Плимут Аргайл

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск
Плимут Аргайл
Полное
название
Plymouth Argyle Football Club
Прозвища Пилигримы (англ. Pilgrims)
Зелёная Армия
(англ. Green Army)
Основан 1886
Стадион Хоум Парк, Плимут
Вместимость 16 388
Президент Джеймс Брент
Тренер Дерек Адамс
Соревнование Вторая лига
2015/16 5-е
Основная
форма
Гостевая
форма
К:Футбольные клубы, основанные в 1886 годуПлимут АргайлПлимут Аргайл

«Пли́мут Аргайл» (англ. Plymouth Argyle FC) — английский профессиональный футбольный клуб из города Плимут, в графстве Девон. Один из двух клубов во всей Футбольной лиге, играющих дома только в зелёных футболках (другим клубом является «Йовил Таун»). Является самым южным и самым западным клубом в Футбольной лиге. Прозвище «Пилигримы» клуб получил от группы английских сепаратистов, которые уехали из Плимута в Новый Свет в 1620 году. На гербе клуба изображён «Мейфлауэр», лондонский корабль, который доставил первую в истории группу пилигримов-переселенцев в Америку, на территорию современного штата Массачусетс. Символ клуба зовётся «Пилигрим Пит» (англ. Pilgrim Pete).





История

Клуб был основан в 1886 году под названием «Аргайл». В 1903 году клуб стал полностью профессиональным, вступил в Южную Футбольную лигу и стал называться «Плимут Аргайл».

В 1984 году «Плимут Аргайл» добрался до полуфиналов Кубка Англии, хотя и выступал в Третьем дивизионе. В том розыгрыше Кубка Англии «пилигримы» победили команду из высшего дивизиона «Вест Бромвич Альбион», а также «Дерби Каунти», но уступили «Уотфорду» в полуфинале.

С 1992 по 1995 годы командой руководил знаменитый в прошлом футболист Питер Шилтон. Под его руководством клуб занял третье место во вновь образованном Втором дивизионе в сезоне 1994/94. В 1995 — 1997 годах главным тренером команды был Нил Уорнок. Последние успехи клуба в нижних дивизионах связывают с именем Пола Старрока, который был главным тренером с 2000 по 2004 годы, а затем снова с 2007 по 2009. Сезон 2007/08 команда под руководством Старрока завершила на 10-м месте Чемпионата Футбольной лиги. В розыгрыше Кубка Англии 2007/08 «Плимут Аргайл» стал единственной командой, сумевшей забить гол в ворота будущих чемпионов турнира, «Портсмута».

Состав команды

По состоянию на 28 октября 2016 года
Игрок Страна Дата рождения Бывший клуб Контракт
Вратари
21 Венсан Дорель 21 марта 1992 (32 года) Ванде Пуаре-сюр-Ви 2016—2017
23 Люк Маккормик 15 августа 1983 (40 лет) Оксфорд Юнайтед 2013—2017
25 Марк Маккаллум 27 марта 1993 (31 год) Ливингстон 2016—2017
Защитники
2 Гари Миллер 15 мая 1987 (37 лет) Партик Тисл 2016—2017
3 Гари Сойер 5 июля 1985 (38 лет) Лейтон Ориент 2015—2017
4 Янн Сонго'о 17 ноября 1991 (32 года) Блэкберн Роверс 2016—2017
5 Наурис Булвитис 15 марта 1987 (37 лет) Спартак Юрмала 2016—2017
15 Сонни Брэдли 13 сентября 1991 (32 года) Кроули Таун 2016—2017
16 Бен Пёррингтон 20 мая 1996 (28 лет) Воспитанник клуба 2013—2017
19 Карли Осборн 19 марта 1988 (36 лет) Бристоль Сити 2016—2017
Полузащитники
6 Коннор Смит 18 февраля 1993 (31 год) Уимблдон 2016—2017
10 Грэм Кэри 20 мая 1989 (35 лет) Росс Каунти 2015—2017
11 Райан Доналдсон 1 мая 1991 (33 года) Кембридж Юнайтед 2016—2017
18 Оскар Трелкелд 15 декабря 1994 (29 лет) Болтон Уондерерс 2016—2017
22 Дэвид Иджаха 17 февраля 1990 (34 года) Уайтхок 2016—2017
24 Дэвид Фокс 13 декабря 1983 (40 лет) Кру Александра 2016—2017
Нападающие
7 Дэвид Гудвилли 28 марта 1989 (35 лет) Абердин 2016—2017
8 Джордан Слю 7 сентября 1992 (31 год) Честерфилд 2016—2017
9 Джимми Спенсер 13 декабря 1991 (32 года) Кембридж Юнайтед 2016—2017
14 Джейк Джервис 17 сентября 1991 (32 года) Росс Каунти 2015—2017
17 Райан Брант 26 мая 1993 (30 лет) Бристоль Роверс 2015—2017
20 Луис Руни 28 сентября 1996 (27 лет) Воспитанник клуба 2015—2017
26 Поль Гарита 18 июня 1995 (28 лет) В аренде у Бристоль Сити до 16.1.2017
27 Крэйг Таннер 27 октября 1994 (29 лет) В аренде у Рединга до 16.1.2017

