Американцы США

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
К:Википедия:Страницы на КПМ (тип: не указан)
Американцы
Самоназвание

Americans

Всего: 320 млн. (оценка на 2015 г.)[1]

Язык

английский

Религия

см. Религия в США

Расовый тип

разные расы

Родственные народы

англичане, немцы, датчане, голландцы и др.

Этнические группы

Американцы азиатского происхождения, афроамериканцы

Происхождение

англичане, немцы, датчане, голландцы и др.

Америка́нцы США[2], американцы[2] — народ, основное население США. Жителей США называют американцами, однако у этого термина существуют другие значения, подразумевающие жителей почти всего западного полушария в целом. Сами жители США, по сложившейся традиции, довольно редко используют этот этноним для обозначения жителей соседних, особенно латиноамериканских стран. Население США в 2009 году составило 307,9 миллионов человек, однако около 40 миллионов — иммигранты (данные по нелегальным мигрантам не включаются). Группы американцев живут также во владениях и подопечных территориях США (например, Пуэрто-Рико и Гуам), а также в Европе, Канаде и Мексике.





Оговорки

Идентичность американцев США определяется гражданством, так как они крайне разнородны по расовому, этническому и религиозному составу, причём эта гетерогенность особенно усилилась в последние десятилетия. В США существует также термин коренные американцы, которым обозначают индейцев и эскимосов.

По словам Артура Шлезингера:

Американский народ есть нация, состоящая из людей, которые добровольно сделали этот выбор; она вовсе не основана на этнических сообществах. Наши ценности - отнюдь не причуды и не результат случайного стечения обстоятельств. Нам дала их история. Они выстраданы нами, они зафиксированы в нашем житейском опыте и наших величайших документах, в наших традициях и обычаях. Наши ценности работают на нас, и поэтому мы живём с ними и готовы за них умереть[3]

История

Американская цивилизация, как и её канадские и латиноамериканские собратья — одна из самых молодых на Земле, хотя человеческие поселения на территории США имелись уже около 10 000 лет и к началу европейской колонизации здесь чётко сложились индейские племенные ареалы.

Британская колонизация

Заселение США началось с высадок британских (англичане и шотландцы), а также нидерландских колонистов. В отличие от Латинской Америки, северные европейцы прибывали в США целыми семьями, как правило с детьми, а потому у них не было ни нужды, ни желания контактировать с автохтонными индейскими племенами, которые подверглись массовому выселению, а затем и геноциду. Жёсткая и законодательно закреплённая система расизма и сегрегации препятствовала межрасовым контактам с индейцами и неграми, завезёнными сюда в качестве рабов. Правило одной капли крови довольно долго существовало в США, но уже давно не соблюдается в наши дни.

Массовая иммиграция

На протяжении всей своей истории, но особенно в 1880—1950 годах, США захлестывали волны европейской иммиграции, которая на этот раз носила скорее восточно, а затем южноевропейский характер. Массово прибывали немцы (по данным Бюро переписи населения США потомки немцев наиболее многочисленны в США, опережая потомков ирландцев и англичан[4]) и ирландцы, затем итальянцы, греки, поляки, франкоканадцы и евреи. И если ирландцы хорошо владели английским языком, а немцы были в основном близкородственными протестантами, то остальным группам в США было трудно адаптироваться, особенно это касалось выходцев из романских стран.К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 1406 дней] В 20-е годы XX века с принятием новых миграционных законов эпоха массовой иммиграции закончилась. Начался период консолидации американского этноса. В 1965 году, с пересмотром миграционных законов и отмены прежних дискриминационных норм, возросла доля иммигрантов из стран Восточной и Юго-Восточной Азии. В истории американской нации также большую роль сыграла внутренняя миграция. Американцы и до настоящего времени очень мобильны. Перемещение идёт, в первую очередь, в западные штаты.

Белые американцы

В прошлом именно потомки европейцев наиболее часто ассоциировались с американцами, так как они составили ядро нации, переселившись из Европы в английские колонии Северной Америки: англичане, шотландцы, ирландцы, немцы и менее многочисленные голландцы, датчане и др. Они составляют наиболее многочисленную категорию современных граждан США и являются основными носителями стандартного английского языка.

