Гарибджанян, Геворг Багратович

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Геворг Багратович Гарибджанян
арм. Գևորգ Բագրատի Ղարիբջանյան
Дата рождения:

5 мая 1920(1920-05-05)

Место рождения:

Александраполь, Первая Республика Армения

Дата смерти:

28 декабря 1999(1999-12-28) (79 лет)

Место смерти:

Ереван, Республика Армении

Научная сфера:

история

Учёная степень:

доктор исторических наук (1955)

Учёное звание:

профессор (1957),
академик АН Армянской ССР (1971),
академик НАН РА (1991)

Альма-матер:

Ереванский государственный университет

Награды и премии:

Гево́рг Багра́тович Гарибджаня́н (арм. Գևորգ Բագրատի Ղարիբջանյան; 5 мая 1920, Александраполь28 декабря 1999, Ереван) — армянский советский историк и государственный деятель.

Академик АН Армянской ССР (1971, член-корреспондент с 1965). Заслуженный деятель науки Армянской ССР (1968). Депутат Верховного Совета СССР VI—VII созывов, депутат Верховного Совета Армянской ССР VIII—IX созывов.

Исследования Геворга Багратовича Гарибджаняна посвящены истории Армении нового и новейшего периодов: он исследовал национально-освободительную борьбу армянского народа, историю революционных движений Закавказья, историю армяно-русских отношений, армянский вопрос и геноцид армян.





Биография

Геворг Багратович Гарибджанян родился 5 мая 1920 года в Александрополье (ныне Гюмри), в семье известного революционного деятеля, педагога[1], публициста[2], одного из руководителей Майского восстания[3] Баграта Бегларовича Гарибджаняна[4].

В 19271935 годах учился в Александраполье, а в 1935 году переехал в Ереван[5]. В 1937 году закончил Ереванскую среднюю школу № 19 имени Н. К. Крупской[5]. В том же году поступил на исторический факультет Ереванского государственного университета[1]. В период учëбы на историческом факультете Геворг Гарибджанян был государственным (сталинским) стипендиатом[3]. Он учился на последнем курсе, когда началась Великая Отечественная война. С 1941 года Гарибджанян учился в Телавском военно-пехотном училище, получил звание лейтенанта[6], после чего служил в советской армии, участвовал в Великой Отечественной войне в составе 89-й стрелковой Таманской Краснознамённой ордена Красной Звезды дивизии: сначала командиром пулемётного взвода, а потом — пулемётной роты[6]. Он участвовал в боях против немецких захватчиков в районе Туапсе, в освобождении Духовщины и Смоленска[6]. Гарибджанян был ранен два раза[2], один раз получил контузию[6]. После 1943 года, когда он получил ранение на Западном фронте, служил военным корреспондентом, корректором газеты «Боец РККА» на армянском языке до 1948 года[6][1]. Член КПСС с 1942 года[4]. В декабре 1945 года, после окончания Великой Отечественной войны, сдав государственные экзамены Геворг Гарибджанян окончил исторический факультет Ереванского государственного университета с отличием, и продолжил учёбу в аспирантуре Ереванского университета[1]. В 19471999 годах преподавал в Ереванском государственном, Политехническом, Медицинском университетах[4][7].

В 1948 году закончил аспирантуру Ереванского государственного университета и защитил диссертацию на соискание учëной степени кандидата исторических наук на тему «Большевистская организация Александрополья в 19171920 годах»[3]. В 19481950 годах Гарибджанян был секретарём Центрального Комитета ЛКСМ Армении[2]. В 19511954 годах занимал должность заведующего сектором истории КПСС Армянского филиала Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС, а в 19681977 годах директора этого института[2]. В 1955 году защитил диссертацию на соискание учëной степени доктора исторических наук на тему «Коммунистические организации Армении в борьбе за победу Советской власти»[8]. С 1957 годапрофессор[2]. Член Союза журналистов СССР с 1960 года[9]. В 19611968 годах Гарибджанян занимал должность первого секретаря Ленинаканского городского комитета Коммунистической партии Армении[2]. В 19611981 годах был членом Центрального комитета КП Армении, в 19661969 годах кандидатом в члены Политбюро ЦК КП Армении[2].

В 1965 году Гарибджанян был избран членом-корреспондентом Академии наук Армянской ССР[10]. В 19651976 годах был членом Высшей аттестационной комиссии при Министерстве высшего, среднего и специального образования СССР[10]. В 19681982 годах был председателем армянского отделения Общества советско-венгерской дружбы[9].