Список бомбардиров

10 лучших бомбардиров клуба во всех соревнованиях.

Футболист Период Голы
1 Сэмми Блэк 1924—1938 185
2 Уилф Картер 1957—1964 148
3 Томми Тайнан 1983—1985
1986—1990
144
4 Джек Лесли 1921—1935 134
5 Морис Тадман 1947—1955 113
6 Джек Видлер 1928—1939 103
7 Фред Берч 1907—1915 95
8 Рэй Боуден 1927—1933 87
9 Кевин Ходжес 1978—1992 86
10 Мики Эванс 1991—1997
2001—2006
81

Достижения

Достижения Плимута включают в себя следующие:[1]

Достижение Количество Годы
Лига
Вторая Лига Чемпионы 1 2003–04
Третья лига Чемпионы 2 1958–59, 2001–02
Третья лига Призеры 2 1974–75, 1985–86
Третий дивизион Юг Чемпионы 2 1929–30, 1951–52
Третий дивизион Юг Призеры 6 1921–22, 1922–23, 1923–24, 1924–25, 1925–26, 1926–27
Третий дивизион Победитель Плей офф 1 1995–96
Южная лига Чемпионы 1 1912–13
Южная лига Призеры 2 1907–08, 1911–12
Западная Лига Чемпионы 1 1904–05
Западная Лига "B" Призеры 1 1906–07
Юго-Западная региональная лига Чемпионы 1 1939–40
Главные Кубки
Кубок Англии Полуфиналист 1 1983–84
Кубок Англии Четвертьфиналист 1 2006–07
Кубок Лиги Полуфиналист 2 1964–65, 1973–74

Рекорды

Напишите отзыв о статье "Плимут Аргайл"

Примечания

  1. [www.greensonscreen.co.uk/sv-achievements.asp Achievements]. Greensonscreen.co.uk. Retrieved 25 August 2011.

Ссылки

  • [www.pafc.co.uk Plymouth Argyle FC] Официальный сайт клуба  (англ.)
  • [www.greensonscreen.co.uk Greens on Screen] Информация, статистика и факты о клубе  (англ.)


Отрывок, характеризующий Плимут Аргайл

Наташа стала надевать платье.
– Сейчас, сейчас, не ходи, папа, – крикнула она отцу, отворившему дверь, еще из под дымки юбки, закрывавшей всё ее лицо. Соня захлопнула дверь. Через минуту графа впустили. Он был в синем фраке, чулках и башмаках, надушенный и припомаженный.
– Ах, папа, ты как хорош, прелесть! – сказала Наташа, стоя посреди комнаты и расправляя складки дымки.
– Позвольте, барышня, позвольте, – говорила девушка, стоя на коленях, обдергивая платье и с одной стороны рта на другую переворачивая языком булавки.
– Воля твоя! – с отчаянием в голосе вскрикнула Соня, оглядев платье Наташи, – воля твоя, опять длинно!
Наташа отошла подальше, чтоб осмотреться в трюмо. Платье было длинно.
– Ей Богу, сударыня, ничего не длинно, – сказала Мавруша, ползавшая по полу за барышней.
– Ну длинно, так заметаем, в одну минутую заметаем, – сказала решительная Дуняша, из платочка на груди вынимая иголку и опять на полу принимаясь за работу.
В это время застенчиво, тихими шагами, вошла графиня в своей токе и бархатном платье.
– Уу! моя красавица! – закричал граф, – лучше вас всех!… – Он хотел обнять ее, но она краснея отстранилась, чтоб не измяться.
– Мама, больше на бок току, – проговорила Наташа. – Я переколю, и бросилась вперед, а девушки, подшивавшие, не успевшие за ней броситься, оторвали кусочек дымки.
– Боже мой! Что ж это такое? Я ей Богу не виновата…
– Ничего, заметаю, не видно будет, – говорила Дуняша.
– Красавица, краля то моя! – сказала из за двери вошедшая няня. – А Сонюшка то, ну красавицы!…
В четверть одиннадцатого наконец сели в кареты и поехали. Но еще нужно было заехать к Таврическому саду.
Перонская была уже готова. Несмотря на ее старость и некрасивость, у нее происходило точно то же, что у Ростовых, хотя не с такой торопливостью (для нее это было дело привычное), но также было надушено, вымыто, напудрено старое, некрасивое тело, также старательно промыто за ушами, и даже, и так же, как у Ростовых, старая горничная восторженно любовалась нарядом своей госпожи, когда она в желтом платье с шифром вышла в гостиную. Перонская похвалила туалеты Ростовых.
Ростовы похвалили ее вкус и туалет, и, бережа прически и платья, в одиннадцать часов разместились по каретам и поехали.


