Дреговичи

Поделись знанием:
Перейти к: навигация, поиск

Дреговичи́[1] (ст.-слав. дьрьговичи; белор. дрыгавічы) — восточнославянский племенной союз, обитавший в IX-XII веке в районе Гомельской[2], Брестской[3], Гродненской и Минской[4] областей современной Белоруссии. Восточными соседями дреговичей были радимичи, северо-восточными — кривичи, южными — древляне, северо-западными — ятвяги и литва[5][6].





Этимология

По мнению специалистов, название, вероятно, имеет балтский корень «дрегува» (болото, ср. белор. «дрыгва» — трясина) и славянское «ичи»[7].

История

При заселении территории Белоруссии дреговичи двигались с юга на север (к реке Неман), что указывает на их южное происхождение. Летописи говорят о происхождении дреговичей, наряду с древлянами, полянами (днепровскими) и кривичами (полочанами), от осевших на территории Белоруссии племён белых хорватов, сербов и хорутан, пришедших в VIVII веках[8][9][10].

В. В. Седов[11] объединял волынян, древлян, полян и дреговичей в т. н. «дулебскую группу», которая представляла юго-западную ветвь восточных славян. Аналогичной точки зрения придерживалась И. П. Русанова[12], Г. Н. Матюшин[13], а также В. В. Богуславский и Е. И. Куксина[14]. Аналогичным названием у других специалистов было «дулебский племенной союз».

Под именем другувитов (греч. δρουγουβίται) дреговичи известны уже Константину Порфирородному как племя, подчинённое Руси. Летопись упоминает только, что дреговичи имели некогда своё княжение. Столицей княжества был город Туров.

Подчинение дреговичей киевским князьям произошло, вероятно, в X веке. На территории дреговичей образовалось впоследствии Туровское княжество, а северо-западные земли вошли в состав княжества Полоцкого.

Культура

Известны археологические памятники дреговичей IX-X веков: остатки земледельческих поселений, курганы с трупосожжениями и небольшие городища. Наиболее типичным этноопределяющим признаком дреговичей являются крупные металлические бусы, покрытые зернью.

Напишите отзыв о статье "Дреговичи"

Примечания

  1. [slovari.yandex.ru/search.xml?text=дреговичи&encid=zarva Словарь ударений](недоступная ссылка с 14-06-2016 (2951 день))
  2. [mozyr.adstd.com/mozyr/history/kiev_epoch.html Период Киевской Руси]
  3. [tric.info/q.php?ids=2&id=77&idt=65&list=2&nomer=2&landf=1 История ТРИК-региона]
  4. [www.belarus.by/ru/belarus/history/2/5/ Туровская земля]
  5. [club-kaup.narod.ru/kaup_r_archussr_baltu_7.html Литовские племена]
  6. [alexeidg.narod.ru/History/1/TEXT.HTML Древности белорусского Понеманья]
  7. Гісторыя Беларусі (у кантэксце сусветных цывілізацый). Вучэбн. дапаможнік / В. І. Галубовіч, З. В. Шыбека, Д. М. Чаркасаў і інш.; Пад рэд. В. І. Галубовіча і Ю. М. Бохана. — Мн.: Экаперспектыва, 2005. — С. 42.
  8. Белорусы // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  9. [www.spsl.nsc.ru/history/solov/main/solv01p3.htm Соловьев С. М., История России с древнейших времен.]
  10. [www.krotov.info/acts/12/pvl/lavr01.htm ЛѢТОПИСЬ ПО ЛАВРЕНТЬЕВСКОМУ СПИСКУ]
  11. Седов Валентин Васильевич. Славяне: Историко-археологическое исследование.. — Москва: Языки славянской культуры, 2002. — (Studia Historica). — ISBN 5-94457-065-2.
  12. Русанова Ирина Петровна. Славянские древности VI-VII вв.. — Москва: Наука, 1976.
  13. Матюшин Геральд Николаевич. Археологический словарь. — Москва: Просвещение, 1996. — ISBN 5-09-004958-0.
  14. Богуславский Владимир Вольфович, Куксина Елена Ипполитовна. Славянская энциклопедия.. — Олма-Пресс, 2004. — ISBN 5-224-02249-5.

Ссылки

  • [www.ostu.ru/personal/nikolaev/rus9.gif Карта расселения народов Европы в IX веке]
При написании этой статьи использовался материал из Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона (1890—1907).