В 1971 году Гарибджанян был избран действительным членом Академии наук Армянской ССР. Член Союза писателей СССР с 1974 года[9]. Член Философского общества СССР с 1975 года[9]. В 19761982 годах Гарибджанян был членом комитета по присуждению Государственных премий Армянской ССР в области науки и техники при Совете Министров Армянской ССР[10]. В 19771982 годах был академиком-секретарём Отделения истории и экономики АН Армянской ССР[11], членом президиума АН Армянской ССР[11]. В 19821985 годах он был заведующим отделом Института истории АН Армянской ССР[10]. В 19851999 годах Гарибджанян был директором Научно-информационного центра АН Армянской ССР (далее НАН РА)[10].

Геворг Багратович Гарибджанян — участник Восьмого международного конгресса историков (1975, Москва), управляющий пятью советскими делегациями в Советско-польском симпозиуме историков (1976, Варшава), участник Девятого конгресса Международного союза политических наук (1979, Москва), участник Пятнадцатого международного конгресса исторических наук (1980, Бухарест), участник Всесоюзного симпозиума по теме «Решение национального вопроса в СССР и его значимость для развивающихся стран Африки и Азии» (1980, Ереван), участник Научной конференции Комиссии советских и румынских историков (1981, Ереван), делегат Третьего съезда Философского общества СССР (1982, Москва)[10].

Геворг Багратович Гарибджанян — автор около 400 научных и публицистических работ, в том числе 75 книг по истории Армении нового и новейшего периодов[5]. Он исследовал национально-освободительную борьбу армянского народа, историю революционных движений Закавказья, историю армяно-русских отношений, армянский вопрос и геноцид армян[12], жизни и деятельности выдающихся армянских деятелей[13].

Геворг Багратович Гарибджанян избирался депутатом Верховного Совета СССР VI—VII созывов, депутатом Верховного Совета Армянской ССР VIII—IX созывов, делегатом XXIIXXIII съездов КПСС[9].

Геворг Багратович Гарибджанян скончался 28 декабря 1999 года в Ереване[14].

Награды

Напишите отзыв о статье "Гарибджанян, Геворг Багратович"

Примечания

  1. 1 2 3 4 Гегамян, Петросян, 1990, с. 98.
  2. 1 2 3 4 5 6 7 Минасян, 2010, с. 529.
  3. 1 2 3 Барсегян, 1980, с. 107.
  4. 1 2 3 Армянская советская энциклопедия, 1981, с. 32.
  5. 1 2 3 Гарибджанян, 2000, с. 288.
  6. 1 2 3 4 5 [www.podvignaroda.ru/?n=82264355 Наградной лист Г. Б. Гарибджаняна с представлением к медали «За отвагу»] в электронном банке документов «Подвиг Народа» (архивные материалы ЦАМО, ф. 33, оп. 744807, д. 467)
  7. Минасян, 2010, с. 530.
  8. Мнацаканян, 1980, с. 245.
  9. 1 2 3 4 5 Гегамян, Петросян, 1990, с. 99.
  10. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 [greenstone.flib.sci.am/gsdl/cgi-bin/library.cgi?e=d-01000-00---off-0academic--00-1----0-10-0---0---0direct-10---4------%2e%2e-0-1l--11-en-50---20-preferences---00-3-1-00-0--4--0--0-0-11-10-0utfZz-8-00&a=d&c=academic&cl=CL1&d=HASHecd9f8e832044421447a74.1 Геворг Багратович Гарибджанян] (арм.). greenstone.flib.sci.am. Проверено 22 декабря 2013.
  11. 1 2 Мнацаканян, 1980, с. 248.
  12. Гарибджанян, 2000, с. 289.
  13. 1 2 [ru.hayazg.info/%D0%93%D0%B0%D1%80%D0%B8%D0%B1%D0%B4%D0%B6%D0%B0%D0%BD%D1%8F%D0%BD_%D0%93%D0%B5%D0%B2%D0%BE%D1%80%D0%B3_%D0%91%D0%B0%D0%B3%D1%80%D0%B0%D1%82%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87 Гарибджанян Геворг Багратович]. Энциклопедия фонда «Хайазг». Проверено 22 декабря 2013.
  14. Минасян, 2010, с. 531.
  15. [www.podvignaroda.ru/?n=1512435317 Наградной лист] в электронном банке документов «Подвиг Народа»
  16. [www.podvignaroda.ru/?n=80143650 Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении орденами и медалями офицерского, сержантского и рядового состава Вооружённых Сил СССР] в электронном банке документов «Подвиг Народа» (архивные материалы ЦАМО, ф. 33, оп. 744807, д. 24)
  17. Казанджян, 2015, с. 416.

