Языковой знак

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

   Лингвистика
Теоретическая лингвистика
Дескриптивная лингвистика
Прикладная лингвистика
Прочее
Портал:Лингвистика

Языково́й знак — единица языка (морфема, слово, словосочетание или предложение), служащая либо для обозначения предметов или явлений действительности[1] и их отношений, либо для обозначения отношений между элементами языка в составе сложных знаков; выразитель данного языкового значения[2]. Морфемы, способные реализовывать значения лишь в комбинации с другими знаками, могут быть названы полузнаками[3] или частичными знаками (в противопоставлении полным, отнесённым непосредственно к обозначаемой ситуации — референту, денотату)[1].



Структура знака

Языковой знак материален и идеален одновременно; он представляет собой единство звуковой оболочки (акустического образа) — означающего (формы) и обозначаемого понятия — означаемого (содержания). Означающее материально, означаемое идеально.

Означающее знака состоит из фонем, не являющихся знаковыми единицами; может быть также выделен нижележащий уровень дифференциальных признаков фонем, способствующих восприятию и различению знаков. Незнаковые единицы Л. Ельмслев называл фигурами[3].

Свойства знака

  1. Знак произволен: связь между означающим и означаемым обыкновенно не продиктована свойствами обозначаемого предмета[1]. Тем не менее, знак может быть «относительно мотивированным»[4] в случае, если возможен его синтагматический анализ (разложение на знаковые единицы низшего порядка, к примеру членение слова на морфемы) или оно употреблено в переносном значении[5]. Мотивированность ограничивает произвольность знака. В различных языках и в различные периоды существования одного языка соотношение произвольных и частично мотивированных единиц неодинаково. Так, во французском языке доля немотивированных единиц, по-видимому, заметно возросла по сравнению с латынью[4].
  2. Знак обладает значимостью (ценностью) — совокупностью реляционных (соотносительных) свойств. Значимость можно выявить только в системе, сравнив языковой знак с другими языковыми знаками.
  3. Знак асимметричен: у одного означающего может быть несколько означаемых (в случаях полисемии и омонимии), одно означаемое может иметь несколько означающих (при омосемии). Идею асимметричного дуализма языкового знака высказал С. О. Карцевский. По его мнению, обе стороны языковой единицы (означающее и обозначаемое) не являются неподвижными, то есть соотношение между ними неизбежно нарушается. Это значит, что постепенно изменяется как звуковой облик языковой единицы, так и её значение, что приводит к нарушению первоначального соответствия.
  4. Означающее носит линейный характер: в речи наблюдается последовательное развёртывание единиц, располагаемых друг относительно друга по определённым законам[6].
  5. Знак характеризуется вариантностью.
  6. Знак характеризуется изменяемостью. Данное свойство может проявляться различным образом:
  • означающее изменяется, а означаемое остаётся неизменным. Например, раньше месяц февраль назывался феврарь, с течением времени это название трансформировалось в привычное нам февраль; ср. также чело — лоб;
  • означающее остаётся неизменным, а означаемое меняется. Так, слово девка в XVIIIXIX вв. не имело отрицательной коннотации, сегодня же мы его употребляем в выражениях наподобие гулящая девка. Также сволочью ранее называли того, кого приводили в полицейский участокК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 4634 дня]. Слово парень обладало в XVIII—XIX вв. отрицательным уничижительным оттенком; в XX же веке слово юноша выходит из употребления и наблюдается нейтрализация слова парень. Значение может расширяться или сужаться с течением времени. Например, слово пиво ранее обозначало всё, что можно питьК:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 4634 дня], а словом порох называли любое сыпучее вещество.

Напишите отзыв о статье "Языковой знак"

Примечания

  1. 1 2 3 Знак языковой — статья из Большой советской энциклопедии.
  2. Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. М.: КомКнига, 2007
  3. 1 2 Лингвистический энциклопедический словарь, статья «Знак языковой»
  4. 1 2 Ф. де Соссюр. Курс общей лингвистики. М.: КомКнига, 2006
  5. Лингвистический энциклопедический словарь, статья «Означающее»
  6. Соссюр, Фердинанд Монжин де — статья из Большой советской энциклопедии.