Субэтнические группы белых американцев

Афроамериканцы

В США проживает и значительное количество (около 70 миллионов) африканцев (часть которых мулаты с некоторой примесью белой (17 %) и индейской (3 %) крови). Они имеют свою особую культуру и диалект (афроамериканский английский или эбоникс). Для многих афроамериканцев, как, впрочем, и представителей многих этнокультурных групп новых иммигрантов, характерно компактное проживание в особых городских районах — гетто.

На президентских выборах 2008 одержал победу кандидат Барак Обама, который является сыном жителя республики Кения. Он стал первым в истории США президентом-афроамериканцем.

Гетерогенность

Американская нация в основном сложилась перед Войной за независимость к концу XVIII века, но в дальнейшем в состав американцев продолжали вливаться представители различных этнических и расовых групп, иммигрировавшие в США. Ассимилируясь, они влияли на формирование этнографической картины, языка и культуры американцев. В конце XIX в. наряду с иммиграцией из Западной Европы усилился приток переселенцев из Азии, что ещё более увеличило этническое разнообразие в стране, хотя ассимиляция этих иммигрантов ещё сильнее, чем прежде, затруднялась расизмом и всяческими запретами на межрасовые браки, контакты, засильем Ку-Клукс-Клана, судом Линча и т. д.

Латиноамериканцы

В годы 1-й мировой войны 1914-18 возрастает число переселенцев из Мексики и других стран Латинской Америки. Приток иммигрантов из Европы, очень высокий в конце 19 — начале 20 вв., после 1-й мировой войны резко сократился в результате законодательных ограничений и в середине 60-х гг. 20 в. составлял около 300 тыс. чел. в год. Параллельно возрос приток нелегальных рабочих мексиканцев и других латиноамериканцев, особенно в конце XX — начале XXI веков. Большинство современных латиноамериканцев США (52 % из 45 миллионов) — иммигранты сохраняют испанский язык и плохо ассимилируются вследствие своего смешанного происхождения.

Дивергентность

Американцы — сравнительно молодая нация, и процессы этнической консолидации в ней имеют дивергентный характер (в отличие от бразильцев и мексиканцев). Многие национальные группы, входящие в её состав, в разной степени сохраняют, хотя и в несколько измененном виде, элементы культуры стран своего происхождения.

Язык

Уроженцы США в основном говорят на американском английском. Американский английский фонетически и грамматически отличается от британского английского, однако носители обоих диалектов свободно общаются и понимают друг друга. Вторым по распространённости языком в США является испанский, что объясняется ростом испано-язычной иммиграции в США (в особенности в южные штаты Нью-Мексико, Калифорния, Флорида).

Религия

В США насчитывается около 260 христианских вероисповеданий, религиозных толков и сект. Наиболее распространены протестантские церкви — около 50 % верующих (баптизм, пятидесятничество, методизм, англиканство, лютеранство, пресвитерианство, адвентизм). Около 40 % населения — католики, ранее с подозрением воспринимавшиеся в США из-за постоянных колониальных конфликтов с Испанией, Мексикой, Францией (католицизм исповедуют потомки иммигрантов из Ирландии, Италии, Испании, Польши, Мексики, Франции, Португалии, Бразилии). Православие также достаточно широко представлено в США в среде выходцев из Греции, Ближнего Востока (особенно Ливана), среди недавних иммигрантов из России, с Украины, из Белоруссии, Румынии. В стране проживает также свыше 5,5 млн иудеев, то есть примерно столько же, сколько и в Израиле. Индуизм, буддизм, даосизм, конфуцианство представлены, в основном, среди иммигрантов из стран Южной и Восточной Азии, но в последнее время получили некоторое распространение и среди интеллектуалов европейского происхождения,К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)[источник не указан 2999 дней] также как и различные новые религиозные движения.

Смотри также

Источники

Напишите отзыв о статье "Американцы США"

Примечания

  1. [www.census.gov/popclock/ U.S. and World Population Clock]. U.S. Census Bureau. Проверено 22 мая 2015.
  2. 1 2 Бромлей, 1988.
  3. Schlesinger, Jr. Arthur M. Разобщение Америки = The Disuniting of America: Reflections on a Multicultural Society. — Whittle Books, 1991.
  4. [factfinder.census.gov/bkmk/table/1.0/en/ACS/14_1YR/B04006 People reporting ancestry]. 2014 American Community Survey 1-Year Estimates. US Census Bureau. Проверено 11 августа 2016.