Наташа с утра этого дня не имела ни минуты свободы, и ни разу не успела подумать о том, что предстоит ей.
В сыром, холодном воздухе, в тесноте и неполной темноте колыхающейся кареты, она в первый раз живо представила себе то, что ожидает ее там, на бале, в освещенных залах – музыка, цветы, танцы, государь, вся блестящая молодежь Петербурга. То, что ее ожидало, было так прекрасно, что она не верила даже тому, что это будет: так это было несообразно с впечатлением холода, тесноты и темноты кареты. Она поняла всё то, что ее ожидает, только тогда, когда, пройдя по красному сукну подъезда, она вошла в сени, сняла шубу и пошла рядом с Соней впереди матери между цветами по освещенной лестнице. Только тогда она вспомнила, как ей надо было себя держать на бале и постаралась принять ту величественную манеру, которую она считала необходимой для девушки на бале. Но к счастью ее она почувствовала, что глаза ее разбегались: она ничего не видела ясно, пульс ее забил сто раз в минуту, и кровь стала стучать у ее сердца. Она не могла принять той манеры, которая бы сделала ее смешною, и шла, замирая от волнения и стараясь всеми силами только скрыть его. И эта то была та самая манера, которая более всего шла к ней. Впереди и сзади их, так же тихо переговариваясь и так же в бальных платьях, входили гости. Зеркала по лестнице отражали дам в белых, голубых, розовых платьях, с бриллиантами и жемчугами на открытых руках и шеях.
Наташа смотрела в зеркала и в отражении не могла отличить себя от других. Всё смешивалось в одну блестящую процессию. При входе в первую залу, равномерный гул голосов, шагов, приветствий – оглушил Наташу; свет и блеск еще более ослепил ее. Хозяин и хозяйка, уже полчаса стоявшие у входной двери и говорившие одни и те же слова входившим: «charme de vous voir», [в восхищении, что вижу вас,] так же встретили и Ростовых с Перонской.
Две девочки в белых платьях, с одинаковыми розами в черных волосах, одинаково присели, но невольно хозяйка остановила дольше свой взгляд на тоненькой Наташе. Она посмотрела на нее, и ей одной особенно улыбнулась в придачу к своей хозяйской улыбке. Глядя на нее, хозяйка вспомнила, может быть, и свое золотое, невозвратное девичье время, и свой первый бал. Хозяин тоже проводил глазами Наташу и спросил у графа, которая его дочь?
– Charmante! [Очаровательна!] – сказал он, поцеловав кончики своих пальцев.
В зале стояли гости, теснясь у входной двери, ожидая государя. Графиня поместилась в первых рядах этой толпы. Наташа слышала и чувствовала, что несколько голосов спросили про нее и смотрели на нее. Она поняла, что она понравилась тем, которые обратили на нее внимание, и это наблюдение несколько успокоило ее.
«Есть такие же, как и мы, есть и хуже нас» – подумала она.
Перонская называла графине самых значительных лиц, бывших на бале.
– Вот это голландский посланик, видите, седой, – говорила Перонская, указывая на старичка с серебряной сединой курчавых, обильных волос, окруженного дамами, которых он чему то заставлял смеяться.
– А вот она, царица Петербурга, графиня Безухая, – говорила она, указывая на входившую Элен.
– Как хороша! Не уступит Марье Антоновне; смотрите, как за ней увиваются и молодые и старые. И хороша, и умна… Говорят принц… без ума от нее. А вот эти две, хоть и нехороши, да еще больше окружены.
Она указала на проходивших через залу даму с очень некрасивой дочерью.
– Это миллионерка невеста, – сказала Перонская. – А вот и женихи.
– Это брат Безуховой – Анатоль Курагин, – сказала она, указывая на красавца кавалергарда, который прошел мимо их, с высоты поднятой головы через дам глядя куда то. – Как хорош! неправда ли? Говорят, женят его на этой богатой. .И ваш то соusin, Друбецкой, тоже очень увивается. Говорят, миллионы. – Как же, это сам французский посланник, – отвечала она о Коленкуре на вопрос графини, кто это. – Посмотрите, как царь какой нибудь. А всё таки милы, очень милы французы. Нет милей для общества. А вот и она! Нет, всё лучше всех наша Марья то Антоновна! И как просто одета. Прелесть! – А этот то, толстый, в очках, фармазон всемирный, – сказала Перонская, указывая на Безухова. – С женою то его рядом поставьте: то то шут гороховый!
Пьер шел, переваливаясь своим толстым телом, раздвигая толпу, кивая направо и налево так же небрежно и добродушно, как бы он шел по толпе базара. Он продвигался через толпу, очевидно отыскивая кого то.
Наташа с радостью смотрела на знакомое лицо Пьера, этого шута горохового, как называла его Перонская, и знала, что Пьер их, и в особенности ее, отыскивал в толпе. Пьер обещал ей быть на бале и представить ей кавалеров.
Но, не дойдя до них, Безухой остановился подле невысокого, очень красивого брюнета в белом мундире, который, стоя у окна, разговаривал с каким то высоким мужчиной в звездах и ленте. Наташа тотчас же узнала невысокого молодого человека в белом мундире: это был Болконский, который показался ей очень помолодевшим, повеселевшим и похорошевшим.
– Вот еще знакомый, Болконский, видите, мама? – сказала Наташа, указывая на князя Андрея. – Помните, он у нас ночевал в Отрадном.
– А, вы его знаете? – сказала Перонская. – Терпеть не могу. Il fait a present la pluie et le beau temps. [От него теперь зависит дождливая или хорошая погода. (Франц. пословица, имеющая значение, что он имеет успех.)] И гордость такая, что границ нет! По папеньке пошел. И связался с Сперанским, какие то проекты пишут. Смотрите, как с дамами обращается! Она с ним говорит, а он отвернулся, – сказала она, указывая на него. – Я бы его отделала, если бы он со мной так поступил, как с этими дамами.