Литература

  • Казанджян Р. В. [lraber.asj-oa.am/6466/ Боец, гражданин, ученый (к 95-летию со дня рождения академика НАН РА Геворка Гарибджаняна)] // Вестник общественных наук НАН РА. — 2015. — № 2. — С. 414—416.
  • Минасян Э. Г. [lraber.asj-oa.am/680/1/2010-1-2__529_.pdf Заслуженный учëный (к 90-летию со дня рождения академика Геврога Гарибджаняна)] (арм.) = Վաստակաշատ գիտնականը (ակադեմիկոս Գևորգ Ղարիբջանյանի ծննդյան 90-ամյակի առթիվ) // Вестник общественных наук НАН РА. — 2010. — Թիվ 1—2. — Էջ 529—531.
  • [hpj.asj-oa.am/4451/ Геворг Багратович Гарибджанян] (арм.) = Գևորգ Բագրատի Ղարիբջանյան // Историко-филологический журнал НАН РА. — 2000. — Թիվ 1. — Էջ 288—289. — ISSN [www.sigla.ru/table.jsp?f=8&t=3&v0=0135-0536&f=1003&t=1&v1=&f=4&t=2&v2=&f=21&t=3&v3=&f=1016&t=3&v4=&f=1016&t=3&v5=&bf=4&b=&d=0&ys=&ye=&lng=&ft=&mt=&dt=&vol=&pt=&iss=&ps=&pe=&tr=&tro=&cc=UNION&i=1&v=tagged&s=0&ss=0&st=0&i18n=ru&rlf=&psz=20&bs=20&ce=hJfuypee8JzzufeGmImYYIpZKRJeeOeeWGJIZRrRRrdmtdeee88NJJJJpeeefTJ3peKJJ3UWWPtzzzzzzzzzzzzzzzzzbzzvzzpy5zzjzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzztzzzzzzzbzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzvzzzzzzyeyTjkDnyHzTuueKZePz9decyzzLzzzL*.c8.NzrGJJvufeeeeeJheeyzjeeeeJh*peeeeKJJJJJJJJJJmjHvOJJJJJJJJJfeeeieeeeSJJJJJSJJJ3TeIJJJJ3..E.UEAcyhxD.eeeeeuzzzLJJJJ5.e8JJJheeeeeeeeeeeeyeeK3JJJJJJJJ*s7defeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeSJJJJJJJJZIJJzzz1..6LJJJJJJtJJZ4....EK*&debug=false 0135-0536].
  • Гегамян Г. М., Петросян А. М. [lraber.asj-oa.am/3562/ Геворг Багратович Гарибджанян (к 70-летию со дня рождения)] (арм.) = Գևորգ Բագրատի Ղարիբջանյան (ծննդյան 70-ամյակի առթիվ) // Вестник общественных наук АН Армянской ССР. — 1990. — Թիվ 6. — Էջ 98—99. — ISSN [www.sigla.ru/table.jsp?f=8&t=3&v0=0320-8117&f=1003&t=1&v1=&f=4&t=2&v2=&f=21&t=3&v3=&f=1016&t=3&v4=&f=1016&t=3&v5=&bf=4&b=&d=0&ys=&ye=&lng=&ft=&mt=&dt=&vol=&pt=&iss=&ps=&pe=&tr=&tro=&cc=UNION&i=1&v=tagged&s=0&ss=0&st=0&i18n=ru&rlf=&psz=20&bs=20&ce=hJfuypee8JzzufeGmImYYIpZKRJeeOeeWGJIZRrRRrdmtdeee88NJJJJpeeefTJ3peKJJ3UWWPtzzzzzzzzzzzzzzzzzbzzvzzpy5zzjzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzztzzzzzzzbzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzvzzzzzzyeyTjkDnyHzTuueKZePz9decyzzLzzzL*.c8.NzrGJJvufeeeeeJheeyzjeeeeJh*peeeeKJJJJJJJJJJmjHvOJJJJJJJJJfeeeieeeeSJJJJJSJJJ3TeIJJJJ3..E.UEAcyhxD.eeeeeuzzzLJJJJ5.e8JJJheeeeeeeeeeeeyeeK3JJJJJJJJ*s7defeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeeSJJJJJJJJZIJJzzz1..6LJJJJJJtJJZ4....EK*&debug=false 0320-8117].
  • Симонян А. Г. [hy.wikisource.org/wiki/%D4%B7%D5%BB:%D5%80%D5%A1%D5%B5%D5%AF%D5%A1%D5%AF%D5%A1%D5%B6_%D5%8D%D5%B8%D5%BE%D5%A5%D5%BF%D5%A1%D5%AF%D5%A1%D5%B6_%D5%80%D5%A1%D5%B6%D6%80%D5%A1%D5%A3%D5%AB%D5%BF%D5%A1%D6%80%D5%A1%D5%B6_(Soviet_Armenian_Encyclopedia)_7.djvu/32 Гарибджанян Геворг Багратович] // Армянская советская энциклопедия / В. А. Амбарцумян. — Ер., 1981. — Т. 7. — С. 32. — 720 с.
  • Барсегян Х. А. [lraber.asj-oa.am/2771/1/1980-5(107).pdf Видный ученый и общественный деятель] // Вестник общественных наук АН Армянской ССР. — 1980. — № 5. — С. 107—111.
  • Мнацаканян А. Н. [hpj.asj-oa.am/3312/1/1980-2(245).pdf Геворг Гарибджанян (к 60-летию со дня рождения)] (арм.) = Գևորգ Ղարիբջանյան (Ծննդյան 60-ամյակի առթիվ) // Историко-филологический журнал АН Армянской ССР. — 1980. — Թիվ 2. — Էջ 245—248.