К:Википедия:Статьи без источников (тип: не указан)

Отрывок, характеризующий Американцы США

Когда Наполеону с должной осторожностью было объявлено, что Москва пуста, он сердито взглянул на доносившего об этом и, отвернувшись, продолжал ходить молча.
– Подать экипаж, – сказал он. Он сел в карету рядом с дежурным адъютантом и поехал в предместье.
– «Moscou deserte. Quel evenemeDt invraisemblable!» [«Москва пуста. Какое невероятное событие!»] – говорил он сам с собой.
Он не поехал в город, а остановился на постоялом дворе Дорогомиловского предместья.
Le coup de theatre avait rate. [Не удалась развязка театрального представления.]


Русские войска проходили через Москву с двух часов ночи и до двух часов дня и увлекали за собой последних уезжавших жителей и раненых.
Самая большая давка во время движения войск происходила на мостах Каменном, Москворецком и Яузском.
В то время как, раздвоившись вокруг Кремля, войска сперлись на Москворецком и Каменном мостах, огромное число солдат, пользуясь остановкой и теснотой, возвращались назад от мостов и украдчиво и молчаливо прошныривали мимо Василия Блаженного и под Боровицкие ворота назад в гору, к Красной площади, на которой по какому то чутью они чувствовали, что можно брать без труда чужое. Такая же толпа людей, как на дешевых товарах, наполняла Гостиный двор во всех его ходах и переходах. Но не было ласково приторных, заманивающих голосов гостинодворцев, не было разносчиков и пестрой женской толпы покупателей – одни были мундиры и шинели солдат без ружей, молчаливо с ношами выходивших и без ноши входивших в ряды. Купцы и сидельцы (их было мало), как потерянные, ходили между солдатами, отпирали и запирали свои лавки и сами с молодцами куда то выносили свои товары. На площади у Гостиного двора стояли барабанщики и били сбор. Но звук барабана заставлял солдат грабителей не, как прежде, сбегаться на зов, а, напротив, заставлял их отбегать дальше от барабана. Между солдатами, по лавкам и проходам, виднелись люди в серых кафтанах и с бритыми головами. Два офицера, один в шарфе по мундиру, на худой темно серой лошади, другой в шинели, пешком, стояли у угла Ильинки и о чем то говорили. Третий офицер подскакал к ним.
– Генерал приказал во что бы то ни стало сейчас выгнать всех. Что та, это ни на что не похоже! Половина людей разбежалась.
– Ты куда?.. Вы куда?.. – крикнул он на трех пехотных солдат, которые, без ружей, подобрав полы шинелей, проскользнули мимо него в ряды. – Стой, канальи!
– Да, вот извольте их собрать! – отвечал другой офицер. – Их не соберешь; надо идти скорее, чтобы последние не ушли, вот и всё!
– Как же идти? там стали, сперлися на мосту и не двигаются. Или цепь поставить, чтобы последние не разбежались?
– Да подите же туда! Гони ж их вон! – крикнул старший офицер.
Офицер в шарфе слез с лошади, кликнул барабанщика и вошел с ним вместе под арки. Несколько солдат бросилось бежать толпой. Купец, с красными прыщами по щекам около носа, с спокойно непоколебимым выражением расчета на сытом лице, поспешно и щеголевато, размахивая руками, подошел к офицеру.
– Ваше благородие, – сказал он, – сделайте милость, защитите. Нам не расчет пустяк какой ни на есть, мы с нашим удовольствием! Пожалуйте, сукна сейчас вынесу, для благородного человека хоть два куска, с нашим удовольствием! Потому мы чувствуем, а это что ж, один разбой! Пожалуйте! Караул, что ли, бы приставили, хоть запереть дали бы…
Несколько купцов столпилось около офицера.
– Э! попусту брехать то! – сказал один из них, худощавый, с строгим лицом. – Снявши голову, по волосам не плачут. Бери, что кому любо! – И он энергическим жестом махнул рукой и боком повернулся к офицеру.
– Тебе, Иван Сидорыч, хорошо говорить, – сердито заговорил первый купец. – Вы пожалуйте, ваше благородие.
– Что говорить! – крикнул худощавый. – У меня тут в трех лавках на сто тысяч товару. Разве убережешь, когда войско ушло. Эх, народ, божью власть не руками скласть!
– Пожалуйте, ваше благородие, – говорил первый купец, кланяясь. Офицер стоял в недоумении, и на лице его видна была нерешительность.
– Да мне что за дело! – крикнул он вдруг и пошел быстрыми шагами вперед по ряду. В одной отпертой лавке слышались удары и ругательства, и в то время как офицер подходил к ней, из двери выскочил вытолкнутый человек в сером армяке и с бритой головой.
Человек этот, согнувшись, проскочил мимо купцов и офицера. Офицер напустился на солдат, бывших в лавке. Но в это время страшные крики огромной толпы послышались на Москворецком мосту, и офицер выбежал на площадь.
– Что такое? Что такое? – спрашивал он, но товарищ его уже скакал по направлению к крикам, мимо Василия Блаженного. Офицер сел верхом и поехал за ним. Когда он подъехал к мосту, он увидал снятые с передков две пушки, пехоту, идущую по мосту, несколько поваленных телег, несколько испуганных лиц и смеющиеся лица солдат. Подле пушек стояла одна повозка, запряженная парой. За повозкой сзади колес жались четыре борзые собаки в ошейниках. На повозке была гора вещей, и на самом верху, рядом с детским, кверху ножками перевернутым стульчиком сидела баба, пронзительно и отчаянно визжавшая. Товарищи рассказывали офицеру, что крик толпы и визги бабы произошли оттого, что наехавший на эту толпу генерал Ермолов, узнав, что солдаты разбредаются по лавкам, а толпы жителей запружают мост, приказал снять орудия с передков и сделать пример, что он будет стрелять по мосту. Толпа, валя повозки, давя друг друга, отчаянно кричала, теснясь, расчистила мост, и войска двинулись вперед.