Отрывок, характеризующий Языковой знак

Несвицкий, отдуваясь, поднялся и, улыбаясь, подошел к генералу.
– Не угодно ли закусить вашему превосходительству? – сказал он.
– Нехорошо дело, – сказал генерал, не отвечая ему, – замешкались наши.
– Не съездить ли, ваше превосходительство? – сказал Несвицкий.
– Да, съездите, пожалуйста, – сказал генерал, повторяя то, что уже раз подробно было приказано, – и скажите гусарам, чтобы они последние перешли и зажгли мост, как я приказывал, да чтобы горючие материалы на мосту еще осмотреть.
– Очень хорошо, – отвечал Несвицкий.
Он кликнул казака с лошадью, велел убрать сумочку и фляжку и легко перекинул свое тяжелое тело на седло.
– Право, заеду к монашенкам, – сказал он офицерам, с улыбкою глядевшим на него, и поехал по вьющейся тропинке под гору.
– Нут ка, куда донесет, капитан, хватите ка! – сказал генерал, обращаясь к артиллеристу. – Позабавьтесь от скуки.
– Прислуга к орудиям! – скомандовал офицер.
И через минуту весело выбежали от костров артиллеристы и зарядили.
– Первое! – послышалась команда.
Бойко отскочил 1 й номер. Металлически, оглушая, зазвенело орудие, и через головы всех наших под горой, свистя, пролетела граната и, далеко не долетев до неприятеля, дымком показала место своего падения и лопнула.
Лица солдат и офицеров повеселели при этом звуке; все поднялись и занялись наблюдениями над видными, как на ладони, движениями внизу наших войск и впереди – движениями приближавшегося неприятеля. Солнце в ту же минуту совсем вышло из за туч, и этот красивый звук одинокого выстрела и блеск яркого солнца слились в одно бодрое и веселое впечатление.


Над мостом уже пролетели два неприятельские ядра, и на мосту была давка. В средине моста, слезши с лошади, прижатый своим толстым телом к перилам, стоял князь Несвицкий.
Он, смеючись, оглядывался назад на своего казака, который с двумя лошадьми в поводу стоял несколько шагов позади его.
Только что князь Несвицкий хотел двинуться вперед, как опять солдаты и повозки напирали на него и опять прижимали его к перилам, и ему ничего не оставалось, как улыбаться.
– Экой ты, братец, мой! – говорил казак фурштатскому солдату с повозкой, напиравшему на толпившуюся v самых колес и лошадей пехоту, – экой ты! Нет, чтобы подождать: видишь, генералу проехать.
Но фурштат, не обращая внимания на наименование генерала, кричал на солдат, запружавших ему дорогу: – Эй! землячки! держись влево, постой! – Но землячки, теснясь плечо с плечом, цепляясь штыками и не прерываясь, двигались по мосту одною сплошною массой. Поглядев за перила вниз, князь Несвицкий видел быстрые, шумные, невысокие волны Энса, которые, сливаясь, рябея и загибаясь около свай моста, перегоняли одна другую. Поглядев на мост, он видел столь же однообразные живые волны солдат, кутасы, кивера с чехлами, ранцы, штыки, длинные ружья и из под киверов лица с широкими скулами, ввалившимися щеками и беззаботно усталыми выражениями и движущиеся ноги по натасканной на доски моста липкой грязи. Иногда между однообразными волнами солдат, как взбрызг белой пены в волнах Энса, протискивался между солдатами офицер в плаще, с своею отличною от солдат физиономией; иногда, как щепка, вьющаяся по реке, уносился по мосту волнами пехоты пеший гусар, денщик или житель; иногда, как бревно, плывущее по реке, окруженная со всех сторон, проплывала по мосту ротная или офицерская, наложенная доверху и прикрытая кожами, повозка.
– Вишь, их, как плотину, прорвало, – безнадежно останавливаясь, говорил казак. – Много ль вас еще там?
– Мелион без одного! – подмигивая говорил близко проходивший в прорванной шинели веселый солдат и скрывался; за ним проходил другой, старый солдат.
– Как он (он – неприятель) таперича по мосту примется зажаривать, – говорил мрачно старый солдат, обращаясь к товарищу, – забудешь чесаться.
И солдат проходил. За ним другой солдат ехал на повозке.
– Куда, чорт, подвертки запихал? – говорил денщик, бегом следуя за повозкой и шаря в задке.
И этот проходил с повозкой. За этим шли веселые и, видимо, выпившие солдаты.
– Как он его, милый человек, полыхнет прикладом то в самые зубы… – радостно говорил один солдат в высоко подоткнутой шинели, широко размахивая рукой.
– То то оно, сладкая ветчина то. – отвечал другой с хохотом.
И они прошли, так что Несвицкий не узнал, кого ударили в зубы и к чему относилась ветчина.
– Эк торопятся, что он холодную пустил, так и думаешь, всех перебьют. – говорил унтер офицер сердито и укоризненно.
– Как оно пролетит мимо меня, дяденька, ядро то, – говорил, едва удерживаясь от смеха, с огромным ртом молодой солдат, – я так и обмер. Право, ей Богу, так испужался, беда! – говорил этот солдат, как будто хвастаясь тем, что он испугался. И этот проходил. За ним следовала повозка, непохожая на все проезжавшие до сих пор. Это был немецкий форшпан на паре, нагруженный, казалось, целым домом; за форшпаном, который вез немец, привязана была красивая, пестрая, с огромным вымем, корова. На перинах сидела женщина с грудным ребенком, старуха и молодая, багроворумяная, здоровая девушка немка. Видно, по особому разрешению были пропущены эти выселявшиеся жители. Глаза всех солдат обратились на женщин, и, пока проезжала повозка, двигаясь шаг за шагом, и, все замечания солдат относились только к двум женщинам. На всех лицах была почти одна и та же улыбка непристойных мыслей об этой женщине.