Ссылки

  • [www.sci.am/members.php?mid=81&langid=3 Профиль Геворга Багратовича Гарибджаняна] на официальном сайте НАН РА
  • [nt.am/am/events/5533/ В НАН РА должно праздноваться 90-летие со дня рождения академика Геворга Гаробджаняна] (арм.). nt.am (14 мая 2010). Проверено 22 декабря 2013.
  • [www.ysu.am/persons/hy/Gevorg-Gharibjanyan Геворг Багратович Гарибджанян] (арм.). Ереванский государственный университет. Проверено 22 декабря 2013.


Отрывок, характеризующий Гарибджанян, Геворг Багратович

– Это болезнь, иначе нельзя объяснить, – сказал штаб ротмистр.
– Уж там болезнь не болезнь, а не попадайся он мне на глаза – убью! – кровожадно прокричал Денисов.
В комнату вошел Жерков.
– Ты как? – обратились вдруг офицеры к вошедшему.
– Поход, господа. Мак в плен сдался и с армией, совсем.
– Врешь!
– Сам видел.
– Как? Мака живого видел? с руками, с ногами?
– Поход! Поход! Дать ему бутылку за такую новость. Ты как же сюда попал?
– Опять в полк выслали, за чорта, за Мака. Австрийской генерал пожаловался. Я его поздравил с приездом Мака…Ты что, Ростов, точно из бани?
– Тут, брат, у нас, такая каша второй день.
Вошел полковой адъютант и подтвердил известие, привезенное Жерковым. На завтра велено было выступать.
– Поход, господа!
– Ну, и слава Богу, засиделись.