В самом городе между тем было пусто. По улицам никого почти не было. Ворота и лавки все были заперты; кое где около кабаков слышались одинокие крики или пьяное пенье. Никто не ездил по улицам, и редко слышались шаги пешеходов. На Поварской было совершенно тихо и пустынно. На огромном дворе дома Ростовых валялись объедки сена, помет съехавшего обоза и не было видно ни одного человека. В оставшемся со всем своим добром доме Ростовых два человека были в большой гостиной. Это были дворник Игнат и казачок Мишка, внук Васильича, оставшийся в Москве с дедом. Мишка, открыв клавикорды, играл на них одним пальцем. Дворник, подбоченившись и радостно улыбаясь, стоял пред большим зеркалом.
– Вот ловко то! А? Дядюшка Игнат! – говорил мальчик, вдруг начиная хлопать обеими руками по клавишам.
– Ишь ты! – отвечал Игнат, дивуясь на то, как все более и более улыбалось его лицо в зеркале.
– Бессовестные! Право, бессовестные! – заговорил сзади их голос тихо вошедшей Мавры Кузминишны. – Эка, толсторожий, зубы то скалит. На это вас взять! Там все не прибрано, Васильич с ног сбился. Дай срок!
Игнат, поправляя поясок, перестав улыбаться и покорно опустив глаза, пошел вон из комнаты.
– Тетенька, я полегоньку, – сказал мальчик.
– Я те дам полегоньку. Постреленок! – крикнула Мавра Кузминишна, замахиваясь на него рукой. – Иди деду самовар ставь.
Мавра Кузминишна, смахнув пыль, закрыла клавикорды и, тяжело вздохнув, вышла из гостиной и заперла входную дверь.
Выйдя на двор, Мавра Кузминишна задумалась о том, куда ей идти теперь: пить ли чай к Васильичу во флигель или в кладовую прибрать то, что еще не было прибрано?
В тихой улице послышались быстрые шаги. Шаги остановились у калитки; щеколда стала стучать под рукой, старавшейся отпереть ее.
Мавра Кузминишна подошла к калитке.
– Кого надо?
– Графа, графа Илью Андреича Ростова.
– Да вы кто?
– Я офицер. Мне бы видеть нужно, – сказал русский приятный и барский голос.
Мавра Кузминишна отперла калитку. И на двор вошел лет восемнадцати круглолицый офицер, типом лица похожий на Ростовых.
– Уехали, батюшка. Вчерашнего числа в вечерни изволили уехать, – ласково сказала Мавра Кузмипишна.
Молодой офицер, стоя в калитке, как бы в нерешительности войти или не войти ему, пощелкал языком.
– Ах, какая досада!.. – проговорил он. – Мне бы вчера… Ах, как жалко!..
Мавра Кузминишна между тем внимательно и сочувственно разглядывала знакомые ей черты ростовской породы в лице молодого человека, и изорванную шинель, и стоптанные сапоги, которые были на нем.
– Вам зачем же графа надо было? – спросила она.
– Да уж… что делать! – с досадой проговорил офицер и взялся за калитку, как бы намереваясь уйти. Он опять остановился в нерешительности.
– Видите ли? – вдруг сказал он. – Я родственник графу, и он всегда очень добр был ко мне. Так вот, видите ли (он с доброй и веселой улыбкой посмотрел на свой плащ и сапоги), и обносился, и денег ничего нет; так я хотел попросить графа…