Отрывок, характеризующий Дреговичи

– Ваше высокопревосходительство, я желал бы быть полезен здесь. Позвольте мне остаться в отряде князя Багратиона.
– Садись, – сказал Кутузов и, заметив, что Болконский медлит, – мне хорошие офицеры самому нужны, самому нужны.
Они сели в коляску и молча проехали несколько минут.
– Еще впереди много, много всего будет, – сказал он со старческим выражением проницательности, как будто поняв всё, что делалось в душе Болконского. – Ежели из отряда его придет завтра одна десятая часть, я буду Бога благодарить, – прибавил Кутузов, как бы говоря сам с собой.
Князь Андрей взглянул на Кутузова, и ему невольно бросились в глаза, в полуаршине от него, чисто промытые сборки шрама на виске Кутузова, где измаильская пуля пронизала ему голову, и его вытекший глаз. «Да, он имеет право так спокойно говорить о погибели этих людей!» подумал Болконский.
– От этого я и прошу отправить меня в этот отряд, – сказал он.
Кутузов не ответил. Он, казалось, уж забыл о том, что было сказано им, и сидел задумавшись. Через пять минут, плавно раскачиваясь на мягких рессорах коляски, Кутузов обратился к князю Андрею. На лице его не было и следа волнения. Он с тонкою насмешливостью расспрашивал князя Андрея о подробностях его свидания с императором, об отзывах, слышанных при дворе о кремском деле, и о некоторых общих знакомых женщинах.


Кутузов чрез своего лазутчика получил 1 го ноября известие, ставившее командуемую им армию почти в безвыходное положение. Лазутчик доносил, что французы в огромных силах, перейдя венский мост, направились на путь сообщения Кутузова с войсками, шедшими из России. Ежели бы Кутузов решился оставаться в Кремсе, то полуторастатысячная армия Наполеона отрезала бы его от всех сообщений, окружила бы его сорокатысячную изнуренную армию, и он находился бы в положении Мака под Ульмом. Ежели бы Кутузов решился оставить дорогу, ведшую на сообщения с войсками из России, то он должен был вступить без дороги в неизвестные края Богемских
гор, защищаясь от превосходного силами неприятеля, и оставить всякую надежду на сообщение с Буксгевденом. Ежели бы Кутузов решился отступать по дороге из Кремса в Ольмюц на соединение с войсками из России, то он рисковал быть предупрежденным на этой дороге французами, перешедшими мост в Вене, и таким образом быть принужденным принять сражение на походе, со всеми тяжестями и обозами, и имея дело с неприятелем, втрое превосходившим его и окружавшим его с двух сторон.
Кутузов избрал этот последний выход.
Французы, как доносил лазутчик, перейдя мост в Вене, усиленным маршем шли на Цнайм, лежавший на пути отступления Кутузова, впереди его более чем на сто верст. Достигнуть Цнайма прежде французов – значило получить большую надежду на спасение армии; дать французам предупредить себя в Цнайме – значило наверное подвергнуть всю армию позору, подобному ульмскому, или общей гибели. Но предупредить французов со всею армией было невозможно. Дорога французов от Вены до Цнайма была короче и лучше, чем дорога русских от Кремса до Цнайма.
В ночь получения известия Кутузов послал четырехтысячный авангард Багратиона направо горами с кремско цнаймской дороги на венско цнаймскую. Багратион должен был пройти без отдыха этот переход, остановиться лицом к Вене и задом к Цнайму, и ежели бы ему удалось предупредить французов, то он должен был задерживать их, сколько мог. Сам же Кутузов со всеми тяжестями тронулся к Цнайму.
Пройдя с голодными, разутыми солдатами, без дороги, по горам, в бурную ночь сорок пять верст, растеряв третью часть отсталыми, Багратион вышел в Голлабрун на венско цнаймскую дорогу несколькими часами прежде французов, подходивших к Голлабруну из Вены. Кутузову надо было итти еще целые сутки с своими обозами, чтобы достигнуть Цнайма, и потому, чтобы спасти армию, Багратион должен был с четырьмя тысячами голодных, измученных солдат удерживать в продолжение суток всю неприятельскую армию, встретившуюся с ним в Голлабруне, что было, очевидно, невозможно. Но странная судьба сделала невозможное возможным. Успех того обмана, который без боя отдал венский мост в руки французов, побудил Мюрата пытаться обмануть так же и Кутузова. Мюрат, встретив слабый отряд Багратиона на цнаймской дороге, подумал, что это была вся армия Кутузова. Чтобы несомненно раздавить эту армию, он поджидал отставшие по дороге из Вены войска и с этою целью предложил перемирие на три дня, с условием, чтобы те и другие войска не изменяли своих положений и не трогались с места. Мюрат уверял, что уже идут переговоры о мире и что потому, избегая бесполезного пролития крови, он предлагает перемирие. Австрийский генерал граф Ностиц, стоявший на аванпостах, поверил словам парламентера Мюрата и отступил, открыв отряд Багратиона. Другой парламентер поехал в русскую цепь объявить то же известие о мирных переговорах и предложить перемирие русским войскам на три дня. Багратион отвечал, что он не может принимать или не принимать перемирия, и с донесением о сделанном ему предложении послал к Кутузову своего адъютанта.