Кутузов отступил к Вене, уничтожая за собой мосты на реках Инне (в Браунау) и Трауне (в Линце). 23 го октября .русские войска переходили реку Энс. Русские обозы, артиллерия и колонны войск в середине дня тянулись через город Энс, по сю и по ту сторону моста.
День был теплый, осенний и дождливый. Пространная перспектива, раскрывавшаяся с возвышения, где стояли русские батареи, защищавшие мост, то вдруг затягивалась кисейным занавесом косого дождя, то вдруг расширялась, и при свете солнца далеко и ясно становились видны предметы, точно покрытые лаком. Виднелся городок под ногами с своими белыми домами и красными крышами, собором и мостом, по обеим сторонам которого, толпясь, лилися массы русских войск. Виднелись на повороте Дуная суда, и остров, и замок с парком, окруженный водами впадения Энса в Дунай, виднелся левый скалистый и покрытый сосновым лесом берег Дуная с таинственною далью зеленых вершин и голубеющими ущельями. Виднелись башни монастыря, выдававшегося из за соснового, казавшегося нетронутым, дикого леса; далеко впереди на горе, по ту сторону Энса, виднелись разъезды неприятеля.
Между орудиями, на высоте, стояли спереди начальник ариергарда генерал с свитским офицером, рассматривая в трубу местность. Несколько позади сидел на хоботе орудия Несвицкий, посланный от главнокомандующего к ариергарду.
Казак, сопутствовавший Несвицкому, подал сумочку и фляжку, и Несвицкий угощал офицеров пирожками и настоящим доппелькюмелем. Офицеры радостно окружали его, кто на коленах, кто сидя по турецки на мокрой траве.
– Да, не дурак был этот австрийский князь, что тут замок выстроил. Славное место. Что же вы не едите, господа? – говорил Несвицкий.
– Покорно благодарю, князь, – отвечал один из офицеров, с удовольствием разговаривая с таким важным штабным чиновником. – Прекрасное место. Мы мимо самого парка проходили, двух оленей видели, и дом какой чудесный!
– Посмотрите, князь, – сказал другой, которому очень хотелось взять еще пирожок, но совестно было, и который поэтому притворялся, что он оглядывает местность, – посмотрите ка, уж забрались туда наши пехотные. Вон там, на лужку, за деревней, трое тащут что то. .Они проберут этот дворец, – сказал он с видимым одобрением.
– И то, и то, – сказал Несвицкий. – Нет, а чего бы я желал, – прибавил он, прожевывая пирожок в своем красивом влажном рте, – так это вон туда забраться.
Он указывал на монастырь с башнями, видневшийся на горе. Он улыбнулся, глаза его сузились и засветились.
– А ведь хорошо бы, господа!
Офицеры засмеялись.
– Хоть бы попугать этих монашенок. Итальянки, говорят, есть молоденькие. Право, пять лет жизни отдал бы!
– Им ведь и скучно, – смеясь, сказал офицер, который был посмелее.
Между тем свитский офицер, стоявший впереди, указывал что то генералу; генерал смотрел в зрительную трубку.
– Ну, так и есть, так и есть, – сердито сказал генерал, опуская трубку от глаз и пожимая плечами, – так и есть, станут бить по переправе. И что они там мешкают?
На той стороне простым глазом виден был неприятель и его батарея, из которой показался молочно белый дымок. Вслед за дымком раздался дальний выстрел, и видно было, как наши войска заспешили на переправе.
Несвицкий, отдуваясь, поднялся и, улыбаясь, подошел к генералу.
– Не угодно ли закусить вашему превосходительству? – сказал он.
– Нехорошо дело, – сказал генерал, не отвечая ему, – замешкались наши.
– Не съездить ли, ваше превосходительство? – сказал Несвицкий.
– Да, съездите, пожалуйста, – сказал генерал, повторяя то, что уже раз подробно было приказано, – и скажите гусарам, чтобы они последние перешли и зажгли мост, как я приказывал, да чтобы горючие материалы на мосту еще осмотреть.
– Очень хорошо, – отвечал Несвицкий.
Он кликнул казака с лошадью, велел убрать сумочку и фляжку и легко перекинул свое тяжелое тело на седло.
– Право, заеду к монашенкам, – сказал он офицерам, с улыбкою глядевшим на него, и поехал по вьющейся тропинке под гору.
– Нут ка, куда донесет, капитан, хватите ка! – сказал генерал, обращаясь к артиллеристу. – Позабавьтесь от скуки.
– Прислуга к орудиям! – скомандовал офицер.
И через минуту весело выбежали от костров артиллеристы и зарядили.
– Первое! – послышалась команда.
Бойко отскочил 1 й номер. Металлически, оглушая, зазвенело орудие, и через головы всех наших под горой, свистя, пролетела граната и, далеко не долетев до неприятеля, дымком показала место своего падения и лопнула.
Лица солдат и офицеров повеселели при этом звуке; все поднялись и занялись наблюдениями над видными, как на ладони, движениями внизу наших войск и впереди – движениями приближавшегося неприятеля. Солнце в ту же минуту совсем вышло из за туч, и этот красивый звук одинокого выстрела и блеск яркого солнца слились в одно бодрое и веселое впечатление.