Мавра Кузминишна не дала договорить ему.
– Вы минуточку бы повременили, батюшка. Одною минуточку, – сказала она. И как только офицер отпустил руку от калитки, Мавра Кузминишна повернулась и быстрым старушечьим шагом пошла на задний двор к своему флигелю.
В то время как Мавра Кузминишна бегала к себе, офицер, опустив голову и глядя на свои прорванные сапоги, слегка улыбаясь, прохаживался по двору. «Как жалко, что я не застал дядюшку. А славная старушка! Куда она побежала? И как бы мне узнать, какими улицами мне ближе догнать полк, который теперь должен подходить к Рогожской?» – думал в это время молодой офицер. Мавра Кузминишна с испуганным и вместе решительным лицом, неся в руках свернутый клетчатый платочек, вышла из за угла. Не доходя несколько шагов, она, развернув платок, вынула из него белую двадцатипятирублевую ассигнацию и поспешно отдала ее офицеру.
– Были бы их сиятельства дома, известно бы, они бы, точно, по родственному, а вот может… теперича… – Мавра Кузминишна заробела и смешалась. Но офицер, не отказываясь и не торопясь, взял бумажку и поблагодарил Мавру Кузминишну. – Как бы граф дома были, – извиняясь, все говорила Мавра Кузминишна. – Христос с вами, батюшка! Спаси вас бог, – говорила Мавра Кузминишна, кланяясь и провожая его. Офицер, как бы смеясь над собою, улыбаясь и покачивая головой, почти рысью побежал по пустым улицам догонять свой полк к Яузскому мосту.
А Мавра Кузминишна еще долго с мокрыми глазами стояла перед затворенной калиткой, задумчиво покачивая головой и чувствуя неожиданный прилив материнской нежности и жалости к неизвестному ей офицерику.


В недостроенном доме на Варварке, внизу которого был питейный дом, слышались пьяные крики и песни. На лавках у столов в небольшой грязной комнате сидело человек десять фабричных. Все они, пьяные, потные, с мутными глазами, напруживаясь и широко разевая рты, пели какую то песню. Они пели врозь, с трудом, с усилием, очевидно, не для того, что им хотелось петь, но для того только, чтобы доказать, что они пьяны и гуляют. Один из них, высокий белокурый малый в чистой синей чуйке, стоял над ними. Лицо его с тонким прямым носом было бы красиво, ежели бы не тонкие, поджатые, беспрестанно двигающиеся губы и мутные и нахмуренные, неподвижные глаза. Он стоял над теми, которые пели, и, видимо воображая себе что то, торжественно и угловато размахивал над их головами засученной по локоть белой рукой, грязные пальцы которой он неестественно старался растопыривать. Рукав его чуйки беспрестанно спускался, и малый старательно левой рукой опять засучивал его, как будто что то было особенно важное в том, чтобы эта белая жилистая махавшая рука была непременно голая. В середине песни в сенях и на крыльце послышались крики драки и удары. Высокий малый махнул рукой.