатель. Старый князь переменился физически только тем, что с боку рта у него стал заметен недостаток одного зуба; нравственно он был все такой же, как и прежде, только с еще большим озлоблением и недоверием к действительности того, что происходило в мире. Один только Николушка вырос, переменился, разрумянился, оброс курчавыми темными волосами и, сам не зная того, смеясь и веселясь, поднимал верхнюю губку хорошенького ротика точно так же, как ее поднимала покойница маленькая княгиня. Он один не слушался закона неизменности в этом заколдованном, спящем замке. Но хотя по внешности все оставалось по старому, внутренние отношения всех этих лиц изменились, с тех пор как князь Андрей не видал их. Члены семейства были разделены на два лагеря, чуждые и враждебные между собой, которые сходились теперь только при нем, – для него изменяя свой обычный образ жизни. К одному принадлежали старый князь, m lle Bourienne и архитектор, к другому – княжна Марья, Десаль, Николушка и все няньки и мамки.