Над мостом уже пролетели два неприятельские ядра, и на мосту была давка. В средине моста, слезши с лошади, прижатый своим толстым телом к перилам, стоял князь Несвицкий.
Он, смеючись, оглядывался назад на своего казака, который с двумя лошадьми в поводу стоял несколько шагов позади его.
Только что князь Несвицкий хотел двинуться вперед, как опять солдаты и повозки напирали на него и опять прижимали его к перилам, и ему ничего не оставалось, как улыбаться.
– Экой ты, братец, мой! – говорил казак фурштатскому солдату с повозкой, напиравшему на толпившуюся v самых колес и лошадей пехоту, – экой ты! Нет, чтобы подождать: видишь, генералу проехать.
Но фурштат, не обращая внимания на наименование генерала, кричал на солдат, запружавших ему дорогу: – Эй! землячки! держись влево, постой! – Но землячки, теснясь плечо с плечом, цепляясь штыками и не прерываясь, двигались по мосту одною сплошною массой. Поглядев за перила вниз, князь Несвицкий видел быстрые, шумные, невысокие волны Энса, которые, сливаясь, рябея и загибаясь около свай моста, перегоняли одна другую. Поглядев на мост, он видел столь же однообразные живые волны солдат, кутасы, кивера с чехлами, ранцы, штыки, длинные ружья и из под киверов лица с широкими скулами, ввалившимися щеками и беззаботно усталыми выражениями и движущиеся ноги по натасканной на доски моста липкой грязи. Иногда между однообразными волнами солдат, как взбрызг белой пены в волнах Энса, протискивался между солдатами офицер в плаще, с своею отличною от солдат физиономией; иногда, как щепка, вьющаяся по реке, уносился по мосту волнами пехоты пеший гусар, денщик или житель; иногда, как бревно, плывущее по реке, окруженная со всех сторон, проплывала по мосту ротная или офицерская, наложенная доверху и прикрытая кожами, повозка.
– Вишь, их, как плотину, прорвало, – безнадежно останавливаясь, говорил казак. – Много ль вас еще там?
– Мелион без одного! – подмигивая говорил близко проходивший в прорванной шинели веселый солдат и скрывался; за ним проходил другой, старый солдат.
– Как он (он – неприятель) таперича по мосту примется зажаривать, – говорил мрачно старый солдат, обращаясь к товарищу, – забудешь чесаться.
И солдат проходил. За ним другой солдат ехал на повозке.
– Куда, чорт, подвертки запихал? – говорил денщик, бегом следуя за повозкой и шаря в задке.
И этот проходил с повозкой. За этим шли веселые и, видимо, выпившие солдаты.
– Как он его, милый человек, полыхнет прикладом то в самые зубы… – радостно говорил один солдат в высоко подоткнутой шинели, широко размахивая рукой.
– То то оно, сладкая ветчина то. – отвечал другой с хохотом.
И они прошли, так что Несвицкий не узнал, кого ударили в зубы и к чему относилась ветчина.
– Эк торопятся, что он холодную пустил, так и думаешь, всех перебьют. – говорил унтер офицер сердито и укоризненно.
– Как оно пролетит мимо меня, дяденька, ядро то, – говорил, едва удерживаясь от смеха, с огромным ртом молодой солдат, – я так и обмер. Право, ей Богу, так испужался, беда! – говорил этот солдат, как будто хвастаясь тем, что он испугался. И этот проходил. За ним следовала повозка, непохожая на все проезжавшие до сих пор. Это был немецкий форшпан на паре, нагруженный, казалось, целым домом; за форшпаном, который вез немец, привязана была красивая, пестрая, с огромным вымем, корова. На перинах сидела женщина с грудным ребенком, старуха и молодая, багроворумяная, здоровая девушка немка. Видно, по особому разрешению были пропущены эти выселявшиеся жители. Глаза всех солдат обратились на женщин, и, пока проезжала повозка, двигаясь шаг за шагом, и, все замечания солдат относились только к двум женщинам. На всех лицах была почти одна и та же улыбка непристойных мыслей об этой женщине.
– Ишь, колбаса то, тоже убирается!
– Продай матушку, – ударяя на последнем слоге, говорил другой солдат, обращаясь к немцу, который, опустив глаза, сердито и испуганно шел широким шагом.
– Эк убралась как! То то черти!
– Вот бы тебе к ним стоять, Федотов.
– Видали, брат!
– Куда вы? – спрашивал пехотный офицер, евший яблоко, тоже полуулыбаясь и глядя на красивую девушку.
Немец, закрыв глаза, показывал, что не понимает.
– Хочешь, возьми себе, – говорил офицер, подавая девушке яблоко. Девушка улыбнулась и взяла. Несвицкий, как и все, бывшие на мосту, не спускал глаз с женщин, пока они не проехали. Когда они проехали, опять шли такие же солдаты, с такими же разговорами, и, наконец, все остановились. Как это часто бывает, на выезде моста замялись лошади в ротной повозке, и вся толпа должна была ждать.