Вдруг всё зашевелилось, толпа заговорила, подвинулась, опять раздвинулась, и между двух расступившихся рядов, при звуках заигравшей музыки, вошел государь. За ним шли хозяин и хозяйка. Государь шел быстро, кланяясь направо и налево, как бы стараясь скорее избавиться от этой первой минуты встречи. Музыканты играли Польской, известный тогда по словам, сочиненным на него. Слова эти начинались: «Александр, Елизавета, восхищаете вы нас…» Государь прошел в гостиную, толпа хлынула к дверям; несколько лиц с изменившимися выражениями поспешно прошли туда и назад. Толпа опять отхлынула от дверей гостиной, в которой показался государь, разговаривая с хозяйкой. Какой то молодой человек с растерянным видом наступал на дам, прося их посторониться. Некоторые дамы с лицами, выражавшими совершенную забывчивость всех условий света, портя свои туалеты, теснились вперед. Мужчины стали подходить к дамам и строиться в пары Польского.
Всё расступилось, и государь, улыбаясь и не в такт ведя за руку хозяйку дома, вышел из дверей гостиной. За ним шли хозяин с М. А. Нарышкиной, потом посланники, министры, разные генералы, которых не умолкая называла Перонская. Больше половины дам имели кавалеров и шли или приготовлялись итти в Польской. Наташа чувствовала, что она оставалась с матерью и Соней в числе меньшей части дам, оттесненных к стене и не взятых в Польской. Она стояла, опустив свои тоненькие руки, и с мерно поднимающейся, чуть определенной грудью, сдерживая дыхание, блестящими, испуганными глазами глядела перед собой, с выражением готовности на величайшую радость и на величайшее горе. Ее не занимали ни государь, ни все важные лица, на которых указывала Перонская – у ней была одна мысль: «неужели так никто не подойдет ко мне, неужели я не буду танцовать между первыми, неужели меня не заметят все эти мужчины, которые теперь, кажется, и не видят меня, а ежели смотрят на меня, то смотрят с таким выражением, как будто говорят: А! это не она, так и нечего смотреть. Нет, это не может быть!» – думала она. – «Они должны же знать, как мне хочется танцовать, как я отлично танцую, и как им весело будет танцовать со мною».