– И что становятся? Порядку то нет! – говорили солдаты. – Куда прешь? Чорт! Нет того, чтобы подождать. Хуже того будет, как он мост подожжет. Вишь, и офицера то приперли, – говорили с разных сторон остановившиеся толпы, оглядывая друг друга, и всё жались вперед к выходу.
Оглянувшись под мост на воды Энса, Несвицкий вдруг услышал еще новый для него звук, быстро приближающегося… чего то большого и чего то шлепнувшегося в воду.
– Ишь ты, куда фатает! – строго сказал близко стоявший солдат, оглядываясь на звук.
– Подбадривает, чтобы скорей проходили, – сказал другой неспокойно.
Толпа опять тронулась. Несвицкий понял, что это было ядро.
– Эй, казак, подавай лошадь! – сказал он. – Ну, вы! сторонись! посторонись! дорогу!
Он с большим усилием добрался до лошади. Не переставая кричать, он тронулся вперед. Солдаты пожались, чтобы дать ему дорогу, но снова опять нажали на него так, что отдавили ему ногу, и ближайшие не были виноваты, потому что их давили еще сильнее.
– Несвицкий! Несвицкий! Ты, г'ожа! – послышался в это время сзади хриплый голос.
Несвицкий оглянулся и увидал в пятнадцати шагах отделенного от него живою массой двигающейся пехоты красного, черного, лохматого, в фуражке на затылке и в молодецки накинутом на плече ментике Ваську Денисова.
– Вели ты им, чег'тям, дьяволам, дать дог'огу, – кричал. Денисов, видимо находясь в припадке горячности, блестя и поводя своими черными, как уголь, глазами в воспаленных белках и махая невынутою из ножен саблей, которую он держал такою же красною, как и лицо, голою маленькою рукой.
– Э! Вася! – отвечал радостно Несвицкий. – Да ты что?
– Эскадг'ону пг'ойти нельзя, – кричал Васька Денисов, злобно открывая белые зубы, шпоря своего красивого вороного, кровного Бедуина, который, мигая ушами от штыков, на которые он натыкался, фыркая, брызгая вокруг себя пеной с мундштука, звеня, бил копытами по доскам моста и, казалось, готов был перепрыгнуть через перила моста, ежели бы ему позволил седок. – Что это? как баг'аны! точь в точь баг'аны! Пг'очь… дай дог'огу!… Стой там! ты повозка, чог'т! Саблей изг'ублю! – кричал он, действительно вынимая наголо саблю и начиная махать ею.
Солдаты с испуганными лицами нажались друг на друга, и Денисов присоединился к Несвицкому.
– Что же ты не пьян нынче? – сказал Несвицкий Денисову, когда он подъехал к нему.
– И напиться то вг'емени не дадут! – отвечал Васька Денисов. – Целый день то туда, то сюда таскают полк. Дг'аться – так дг'аться. А то чог'т знает что такое!
– Каким ты щеголем нынче! – оглядывая его новый ментик и вальтрап, сказал Несвицкий.
Денисов улыбнулся, достал из ташки платок, распространявший запах духов, и сунул в нос Несвицкому.
– Нельзя, в дело иду! выбг'ился, зубы вычистил и надушился.
Осанистая фигура Несвицкого, сопровождаемая казаком, и решительность Денисова, махавшего саблей и отчаянно кричавшего, подействовали так, что они протискались на ту сторону моста и остановили пехоту. Несвицкий нашел у выезда полковника, которому ему надо было передать приказание, и, исполнив свое поручение, поехал назад.
Расчистив дорогу, Денисов остановился у входа на мост. Небрежно сдерживая рвавшегося к своим и бившего ногой жеребца, он смотрел на двигавшийся ему навстречу эскадрон.
По доскам моста раздались прозрачные звуки копыт, как будто скакало несколько лошадей, и эскадрон, с офицерами впереди по четыре человека в ряд, растянулся по мосту и стал выходить на ту сторону.
Остановленные пехотные солдаты, толпясь в растоптанной у моста грязи, с тем особенным недоброжелательным чувством отчужденности и насмешки, с каким встречаются обыкновенно различные роды войск, смотрели на чистых, щеголеватых гусар, стройно проходивших мимо их.
– Нарядные ребята! Только бы на Подновинское!
– Что от них проку! Только напоказ и водят! – говорил другой.
– Пехота, не пыли! – шутил гусар, под которым лошадь, заиграв, брызнула грязью в пехотинца.
– Прогонял бы тебя с ранцем перехода два, шнурки то бы повытерлись, – обтирая рукавом грязь с лица, говорил пехотинец; – а то не человек, а птица сидит!
– То то бы тебя, Зикин, на коня посадить, ловок бы ты был, – шутил ефрейтор над худым, скрюченным от тяжести ранца солдатиком.
– Дубинку промеж ног возьми, вот тебе и конь буде, – отозвался гусар.


Остальная пехота поспешно проходила по мосту, спираясь воронкой у входа. Наконец повозки все прошли, давка стала меньше, и последний батальон вступил на мост. Одни гусары эскадрона Денисова оставались по ту сторону моста против неприятеля. Неприятель, вдалеке видный с противоположной горы, снизу, от моста, не был еще виден, так как из лощины, по которой текла река, горизонт оканчивался противоположным возвышением не дальше полуверсты. Впереди была пустыня, по которой кое где шевелились кучки наших разъездных казаков. Вдруг на противоположном возвышении дороги показались войска в синих капотах и артиллерия. Это были французы. Разъезд казаков рысью отошел под гору. Все офицеры и люди эскадрона Денисова, хотя и старались говорить о постороннем и смотреть по сторонам, не переставали думать только о том, что было там, на горе, и беспрестанно всё вглядывались в выходившие на горизонт пятна, которые они признавали за неприятельские войска. Погода после полудня опять прояснилась, солнце ярко спускалось над Дунаем и окружающими его темными горами. Было тихо, и с той горы изредка долетали звуки рожков и криков неприятеля. Между эскадроном и неприятелями уже никого не было, кроме мелких разъездов. Пустое пространство, саженей в триста, отделяло их от него. Неприятель перестал стрелять, и тем яснее чувствовалась та строгая, грозная, неприступная и неуловимая черта, которая разделяет два неприятельские войска.
«Один шаг за эту черту, напоминающую черту, отделяющую живых от мертвых, и – неизвестность страдания и смерть. И что там? кто там? там, за этим полем, и деревом, и крышей, освещенной солнцем? Никто не знает, и хочется знать; и страшно перейти эту черту, и хочется перейти ее; и знаешь, что рано или поздно придется перейти ее и узнать, что там, по той стороне черты, как и неизбежно узнать, что там, по ту сторону смерти. А сам силен, здоров, весел и раздражен и окружен такими здоровыми и раздраженно оживленными людьми». Так ежели и не думает, то чувствует всякий человек, находящийся в виду неприятеля, и чувство это придает особенный блеск и радостную резкость впечатлений всему происходящему в эти минуты.
На бугре у неприятеля показался дымок выстрела, и ядро, свистя, пролетело над головами гусарского эскадрона. Офицеры, стоявшие вместе, разъехались по местам. Гусары старательно стали выравнивать лошадей. В эскадроне всё замолкло. Все поглядывали вперед на неприятеля и на эскадронного командира, ожидая команды. Пролетело другое, третье ядро. Очевидно, что стреляли по гусарам; но ядро, равномерно быстро свистя, пролетало над головами гусар и ударялось где то сзади. Гусары не оглядывались, но при каждом звуке пролетающего ядра, будто по команде, весь эскадрон с своими однообразно разнообразными лицами, сдерживая дыханье, пока летело ядро, приподнимался на стременах и снова опускался. Солдаты, не поворачивая головы, косились друг на друга, с любопытством высматривая впечатление товарища. На каждом лице, от Денисова до горниста, показалась около губ и подбородка одна общая черта борьбы, раздраженности и волнения. Вахмистр хмурился, оглядывая солдат, как будто угрожая наказанием. Юнкер Миронов нагибался при каждом пролете ядра. Ростов, стоя на левом фланге на своем тронутом ногами, но видном Грачике, имел счастливый вид ученика, вызванного перед большою публикой к экзамену, в котором он уверен, что отличится. Он ясно и светло оглядывался на всех, как бы прося обратить внимание на то, как он спокойно стоит под ядрами. Но и в его лице та же черта чего то нового и строгого, против его воли, показывалась около рта.
– Кто там кланяется? Юнкег' Миг'онов! Hexoг'oшo, на меня смотг'ите! – закричал Денисов, которому не стоялось на месте и который вертелся на лошади перед эскадроном.
Курносое и черноволосатое лицо Васьки Денисова и вся его маленькая сбитая фигурка с его жилистою (с короткими пальцами, покрытыми волосами) кистью руки, в которой он держал ефес вынутой наголо сабли, было точно такое же, как и всегда, особенно к вечеру, после выпитых двух бутылок. Он был только более обыкновенного красен и, задрав свою мохнатую голову кверху, как птицы, когда они пьют, безжалостно вдавив своими маленькими ногами шпоры в бока доброго Бедуина, он, будто падая назад, поскакал к другому флангу эскадрона и хриплым голосом закричал, чтоб осмотрели пистолеты. Он подъехал к Кирстену. Штаб ротмистр, на широкой и степенной кобыле, шагом ехал навстречу Денисову. Штаб ротмистр, с своими длинными усами, был серьезен, как и всегда, только глаза его блестели больше обыкновенного.